Выбор

      Глубоким вечером, подумав, что уже не помешает страстной парочке, если лидер действительно был с этой мулаткой, Ханна поднялась на десятый этаж. Девушка подошла к массивной двери кабинета и, прислушавшись, неуверенно постучала. Ответа не последовало. Чего и следовало ожидать. Постучала ещё раз. Ей так никто и не открыл. В голове сразу же закрутились образы занимающегося сексом Эрика с этой сиськастой мадам прямо на дубовом столе, на котором совсем недавно сидела она сама, раздвинув ноги перед этим же самым мужчиной. Да и вообще, с чего она взяла, что всё своё свободное от секса время он проводит у себя в кабинете?! Дура! Просто глупая, наивная дурочка!       — Значит, и правда занят с этой красивой высокой татуированной девкой, — вздохнув, пробубнила себе под нос Мэттьюс, направляясь вниз, в свою пещеру. — Ладно, завтра заберу.       В общем коридоре эрудитка встретила Вика, Пита и Джорджа, которые направлялись в бар.       — Пойдём с нами, Ханна, — предложил Вик.       — Ребят, я не могу. Куртки у меня всё ещё нет, а сегодня на улице как-то прохладненько, — отозвалась Мэттьюс.       — Что, так и не вернул? Вот же гад! Я тебе свою дам, если хочешь, — быстро отозвался Вик, глядя на понурую девчонку, по-дружески держа её за плечо.       — Не нужно! Отдыхайте. Сама заберу. В следующий раз как-нибудь, — ответила Ханна, открывая картой дверь, которую достала из кармана штанов. — До встречи!       — Ну ладно! До завтра тогда, — ответил Виктор, приобняв девчушку, и подбежал к остальным.       — Вы чего, никуда не пошли? — спросила Мэттьюс, заходя в комнату. Настроения не было совсем: то ли оттого, что висела над пропастью, и вся её действительно никчёмная жизнь за эти несколько минут пронеслась перед глазами, то ли оттого, что увидела лидера с другой. — Ребята уже ушли. Я думала, вы тоже веселитесь!       — Без тебя не весело! И приключений нет никаких, — хмыкнула Кэйли, сидя на кровати и что-то читая на своей консоли.       Вечер прошёл в ненавязчивых разговорах. Девушки рассказывали о себе, обсуждали парней и руководство. Рассказали, кто как провёл сегодняшний день. Оказалось, что Кэйли несколько часов провоцировала инструктора своими наклонами и прикосновениями, но он был словно скала, так и не повёлся на её стройное красивое тело. Именно это и было причиной её хмурого настроения весь день.       — Может, у него просто есть кто? — поинтересовалась Филч после своей пылкой речи о соблазнении инструктора.       — Может, просто и есть. У Эрика ж есть, значит, и у Фора тоже вполне может быть. Он же тоже симпатичный, — согласилась Мэри. — Может, тогда и у Макса тоже кто-то есть? Он на меня совсем не обращал никакого внимания, а потом куда-то ушёл вовсе оставив меня одну.       — Не расстраивайся! Будь всегда в тройке лидеров, и тебя будут отправлять только к нему, — хохотнула Ханна.       — Думаю, первых мест со следующей недели нам больше не видать, как своих ушей. Поэтому нужно действовать сейчас, — выдвинула Кэйли своё предположение.       — Дерзайте! — ответила Мэттьюс, решив немного отвлечься и пойти в душ.       Из головы не вылезал сегодняшний поцелуй с Эриком, приятные воспоминания о котором сводили живот. Она никогда в жизни ещё так не целовалась, чтобы по телу бегали мурашки, а томное давление между ног сводило с ума! Ханна включила прохладный душ, чтобы немного отключить голову от своих глупых переживаний, и дотронулась до губ, которые утром так страстно целовал её командир. Девушка улыбнулась. Она теперь любого другого парня будет сравнивать только с НИМ, потому что именно с НИМ она почувствовала то, чего не чувствовала никогда прежде — желание. А как бесстыдно она тёрлось о него! Боже. И что самое ужасное, хотелось всё снова повторить. А у него другая баба! Козёл! Чтоб его черти драли!       Мэттьюс всю ночь крутилась, пытаясь уснуть. А когда заснула уже под утро, ей снился красивый властный лидер с холодным серым взглядом и прищуром, свойственным только ему, который стоял над ней на краю пропасти, а она падала вниз, крича во всё горло, раздирая в безмолвии связки.       — Подъё-ё-ём! — вдруг послышался дикий вопль Фора. Инструктор снова замолотил железной трубой о дверь. — У вас две минуты. Жду вас в Яме.       — А вчера было пять, — сонно пробормотала Кэйли, поднимаясь с кровати.       — А завтра будет одна, если услышу хоть ещё одно слово, вылетающее из твоего рта! — рявкнул Итон.       Сегодня после двадцати кругов бега по Яме были отжимания и метание ножей. Очень интересное занятие, надо признать. Но у Ханны ничего не получалось. Она всё время поглядывала на бетонный блок, на котором вчера сидел её лидер, но того всё ещё не было. Девушка постоянно отвлекалась, ожидая увидеть Эрика в широком проёме у входа в помещение, но он так и не пришёл. Настал конец тренировки, и Фор выстроил всех неофитов в ряд, раздавая указания.       — Возьми, — протянул он Ханне ключ-карту. — Это от кабинета Эрика. Ты должна закончить поручение, что он тебе дал за следующие два дня.       — А его самого не будет? — спросила девушка, забирая пластик из рук инструктора.       — А ты как думаешь, раз я отдаю тебе его ключ? — уточнил Фор, усмехнувшись. — Искренняя, после обеда ко мне. Мэри, ты к Максу. Остальные, как и вчера, по своим местам. Свободны!       Пообедав, Ханна поднялась в кабинет лидера. Там всё лежало на том же месте, как она и оставила накануне. Видимо, он даже не заходил сюда. Куртку она так и не нашла, облазив везде, где она могла бы быть. Хорошо, что вчера не попёрлась к нему в комнату, он явно был там не один. Правда, она и не знала её местоположения. Настроения не было совсем. Ещё с утра Кэйли поведала имя девушки Коултера — Тереза. Конечно, Мэттьюс всё равно как её зовут и с кем он спит. Наверное…       — Это ж надо, падла какая! Есть девушка, а сам меня целовал! — возмутилась она полигамности своего командира, сидя вечером в столовой за ужином.       — Значит, всё-таки целовал? — спросила Филч. — И как это было?       Ханна только вздохнула в ответ.       — Понимаю. Я узнала и имя девушки Фора. Её Лайла зовут. Будем страдать вместе, — сказала искренняя, обнимая Мэттьюс за плечи.       — Ты всю эту информацию нашла в своей консоли? — уточнила та, улыбаясь.       — Нет, такой информации там не было. Для этого есть глаза, чтобы видеть, рот, чтобы спросить, и уши, чтобы услышать ответ, — заключила Филч.       Страдать Ханне было некогда. Она работала эти два дня не покладая рук. Добросовестно занималась в Яме, отрабатывая все удары и следуя замечаниям инструктора. Неделя подходила к концу, а Эрик так и не появился на территории «Бесстрашия». В последние несколько дней она взяла на себя смелость и перебрала бумаги, валявшиеся на столе лидера. Проверила сведения в новой программе, внесла недостающие документы и файлы. Оставила ему записку у компьютерной панели с информацией о том, что именно она сделала, кто заходил в его кабинет и что забирал. Девушка очень надеялась, что Эрик оценит её старания и, наконец, отдаст ей чёртову куртку. Не хотелось тратить последние кредиты на новую. Правда, она делала это вовсе не из-за куртки. Ей понравилась новая работа, точнее новые обязанности, возложенные на неё, пусть и не надолго.       Вечером после душа, Ханна уже готовилась ко сну, когда в дверь постучали. Кэйли была измотана больше всех. Она днями ходила следом за Фором и была у него на побегушках: готовила снаряды, развешивала мишени, раскладывала ножи. Сейчас она лежала на кровати и начала мирно посапывать, тихонечко засыпая. Стук в дверь её разбудил.       — Девчонки, можно к вам? — спросил Вик, когда Мэри открыла её.       — Чего тебе? — недовольно отозвалась Филч.       — Я не один. Завтра выходной, а в бар вы не пошли. Мы пришли вас веселить. А то вы тут и помрёте в заточении, — хохотнул он, заходя в комнату. За ним ввалились Джордж и Пит, протягивая девушкам бутылки пива и виски.       — Тащите стаканы! — приказал Питер, улыбаясь во весь рот.       — Ага, бегу! И где же я их тебе высру? — спросила Кэйли, усаживаясь на кровать, кутаясь в одеяло и вытирая глаза, чтобы немного прогнать сон.       — Ну, высирать совсем не обязательно! Значит, будем пить прямо из горла, — ответил Джорджи, протягивая пиво Ханне и усаживаясь на стул у её постели.       Девчонки были в майках и шортах, сидели на кроватях, укутавшись в тёплые покрывала. Ребята смеялись, выпивали, слушали истории и делились впечатлениями о том, как они проводили время в их первую неделю в «Бесстрашии».       Вечер прошёл очень весело. Они так и отдыхали до глубокой ночи, узнав много интересного друг о друге. Впервые за неделю Ханна крепко уснула, не думая о своём самовлюблённом лидере, и с неуправляемыми вертолётами в голове.       Первый выходной прошёл быстро. С самого утра светило солнышко и, позавтракав, девушки решили немного прогуляться и исследовать территорию фракции. Растительности в их новом доме практически не было. Не считая небольшого участка газона и десятка раскидистых деревьев у их жилого корпуса. Территорию оживляла только хиленькая аллейка молодых деревьев, ведущая в местную клоаку бесчинств.       Тёплый день продолжился в баре. Выпив по бокалу пива и просидев там не больше часа, девушки направились в тату-салон. В салоне было не протолкнуться, и все мастера были заняты. К ним подошла симпатичная девушка восточной внешности, представившись Тори Ву. Она была главной в этом заведении. Главный мастер предложила неофиткам кучу трафаретов с разнообразными рисунками. Кэйли выбрала себе интересный старинный символ в виде птицы, рвущей оковы, означающий свободу, и набила её себе на правой лопатке. Мэри хотела всё и сразу, но всё же выбрала для себя надпись на древнем восточном языке, означающем счастье. Теперь эти иероглифы красовались у неё на запястье. Ханна же не могла выбрать между двумя цветами: сакурой и ирисом. Но всё же предпочла ирис, после разъяснений Ву.       — Этот цветок означает загадочность, таинственность, — пояснила ей Тори. — Где набивать будем? — спросила она, увидев, что Мэттьюс махнула головой, сделав окончательный выбор, и показала мастеру место от уха до шеи вдоль роста волос.       Сам цветок, его широкие лепестки расположились за красивым ушком у самой мочки, а длинный стебель и острый листочек скрывался у основания корешков светлых волос. Рисунок был практически незаметен. Его можно было разглядеть, только если собрать волосы в хвост или заплести косичку. Ханна же сделала небрежный пучок, зафиксировав его резинкой.       — Чёрт, девочка моя, ты просто сногсшибательна! — произнёс невесть откуда взявшийся Вик, хватая улыбающуюся Мэттьюс за руку. Он уже изрядно набрался и полез разглядывать татушки у девчонок.       — Блин, и чего это вы все такие красивые? — спросил он, выпятив нижнюю губу, словно малое дитя, у которого отобрали конфетку.       — А это плохо? — уточнила Ханна, смеясь.       — Конечно! Я же не могу выбрать ту самую из вас троих! — засмеялся он в ответ.       — Так может, потому, что ни одна из нас не является той самой? — спросила у него Филч, хватая девушек под руки и направляясь в сторону бара обмывать своё «клеймо» как выразилась она сама.       Тихий день сменил суматошный оживлённый вечер со снующими повсюду бесстрашными. Ночь была долгой и весёлой. Время, проведённое в компании друзей — незаметным. Поспать удалось от силы только пару часов.       Как всегда, ровно в шесть утра Фор завёл свой будильник, состоящий из звона металла о металл. Ужасный, неописуемый скрежет резал слух и больную от похмелья голову.       — У вас пять минут! — орал Итон, будя неофитов, тарабаня им в дверь железной арматурой.       — Бли-и-ин, девочки, больше никогда не буду с вами пить! — простонала Мэри, поднимаясь с кровати.       — Ну, дорогая, пить в одиночестве — дурной тон и признак алкоголизма, — ответила Кэйли, одевая штаны.       Встретив по дороге в Яму ребят, которые выглядели совсем плохонько, имея зеленоватый цвет лица и ужасный перегар, девушки плелись за ними, мечтая помереть смертью храбрых.       — Ну что, алкаши?! — рявкнул Фор, ведя построение, расхаживая вдоль шеренги, оглядывая каждого молодого, бесстрашного с ног до головы, задержав свой суровой взгляд на искренней. — Разит от вас за километр! Хорошо провели свой первый выходной, смотрю? Возможно, для некоторых он будет последним! Сегодня будем выбивать из вас все пагубные привычки. Двадцать кругов по Яме! — скомандовал он и услышал полудохлый стон со стороны бедных неофитов.       Сегодняшняя тренировка шла просто ужасно, без особого энтузиазма со стороны молодых бойцов. Фор без конца орал на каждого, подбадривая некоторых ребят пинками под зад, если те останавливались перевести дыхание или поблевать в мусорный контейнер, стоящий недалеко от входа в помещение. Только под конец мучительной тренировки Ханна поняла, что место лидера на бетонном блоке снова пустует. Она что, скучает? Или наоборот, боится, что он придёт и снова её поцелует? Потребует вернуть свой долг? Вот досада! Она так и не придумала, как вести себя с ним и как произвести существенную замену своей кредитной задолженности, которая только растёт, видимо, имея ужасно высокую процентную ставку своего командира.       — Вам всем повезло, — начал Фор, заканчивая утреннюю тренировку. — Эта неделя пройдёт в том же режиме, что и предыдущая. Без изменений в турнирной таблице. Баллы за две недели будут суммироваться и выставляться общим зачётом в следующий понедельник. Так что постарайтесь собраться, ёб вашу мать! И чтобы я такого безобразия больше не видел! — заорал он, стоя прямо перед Кэйли и глядя на неё сверху вниз. — Всем всё ясно? — спросил инструктор. Молчание. — Разойтись! После обеда все приступают к своим прямым обязанностям. Ребята начали расходиться. Все, кроме Ханны.       — Чего тебе, Мэттьюс? — рявкнул Фор, пребывающий явно не в духе, направляясь к раздевалке.       — Я хотела спросить, сэр, что мне делать? Всё, что поручил мне наш лидер на прошлой неделе, я выполнила, — пояснила эрудитка, уже жалея, что вообще подошла к инструктору. Нужно было молчать в тряпочку и идти тихонечко в кабинет Коултера перебирать уже перебранные бумажки. Ну или, на худой конец, полазить в новой программе. Может, и нашла бы что-нибудь интересное для себя.       — Ты же эрудитка вроде! Вот и найди себе какое-нибудь занятие! — тяжело вздохнул Итон, облокачиваясь о дверной косяк. — Слушай, ты приставлена к Эрику до следующего зачёта. Так что, будь добра, не еби мне мозги и сдрысни отсюда в его поганую каморку. И, умоляю, сделай так, чтобы, когда он вернулся с задания, не ходил и не вонял мне, что ты нихера ничего не сделала. И так тошно без его гундежа! Он сраный идеалист, поэтому всё, что от тебя требуется — чтобы он был всем доволен! И всего-то! — посоветовал Фор и стал на ходу снимать футболку, кидая её в сторону.       — И всего-то, — пробубнила Ханна, передразнивая своего инструктора, и направилась в столовую попить крепкого кофе, который ей был просто необходим, как воздух.