way

Следующее, что Долли увидела перед своими глазами повергло ее просто в лютый шок, быстро переменившийся негодованием, а после и гневом. — Только спокойно, не делай глупостей, — тихо проговорил Дилан, кладя руку сестре на плечо. Но она и не думала его послушать. Как вообще можно быть спокойным и хладнокровным в такой ситуации? Когда в нескольких метрах твой любимый человек идет под ручку с девицей, которую ты всей душой ненавидишь… Девчонка первая замечает Дол и прикрывает удивленно рукой с длинным маникюром рот, ожидая того, что предстоит что-то интересно. Долорес сделала шаг вперед, вырываясь из рук брата, потом еще шаг, и после уверенно пошла навстречу им. — Долли… — Дил бросился за ней. Фергус проморгался и только после заметил, что к нему, взбешенная и злая, направляется Долли Далматин. Он застыл, не смог подобрать слова. Глядя на разъяренное лицо своей «любимой», он почувствовал, как в его душе что-то хрустнуло и негромко сломалось. — Какого черта ты делаешь с моим парнем! — прокричала она, уже достаточно приблизившись, — совсем охренела, тварь?! — Долли, подожди, я… — Заткнись! Закрой свой рот! — Далматин грубо отпихнула его в сторону. Фокс покачнулся и не по своей воле отшагнул подальше. После этого у него не хватило сил даже сдвинуться с места. — Что, обижена на то, что он предпочел кого-то поинтересней, красивей и телом получше? Как же жа… — Долли! — в ужасе крикнул Дил, подбежал к сестре, и. в тот же момент повторил участь рыжего. В следующий миг Деби, девчонка из параллели Фергуса, смачно была впечатана лицом в забор. Брюнетка еще сильнее сжала руку в ее спутанных блондинистых волосах. — Что ты делаешь… Ненормальная! — завизжала она, резко поднимаясь, проводя рукой по своему носу, который в данный момент был перепачкан хлынувшей кровью. Девушке хотелось кричать ей всевозможные оскорбления, забить до смерти, опозорить на весь мир. Дол находилась в состоянии аффекта, в животной ярости, порожденной ревностью. — Послушай, Дол, ты ничего не решишь насилием!.. Пожалуйста, хватит! — кричал ей брат. Но в эти секунды все слова, происходящее вокруг стало размытым, нереальным. Перед глазами стояла только одна картина — запуганная Дебора и одна мысль «уничтожь эту суку». — Да ты просто… ненормальная, тварь! Бешеная! — девчонка успела выудить из кармана курточки зеркальце и при свете фонаря рассмотреть степень повреждения своего хрупкого носика. — Ты че, прикалываешься надо мной, сучка? Далматин резким движением выбила из ее рук зеркальце и то разбилось, оказавшись на тротуаре. А потом наступила и ее очередь оказаться разбитой на тротуаре. Послышался еще более пронзительный визг. Дебби пыталась отбиваться, но против яростной Долли у нее не было никаких шансов. Кулаком, с разворота, вложив всю скопившуюся агрессию и усталость от ситуации, она вмазала суке по челюсти. Та схватилась за место удара, испуганно вытаращив глаза от шока. Сразу же после девушка сильно вмазала своим коленом ей в живот, и та резко сползла вниз. Её нарядная одежда зацеплялась за продырявленный забор. — Ж-животное!.. — Всё, хватит! Прошу! — Дилан бросился к ним, аккуратно, но сильно взял под руки сестру и принялся оттаскивать её. Рыжеволосый парень застыл в шоке. Конечно, ведь он думал, что все пойдет по его плану, и все будет прекрасно, никто ни о чем не узнает. Дил кинул на него короткий гневный взгляд, мол «потом с тобой поговорим», и тот сглотнул, развернулся и быстро ушел. «Трус.» Долорес выдохнула и разжала кулаки, попыталась унять нарастающую крупную дрожь в руках. Наконец к ней вернулся здравый разум. «Пиздец. Что я только что сделала.» — Так. Тихо, Дилан, я бить больше не буду, просто поговорю… Брат скептично взглянул на сестру, но все же решил ей довериться, надеясь, что она сейчас может себя контролировать. Дилан сделал пару шагов назад, уступая ей дорогу. «Она знает, что делает» — прозвучали мысли в голове. Подсознание его редко обманывало. Долли же шагнула вперед. Присев перед виновницей происшествия на корточки, она начала вводить ее в курс дела. — Сейчас ты выполняешь условия и все забывается. Если нет — ты будешь опозорена на твою оставшуюся, которую ты, скорее всего проведешь в дешевом борделе, жизнь. Деб всхлипнула. — Я-я… И так опозорена на всю жизнь. Получить от такой девчонки как ты… По лицу… Это просто ужаснее всего. Раздалась звонкая пощечина. — Молчать! Ты же не хочешь, чтобы тебя до конца школы преследовали? Смеялись над тобой? Нет? Тогда слушай. Девчонка поджала губы и все же кивнула. — Ты сейчас говоришь на камеру кое-что. Никому не покажу, чисто для себя. А еще ты больше никогда не приближаешься к Фергусу. Он мой. И только мой. Ты уяснила? Никакой реакции. Далматин замахнулась, и тогда Дебора энергично закивала. — Хорошая сучка. Итак, ты сейчас скажешь на камеру: «я грязная шлюха, моя судьба — это стать проституткой». А через несколько лет я проверю, сбылось ли это, или нет. — Пошла ты. Долли плюнула себе на руку и прописала вновь звонкую оплеуху. — Ты уверена? — Ладно. Кха… Д-давай записывай уже. Выудив телефон из кармана, брюнетка включила запись видео. — Я грязная шлюха, — шмыгнула носом и кашлянула, — и моя судьба — стать проституткой. — Отлично, — Далматин улыбнулась во все тридцать два зуба и убрала мобилу, — я никому не покажу, обещаю. Далматин встала на ноги, повернулась к брату, отряхнув брюки от пыли. — Можешь довести ее до дома? Если что, мы катались на скейте, и она упала на челюсть, — Дол взглянула на избитую, — про живот и остальное молчи, иначе — убью. — она показала жест, очерчивая линию поперек горла, предвещающий скоропостижную смерть. Старший помолчал и тихо-тихо вздохнул. — Хорошо. Иди домой, пожалуйста, и ложись спать. Я волнуюсь за тебя. — Спасибо, ты самый лучший брат, — ей хотелось бы сказать это эмоционально, броситься на шею, крепко обнять, но выдавить из себя получилось только сухую благодарность и легкую улыбку. Развернувшись, та зашагала домой, слушая как Дилан помогает Дебби встать под ее всхлипы боли. Какой же он все-таки потрясающий человек. Вскоре все посторонние звуки полностью заглушились. Она осталась наедине с уличной тишиной. Тишина одновременно и успокаивала, и напрягала. Внутренние ощущения также скакали от тревожности до радости и эйфории. По лицу лились слезы ручьем, потекшая тушь размазалась по щекам, а ей почему-то радостно. Возможно, потому что не стерпела, а поставила на место эту Дебби. Обстановка могла помочь ей отвлечься от произошедшего. Прочувствовать свою связь с окружающим миром, насладиться прекрасным ночным воздухом и видом улицы, освещенным зеленоватым фонарным светом. Но она выбрала подумать сейчас, а не потом. И наверное, приняла правильное решения. Зачем ждать, если можно сделать всё сейчас? «Нужно всё обдумать… Получается, теперь я не буду встречаться с Фергусом? Ну конечно, ты, бестолочь, не будешь, он же изменил! Поступил как последний подонок, и наверное, таким он и является… А если бы Дилана не было рядом… Смогла бы я убить её? Я бы провела остаток молодости в тюрьме, это не лучше её будущей участи в борделе. Они так смотрели друг на друга.Её смазанная помада и спутанные волосы, его небрежно застегнутая одежда. Я просто не могу в это, блин, поверить. Каким же лицемером он оказался. Идиот… В жизни больше с ним не заговорю! А я же теперь без парня, лохушка. Но за то у меня есть мой брат, самый важный и преданный мне человек. Дилан.» Пока хаотичные мысли и принятие произошедшего быстро и стремительно переплетались в ее голове, ноги уже успели принести Долли к дому. Родителей еще не было дома, так что она не стала утруждаться, перелезать через забор и прочее. Пофиг на Клариссу, пусть снимает хоть каждое действие. Слишком сильная усталость. Но девушка решила открыть калитку как можно тише и также ее закрыть. Это у нее легко получилось. Домой она зашла тихо, пробралась до комнаты и не раздеваясь, не развязывая волосы из пучка, не смывая макияж, рухнула на кровать лицом в подушку и принялась захлебываться в новом потоке из слез. То, что надо. Порыдав, она бы уснула в своей мягкой постели, если бы не послышался характерный звук захлопывающейся входной двери. Родители с работы вернулись. А Дилан-то еще не пришел. Во плохи дела… Сестра подорвалась с кровати и очутилась стоящей перед окном, судорожно высматривая силуэт своего брата. Какой-то парень идет. Не, не он. Вон девушка с собачкой. А вот. Нет, показалось. Да где же Дилан?! А голоса родителей всё приближались. Ло сжала зубы, покусала губы и сделала еще кучу бесполезных действий, чтобы успокоиться, но все было тщетно, к сожалению. И вот, наконец, такие знакомые и родные очертания появились. Она молниеносно схватила телефон и позвонила брату. Повезло, что он ответил точно моментально. — Родаки вернулись, сам наверное заметил. Ты пока к входной двери пройди и постой, в общем сам точно поймешь, когда надо войти. Есть план, главное поднимешься в свою комнату и сострой из себя больного, понял? — протараторила она, чуть ли не шепча и скинула трубку. «Фууух.» Выдыхать с облегчением все же было рановато. Долорес открыла чат с Ди-Джеем и написала ему. Он не отвечал больше пяти секунд, так что она позвонила ему в том же чате и сразу сбросила. Малой сразу вышел в сеть. Работало всегда. долли: ты сейчас врубаешь музыку на всю хату желательно метал или че то такое долли: дилу надо поастсь в дом DJ: Ого и сколько раз мне придется еще раз это проворачивать? долли: хватит драматизтвать долли: ты делашь этл второй раз долли: и вообще включа давай долли: во вторник я заберу тнбя с двух математик и мы подйем есть мороженое Дол печатала быстро, не обращая внимания на опечатки и отправляла сообщения моментально. После последнего, как и ожидалось, на весь дом раздался оглушающий тяжелый рок. — Прости, Дороти, это ради нашего братца, — прошептала она, наблюдая, как Дилан бесшумно входит в дом и крадется на их этаж, слушая, как кричит мама и ворчит отец, плачет малышка. За стенкой послышался облегченный вздох и скрип. Ло устало улыбнулась, вырубила свет и вновь упала в кровать, чувствуя как по щекам вновь стекают слезы. Хотелось зайти к брату и поговорить, рассказать обо всем, обнять. В голову начали приходить разные мысли. В основном беспокойные. Были и радостные, но их тут же перебивала другая, более сильная и весомая, но грустная. Успокаивало лишь то, что завтра суббота, выходной день, и особо ничего серьезного и тяжелого не предвиделось. Желание пойти к Дилану в комнату все нарастало. Он же в любом случае поддержит и поймет. В этом его преимущество. И Долли решила не делать этого. Лишь покорно уснула. Просыпаться было тяжело, а осознавать произошедшее вчера — еще тяжелее. — Бляя… Что за пиздец я вчера сотворила?.. Дол встала с кровати, с трудом удержав равновесие, и пошатываясь, подошла к зеркалу. — Я дура. Конченая, сумасшедшая психопатка, — безэмоционально, будто констатируя факт, сообщила Долорес самой себе. Не выдержав напора от собственного отражения, та отвернулась и посмотрела на прикроватную тумбочку. На ней лежали телефон и записка с маминым почерком. На часах было уже три. Долговато что-то Дол спала, конечно… Решила посмотреть записку. «Добрый день, Ло! Я желаю тебе хорошего дня. Мы все уже встали, Дилан сегодня все сделает и приготовит. Отдыхай, надеюсь все будет хорошо! В холодильнике твоя любимая красная икра Мы с папой уедем до завтрашнего утра к твоей тетушке. Младшеньких мы берем с собой, на вас только Ди-Джей, Дипак, Докинз. Дороти мы тоже взяли с собой, за нее не волнуйся Целую!» — Блин, какая же она офигенная мать. Записка была опять положена на тумбу. — А как Делайла узнала, что мне, типа, хреново? Девушка пошла на другой конец комнаты, чтобы отыскать свои мягкие и теплые тапочки, но напоролась на более интересную находку. На небольшом листочке бумаги её же почерком было небрежно вычеркано «Фергус», а сам листок был разорван на две части. — Это когда я успела? Мдаа… Это было ужасно, вспоминать по мелкому кусочку всё случившееся, и собирать этот мрак в общую картину. Дол просто сидела на кровати и пыталась узнать у себя самой, вызволить каждое воспоминание, но для чего? Понять, что делать дальше? Кажется, она уже знала. Чат был завален сообщениями от Фергуса. Он просил прощения. Давил на жалость. И Долорес пересилила себя, не стала читать ничего из этих бессмысленных соплей и просто добавила негодяя в черный список. В конце концов это просто в край надоело, надо же в кой-то веки отвлечься от этой херни. Расчесав свои темные волосы, что не помогло, после ночной укладки в таком положении, все так и осталось взлохмаченным, Ло взглянула в окно. Небо абсолютно ясное. Не солнечное, не облачное. Просто идеально чистое. Как и ее кожа сегодня. Какой смысл краситься, если все равно никуда не пойдешь? Забрав в хвост отросшие космы, девушка вышла из комнаты и тут же чуть ли не побежала на кухню. Есть хотелось сильно. Долорес сварганила себе завтрак. Запивая чаем бутерброды, она смотрела на плиту. Вроде на вид сносный обед Дилан сумел приготовить, но надо протестировать еще и на вкус. — Привет, — послышался голос. Это был, конечно же, никто иной, как Дил. — Приветик. Где братья? — она пыталась не выдавать своего волнения по поводу случившегося. — Все гуляют. Накормлены, если что. Так что дом в нашем распоряжении целиком и полностью. — Класс. В целом, они провели день как и обычно, Дилан очень старался отвлечь сестру, как-то порадовать. Они вместе посмотрели телевизор, ютуб, твич, поиграли в компьютер. У старшего выходило неплохо. Дол было хорошо с ним. Даже как-то слишком. Но к вечеру настроение её поменялось. Что-то задумала она. — Иди к себе, я ща приду, — наказала Долли, чуть ли не бежав в свою комнату. Вернулась та со здоровой бутылкой водки. Вообще, Дилан ожидал такого. Конечно, ведь Ло перенесла стресс, а он прекрасно знал, как она любит справляться с трудностями. Заперев дверь на всякий случай, та включила музыкальный канал и погромче, села рядом с братом на его кровать. — Будешь? — Немного, — он кивнул. Долорес открыла бутыль, которая была уже предварительно открыта. Она пила до этого немного, как будто знала, что будет тот самый черный день, на который нужно оставить. Сделав около десяти глотков, Далматин передала бутылку брату, а сама пустилась в пляс под музыку из телевизора. Она огибала пространство его комнаты, изящно перебирая ногами под такт, красуясь, проводя и описывая руками фигуры. Дилан сам на нее засмотрелся, подмечая про себя, насколько она красивая, и насколько все ее недооценивают. Когда Дол вернулась на место, Дил успел выпить около трех-четырех глотков алкоголя. Девушка просто молча сидела и пила. Ей не нужно было излагать подробно свои терзающие, скопившиеся мысли, чтобы брат ее смог понять. Тело пробивала приятная дрожь и волнение, разливалось тепло. Уже достаточно пьяная. Старший положил Долли руку на плечо, поглаживая аккуратно и успокаивающе. В какой-то момент просто надоело так сидеть. — Иди сюда. Ло сползла с постели на ковер, а за ней Дилан. Теперь они сидели на ковре, спинами оперевшись о кровать. Вот так было поудобнее. Долли влила в себя еще немного водки, передела Дилану. Тот сделал чуть больше глотков, чем до и отдал бутылку обратно. Отставив водку в сторону, девушка с неким вызовом посмотрела на него. — Дилан, — прошептала сестра и потянулась к его щеке ладонью, поддаваясь вперед лицом. — Долли… Дил несмело наклонился к ней поближе, обвивая одной рукой, а после почувствовал вкус её губ, пропитанных алкоголем. — Знаешь, а это ведь наш второй поцелуй. — Хаха, что? — усмехнулась она ему в губы. — Тогда ты… Пришла пьяная домой, я тебя спать уложил, а ты пришла и поцеловала меня. И уснула. Дурочка. — Сам дураак, заткнись, — девушка уже более резко потянулась за желанным, зарываясь рукой в его черную, как смоль копну волос. Он не стал сопротивляться. Всё казалось слишком правильным. Так и должно было быть. Касания губами переросли в страстный поцелуй. Долли и не поняла, как оказалась у него на коленях. Руки уже были не на затылке парня, а залезали под футболку. Оставив последний поцелуй на его мягких губах, она припала к его шее, а дальше о ее планах ему можно было только догадываться, ведь руки потянулись к пряжке ремня. — П-постой… Долли, я. мы. Я еще не готов к такому. — Ааа. Окей. Хаха, — та отстранилась, падая спиной на твердую деревянную ножку кровати, — ща, отдохну, чуть-чуть, подожжи, секундчку. Парень почти бесшумно вздохнул. Он не знал, что ему делать. Она так и продолжит приставать к нему пьяной, а потом забывать всё до следующего раза? Нет, тут нужен серьезный разговор… А еще нужно определенно надрать Фергусу его зад. Он ведь довел Долли до такого состояния. — Эй, Дол? Как и ожидалось, та уже была спящей, и десятый сон видела. Пришлось относить ее на руках до комнаты и укладывать спать. Заботливо уложил ее в постель, накрыл одеяльцем, зашторил окно. — Спокойной ночи, сестренка. Ему бы и самому поспать не помешало.