The Arithmancer/Арифмантка

Дни осени летели друг за другом стремительно (и нормально!). К концу третьей недели был день рождения Гермионы, на которые Лаванда, Парвати и близнецы Уизли выпросили у эльфов торт. Они хотели сделать праздник особенным на её тринадцатилетие. Было бы приятнее, если бы Близнецы не заставляли её всё время оглядываться через плечо. — Честно, мы не будем издеваться над тобой в такой особенный день, — успокаивал её Джордж. — Ага, — кивал Фред. — Становление подростком и так достаточно большое издевательство от жизни. Смотри, скоро будешь волноваться из-за мальчиков, — Гермиона начала краснеть. — И из-за одежды, — добавил Джордж. — И волос. — Ну, может, не из-за волос. — Да, тут у тебя и так есть уникальный стиль. — Я оставлю всё это Лаванде и Парвати когда этот день наступит, спасибо, — сказала она им. Тринадцать тринадцатью, но она думала, что её главной проблемой будут мальчишки, которые вовлекают её в смертельно опасные неприятности. *** — Как тебе день рождения, Гермиона? — спросила Лаванда позже вечером. — Я помню, что мы не отметили его в прошлом году, так что постарались исправиться в этом. — Это было приятно, — сказала Гермиона. — Гораздо лучше, чем в прошлом году. Отстойно, что я не могу отпраздновать с родителями, но школа того стоит. — Ага, понимаю, о чём ты, — выдохнула Лаванда. — Гарри просто везунчик, что у него день рождения летом. — Нет, для него нет, — сказала Гермиона. — Его родственники его не переносят. — Что? Но он же Гарри Поттер! — Ага, но они магглы — и нехорошие люди. Они не выносят магию. Лаванда и Парвати непонимающе переглянулись — у них в голове явно не укладывалось как кто-то может ненавидеть магию или Мальчика-Который-Выжил, — ну, кроме аутсайдеров из Слизерина. — Что ты и твои родители всегда делали на твой день рождения? — решила сменить тему Парвати. — Дома мои родители всегда вели меня в какой-нибудь особенно крутой ресторан на день рождения. Последние пару лет до Хогвартса мы ходили в очень хороший Индийский ресторан. У них была просто лучшая курица «тикка-масала»! — О-о-о, тебе нравится курица «тикка-масала»? — восторженно переспросила Парвати. — Я её обожаю! И многие британские магглы любят индийскую еду. Это ужасно, что тут мы не можем поесть ничего такого. — О да, — простонала Патил. — Я так устала от британской еды. Просто дайте мне немного тикка-масалы или традиционного карри, хоть иногда, хоть что-то! Падма с нами согласится. Она постоянно жалуется на отсутствие мангового сока. — Ага, но я не перестаю удивляться магическому миру иногда, — сказала Гермиона. — В плане, что магглы давно не используют пергамент и перья, потому что сто лет назад придумали более удобную технологию. И вообще более открыты к изменениям. Видимо, к еде это тоже относится. Парвати поднялась с кровати и посмотрела на неё. — Хотела бы я мочь что-то с этим сделать... — выдохнула она. Гермиона встала и выгнула бровь. Большинство ведьм и волшебников редко были готовы проявить инициативу в этом плане. — Может быть, — сказала девочка, — у меня и найдется пара мыслей. Кто в школе контролирует меню? — Разве не домовые эльфы? — Не знаю, я никогда не спрашивала. Может быть. Но они точно знают, что готовить в ближайшее время. Я могу записать им рецепт курицы «тикка-масала», который видела летом, но не уверена, насколько он хорош. Ты знаешь хороший рецепт, Парвати? Парвати смерила Гермиону таким взглядом, каким Гермиона обычно сама смотрела на людей, которые задавали ей слишком очевидные вопросы. *** — ФРЕД! ДЖОРДЖ! Два рыжеволосых парня захихикали когда в Большой Зал взлетел маленький шторм имени младшей из Уизли во время ужина в следующую пятницу. Зал взорвался хохотом, но те, кто сидели ближе всего к ней, быстро замолчали под её яростным взглядом. — Приветик, Джин-Джин, — сказали близнецы в унисон. — Что-то в тебе немного изменилось… — начал Фред. — …но мы не можем понять, что именно… — закончил Джордж. Волосы Джинни были ярко-розовыми. — Верните всё обратно, отсталые! — завизжала она. — Но в чём тогда веселье? — ответил Фред. Джинни направила на него палочку. — Воу-воу, сестрёнка, — начал успокаивать её Джордж: — Мы, эм, никогда не пытались проверить контр-заклинание на ком-то вживую. — ЧТО?! — Всё хорошо, Джинни, — сказала Гермиона со своего места в паре рядов от скандала. — Они провернули это со мной в прошлом году, только покрасили в ваш семейный рыжий. Всё исчезнет за ночь, если это тот же самый розыгрыш. Джинни на секунду замерла и зашипела на близнецов: — Вы заплатите за это. — И этого шипения было достаточно, чтобы Фред и Джордж занервничали. Она присела между Гермионой и Парвати и тревожно оглядела весь стол. Она стала чуть спокойнее, когда увидела, что Гарри и Рон над ней совсем не смеются. (Рон сдерживался изо всех сил). Гермиона раздражённо зыркнула на него. — Мне нужно придумать, как поставить их на место, — сказала рыжая в никуда через пару секунд. — Я всегда могу использовать Летучемышиный Сглаз, но не факт, что он сработает дважды. Может, спросить То-… — она резко затихла и нервно посмотрела на Гермиону. Грейнджер не представляла, кого Джинни могла иметь в виду, чье имя начинается на «Т», но она не могла не посочувствовать девочке. Она была на её месте, и это было нелегко. И мнение Фреда и Джорджа о «простом и безобидном» розыгрыше совсем не совпадали с представлениями обычных людей. Так что она посмотрела в тарелку и вдруг осознала: — А знаешь, Джинни… Я думаю, у меня есть идея, как разыграть их. Джинни с любопытством посмотрела на неё, и Гермиона начала шептать ей на ухо. Джинни расплылась в злорадной ухмылке, что заставило Фреда и Джорджа волноваться ещё больше. *** — Выглядит вполне правильно, — сказала Падма. — Давайте вытащим её из кастрюли. — Но мисс Падма Патил, курица ещё не полностью готова, — сказал маленький эльф. — Я знаю, — кивнула Падма. — В последнем шаге нам нужно потушить курицу в соусе до готовности. Гермиона нахмурилась. Не неожиданно, что её чистокровные друзья были не так милы с домовыми эльфами, как она. Не помогало, что и она сама не знала этого эльфа и тех, с кем они работали сегодня. Большая часть её приятелей была из команды уборщиков, хотя они иногда и менялись. — Как там соус, Парв? — спросила Падма. — Соус готов, Пад, — ответила Парвати. — Это была классная идея, истолочь корень кориандра вместо того, чтобы резать, Гермиона. Не знаю почему, но на вкус так гораздо лучше. Как ты до этого додумалась? — Это не я, — сказала Гермиона. — Моя мама дружит с женщиной, которая работает специалистом по созданию рецептов, и та всегда так готовит. — Может, это как в зельях, — согласилась Парвати. — Способы, которыми нарезка влияет на итог, могут быть самыми странными. — Хм, может... — протянула Гермиона. Она начала размышлять о зельях и о том, как много вариаций и модификаций можно сделать с помощью нарезок. Разумеется, зелья были полностью нелогичными и контринтуитивными, так что было сложно предсказать итог даже самого маленького изменения. Снейп, может, и не был хорош в преподавании, но она не могла не восхищаться его широко известным талантом на этом поле. — Класс, теперь просто тушите курицу в соусе минут десять, — в приказном тоне сказала Падма эльфам, которые начали смешивать ингредиенты. — Это выглядит как чрезмерно большое количество соуса, мисс Патил, — сказала сбоку профессор МакГонагалл, которая следила за процессом как представитель школы. Тилли и некоторые другие эльфы пояснили Гермионе схему, когда она спросила: «Мы можем изменить меню, мисс Гермиона Грейнджер, но все новые рецепты должны быть одобрены Директором или Заместителем Директора». — В большей частей индийских рецептов всё так работает, профессор, — ответила Парвати. — Весь остаток соуса ты съедаешь, макая в него хлеб. — Это не совсем ваш хлеб, конечно, — добавила Парвати. — Это зависит от блюда, но хлеб Хогвартса подойдёт. — Плюс излишек соуса всегда можно смешать с рисом, мэм. Белый рис для меня лично всегда слишком пресный, — влезла Гермиона. Она только номинально помогала варить рис, но эльфы не дали ей и капельку поучаствовать в процессе, с которым были знакомы. Её наибольшим вкладом была огромная пачка из десятка специй, которые прислали её родители. В Хогвартсе не было и половины нужных близняшкам Патил специй для приготовления соуса масала, и их родители, к всеобщему удивлению, проявили куда меньше интереса в участии в авантюре, считая, что дочерей в Хогвартсе и так неплохо кормят. — Хм, как всё-таки необычно, — сказала МакГонагалл. Это весьма неплохо описывало разыгравшуюся перед ней сцену: три второкурсницы учили домовых эльфов готовить по новому экзотическому рецепту. — Ну, не буду скрывать, такого я раньше никогда не видела, — хмыкнула она. — У вас просто талант ломать ожидания, мисс Грейнджер. — Эм… Спасибо, мэм. Внезапно от эльфов на другом конце кухни раздалось восхищённое пищание. Гермиона увидела, что к ним степенно идёт профессор Дамблдор. Эльфы расступались перед ним. — Доброго вам вечера, — сказал Директор эльфам. — Хорошего вечера, Минерва. И вам, юные мисс Патил, Патил и Грейнджер. — Хорошего вечера, Альбус, — ответила ему Минерва. — Что привело тебя сюда сегодня? — Меня проинформировали, что на кухнях сегодня будут пробовать новый интересный рецепт, и я подумал, что спущусь и оценю его лично. — Он подошел к курице, которая тушилась в кипящем соусе. — Ах, это курица тикка-масала. Великолепно. В последний раз я пробовал её в современном варианте очень давно. И, разумеется, несмотря на всю зашоренность британских магов, Альбус Дамблдор знал всё про индийскую еду. Через пару минут еда была готова, и по указанию Директора Дамблдор МакГонагалл и девочки сели все вместе за копию Учительского Стола в кухнях. Эльфы поставили перед каждым по небольшой порции. Для Гермионы это всё выглядело сюрреалистично. Она никогда не обедала за одним столом с директором (и не завтракала, и не ужинала). Хотя он и выглядел вполне готовым к вопросам и диалогам, когда принимал пищу в Большом Зале. Но Гермиона была очень благодарна эльфам. И улыбалась. Да, в Хогвартсе ей определенно не хватало индийской еды. Она была поражена крутостью рецепта Парвати и Падмы и навыками готовки эльфов, которые смогли сделать всё как надо с первого раза. Близняшки Патил тоже выглядели благодарными, а профессор Дамблдор, который, кажется, вообще обожал всё новое, благодарно кивнул маленьким помощникам. — Великолепный рецепт, — сказал Дамблдор. — Моё восхищение. Что ты думаешь, Минерва? МакГонагалл явно была немного смущена: — Совсем не похоже ни на что, что я пробовала до этого, Альбус, — сказала она. — И больше специй, чем я бы сочла разумным. Я боюсь, что я не так много путешествовала, как ты. Но, должна сказать, на вкус всё неплохо, хотя я думаю, что в версии для учеников надо убавить количество остроты. Гермиона, Парвати и Падма грустно выдохнули и сдержались от того, чтобы закатить глаза. Вот поэтому, девочки, я и сказала, что надо попросить и острый соус тоже, — подумала Гермиона. — Мх-хм-м-м, — протянул Дамблдор. — Согласен со всеми предложениями. Думаю, у нас есть прекрасное дополнение к нашему обычному меню. — Дети улыбнулись, эльфы восхищённо запищали. Новые блюда были большой редкостью, особенно такие нетипичные. Директор повернулся к ближайшему эльфу и сказал: — Долли, когда у вас получится добавить это блюдо в расписание ужина? — Гермиона даже не удивилась, что профессор Дамблдор знает эльфов по именам. — Нам нужно будет заказать дополнительные ингредиенты, профессор Дамблдор, сэр, но мы сможем приготовить его уже на следующей неделе, — ответила Долли. — Великолепно. Предпочтительно в вечер воскресенья. Думаю, это будет полезным опытом, расширяющим кругозор. *** Гермиона продолжала в обязательном порядке тратить часть свободного времени на изучение замка. Это занимало не так много времени, как в прошлом году, потому что какие-то самые известные части замка и вовсе никак не изменялись в течение десятилетий, не то что одного года. И если говорить честно, она очень ленилась, но даже так это было лучше, чем закапывать себя в учебе как в прошлом году. Она худо-бедно примирилась со своим графиком сна, хотя иногда и нарушала, но даже при этом не будет лишним тратить время из интереса, а не просто для интеллектуальной деятельности. Сегодня она собиралась перекартографировать второй этаж Восточного Крыла со всеми его неиспользуемыми классами и подсобными помещениями. Тут было одиноко — большинство студентов предпочитало проводить выходные в гостиных или на улице, или в случае равенкловцев (по большей части) в библиотеке, так что она мало кого встречала в процессе. Даже учитывая все приветствия от случайных малоизвестных портретов и скрип доспехов вдалеке, было очень тихо. Учитывая давящую тишину, было просто удивительно, что Гермиона раньше не услышала эти звуки: слабый скулёж, раздающийся отзвуками по коридорам. Она не обратила на него особого внимания. Странные звуки здесь были обычным делом, и Гермиона часто откидывала такие мелкие раздражители, когда сосредотачивалась на деле. Но когда ей захотелось в туалет, она подошла к двери и с болью в сердце поняла, что это были за звуки. В туалетной комнате рыдали, и рыдали громко. — Привет? Нужна помощь? — сказала Гермиона, но девочка в туалете её, кажется, не услышала. Так что она прошла через всю комнату поближе к кабинке, в которой была девочка. Судя по звуку, она была в последней кабинке в ряду, хотя Гермиона и не видела ноги через проём внизу. Либо девочка пряталась, чтобы её не было видно, либо это была крошечная первокурсница, чьи ноги ещё не доставали до пола. Гермиона почувствовала сильнейший порыв помочь ей. Она постучала по дверце и повторила: — Привет?.. — А-А-А! — закричала девочка, и, судя по звуку, что-то упало в слив. — Извини, ты в порядке? — спросила Гермиона. — Что ты хочешь? — завизжал голос возмущенным тоном. — Я просто заглянула, чтобы узнать, не нужна ли помощь. — Ну, не нужна, топай отсюда! Гермиона тяжело вздохнула. Разумеется девочки всегда так отвечают. Но звучала она так, как будто ей нужна помощь прямо сейчас. — Ты уверена? — переспросила она. — Просто если ты захочешь поговорить-… — Я сказала: топай отсюда! — закричала девочка так громко, что Гермиона сделала шаг назад. Снова раздались рыдания. Гермиона с минуту оставалась на месте, пытаясь решить, что делать. Наконец она выдавила: — Я чувствую себя не очень, думая, что оставлю тебя тут совсем одну. Можно я приду и проверю тебя попозже? — Почему тебе не плевать? — хлюпнула носом девочка. — Ну, думаю, прозвучит глупо, но со мной было такое в прошлом году, а потом меня чуть не убил горный тролль. — Чуть не убил?! — проскрипел голос, и внезапно через дверь просочилось лицо девочки, не очень красивой, если честно, и очень зарёванной. — Как хорошо для тебя! — прокричал призрак. — Чуть! — Из-звини, я не зна-ала… — начала лепетать Гермиона. — О, разумеется ты не знала. Никто не помнит о никчёмной и некрасивой плаксе Миртл! — сказав это, призрак просочился обратно в кабинку и с громким хлипающим звуком попытался задышать. Маленькая струйка воды начала сочиться из-под двери. Странно, — подумала Гермиона. — Предполагается, что призраки неосязаемы. Послышался звук смыва, а потом из кабинки хлынуло ещё больше воды. Призрак, кажется, пыталась сломать унитаз только чтобы прогнать Гермиону. — Миртл? — спросила Грейнджер, отступая на шаг назад. — Миртл, выходи, пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. Я магглорожденная, я вообще никаких призраков пока не знаю. Удивительно, но звуки воды затихли, как и стенания Миртл. Её лицо снова выплыло из двери, на нём читался интерес. — Ты магглорожденная? — спросила она. — Да… Миртл целиком выплыла из кабинки и встала перед Гермионой. Она была примерно возраста Гермионы. (Как она умерла такой молодой?). Она была одета в старомодно выглядящую форму с гербом Равенкло на груди. — Я тоже была магглорожденной, — сказала призрак. — Ты… была. Это... М... Как я? — нервно переспросила Гермиона. Миртл явно получала удовольствие от нервозности гриффиндорки. — О да. Я была так рада узнать, что магия настоящая. У меня дома было не так много друзей, так что я была рада мысли о том, что будет здесь. Я обожала все уроки. Это было так весело. Но потом… — Миртл снова начала всхлипывать, по её щекам потекли слезы. — А потом мои соседки начали веселиться за мой счёт. Они называли меня толстой и уродливой, и Оливия Хорнби постоянно ломала мои очки. Это не моя вина, что они такие некрасивые, я не могла купить себе другие. А потом у меня появились прыщи… — Она села на пол, обхватила руками колени и закачалась из стороны в сторону, громко всхлипывая. Гермиона почувствовала, как краснеет. Эта история была очень похожа на её историю. Хотя Миртл куда больше не повезло с соседками. С её волосами, зубами и всезнайством с более плохими соседками она бы тоже могла стать объектом их травли, и было несложно представить, как это всё происходит с ней. — Мне вовсе не кажется, что твои очки некрасивые, — попыталась успокоить призрака Гермиона. — На самом деле, у моего друга Гарри очень похожие. — Потому что это максимум, за который готовы были заплатить его родственники, подумала она про себя. Очки Миртл и правда были совсем как у Гарри, только его оправа была чёрная, а у Миртл — жемчужно-белая. Но Миртл только вздохнула: — Они отвратительны. Лучше бы я умерла в очках покрасивее. И этот Том Риддл — он сам был не так и плох, но вот его слизеринские друзья называли меня уродливой грязнокровкой и смеялись надо мной, стоило мне отвернуться. — О, ничего не меняется, — мрачно кивнула Гермиона. — У меня на курсе есть Драко Малфой. Он говорит мне это и в лицо. И если встречает меня, когда я одна, всегда пытается проклясть. — О, у Тома Риддла был друг, которого звали Абраксас Малфой. Он был одним из самых худших. — Не удивлена. Такие всегда дорожку найдут. — Это просто ужасно, как чистокровные относятся к остальным. И я даже не могу преследовать их как следует. Я долго издевалась над Оливией Хорнби, но… — Миртл снова хлюпнула носом. — Но она получила против меня запретительный ордер. Гермиона открыла рот. Потом закрыла. Да, звучит очень по… волшебнически. — Это. Эм… тоже отстойно звучит. Почему ты прячешься в туалете? — решила спросить гриффиндорка. — В замке ведь есть места и поприятнее. Кажется, это был плохой вопрос, судя по лицу Миртл. — Например? — она явно разозлилась. — Ну… эм, если бы я стала призраком, я бы осталась в библиотеке, — Гермиона сама была в шоке от того, что сейчас говорила. — Ну, отлично, молодчина, — завизжала призрак. — Ты гриффиндорка! А вот мои соседки всё время проводили в библиотеке. — Она снова начала завывать. — Я предпочитала быть тут. Здесь куда приятнее, и никого не волновало, если я тут плакала. Все предпочитали просто держаться подальше от Плаксы Миртл! — она выдала свою тираду и снова заплакала, а потом просочилась в туалет. Оттуда раздавался такой звук, будто кто-то упал в туалет. — Миртл? Миртл, мне очень жаль. Ты… можешь жить там, где тебе хочется, — повинилась Гермиона, но не добилась никакого ответа, кроме ещё парочки всплесков воды и звука смыва. Нда, а она всё ещё чувствовала себя отстойно, но пора было идти. Так что Гермиона просто сказала: — Ну… я буду заходить к тебе в гости иногда. — Она вышла из туалета, думая, что нужно будет побольше исследовать явление призраков и, может, провести с ними несколько содержательных бесед. Но это было печально. История Миртл была так похожа на её собственную — и про почти-смерть в юном возрасте, и про родителей магглов. Наверное, без родственников магов было ещё ужаснее остаться после смерти тут, в этой одежде, плачущей в ванной. Гермиона передернула плечами. Если бы не милость Божья, я бы умерла так же. И только когда Гермиона вышла, она заметила табличку «ВЕДЁТСЯ РЕМОНТ» на двери. *** Вечером воскресенья Гермиона сказала Фреду и Джорджу явиться на ужин вовремя, и близнецы «торжественно» проводили её и Джинни в Большой зал. Придя на место, Гермиона проследила, чтобы все сели правильно: близнецы посередине, а девочки по бокам от Них (она, Джинни и Парвати). Помогло то, что Рон и Гарри решили сесть на противоположной стороне и отвлечь от этой мысли Близнецов. Когда на длинных столах появились тарелки, ото всех факультетов раздались сконфуженные бормотания. Причина была очевидна. На каждом столе с небольшими перерывами появились плошки с белым варёным рисом и что-то похожее на курицу, порезанную кубиками в странном и никому не известном оранжевом соусе. — Что за чертовщина? — Что это за штука? — Домовые эльфы сошли с ума? Только парочка людей в Зале выглядели довольными нововведениями, причем было очевидно преобладания магглорожденных, которые быстро начали объяснять своим соседям, что за новое блюдо на столе. Профессор Дамблдор сиял, и, как рассказал ей Гарри позже, ко всеобщему удивлению профессор Снейп тоже выглядел очень довольным ужином. — Вот теперь это похоже на то, что я называю настоящим ужином, — восторженно сказала Парвати, наложив себе в тарелку щедрую порцию риса. — Согласна! — кивнула Гермиона и потянулась к курице. Фред и Джордж явно заинтересовались тем, насколько довольны были две девочки и новой едой, которую они ни разу не видели раньше. — И как это называется? — спросил Джордж. — Курица тикка-масала, — сказали Гермиона и Парвати в унисон. Фред и Джордж удивлённо переглянулись — Это адаптация британскими магглами традиционного индийского блюда, — пояснила Парвати. — Вареная курица с белым рисом и соусом из томатов, кориандра, йогурта и азиатских специй. — Томаты и-… — Йогурт? — ошалело переспросили близнецы. — И это соус? — добавил Фред. — Вы издеваетесь над нами? — спросил Джордж. — Нет, это настоящий рецепт, — улыбнулась Гермиона. — Мы научили домовых эльфов готовить это блюдо на прошлых выходных. Вам стоит попробовать. Это очень вкусно. Фред и Джордж пожали плечами и положили еду себе на тарелки. — Хах, неплохо, — сказал Джордж, попробовав кусочек. — Ага, странно, но неплохо, — кивнул Фред. — Ты права, Гермиона, это вкусно, — благодарно сказала Джинни. — Ах, дадите нам рецепт для мамы? — спросил Рон с другой стороны стола. — Мы подумаем об этом, — улыбнулась Парвати. — Хэй, Гермиона, передашь острый соус? — Хмпх, ага. — Острый соус? — спросили Фред и Джордж. Гермиона вытащила маленькую бутылочку красного соуса и выдавила немного в еду, потом передала его Парвати. — Профессор МакГонагалл хотела сделать еду попреснее и попривычнее, но на самом деле должно быть острее, так что я попросила родителей прислать мне немного острого соуса, чтобы добавить его уже в тарелку. Джинни, хочешь попробовать? — Конечно, давай, — невинно ответила первокурсница. Она встряхнула бутылочку и добавила несколько капель соуса в тарелку. Но когда Гермиона вернула себе бутылочку, она осторожно подменила её на другую, которая была трансфигурирована чтобы выглядеть точно так же снаружи. Она предложила вторую бутылочку Фреду и Джорджу со словами: — Вы двое хотите попробовать немного? Специалисты описывают его как наименее острый из среднеострых. Не желая показать, что они слабее сестры, близнецы взяли бутылочку и вылили щедрую порцию соуса в свою курицу. Они оба сделали по большому укусу, и с удовольствием улыбнулись, но улыбки почти мгновенно превратились в гримасы отчаяния и они закричали: — Воды-воды-воды! — а потом выпили по кубку сока залпом. Гермиона, Парвати и Джинни начали хохотать, и Гермиона дала Джинни пять. — Какого черта, женщина, ты нам дала? — Фред закашлялся. Гермиона вытащила вторую баночку из рукава и поставила на стол. Потом, оглядевшись и убедившись, что никто из учителей особо не смотрит на них, она вытащила палочку и произнесла контр-заклинание. Баночка вернулась к своему изначальному виду. — Это соус хабанеро, — она повернула баночку этикеткой к мальчишкам. — Он в десять раз острее обычного острого соуса. — Другими словами, — строго заявила Джинни, — вас разыграли по-маггловски. — Маггловский розыгрыш, Фредди, — пролепетал Джордж, всё ещё хватая воздух. — Мы теряем хватку. — Мы ещё вернёмся на пьедестал, Джорджи. Мы не можем позволить Гермионе и Джинни думать, что они станут лучшими шутами школы! — они оба посмотрели на девчонок взглядами, полными злостной радости (но и боли тоже). Гермиона побледнела: — Почему я позволила тебе меня в это втянуть? — пробормотала она Джинни, которая тоже не высказала энтузиазма от предвкушаемой близнецами войны розыгрышей. После того, как эта часть ужина закончилась, профессор Дамблдор, к удивлению многих в Зале, встал и сказал: — Ну, я думаю, это был интересный опыт для многих. Новый рецепт, который сегодня появился на наших столах, это курица «Тикка Масала», современная британская интерпретация традиционного индийского рецепта, и я счастлив увидеть, что многим из вас она понравилась. — И правда, большая часть зала солидарно закивала, хотя со стороны традиционалистов Слизерина их было куда меньше, чем за другими столами. — Мы должны поблагодарить трёх студенток за это предложение и за то, что они научили эльфов этому рецепту в своё свободное время. За это проявление инициативы и культурного обмена я награждаю десятью баллами Гермиону Грейнджер и Падму и Парвати Патил. Гриффиндорцы и равенкловцы заулюлюкали, пока Хаффлпафф просто вежливо зааплодировал. Слизеринцы наоборот выглядели недовольными, но непонятно было, из-за еды или из-за баллов. Гермиона заметила, что Драко Малфой смотрит на неё через весь зал и не отводит взгляда. *** Пятнадцатого октября Гермиона проснулась и немедленно подумала, что что-то не так. Кто-то другой мог бы на пару минут задуматься, но она отлично понимала реакции своего тела. Она чувствовала жжение, подползающее к горлу, и сделала вывод: обычная простуда. Она уклонилась от этой пули в прошлом году — единственное плохое, чего в том году не было, — но это было слишком глупо, надеяться, что она ни разу не простудится два года подряд, учитывая, что в замок прекрасно проникали промозглые ветра и проливные дожди. Простуда всегда означала для неё одно и то же. Три дня у неё будет ужасающая боль в горле, потом три дня она будет хлюпать носом и сморкаться, а потом ещё неделю кашлять. И это всё — без парацетамола. — Ты в порядке, Гермиона? — спросила Парвати Гермиону, которая так и не встала с кровати. — Нет… Я простыла, — простонала она. — Ты должна сходить к мадам Помфри. Скляночка Перечного Зелья, и всё как рукой снимет. Гермиона замерла и уставилась на свою соседку: — Ты хочешь сказать, что волшебники придумали, как вылечить простую простуду? — Ага. Ну, оно не идеальное. Это на самом деле зелье для прилива энергии, но оно работает. Ну, если тебя не очень парит, что у тебя дым из ушей будет идти пару часов… Гермиона уже открыла рот, готовая задать очевидный вопрос, но потом закрыла его. Разумеется, она готова была потерпеть дым из ушей. — Спасибо, Парвати. Я так и сделаю. Час спустя она смогла собраться с силами и пройти в необычно переполненное Больничное Крыло. Нда, сезон простуд начался. — Здравствуйте, мисс Грейнджер. Чем могу помочь? — спросила мадам Помфри. — Эм, ну, Парвати сказала мне, что у вас есть что-то от простуды? — Да, есть такое. Но вы совсем не выглядите больной, мисс Грейнджер. — Знаю, мэм. Но я всегда могу сказать, когда появляются первые симптомы, хотя они визуально и не проявляются. У меня горло горит. — Хм, тогда ладно, всё достаточно просто. — Мадам Помфри сделала пометку о том, кому дает зелье и почему, а потом протянула ей бутылёк. — Вот, выпей это. Перечное зелье было таким острым, что Гермиона едва-едва смогла его допить. Она подпрыгнула, когда жар разлился по телу. Это ощущалось как двойное эспрессо, и жар в горле сняло немедленно. — Вау, спасибо, мэм, — сказала она. — Всегда пожалуйста, мисс Грейнджер. Возвращайтесь после ужина, если почувствуете себя не очень. — Понятно, мэм. — И тут же она почувствовала, как струи дыма вырываются у неё из ушей и поднимают волосы. Должно быть, она выглядела смешно. Несколько минут её волосы словно поднимало легким ветерком. Ну, она всё равно пошла на завтрак и села на своё обычное место. К счастью, не только она одна, а ещё несколько студентов и даже профессор Синистра сидели с дымом из ушей. Она не слишком выбивалась из пейзажа. Несколько минут спустя к ней подсела Джинни Уизли, которая тоже явно была нездорова. Из-за ярко-рыжих волос Джинни выглядела даже хуже других — казалось, что её голова просто в огне. — О, привет, Джинни, — сказала Гермиона. — Тоже перечное? — Ага, Перси мне немного отлил. Сказал, что я выгляжу не очень. И Гермиона была с ним согласна. Одежда Джинни была мятой, пара прядей падала на лицо, она выглядела, словно ещё не проснулась, была бледной, а под глазами растеклись тёмные круги. — Ну, ты выглядишь и правда немного не очень, даже с зельем. Ты нормально спишь? — Я в порядке, — ощетинилась Джинни. — Это просто… сложно, уроки и всё такое, знаешь. — Понимаю. Но не надо учиться слишком много. Я сделала эту ошибку в прошлом году. Можешь всегда обратиться ко мне, если нужна помощь. — Сама справлюсь, — резко ответила Джинни и сосредоточилась на еде в тарелке. *** Самой сложной частью в картографировании замка были подземелья. Они были в форме лабиринта, и в них было больше всего слизеринцев. — Что ты здесь делаешь, грязнокровка? Гермиона тихонько застонала и прижала записки к груди. Почему она всегда сталкивается с ним, если спускается в подземелья? Ему кто-то сообщает, увидев её? Ну, логично кстати. Она сжала палочку в руке. — Мы серьёзно будем ходить по кругу, Малфой? У меня столько же прав быть тут, как у тебя. — У тебя нет никаких прав шпионить и искать наши общежития, — скривился Малфой. — Ты должна сидеть в своей башенке, если мозгов хватает. — Ну, и в чём дело? Ты знаешь, где наши общежития, так что это не секретная информация. И всё равно я не знаю пароля. — Она не сказала ему, что уже знает, где находится их гостиная, и что она всего в паре поворотов отсюда. (Соня рассказала ей в прошлом году). Малфой не собирался доставлять ей удовольствие и включать логику. Он вытащил палочку, но Гермиона была быстрее и уже держала свою наготове. У неё была практика уклонения от заклинаний (они тренировались с Гарри прошлым летом). Она направила палочку на него, готовая колдовать, но всё равно начала отступать. — И лучше бы тебе не возвращаться, — прорычал он. — Да, ты уже говорил, — ответила Гермиона так спокойно, как могла. — Но я не сдалась перед горным троллем и одержимым учителем, так что едва ли ты так легко от меня избавишься. Малфой зашипел на неё: — Однажды, Грейнджер, ты пожалеешь. Гермиона театрально вздохнула: — Так в чём твоя проблема, Малфой? В школе ещё куча магглорожденных. Это просто потому, что у меня оценки лучше твоих? — она ухмыльнулась, бравируя. — Потому что я имела дело с людьми, завидующими моим талантами, всю мою жизнь. — Ни одна грязнокровка не превзойдёт Малфоя! Калворио! Гермиона отпрыгнула за угол, но сглаз попал ей в руку. Она почувствовала странное ощущение, а потом задрала рукав и увидела, что у неё с руки пропали все волоски. Она взвесила варианты. Подавила желание сказать «сначала выучи арифмантику, а потом поговорим», — и решила просто отступить, не спуская глаз с коридора. Свернув за ещё один угол, она ускорилась. Ну, не всё так плохо. Сглаз Выпадающих волос от Малфоя — обычное дело.