Отражение, в котором всё неправильно

      Сяо медленно размешивал сахар в чае, рассеянно разглядывая маленькие крупицы чаинок, гоняющих туда-сюда по кругу. За окном давно ночь, поднялся ветер и начал моросить дождь, и этот звук шелестящих деревьев и падающих на уличный асфальт и крышу капель приятно успокаивал. Сяо опирался на своё запястье, совершенно не слушая медленную и такую же расслабляющую речь своей сестры. Голос Гань Юй всегда был вот таким — мягким, неторопливым, заботливым. Что бы она ни рассказывала, будь то истории с её работы, будь то недомогания с коллегами или домашние будни, Гань Юй словно читала детскую сказку на ночь, от которой даже сейчас, когда Сяо давно не ребёнок, хочется забыться и уснуть сладким сном.       — Сяо… слышишь?       — Ммм.       Алкоголь давно испарился из него, и хотя Гань Юй сначала испугалась внезапного пьяного появления младшего брата дома, а он бурчал, что в порядке. Эти остатки опьянения пластом лежали на плечах Сяо, который пережил за один день кошмарное количество событий. Слишком много для человека, который не переносит социум и общение.       — Ты, конечно, сказал, что ты в порядке, но… Ты же знаешь, что ты можешь мне рассказать, если у тебя что-то случилось, так ведь?       Гань Юй коснулась свободной руки Сяо и нежно провела по ней длинными тонкими пальчиками. Такое короткое движение, но в душе Сяо разлилась бочка тепла, окутывающая всё тело. Долгое время Гань Юй была первой и единственной, кто дарил ему нежные касания и заботу, которые до этого ему никто не давал. И стала первым человеком, чьи касания были ему не противны, поэтому даже сейчас он не думал о том, чтобы одёргивать руку.       Сяо оторвал взгляд янтарных глаз от чая в кружке и взглянул на сестру. Та хоть и улыбалась мягко-мягко, но в сиреневых глазах виднелось беспокойство.       — Ты считаешь, без какой-то особой причины я не могу появиться на пороге родного дома? — Он усмехнулся и сделал глоток горячего чая. Гань Юй тоже коротко посмеялась.       — Я знаю тебя слишком долго, чтобы не понимать, как ты выглядишь, когда что-то всё же случилось. — Она убрала ладонь и тоже выпила из своей кружки, и нежное тепло потихоньку пропало. — Но если ты не настроен говорить, я не стану настаивать. Просто знай, что я поддержку тебя в любой момент.       Она всегда говорит все эти успокаивающие слова, даже если Сяо так никогда и не откроется полностью.       Сяо вернул свой взгляд в кружку. Неровная тёмная гладь чая отражала его потерянный взгляд. Ему бы хотелось рассказать о том, что происходит. Тем более, что его семья и без того знает о его фобиях и о том, что он плохо приспосабливается в социуме. Но с окончанием школы Сяо решил меняться, попросив снять ему квартиру недалеко от универа, в который он поступил, чтобы… «вырасти».       С одной стороны хотелось остаться в родительской заботе навсегда. Словно в коконе, где тебя никто не тронет. С другой стороны Сяо задолбался от своих же недугов, поэтому пошёл вперёд, безмолвно сражаясь со своими страхами.       В одиночку, хах.       — Я отдохну немного, а завтра вечером вернусь обратно. В понедельник рано утром пары.       — Хорошо. — Гань Юй поднялась со своего места, легко провела рукой по тёмным волосам Сяо и забрала их грязную после ужина посуду к раковине, включила воду. — Оставайся столько, сколько нужно, Сяо. Отец эти выходные в отъезде по работе, я завтра к обеду тоже уеду. Хочешь что-нибудь особенное на завтрак?       — Без разницы. — Хотелось сказать, что Сяо хочет миндальный тофу, но он уже ел один в универе, не стоит есть любимое лакомство так часто, иначе любимым оно быть перестанет. — Что-нибудь сладкое, наверное.       — Поняла. — Гань Юй улыбнулась. — Как там Кэ Цин? Ху Тао? Или Итэр, твой друг, о котором ты рассказывал?       Гань Юй отвернулась, чтобы сосредоточиться на мытье посуды, и не видела, как Сяо вздрогнул от третьего имени. Почему-то теперь неизбежно рядом с Итэром в мыслях всплывал Альбедо. А как всплывал Альбедо, всплывали и мысли о том, что между ними произошло.       Господи, Сяо и правда с удовольствием бы поспал, чтобы забыть обо всём, что было.       — Кэ Цин… нормально, наверное. Мы не особо общаемся. У неё свои дела старосты, у меня свои. — Гань Юй знает Кэ Цин только потому, что та стала старостой их группы ещё на первом курсе и ещё тогда заметила «особенности» Сяо и приспособилась к ним. А Сяо, обычно молчаливый гусь, как-то проговорился о старосте дома, и отец с сестрой так восхитились этим делом, что при каждом удобном случае спрашивают, как там Кэ Цин. Господи, они ведь даже не друзья… — А Ху Тао… Думаю, у неё всё хорошо, как и обычно. Даже несмотря на жёсткую учёбу, она умудряется везде и всюду успевать развлекаться.       Гань Юй засмеялась.       — Впрочем, как и всегда, да?       — Ага.       Если Гань Юй была первой девочкой, которая могла спокойно касаться Сяо, потому что он сам разрешал, то Ху Тао была второй, но он ей ничего не разрешал. Ху Тао вообще такой человек, который о разрешении не спрашивает. Хочет — делает. Хочет бросаться на людей, бросается. Хочет вытаскивать Сяо гулять — вытаскивает и мнения его не спрашивает. Их дома на одной улице, поэтому, когда Сяо только переехал сюда, Ху Тао стала его первым другом, и ей было всё равно на его злобный взгляд и постоянную панику. Она просто хватала его под мышку и неслась, куда глаза глядят. Смеялась, пока Сяо, что всегда был ниже неё, рычал ей в живот и безуспешно пытался выбраться из цепкой хватки. И приятно поражает такая черта характера, и в жуткий ужас вводит.       Сяо даже рад, что в итоге они, как друзья детства, всё же выбрали разные дорожки во взрослую жизнь и пошли в разные университеты. Но так же Сяо всё равно в душе рад, что Ху Тао не забывает его и при случае снова против его желания тащит его куда-нибудь развлекаться.       Такое чувство, что делать что-то против желания Сяо — лучший способ с ним подружиться. О, боже, о чём он только думает.       — А что насчёт Итэра? — И вновь Гань Юй произнесла это имя. Закончив с посудой, она взялась за телефон искать нужный ей рецепт вкусняшки, которую она приготовит утром.       — Итэр…       Странно, но про него ничего не хотелось говорить. С тех самых пор, как в конце третьего курса Итэр познакомил его с Альбедо, они с Сяо перестали так тесно общаться, как раньше. Раньше Сяо мог с лёгкостью назвать его своим лучшим другом, первым, к кому он обратится за помощью в любой момент своей жизни, а сейчас…       Этот вопрос тяжёлым камнем оставался внутри него.       Стоит признать, что Итэр хорошо устроился. Это нельзя было назвать завистью или ревностью к другим, но Сяо в последнее время смотрел на «лучшего друга» по-другому. Шире, охватывая всё, что происходит вокруг.       У него идеальные оценки в универе, лёгкая онлайн работа, куча фанатов и фанаток в универе и даже вне него, замечательная сестра-близнец, не менее популярная и не менее умная.       И чертовски привлекательный парень.       Сяо закусил губу. Гань Юй, похоже, заметила, что Сяо снова ушёл куда-то в свои мысли, поэтому не стала переспрашивать, занимаясь заготовками к завтрашнему утру.       Сяо сделал этот грёбаный шаг вперёд, сразился со своим недовольством и принял тот факт, что этот чёртов Альбедо как лицо с обложки. Если бы он не появился в жизни Итэра, и если бы Итэр не представил их друг другу, наверное, Сяо никогда бы не узнал, что такой красивый парень в их универе вообще существует.       Самое ублюдское в этом то, что эти двое в отношениях.       И Сяо не знал, на кого он всё-таки злится за этот факт. Мысли так быстро меняются, что он не может вот так легко сказать, что же его так раздражает. Раньше Сяо мог представить себя на месте Альбедо. Хоть он и умирал от стыда и пытался сразу похоронить эти мысли, Сяо представлял, как он встречается с Итэром, как они ходят на свидания, вся эта сопливо-слюнявая хрень, от которой плавится мозг. Он представлял, как они с Итэром целуются, как проводят вместе ночи.       Чёрт возьми, блять. Сяо дрочил на Итэра, он честно это признаёт. Три грёбаных года подряд.       Но с тех пор, как появился Альбедо, словно ужасающий шторм пронёсся по морю, в котором Сяо тонул. Может, виноваты эти три месяца лета, которые Сяо провёл с семьёй, не видясь с лучшим другом. Он так сильно абстрагировался от той ломающей его реальность новости, что все чувства к Итэру поутихли.       Взять даже сегодняшний день.       Раньше, стоило Итэру появиться где-то рядом, даже если Сяо не до конца чувствовал себя комфортно, ему хотелось быть с ним. Слушать его энергичные истории, общаться о любимых группах, размышлять вместе на те или иные темы, проводить вместе время.       Сегодня он не почувствовал того же волнующего восторга, когда Итэр приехал со своей сестрой. Честно говоря, плевать он хотел на Люмин, Итэр хоть без неё, хоть с ней должен был занять все мысли Сяо снова.       Вот только он смотрел не на Итэра, правда ведь? Убитый взгляд Альбедо показался ему важнее, чем собственный лучший друг. И это с Альбедо он согласился уйти домой. И это с Альбедо он напился. С Альбедо он целовался. С Альбедо он…       — Сяо. — Мягкий голос сестры послышался над головой. — Уже поздно, не засиживайся долго, хорошо?       Ох. Он так глубоко ушёл в свои мысли, что потерял счёт времени. Гань Юй ложилась спать и перед сном гладила его по голове.       — Да, я… схожу в душ и тоже лягу. Просто… задумался.       — Угу. Спокойной ночи. О чём бы ты ни переживал, всё обязательно наладится, знай об этом.       — Конечно. — Сяо кивнул, коротко улыбнувшись в ответ. — Спокойной ночи, Гань Юй.       И девушка ушла, закрываясь в своей комнате. Сяо остался один на кухне с уже давно остывшим чаем и звуками дождя за окном. Уши покрылись румянцем, в штанах стало тесно. Он снова вспомнил то, что Альбедо делал с ним в прихожей той квартиры.       Этот затуманенный возбуждением взгляд ледяных глаз. Растрепавшиеся мягкие волосы, которых так приятно было касаться и сжимать рукой. Эти умелые действия чужого горячего рта, что заставляли кожу плавиться. Руки, касающиеся кожи Сяо, и та покрывалась мурашками. Сладкое удовольствие, заполняющее всё его тело, электрические импульсы в самую макушку, когда он спустил в горло умирающего от вожделения Альбедо.       Ха-ах… Да даже сейчас у Сяо стоит от таких образов, что прикажете делать, когда они столкнутся в универе?       — Так. Ладно. Душ.       Даже если Гань Юй уверена, что всё наладится в его жизни, почему-то у Сяо было плохое предчувствие. Но эту неизбежную встречу в понедельник он пытается оттянуть хотя бы на один выходной день.