Coming back to you | Возвращаюсь к тебе

(Вторник) Утро Чонён снова начинается с того, что, встав по будильнику, она будит дочь и сразу же идёт готовить завтрак, не забыв перед эти принять недолгие водные процедуры. Во время завтрака тёмноволосая, слабо улыбаясь, слушала, как дочь рассказывает ей про каких-то супер человечков, что спасают мир. И, честно говоря, девушка не поняла про кого именно рассказывает её ребёнок, но подумала, что прерывать и спрашивать не лучший вариант, так что она просто с умным видом кивала, мол «Да, я тебя понимаю». А после завтрака и очередных недолгих сборов, семейство покидает пределы любимой обители, садясь в машину и отправляясь первым делом в детский сад, куда сегодня Чеён хотела больше обычного. Как Чон поняла, в садик привели новую девочку и с этой девочкой Ченг вчера подружилась. Правда, особо этой новости девушка почему-то не удивилась, прекрасно зная, какая её дочь общительная. После садика и разговоров с воспитательницей, Ю, снова сев в свою машину, едет на работу, внутренне радуясь тому, что пробок на дороге значительно меньше и можно спокойно ехать по дороге, не объезжая дворами. К кафе она подъезжает за десять минут до открытия, вальяжно заходя внутрь, сразу же приветствуя лучших подруг и директора заведения, который совсем скоро удаляется обратно к себе в кабинет. — У нас всё хорошо? — интересуется Ю, выходя из комнаты для персонала. Джихё тихо угукает, не отрывая взгляда от планшета, а Сана, в очередной раз протирая надоедливые стаканы, недовольно корчит моську. — Старик Ли сказал, что в ближайшие дни нужно будет закупиться продуктами, да побольше, потому что в последние два месяца проходимость стала больше. А ещё вчера, после окончания твоей смены, некоторые гости, будучи подвыпившими, разбили часть посуды и теперь Джихё нужно закупить дополнительное количество тарелок. Ну а ещё у нас в пятницу планируется проведение дня рождения и к тому моменту нужно выбрать людей, кто будет работать и утвердить меню с клиентом. Как понимаешь, работать выбрали пока нас с Джихё. — Сана тяжело вздыхает, уже сейчас представляя как сильно она устанет в пятницу. Если бы у неё только была возможность отказаться… — А что насчёт меня? Старик Ли ничего не сказал? — присев на барный стул, тёмноволосая потягивается, разминая спину. — Неа. Видимо, он отпустит тебя сразу же, как только смена закончится. — Что ж, отчасти для вас это даже лучше. Уверена, с дня рождения будет хорошая выручка и Старик Ли обязательно прибавит часть этой выручки к вашей зарплате! — Чонён расплывается в улыбке, желая тем самым поддержать подруг, только вот Минатозаки Сане никакая милая улыбочка не поможет. — Как вчера вечер прошёл? Написала Наён? — ловко переводит тему Пак, наконец откладывая планшет в сторону, с которого секундами ранее заказала посуду. — Ну… Я хотела ей написать перед сном, только она мне первый написала. Сказала, что ей одобрили длительный отпуск и она совсем скоро вернётся в Корею. Говорит, что она очень соскучилась по Чеён. — девушка грустно улыбается, опуская взгляд вниз. Она чувствует в груди щемящее чувство грусти и радости смешанное воедино. Даже как-то стыдно, что у неё всё ещё не хватает сил отпустить и забыть прошлое. — Эта твоя Наён максимально странная, скажу тебе. — тон Джихё с милого и взволнованного резко сменяется на недовольный и даже немного злой. — Я вообще не понимаю её логики. Сначала она с головой погружается в свою карьеру и напрочь забывает о семье, дочери в частности, а потом, когда осознаёт, что потеряла эту самую семью, пытается всё исправить. Она променяла вас с Чеён, любящих её всем сердцем людей, на какую-то карьеру, славу и деньги, и теперь ждёт прощения? Конечно, стать знаменитостью — это была её мечта. Мечта всей жизни, если можно говорить так, но даже в таком случае ей не стоило забывать, кто привёл её к этому. Не стоило забывать, кто поддерживал её, когда она терпела неудачу и кто всегда оставался на её стороне вне зависимости от ситуации. Им Наён, познав вкус популярности, напрочь забыла обо всём, что ты сделала для неё и теперь, опять же, хочет всё вернуть? Не это ли зовётся эгоизмом? — Джихё, не надо. — тихо зовёт Сана, пытаясь успокоить подругу. Они все очень обижены на Наён, по правде говоря. — Не нам её судить. — А кому тогда?! — зло шипит Пак, резко повернувшись к Сане лицом. — Её фанаткам, которые и половину правды жизни не знают?! Да, она тоже страдает из-за своего выбора, однако это всё равно не оправдывает того, что она сделала. — Забудьте. — отмахивается Чонён, поднявшись с места. Она протяжно вдыхает, ощущая в области груди какую-то ненормальную тяжесть. — Это был её выбор. Видимо, тогда ей казалось, что стать артисткой будет куда лучше, нежели примерной семьянинкой. Сейчас больше всего меня волнует лишь моя дочь и я не хочу, чтобы она страдала из-за отсутствия внимания матери. Пока Наён общается с ней и принимает хоть какое-то участие в её жизни — на остальное я могу закрыть глаза. Пусть и не без труда… Взяв в руки тряпку, тёмноволосая неторопливо подходит к столикам, тщательно протирая их перед приходом гостей. Пак Джихё тяжело вздыхает, уходя в другой конец зала, дабы в относительном одиночестве успокоить свою внутреннюю злость, пока Сана с грустью и сожалением смотрит на лучшую подругу. Ну она ведь знает, что Чон не может закрыть глаза на произошедшее. Да, она взрослый человек и ей действительно бы стоило отпустить все старые обиды, только вот как сделать это, когда ты оказалась преданной самым близким и любимым тебе человеком? Им Наён с самого детства мечтала о сцене. Она мечтала стать артисткой и покорить множество сердец, и Чонён всегда поддерживала её. Всегда была рядом, когда Им читала письмо от очередной компании с «Простите, вы нам не подходите» и всегда утешала её, говоря: «Ты сможешь. У тебя всё получится!». Чонён невероятно любила Наён, поддерживая её во всех начинаниях. Радовалась вместе с ней, когда её наконец приняли в одну из компаний и постоянно твердила: «Всё хорошо. Это твоя мечта. Ты смогла, так что постарайся добиться успеха. Я буду рядом!». Терпеливо ждала и воспитывала их дочь, которая родилась спустя год после бракосочетания, практически в одиночку. Ждала годы, а в итоге чем всё обернулось? «Я планирую больше сосредоточиться на карьере и создании музыки, а семья всегда подождёт.» — это старшая сказала на одном из интервью. И у Чонён всё рухнуло. После тех слов в её голове наконец всё ясно прояснилось — она и Чеён теперь на втором плане. Им старшей на тот момент не нужна была семья, которая поддержала бы её, ей нужна была карьера артистки и нескончаемое количество фанатов, которые обожали и дарили ей подарки. Было ли Чон больно? Было. Плакала ли она? Плакала. Знала ли она на все сто процентов, чем всё обернётся? Нет, не знала. Девушка старалась изложить самой себе эти слова как-то по-другому, мол неправильно поняла и немного ошиблась, но ошибки не было. Она видела с каким огнём в глазах её жена выступала и находилась в обществе фанаток, и понимала, что дома этот огонь угасает. Ю очень надеялась, что всей её заботы и любви хватит, чтобы Им Наён поняла одну простую вещь — пока сотни тысяч фанаток её обожают, по-настоящему любит лишь она. И Наён это поняла. Правда поняла, только вот уже после того, как подписала документы о разводе. Поняла, когда возвращаться уже было не к кому и некуда. Не было больше их семейного гнёздышка, был лишь её дом. Одинокий и пустой дом, где не было слышно детского смеха и заботливых «Дорогая, пора ужинать». Девушка винит себя и желает вернуть всё, но сделать это уже не так просто, потому что одно предложение — и обида глубоко пустила корни в душе Ю Чонён. Просто закрыть глаза и забыть у той явно не получится. — Она сразу поедет к вам или сначала к себе домой? — любопытствует у подруги Сана, когда у той выдаётся свободная минутка на просто постоять. — Я не знаю. Я не особо разговаривала с ней вчера, но, наверное, сначала заедет к себе домой. Лисёнок рассказала мне, что Наён обещала ей много сладостей, а для того, чтобы привезти всё это, сначала надо распаковать сумки. — Ты ведь у неё ни разу не была, да? — Нет, не была. Да и что мне там делать? Она сама забирает и привозит Чеён, так что быть там у меня нет надобности. Главное, что Ченги приезжает от неё с полными штанами радости и конфет! — Чонён, пробивая один из заказов, весело смеётся, вспоминая, как однажды её чадо приехало от матери в буквальном смысле с полными карманами конфет. Уж непонятно откуда Им Наён надыбала столько сладкого, но их дочь была вполне довольна этому. — Может, соберёмся все вместе на выходных? Как раз с Джихё наконец увидим нашу крестницу. Я так соскучилась по малой! Мне даже как-то разбивает сердце, что она практически не вспоминает нас! — светловолосая наигранно дуется, слыша лёгкий и весёлый смех Ю. — Я только «за». Только я не знаю, когда Наён точно приедет. Если на днях, то Чеён точно потащит нас гулять вместе, а на выходных выпросит сходить в какой-нибудь парк или кафе. Там уж отказаться будет сложно, а особенно Наён. — Ничего страшного! Мы можем встретиться и после работы как-нибудь, не беда. Думаю, мы с Джихё вполне можем подождать! — Чего подождать? — Сана, словно напуганная кошка, подпрыгивает на месте и недовольно цыкает, напуганная резким появлением Пак. — Ты чего так неожиданно выскакиваешь?! Хочешь, чтобы у меня сердце остановилось?! — Ничего такого и не случилось, не ворчи! Чон, тебя ждут за пятым столиком, так что поторопись. — Конечно, уже иду~ — несильно хлопнув Минатозаки по плечу, тёмноволосая удаляется к столику, принося им счёт. Предложение Саны о встрече на выходных действительно показалась Ю заманчивой идеей, ведь они не собирались вместе уже очень давно, из-за постоянной работы и сильной усталости после неё. Собраться в одном кругу, выпить, поговорить о волнующих проблемах — это именно то, что нужно после выматывающей недели и насыщенных событий. Даже Чеён, которой Чонён рассказала о желании её крёстной встретится, очень обрадовалась и захлопала в ладоши, тем самым говоря, что она очень хочет встретиться с тётями на выходных. Но, тем не менее, всё ещё оставался главный интересующий её вопрос — когда и во сколько приедет Им Наен. Бывшая супруга явно намеревается вернуться на этой неделе, но пока Ю не знает в какой день недели она сделает это. — Мамочка, а можно я сегодня покушаю на диване? Сегодня будут показывать повтор моей любимой серии и я не хочу её пропустить! — скинув с себя ботиночки, Им младшая быстро-быстро бежит к дивану, неумело заползая на него. — Хорошо. Но тогда спать сегодня ляжем раньше, хорошо? — и в ответ дочь положительно кивает, сразу же потянувшись к пульту. Тёмноволосая лишь вздыхает и, оставив их вещи на комоде справа от входной двери, уходит на кухню, громко шаркая тапочками. Она неторопливо достаёт посуду из нижних ящиков и продукты из холодильника, на ходу придумывая их сегодняшний ужин. Им Чеён очень любит жаренное мясо с рисом и кимчи, так что первым делом девушк обжаривает побольше мяса, чтобы её ребёнок наверняка наелся. На само приготовление уходит не так много времени и после готовки, желающая наконец отдохнуть, Чонён присаживается рядом с дочерью на диван. Она расставляет перед ней небольшой столик, куда после ставит рис, тарелку с мясом и нарезанное на кусочки кимчи. Девочка в знак благодарности мокро чмокает родителя в щёку, слыша с её стороны тихое «Кушай, моя хорошая». И пока Ченг, весело болтая ножками и не отрывая взгляда от телевизора, кушала свой ужин, сама Чон с нескрываемым удовольствием наблюдал за ней, так и норовясь потянуть за сладкие щёчки, которые становились большими каждый раз, стоило Им младшей запихать за щёки по несколько кусочков мяса. Так она была больше похожа не на лисёнка, а на хомячка. — Ну мамочка! — недовольно ворчит девочка, отдёрнув голову в сторону, когда родитель всё-таки с довольной лыбой тянет её за щёчку. — Я ведь кушаю! — Хорошо, хорошо. Прости! — посмеявшись, Чонён чмокает чадо в макушку, после чего поднимается с места и относит грязную посуду в раковину. Напевая себе под нос какую-то песню, наливает горячего чая, не забыв достать из ящика печенье в шоколаде, которое так любит Им Чеён. И, взяв кружку с упаковкой печенья, только собирается вернуться на диван, как её телефон вибрирует, уведомляя о пришедшем сообщении. Тёмноволосая протяжно вздыхает и нехотя ставит кружку обратно на стол, чтобы достать телефон. — Ну кому я там понадобилась? Открыв сообщения, взгляд цепляется за чат с бывшей супругой. Сердце почему-то неприятно сжимается и по телу пробегаются мурашки, но чат всё же открывает, читая сообщение. «Сегодня я купила билет и уже готовлюсь к возвращению. Думаю, завтра утром, часов в шесть-семь, уже буду в Корее, так что ждите меня!» Ю шумно сглатывает и бросает взгляд на жующую Им Чеён. В голове сразу возникает картина, как её девочка будет радостно прыгать при виде матери и повторять, что сильно-сильно скучала по ней. И эта картина вызывает у неё улыбку, только, жаль, грустную. Чонён не знает сможет ли встретить бывшую супругу со всем присущим ей спокойствием и достоинством, но ради ребёнка ей всё же стоит постараться. В конце концов, она взрослый человек. «Хорошо. Будем ждать.»