Подчиняющий

Крепкая хватка на тонком запястье усиливается с каждой секундой, грозясь сломать кость к чертям собачим. Араи шипит и пытается вырваться из капкана, заранее понимая, что это не имеет никакого смысла. Ужаснее всего осознание того, что защититься не получится. Способность абсолютно бесполезна, а все оружие оставлено в квартире Рюноске. Дазай резко открывает такую знакомую дверь и буквально закидывает туда девушку. –Какого черта тебе от меня надо? По прихожей эхом проходится звонкий звук пощечины. Брюнет сжимает кулаки и хмурит брови, еле сдерживая приступ злости, и хватает еще не оклемавшуюся ученицу за плечо, таща в комнату. Та громко кричит и осыпает тело Дазая ударами, однако силы все равно не хватает. Одним движением девушка оказывается вжата в стену. Изящные пальцы хватают черные короткие волосы, сжимая, и со всей силы прикладывают чужую голову об укрепленный гипсокартон. Глухой стон вырывается из женского рта, тут же пропадая в поцелуе. Одна рука сжимала шею, а вторая жадно сминала кожу податливого тела. Тяжелое дыхание, срывавшееся с ее губ будоражило, отчего темные карие глаза наливались красным. Горячие языки сплетались в хаотичных движениях, а зубы цеплялись за такие же горячие губы, намереваясь прокусить до крови. Одним движением худая мужская рука оттягивает голову девушки назад, а рот припадает к нежной бледной коже шеи, оставляя яркие следы, которые будут гореть пламенем еще минимум неделю. Тихое сопение раздается со стороны Араи, когда парень кусает слишком сильно, и даже не стремится зализать место укуса. –Отвали! Неожиданный толчок в грудь сбивает с толку и Дазай отступает на пару шагов назад, из под бровей глядя на неровно дышащую растрепанную девушку. Темные глаза сужаются, показывая крайнюю степень недовольства, хоть тело и выглядит расслабленным. –Что это было вообще?! Чертов псих! Брюнетка громко ругается и хмурит брови, агрессивно поправляя волосы и одежду. Тут же переводит выжидательный взгляд черных глаз на учителя. В отличии от него, ее тело напряжено словно струна; она готова защищаться в любую секунду. Дазай громко цокает и хватает сопротивляющуюся девушку за кисть, ведя за собой в сторону спальни. –Давай полежим, я устал. –Чего? На секунду Араи впадает в ступор, послушно идя за брюнетом. Зайдя в комнату, он дергает рукой, заваливая себя и подопечную на мягкую кровать. Одним движением подминает под себя на удивление спокойное женское тело и закрывает глаза. Комната погружается в тишину на некоторое время. –Ты объяснишь мне свое тупорылое поведение? По комнате расходится уставший громкий вздох. –Ты можешь просто заткнуться и полежать со мной в тишине? Спорить бесполезно. Как бы не было трудно этого признавать, но девушке было куда приятнее находиться рядом с наставником сейчас, лежа в кровати в обнимку, а не в зале, когда из нее выбивают дух. Поэтому тихо и рвано вздохнув, Араи устраивается поудобнее и прикрывает глаза, даже не пытаясь разобраться в поведении этого парня. И правда, взломал дверь Акутагавы и схватил ее, уводя прочь для… обнимашек? От абсурдности ситуации хочется выть, а еще лучше схватить хорошенький Вольтер П99 и размазать чужие мозги по стенке одним выстрелом. Про себя девушка лишь могла подумать о том, что, черт возьми, с ним не так. Буквально сегодня днём он пытался раздробить ей ребра, а сейчас лежит и дышит в шею, обнимая за талию. Еще и поцеловал. На самом деле, в этом не было ничего такого. Живя в отвратительном и прогнившем мире не трудно привыкнуть к вечным домогательствам, а секс становится одним из способов снимать напряжение. Однако, за недолгое время пребывании в мафии, Араи поняла одну простую вещь. Дазай ненавидит прикосновения. Если бы любил, не носил бы эти бинты по всему телу, не держал бы дистанцию с напарниками и, в конце концов, не вытирал бы руки после каждого прикосновения к Акутагаве. Девушка еще раз тихо вздохнула, улавливая носом тонкий мускусный аромат одеколона. И все таки она ненавидит своего наставника. Самой лютой и яркой ненавистью, на которую только способна. Растя на улице и борясь за каждую секунду своей жизни она и правда начала отвергать беспричинную жестокость. Беспочвенное ужасное отношение к кому бы то ни было вызывает покалывание в кончиках пальцев и нервную дрожь по телу. И нет, не от страха… А от дикого и необузданного желания убивать. Убивать каждого, кто хоть раз в своей жизни опускался до беспричинного насилия. Но сейчас она лежит в одной постели с Дазаем, слушает его тихое дыхание, и желание его уничтожить находится на умеренном уровне. Выразительные черные брови встречаются у переносицы, когда Араи подает голос. –Как же я тебя ненавижу.