Солдаты

Спустя какое-то время, капитан еше раз проверил показания прибора и выдохнул: —Бросай, она уже не рабочая. С очень громким стоном, Осаму наконец расслабился, упав на колени. Снаряд, с глухим металлическим стуком, упал на землю. Накахара тут же подлетел к напарнику и чуть ли не оттолкнув капитана, сел рядом. —Н-не могу разжать руки,– признался Дазай. Чуя аккуратно вынул лопату из его рук и бесцеремонно размотав бинты на запястьях, ослабил их и намотал на красные опухшие ладони. Затем, пока капитан самодовольно поднял снаряд и бросил в багажник, Накахара помог Осаму встать и сесть в машину. В части все без исключения уже знали о происшествии и ждали их. Пока Дазай и Чуя плелись в свои комнаты через толпу любопытных, им хлопали, одобряюще били по плечу и засыпали вопросами: —Правда? —Страшно? —Тяжело? —Больно? —Расскажи —Расскажи —Расскажи! Парни молча кивали, отмахивались и ползли к своим целям, но на полпути их окликнул ефрейтор: —Осаму, Накахара, вас к главкому!–парни издали многострадальный стон. Почему "главнокомандующего" так называли, было не понятно да и не известно, а старослужащие на этот вопрос не отвечали. Так вот. Дело в том, что главком на самом-то деле стоял в звании полковника, но почему-то, вне официального обращения, армейцы звали его главкомом. В кабинете полковника горело много света, из-за чего, войдя в помещение, напарники зажмурились и остановились в дверях. —Чего встали, вольно, садитесь. Обернувшись на дверь, они увидели, как им показали большой палец и подмигнули. Переглянувшись, бывший Двойной Черный неловко поклонились, инстинктивно последовав японским традициям и сели на диван, стоящий возле стены, слева от стола. Главком улыбнулся и сказав: —Похвально-похвально, ты, Накахара, показал большие результаты в беге, Осаму, выносливость и правильность действия в чрезвычайных ситуациях уровня бывалого солдата! (На этой фразе японцы вновь переглянулись, явно не поняв и не сумев перевести данное странное определение) Да и оба вы большие молодцы...,– начал длинную тираду, про то, что именно таких людей можно называть героями, что они большие молодцы, что можно запросто их отправлять на фронт безо всякой подготовки... Чую, да и Дазая тоже, стало сильно клонить в сон. Под монотонно-радостный голос их глаза закрывались сами собой и уже буквально через несколько минут они дремали сидя на диванчике, подперев друг друга плечами. —... И вот, обсудив этот очень благородный и трезвый поступок, мы решили повысить рядовых Накахару и Осаму в звании до младших сержантов!– парни проснулись и вскочив, синхронно покачнулись и тут же вытянулись по стойке смирно,– а также назначить командирами отделений. Ну, а официально, лычки на погоны получите завтра,– главком подмигнул,– А вот уже с сегодняшнего дня вы будете спать в тренерской комнате... Накахара очнулся: —К-как в тренерской?! Вдвоём?! Товарищ полковник, прямо вдвоём жить?! Я с ним, он со мной?!– он активно жестикулировал указывая то на себя, то на напарника. Полковник удивлённо кивал, а потом, уже начиная вникать, что эти двое не хотят жить вместе, чтобы не дай Бог, всё не пошло насмарку, он выпроводил их из кабинета, со словами: —Ваши вещи уже там, лейтенант, проводите их.