Попаданка

      Она стояла на невысоком пьедестале. Скульптор «поймал» её во время танца. Одна рука с тамбурином была поднята над головой, другая приподняла подол платья, захватив и нижние юбки так, что открывала нескромному взору округлую коленку и стройную голень, босая изящная стопа, опиралась на пальцы. Казалось, что девушка вот-вот тряхнет гривой распущенных волос струящихся по спине, зазвенит тамбурин, и она пустится в пляс, сводя с ума зрителей своим танцем.       В голове у Ольги зазвучала «Мазурка» из балета «Анюта». Она, в прошлой жизни, ходила с мамой на этот балет, ей, честно говоря, понравилось, и вот сейчас звучит в памяти музыка, а девушка с тамбурином кокетливо поглядывает, именно на неё, из-под полуопущенных ресниц, и в груди у Ольги рождалось какое-то неведомое чувство. Ей даже послышался перезвон бубенцов тамбурина, она потрясла головой и оглядела своих спутников. У всех были восхищенные лица. Только Эфрой как будто не веря, глядел на танцовщицу и вдруг медленно, что-то шепча, двинулся к скульптуре. Он вплотную подошел к пьедесталу, и прикоснулся пальцами к губам, дотронулся ими до подола платья скульптуры и прикоснулся к своему лбу. Обернувшись, он шальными глазами оглядел всех и быстро подошел к Ганту. Схватил его за плечи и встряхнул так, что всем почудилось, как у аэрнита клацнули зубы.       — Гант, дружище, ты понимаешь, что ты нашел, — спросил феррах, продолжая трясти парня. Ольга дотронулась до Эфроя.       — Слушай, он от твоих «ласк» сейчас язык откусит. Феррах отпустил плечи Ганта и неловко произнес.       — Прости, но, друзья, вы понимаете, что это? — он обвел руками поляну.       — Ну и что? — спросил Лепски, оглядывая поляну.       — Это потерянный город феррахов, — все так же взволнованно сказал Эфрой. — В наших хрониках рассказывается о городе, который в силу наказания от богов ушел под землю. Нет, нет, не сразу, жители успели покинуть его. Но главной достопримечательностью в городе была статуя танцующей Хемели. И вот ты нашел этот город -легенду. Эфрой провел рукой по лбу и поклонился аэрниту.       — Друг, весь род феррахов будет тебе благодарен. Гант только пожал плечами. Что происходило дальше между Эфроем и Гантом Ольга уже не наблюдала. Её неудержимо влекло к статуе и она поддалась этому влечению. Возле постамента она остановилась и провела по нему рукой. Разыгравшееся воображение позволило почувствовать, что постамент под рукой оказался теплым, девушка обошла скульптуру, не отрывая руки от постамента, в одном месте её пальцы почувствовали углубление. Оно оказалось забито почвой и мелкими камешками. Ольга попробовала расковырять уплотнившуюся за многие годы массу. Она не поддавалась.       — Что ты хочешь сделать? — раздался из-за спины голос Эфроя. Продолжая ковырять спрессованную землю, девушка ответила.       — Здесь что-то было, какой-то предмет, вот хочу посмотреть.       Эфрой отодвинул девушку и внимательно рассмотрел, что там такое нашла Ольга. Можно было аккуратно все убрать магией, но по выбросу, пусть и минимальной силы, их могли обнаружить. Еще раз осмотрев место, Эфрой достал кинжал. С помощью кинжала дело пошло быстрее. Через некоторое время перед ними возникла круглая выемка глубиною сантиметров пятнадцать.       — Что это могло быть? — спросила Ольга, не надеясь на ответ.       — Кажется, я догадываюсь, — ответил Эфрой, продолжая ощупывать выемку.       — Понимаешь, мы — огнепоклонники. У нас в главном храме горит негасимый огонь бога Зара. Скорее всего в этом месте находился сосуд с огнем, но за прошедшие тысячелетия он был разрушен, осталось только место для него. Ольга еще раз осмотрела выемку и подняла глаза на статую, и ей вдруг показалась, что эта неведомая богиня подмигнула! Она закрыла глаза, отгоняя странное видение.       — А ты знаешь, Эфрой, огонь можно снова зажечь, — проговорила она, внимательно оглядывая пьедестал.       — Но магия…       — Нет, — протянула Ольга, - магия конечно будет, но это будет рунная магия, а она астрал почти не задевает, так что возмущений в нем не будет. И уже охваченная идеей она направился к лагерю.       В лагере их ждали. Заманчиво булькал котелок, распространяя аппетитный аромат. На импровизированной скатерти стояли миски.       Феррах, сидевший напротив Ольги, смотрел, как де Ашер толком не успев прожевать, что-то объясняет Ганту.       — А кто такая Хемели? — неожиданно спросил Лепски. Все, как по команде перестали жевать и посмотрели на Эфроя. Тот даже смутился от такого внимания.       — Гм, гм, — прокашлялся феррах. — Ну, если говорить о Хэмели, то надо вам чуть-чуть рассказать о богах феррахов.       У нас политеизм. Главное божество это Зар — бог огня. У него тысячи храмов в нашем княжестве.       — А у него тоже есть статуя? — полюбопытствовал Хрысь.       — Нет. Во всех храмах Зара олицетворяет огромный негаснущий костер.       — А почему он не гаснет? — опять вылез Хрысь.       — В этом и вся загадка, — ответил Эфрой.       — Погасить костер Зара нереально. Но этого никто не пробовал, да и помыслить о таком никто не смеет! У Зара, в нашем Пантеоне, имеются десятки помощников. Вот одна из таких помощниц Хэмели — Богиня Удачи, покровительница влюбленных, путешественником и магов, именно тех, кому так она требуется.        Тысячелетия назад, как указывается в хрониках нашего народа, мы жили у подножия гор. Но кому-то не нравилось, что феррахи были абсолютно мирным народом. Занимались землей, растили на продажу скот, вели торговлю с близлежащими княжествами. Очень часто в высших эшелонах власти стали вестись разговоры о набегах, завоеваниях новых территорий и о рабстве. Что феррахам необходимо показать свою силу. Но эти разговоры не поддерживались тогдашним князем, и в одну из ночей случилось непоправимое: правящий князь был убит, а в храме верховного божества кто-то загасил огонь, элементарно засыпав его землей.       Вот с того дня беды и несчастья стали преследовать феррахов.       Земля отказывалась носить святотатцев. Почва дрожала и трескалась, и из неё вырывались огненные языки. Город начал разрушаться. Все бросились в храмы, надеясь на защиту богов. Но наиболее разумные феррахи стали организовывать эвакуацию из городов. Они собирали людей, скот. Грузили телеги и старались как можно быстрее покинуть ставшую негостеприимной землю своих предков. В этой кутерьме затерялись голоса тех, кто хотел войны с соседними княжествами.       Легенды гласят, что именно их дома стали проваливаться под землю в числе первых. Не все феррахи прислушивались к разумным доводам, что необходимо покинуть город. И только когда с гор полились огненные реки, население в ужасе бросилось бежать.       Мой предок сумел сплотить вокруг себя несколько семей, у одной из них был довольно сильный пространственный маг, он и предок, и еще несколько магов сумели построить портальную арку именно у статуи Хэмели и удерживали её, пока жители проходили через портал. Спастись удалось почти половине города…       -А маги? — не удержался и спросил Гант.       — Погибли. А с ними мой предок. Так что это, можно сказать, захоронение предков. Всех затронул рассказ Эфроя о былых временах.       Ольга, смотрела на невидимую сквозь кусты статую и укреплялась в своем решении зажечь огонь Зара на постаменте, да и о защите скульптуры можно подумать, благо это не займет много времени. — А давайте, раскопаем что-нибудь в этом городе! — взвился с места взбудораженный рассказом Хрысь. Эфрой засмеялся и, извернувшись, схватил мальчишку в охапку.       — И как ты думаешь, Крис, сколько времени займут раскопки? Оборотень пожал плечами.       — А я знаю. Многие-многие годы. Оборотень удивленно посмотрел на ферраха. Тот легонько щелкнул его по носу.       — Статуя Хэмели возвышалась над городом, и было в ней где-то метров пятнадцать, большую часть занимал пьедестал, а теперь её пьедестал находится почти у земли… Так что подсчитай, сколько надо копать, чтобы добраться хотя бы до крыш домов!       Хрысь все так же недоверчиво осмотрел своих друзей, те утвердительно кивнули, и Крис сник.       — Ничего, — феррах потрепал мальчишку по голове, — скоро о городе узнают у нас, и сюда приедут те, кто умеет вести раскопки. Если захочешь, можешь принять участие. Глаза оборотня зажглись в предвкушении такой заманчивой идеи, и он согласно кивнул головой.       Эфрой оглядел группу, заметил добрые усмешки и пожав плечами стал готовиться ко сну. У костра остались Гант и Ольга. Они что-то увлеченно обсуждали, чертили на маленьком освещенном пятачке и, придя к только им понятным выводам, тоже отправились на боковую.       Утром Гант и Ольга отправились к статуе, чем они там занимались, видно не было, но вернулись они довольные, в руках Гант держал вытянутый камень. Они уселись в стороне, и все увидели магию артефакторов в действии. Ганту не требовались какие-либо инструменты для обработки камня, он с помощью воздушных струй аккуратно гранил и выдалбливал предмет, и постепенно под его руками камень принимал вид ограненной невысокой вазы. Эфрой обеспокоенно смотрел на артефакторов, но Лепски его успокоил. — Я не чувствую магического возмущения.       А через некоторое время к Эфрою подошли артефакторы, держа в руках аккуратную чашу на небольшой ножке, она точно бы вошла в выемку на пьедестале.       — Мне нужна ваша кровь, — обратилась к друзьям Ольга. Она толстой иглой проткнула каждому палец, собирая кровь в миску, затем кивнла Ганту, тот сел на землю, Ольга начертила на земле руну. Гант поставил выточенную чашу между ног, и, посматривая на начерченную руну, выбил её на дне чаши. Закончив, он еще раз осмотрел выбитую руну. Ольга тщательно протерла дно чаши и начала наполнять выбитую руну смешанной кровью, закончив, она прикрыла чашу ладонями и активировала руну, успев одернуть ладони. В чаше затрепетало пламя. — И надолго этого хватит? — спросил феррах, кивнув на чашу.       — Навсегда, — ответил девушка с трудом поднимаясь на ноги.       — Блин, отсидела, — поморщилась она, потирая колени.– Ну, идем к Хэмели?       Она обхватила пылающую чашу руками и пошла к скульптуре, за ней пристроилась вся группа. В полном молчании они подошли к пьедесталу. Ольга протянула чашу Эфрою. — Это сделать должен ты, там, в углублении, расположена руна бесконечность, она уже активирована, и, пожалуйста, будь осторожен.       Эфрой сглотнул от волнения, принял чашу, подошел к постаменту, стараясь, чтобы не дрожали руки, он опустил чашу в выемку. Раздался небольшой хлопок, и огонь взвился, касаясь лица скульптуры. Ольге почудилось, что на лице у божества проскользнула улыбка. Ндаа, чего только не почудится в изменчивом свете пламени.       Возвращались в лагерь уже в сгустившихся сумерках, быстро разбрелись по своим местам, и лагерь окутала тишина. Только оставшийся дежурить у костра оборотень старался не уснуть, время от времени поднимался, делал несколько шагов и опять возвращался к костру.        Крис не заметил, как его сморила дрема, не заметил, как от статуи прилетело небольшое туманное облачко, покружило над каждым, и как от него отделялись небольшие туманные кусочки и проникали в тела уснувших. Перед телами Ольги и Эфроя туманное облачко задержалось осторожно дотронулось до каждого и, разделившись пополам, впиталось в них.       Трил настороженно принял вторгнувшуюся в тело хозяйки незнакомую ауру. Будить девушку он не спешил, решив, что с этим он справиться сам.       — Ты кто? — спросил он неизвестную сущность.       — Я?! Благословение богини Удачи, а так же Любовь и счастье! А ты?       — Я — симбионт.       — Ну, значит, хозяину мы вместе и принесем все это.