Выбор

      — Твою мать, Ханна! Что это было? Что ты ему сказала, что так разозлила его? — спросила Кэйли у подруги. Стоя у груши, отрабатывая удары, которые показывал инструктор.       — Ничего интересного, — ответила девушка. — Кроме того, что он любит мужиков.       — Как ты вообще ещё жива осталась после такого? — удивилась Мэри. — Я думала, он тебя пришибёт.       — А я думала, отдерёт, — хохотнула Филч. — Ну, правда, до того, как ты назвала его педиком. Потом я была уверена, что заставит отсосать ему, — заржала она, сделав удар локтем по груше, набитой песком.       — Милая Кэйли! Да Вы, сударыня, просто до нельзя пошлая и озабоченная мадам! — ответила Ханна, глядя на подругу и молотя свой объект обучения, представляя вместо груши наглую физиономию лидера.       — Ну, может быть. И то только чуток! Вообще, я ж тебе говорила, что просто наблюдаю и констатирую факты! — улыбаясь, оправдывалась та, украдкой поглядывая на инструктора.       — Время завтрака, — крикнул Фор, будто заметив интерес Филч к своей персоне. — До обеда вы свободны. По расписанию после трёх часов дня назначена вечерняя тренировка до ужина. Будьте готовы! И не опаздывать! Всех жду в Яме, — договорил Итон, распуская подопечных. — Ах да! Забыл… Неофиты, стройся!       Все поплелись обратно строиться по приказу своего инструктора.       — Ты, — подошёл он к Филч, — после завтрака сразу ко мне. Будешь всю неделю у меня в помощниках. Мэри! Ты идёшь к Максу. А ты, сивая, — глянул он на побледневшую Ханну, на которой не было лица, и усмехнулся, — к Эрику. Он ждёт. Тебе повезло! Он многому тебя научит, — как-то многозначительно была произнесена эта фраза Фором, учитывая, что тот улыбался во весь рот. Это так стало раздражать. «И как у него ещё зубы все целые и такие белые?!» — пронеслось в голове у эрудитки, которая уже представляла, как выбивает их один за другим. — Он как раз в подходящем настроении, — продолжил Итон, отвлекая её от мыслей. — Двое из последних — на техэтаж, принимать вахту по уборке. Ещё двое, что чуть выше — в прачечную. Выполнять! — рявкнул он и развернулся.       Ханна стояла ни живая, ни мертвая. Она готова была сквозь землю провалиться. «Бли-и-ин! Я труп!» — с горечью подумала она. Не сегодня, так завтра её с позором выпрут отсюда. Надо что-то придумать. И срочно!       — Фор! — крикнула Мэттьюс удаляющемуся парню, догоняя его и хватая за руку. Тот поднял широкую тёмную бровь в вопросительном жесте, что девушку даже передёрнуло. Точно такая же привычка имелась у Коултера. Он постоянно дёргал пробитой бровью, вводя в ступор собеседника. И этот так же умеет. — А можно поменяться с Мэри или Кэйли? — спросила она, собравшись с мыслями.       — Нет, — ответили ей, ухмыляясь.       — Ну, тогда, может, можно на техэтаж или в прачечную с ребятами? — взмолилась она.       — Я что, не понятно говорю? НЕТ! — рявкнул он. — Это приказ твоего лидера, и ты должна выполнять его беспрекословно! Всё ясно?       — Мне-то ясно! Просто он убьёт меня, — выдохнула расстроенная девушка, собираясь зареветь.       — Мой тебе совет на будущее, если оно настанет, конечно: держи язык за зубами и выполняй все его приказы. ВСЕ! Абсолютно! Усекла? Может, тогда и останешься в живых до конца инициации и годичного договора, — посоветовал инструктор и удалился.       — Ничего другого не остаётся, кроме как отрезать мне язык, — пробубнила Ханна, догоняя девчонок и направляясь со всеми в столовую.       Не проронив ни слова, Мэттьюс быстро позавтракала и направилась искать Эрика. В столовой ни его, ни Фора не было. Где кабинет лидера, она ещё не знала. Нужно было уточнить у Итона, но она находилась в таком ступоре, что и думать ни о чём не могла. А теперь самое время кусать себе локти. Как назло, по пути никого не встретила. Огибая очередной коридор, она чуть не чертыхнулась. Прямо ей навстречу шли двое кузенов — Колин и Дик.       «Твою мать! Только их мне не хватало сегодня!» — подумала Ханна. Развернуться и бежать назад бессмысленно. Девушка опустила голову, подумав, что её не заметят. Как бы ни так! Широкое тело Колина перегородило ей путь.       — Так-так-так, братец! Посмотри-ка, кто это у нас тут? Наглая смазливая эрудиточка собственной персоной! И что это она забыла в крыле вышестоящего состава? М? — спросил он, упиваясь страхом в глазах девушки.       Вышестоящего, значит? Может, она на верном пути? Мэттьюс направлялась сюда целенаправленно посмотрев план здания на первом этаже. Это был уже четвертый этаж, и тут должен находиться один из семи кабинетов лидеров фракции. Только вот какого именно? Это ей и предстояло узнать. Здесь на каждом этаже было по такому же кабинету, и вообще всё одинаковое!       — Не твоё дело! — отозвалась она, пытаясь обойти его. Но этот кретин протянул свою руку, не давая ей пройти.       — Тебя ещё не научили, как нужно разговаривать с руководителями? Хочешь, я быстро тебя научу? — сказал он и схватил девушку за руку, потянув её на себя под гогот такого же озабоченного кузена.       — А ты разве мой руководитель? — уточнила она. — Отпусти меня! Немедленно! — зашипела девушка, глядя прямо в тёмные озлобленные глаза Колина, когда тот сильно сдавил её руку выше локтя.       — А то что? Закричишь? — хмыкнул он, оскалив свои белоснежные зубы на неё.       — Нет! Просто твой лидер очень огорчится, если я опоздаю и не явлюсь вовремя! — отозвалась она, прокручивая дальнейшие мысли в голове. Должна же быть хоть какая-то управа на таких козлов.       — Не переживай, милая! Наш дядюшка не расстроится, если ты немного опоздаешь, — недобро улыбнулся он, глядя на приоткрытые, такие манящие губы Ханны.       — Дядюшка? Эрик Коултер ваш дядюшка? — уточнила она. О да! Она на верном пути! Это стоило того, чтобы увидеть, как вытягиваются лица этих кретинов!       — Что? Причём здесь Коултер? Ты его ищешь, что ли? — спросил испуганный Дик, отрывая руку Колина от Ханны.       — Да, а что? Разве его кабинет не на этом этаже? — пропела довольная собой девушка.       — Нет, он на десятом, — великодушно пояснил тот.       — Благодарю, — ответила она, улыбаясь. Мэттьюс уже собиралась уходить, как её снова схватили за руку и прижали к сильному телу.       — Ничего, подождёт! — ответил Колин, разглядывая её лицо. «Чем только привлекла меня? Слащавая сучка!» — подумал Адамс и впился своими жёсткими губами в её. Такого поворота она никак не ожидала и стала яростно вырываться, молотя бесстрашного по широкой груди. Но тот крепко держал девушку за талию, ещё и накрутил её хвост себе на руку, зафиксировав её голову, чтобы не дёргалась. Почувствовав жгучую боль в затылке от снятия скальпа на живую, Ханна заскулила и, вспомнив сегодняшние уроки лидера, попыталась их применить. «Только бы ничего не упустить!» — подумала она и с силой закусила губу наглеца, что тут же почувствовала металлический привкус крови у себя во рту. А когда тот, шикнув, недоумённо уставился на неё, Мэттьюс со всей силы ударила его по кадыку. Дик стоял чуть дальше от них, отвернувшись и не вмешиваясь в любовные игрища своего кузена. Это и спасло Ханну. Когда Колин захрипел и скрутился от неожиданного удара в горло, Мэттьюс дала такого дёру до лестницы, как не бегала ещё никогда в жизни. Пока братец этого маньяка спохватился и подбежал к нему, девушка уже была на шестом этаже. А когда он побежал за ней, она оказалась на восьмом. Добежав до кабинета лидера, она с силой стала молотить в спасительную дверь, заметив в конце коридора догоняющих её Дика и Колина.       — Открыто! — услышала она недовольный бас Эрика.       Дёрнув за ручку двери, девушка заскочила вовнутрь, тяжело дыша, будто за ней гналась стая бешеных собак. Что было недалеко от правды.       — Опоздала, — констатировал Коултер, глядя на испуганную девчонку, поднимаясь с места.       — Я просто… — начала оправдываться она.       — Ничего не хочу слышать! — перебил недовольный командир. — Ты обязана приходить вовремя!       Дверь кабинета лидера распахнулась, чуть не пришибив Ханну, и в помещение вбежали двое.       — Эрик, отдай её мне! — взревел разъяренный Колин охрипшим голосом, схватившись пальцами за свою чуть припухшую прокусанную губу.       Коултер многозначительно поднял бровь, оценив ситуацию. «От них убегала, значит? Ещё и кровь ему пустила! Молодец какая. Только вот теперь просто так он от девчонки не отстанет!» — подметил лидер, довольный действиями своей новоиспеченной помощницы.       — Зачем? — спросил он.       — На перевоспитание, — уже спокойнее ответил тот, сверкнув прищуренным взглядом по своей зазнобе.       — Насколько я помню, эта задача не входит в твои прямые обязанности. Перевоспитанием этих неофитов занимаемся только я и Фор, — не спеша говорил Эрик, растягивая слова и не сводя глаз с такой проблемной девчонки, чтобы смысл сказанного медленно, но верно дошёл до неё. «Выбор у неё не велик: или я, или этот садист Колин!» — подумал он.       — Я только на денёк её заберу. Тебе-то что с того? С тебя не убудет, а мне будет приятно, — растянулся Колин в мерзкой пошлой улыбочке, разглядывая испуганную Ханну, которая с мольбой в глазах смотрела на своего лидера.       — Я что? Не ясно говорю, что ли? Я всё сказал! Свободен! — рявкнул Коултер, сжав кулаки и направляясь к двум отморозкам.       Дверь в кабинете лидера с грохотом закрылась, матеря его на чём свет стоит, Адамс с кузеном удалились. Эрик медленно подошёл к Мэттьюс, будто хищник к своей жертве, заставляя её пятиться. С виду спокойный, но раздувшиеся ноздри и звериный взгляд говорили от обратном. Ханна сделала несколько шагов назад, упёршись бёдрами о его массивный деревянный стол. Дальше пути нет, только если запрыгнуть на саму столешницу. А Коултер приближался всё ближе, грозно нависая над ней. Девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы продолжать смотреть прямо в его такие холодные, полные презрения серые глаза.       — И как тебе всего за сутки удалось найти столько приключений на свою сладкую жопу? М? — спросил он, наклоняясь к ней, опуская своё лицо всё ниже.       — Не поверите, я только недавно сама себя об этом спрашивала, — отозвалась Мэттьюс, покрутив головой, ища ходы к отступлению. Но она была заблокирована огромными руками лидера с обеих сторон, которые упирались о стол прямо у её бёдер. Он хмыкнул, опуская лицо ниже. Губы его всё ближе. Девушка протянула свои ладошки, упёршись ими в широкую мощную грудь мужчины, пытаясь, если не оттолкнуть, то хотя бы остановить его. Но разве можно остановить огромный локомотив, летящий прямо на тебя? Руки Ханны в локтях согнулись от давления его медленно приближающегося тела. Мэттьюс пришлось выгнуться назад, чтобы ему было тяжелее дотянуться до неё. «Может он ждёт благодарности? За то, что спас меня? И его стоит поцеловать, и тогда он отстанет?» — рассуждала Ханна, уставившись на его чувственные губы.       — Отношения между руководителем и неофитом не допустимы! Ни в одной фракции, между прочим, — почему-то сказала Мэттьюс, выдав ему правила из общего Устава Чикаго.       — Отношения? — его красивые губы растянулись на подобие улыбки, и он громко засмеялся. — Какие отношения? Ты о чём, сивая? Это всего лишь плата за спасение твоей никчёмной жизни. Дважды, — пояснил он, всё ещё улыбаясь.       — Дважды? Ах, ну да! В вагоне и сейчас, — вспоминала Ханна. — Поцелуй — это оплата за мою жизнь? — уточнила девушка.       Опять смех. Прямо ей в лицо смеётся! Гад такой! Да так громко, что начинает звенеть в ушах.       — Поцелуй? Ты думаешь, мне нужен твой поцелуй? — спросил он, тут же прекратив хохотать, уставившись на её губы. — Каждый раз, когда я буду выручать тебя или ты провинишься, ты будешь расплачиваться так, как я скажу. И это будут вовсе не поцелуи. Усекла? — спросил он, подняв пирсингованную бровь в вопросительном жесте. — Дважды за спасение твоей жалкой жизни, и дважды за моё унижение перед всеми, как лидера. Считать умеешь? — продолжил он, всё ещё нависая над ней.       — Что? Четыре раза заниматься сексом? С тобой? Ничего себе у вас тут тарифы! За что? И когда это я дважды унизила тебя? То есть ВАС? — стала возмущаться девушка.       — Ща будет пять, если не заткнёшься! — недовольно поджал губы он и схватил Мэттьюс руками за её хрупкие плечики. Наклонился совсем низко к ней и, наконец, впился грубым и настойчивым поцелуем в её сладкие губки. Что с бесстрашными не так? Почему кидаются на бабу, как озабоченные звери, не дожидаясь её согласия? Женщина что тут существо совсем безвольное? Или как? Мужчина сильнее надавил на её рот, отчего пришлось немного приоткрыть его, впуская жаркий язык лидера к себе. Девушка заскулила в возмущении и попыталась вырваться, но её крепко держали, обняв за плечи и прижав к сильному телу, а другой рукой взяли за затылок, не позволяя двигаться. Поцелуй лидера отличался от поцелуя Колина. Абсолютно разные. И Ханна воспринимала их по-разному. И чувствовала совсем другое. Эрик всё настойчивее и ритмичнее играл с её языком, переплетая их друг с другом. Рука с затылка опустилась ниже на её шею, затем на спину, нежно поглаживая её через майку, даря сладкие ощущения. Поцелуй стал глубже и жарче. И вот стоны из неё вырываются уже вовсе не возмутительные, скорее наоборот. Коултер завёлся ни на шутку и упёрся ей между ног своей эрекцией, начиная тереться своим прибором о её лоно прямо через штаны.       Что это с ней? Она должна кричать, визжать и кусать его за губы, как сделала это с Колином. Врезать по кадыку и между ног, прямо по его причиндалам, как он сам и учил! А вместо этого только громко стонет ему в унисон и трётся о его агрегат в ответ. Гладит его грудь и шею, пытаясь залезть под футболку. Такая тяжесть внизу живота, что становится невыносимо. Хочется поскорее избавиться от этого томления, от которого сводит все внутренности. Она хочет его! Безумно желает, чтобы он оказался внутри её истекающего соками тела.       Настойчиво зазвонила консоль связи, валявшаяся на стеллаже за огромным офисным кожаным стулом лидера. А Эрик уже приподнял девушку за ягодицы и усадил на стол, задирая ей майку. Он почти добрался до такой манящей груди своей большой ладонью, не отрываясь от таких сладких губок эрудитки. Раздражающая трель не прекращалась и только с новой силой возобновилась, вырывая из приятного омута страсти молодых людей.       — С-сука, — яростно выругался Коултер, неохотно отстранившись от Ханны. Погладив большим пальцем щёку вмиг смутившейся девушки, он схватил звенящую консоль, чуть не раздавив в руках злосчастный аппарат связи. — Слушаю! Да… Ладно… Сейчас буду, — вздохнул он, кинув плоский предмет на стол и потерев подбородок. Ханна слезла со стола, куда её так учтиво усалил Эрик, и стала поправлять свою одежду, ожидая дальнейших указаний. Конечно, этого больше не повторится! Никогда! И она непременно добьётся того, чтобы отплатить ему как-то по-другому, но уж точно не своим телом. — Значит так, сивая, — вывел Мэттьюс из размышлений глубокий голос лидера. — Приходишь сюда сразу же каждый раз после утренних тренировок. Будешь выполнять всё, что скажу, без всякого недовольства и пререканий. Иначе твой лохматый дружок будет ждать тебя с распростёртыми объятиями, — многозначительно повёл он пробитой бровью, намекая на Колина. — Я скоро вернусь, и мы непременно продолжим. Твоя задача на сегодня — посчитать холодное оружие по актам передачи.       Ханна недовольно поджала губы: «Продолжим? Как же!».       — И всего-то? Хорошо! Будет сделано! — воскликнула девушка, радуясь тому, что будет возможность хорошенько всё обдумать, пока она одна. А там что-нибудь да придумает, как уладить недавнишнее недоразумение.       «Её энтузиазм поощряется, конечно, но не всё так радужно, как она себе представляет» — пробежала мысль у него, глядя на девчонку, которая покусывала припухшую нижнюю губку после их страстного поцелуя. Поправил свой агрегат в штанах, чтобы тот улёгся поудобнее, предвкушая встречу наедине с этой невозможной бестией. Сам недоволен таким стечением обстоятельств. Трубы горят, а что делать?! Макс срочно вызвал. А срочно — значит очень срочно. Должность и ответственность не позволяют всё бросить. Нужно уладить кое-какую проблему с изгоями. Тяжелая работа и с трудом заработанное уважение сейчас важнее, чем сладкое, дурманящее ум, сводящее с ума и такое манящее тело неофитки.       — Ага, всего! Папки на столе, — ответил он, одевая свою куртку.       — Папки? — спросила она, проследив за взглядом лидера, который смотрел в дальний угол. Там стоял небольшой офисный стол, на котором в несколько рядов лежали десятки толстых папок. — Это всё? Я думала, весь учёт уже как сотни лет ведётся только электронно! Неужели до сих пор кто-то пользуется бумажными бланками? — возмутилась она.       — Конечно, электронно! И это не всё, сивая! Несколько месяцев назад одна из банд изгоев взломала базу учёта и хранения боевых припасов. Поэтому всё это время эрудиты сочиняли новую, с защищенными кодами доступа. Только вчера пришли зашифрованные пароли. А пока они делали и тестировали новую программку, всё велось как? — спросил он, подняв брови. — Правильно! — ответил мужчина, не дождавшись и слова от Ханны, которая было тут же открыла свой прелестный ротик. — На бумажных носителях. Кстати, это мой личный ключ. Представь себе, электронный! Смотри, сивая, не потеряй! — Коултер передал девушке флешку. — Занесёшь все данные в базу. Разберёшься как-нибудь. Ты же бывшая эрудитка. Тем более дочь такой великой женщины, — предугадал он кучу вопросов, обрубив их все на корню.       Мэттьюс в недовольстве сжала губы. Одно упоминание о её матери вызывало приступ тошноты.       — Подождите, пожалуйста, сэр! У меня всего несколько вопросов перед тем, как вы удалитесь, — деловито произнесла Ханна.       — После того, что было между нами, сивая, можно и на «ты», — улыбнулся Эрик, подходя к девушке.       — Вот и я об этом. Ничего не было и быть не могло. Это противоречит Уставу. А я обязательно отплачу ВАМ за проявленную доброту и спасение моей никчёмной жалкой жизни, — выпалила она, отходя назад.       — Обязательно! — отозвался Коултер, сузив свои серые глаза и развернувшись на пятках, направился к двери.       — Эрик! То есть, сэр! Где моя куртка? — крикнула Мэттьюс удаляющемуся мужчине.       — Пять! Уже точно пять, блядь! — было ей ответом, и дверь захлопнулась.       — Тупой кретин! Самовлюблённый самодовольный говнюк! — выпалила она и стукнула мыском ботинка о ножку стола, представляя вместо неё голень лидера.       Целый день она сидела и раскладывала сраные бумажки! Мало того, что они были не по порядку, даты в разнобой, так ещё и по разным видам оружия. Придётся сразу вносить данные в компьютер, иначе она не успеет. А там уже отсортирует всё, как положено, с помощью фильтра, а сами документы будет раскладывать по стопкам на большом столе Эрика, на котором она только что сидела, предвкушая ТО САМОЕ.