Глава 2
30 апреля 2023 г., 16:25
Слишком темная ночь для этого времени года. Резкие порывы ветра ерошат волосы мужчины, закрывая глаза и мешая обзору. Где-то вдалеке видны очертания молний, а громкий рокот грома резко оглушает, заставляя закрывать уши. Запах озона становится настолько ощутимым, что кажется, можно им задохнуться.
Ён Мин бежал по улице с глухо бьющимся о грудную клетку сердцем, изо всех сил хватая воздух разбитыми губами. Горло нещадно жгло из-за холодного пронизывающего ветра, а во рту стоял металлический вкус крови. Правая щека горела, а под ребрами у мужчины кололо, но он не останавливался.
От элегантного костюма остались лишь воспоминания. Пиджак потерялся где-то там, а рубашка была вся в ярких красных пятнах. Правый рукав был неровно оторван, видимо, во время бега Ён Мин зацепился за что-то. Брюки были все в пыли, грязи и какой-то воде, неприятно прилипая к ногам.
Ён Мин бежал, не смотря по сторонам. На улицах было пусто и безлюдно, так что попасть в аварию он бы не смог. Хотя даже если бы сейчас толпилась гора людей, спешащих куда-то, мужчина бы их не заметил. Он лишь бежал, не обращая внимания ни на что, спотыкаясь об ямы в асфальте и падая, а потом снова вставая.
Он ничего не видел. Ночь была на удивление темная для теплого лета. Фонари были выключены, а в окнах людских домов была пустота, будто совсем заброшенный город.
Страх застилал глаза, и напрашивались такие наглые слезы. Ён Мин просто хотел бы скрыться в этой тьме, пропасть, провалиться в одну из пробоин в асфальте и исчезнуть. Спрятаться так хорошо, что даже лучший сыщик бы не нашел его. Так, чтобы он не нашел.
Ён Мин бежал, задыхаясь, изо всех сил передвигая ногами. Тугая боль скапливалась внизу живота, колени ныли, а ботинки были протерты в районе пяток до дыр. Он бежал, бежал, бежал…
Но за ним бежал он.
Но вот Ён Мин остановился, наклоняясь и опираясь на колени, пытаясь отдышаться. Он больше не мог продолжать это, сил не хватало, и кажется, что сделай он шаг — он упадет и умрет на месте от остановки сердца.
Как назло в этот момент хлынул дождь, и крупные капли скатывались по лицу, смывая грязь и кровь. Он стоял по среди дороги, промокший и грязный, в оборванной одежде, наверняка сломанными костями и разбитым лицом. И вокруг ни единой живой души, ни одного знакомого человека. Гробовая тишина никогда не пугала больше, чем сейчас.
Ён Мин стоял и не знал, что же ему сейчас делать. Он поднял голову вверх и увидел темное ночное летнее небо. Ветер трепал волосы, дождь бил крупными каплями по лицу, а внутри потихоньку зарождался комок чего-то тягучего. Ни то истерика, ни то паника, ни то наоборот слишком уж напускное спокойствие тихо подкрадывалось к сознанию Ён Мина, и лишь погода и мурашки, неприятно пробегающие по коже от холодного ветра, поддерживали его состояние в пределах нормы и рациональности.
«Ты думаешь, раз смог увидеть его, то ты что-то значишь для него? Чушь!»
Ён Мин тряхнул головой, отгоняя пугающий голос. Его голос. От одного только звучания хотелось провалится под землю, а коленки начинали подрагивать. Он не знал, почему так боится его, но лишь одна мысль пробуждала в нем какие-то животные инстинкты, говорящие бежать и прятаться.
«Бред! Такой отвратный человечишка, как ты, не смог бы его заинтересовать!»
Этот голос возникает внезапно и исчезает также, выбивая из легких весь воздух, заставляя глотать его, как рыба, которая в грозу вывалилась на сушу. Он эхом отдавался в голове, и даже если закрыть уши и начать изо всех сил кричать, срывая горло, он не пропадет, пока сам того не захочет.
«Забудь о нем! Не ищи его! Прекрати, а то умрешь!»
Он твердит одно и тоже. И Ён Мин уже хочет проснутся от этого, как от страшного сна. Мужчина хочет растворится в этом наполненном азотом воздухе, или взорваться, или сверкнуть как молния и исчезнуть. Лишь бы он замолчал.
Ён Мин тяжело дышал, и, как бы это не было странно, ему хотелось закурить. Он никогда не желал раньше так сильно ощутить мягкость сигареты в пальцах, как сейчас. Вдохнуть этот вредный, противный дым и с облегчением выдохнуть, выпуская кольца в воздух. Кончики пальцев чесались, и рука машинально потянулась в карман брюк, пытаясь нащупать спасительную коробочку.
Но вместо нее он ощутил очертание телефона. Ён Мин моментально достал его и разблокировал. На экран крупными каплями капал дождь, так что приходилось стирать их оставшейся тканью рубашки.
Пальцы дрожали так сильно, что телефон еле держался в руках. Зайдя в контакты, он начал набирать незнакомый номер. Чей он? Откуда он его знает? Почему звонит кому-то неизвестному, вместо родных, близких или полиции? Кто это?
Пять гудков отдавались в грудной клетке, синхронизировавшись с биением сердца. Ён Мин считал их, закусив губу и задержав дыхание. У батареи всего пара процентов. Кто бы ты не был, возьми, пожалуйста, трубку!
— Да? — раздался низкий голос, и Ён Мин облегченно вздохнул.
— Спаси меня! Он преследует меня, помоги мне, я нуждаюсь в тебе! — Ён Мин кричал, срывая голос, на какого-то незнакомца. Но мужчина искренне, по-животному верил, что говорящий на другом конце помощи услышит его и поможет. Это была не надежда, не желание, не просьба. Это был инстинкт, первородный, выше всех чувств, которых он когда-либо испытывал. Будто древняя магия, жившая еще с момента появления земли, давно потерянная и забытая людьми, но возникшая вновь.
Это была красная нить судьбы, связавшая их. Ён Мин знал, что он поможет ему.
— Он не тронет тебя. Я не дам ему это сделать. Укройся где-нибудь и ни в коем случае не смотри на его лицо, — прозвучал уверенный голос, а потом Ён Мин услышал гудки.
Мужчина посмотрел на телефон, и экран, несколько секунд погорев, выключался, оставляя Ён Мина в темноте. Заряд батареи сел, так что этот кирпич уже совершенно бесполезен. Ён Мин со злостью кинул его куда-то вдаль, в кусты.
Ён Мин никогда не считал себя таким жалким. Он всегда был уверен в себе, в своих силах. Он знал, что справится с любыми трудностями на пути. И он никогда не позволял себя запугать. Никому.
Но сейчас он ощущал такой животный страх, что даже сделать шаг ему казалось какой-то фантастичной идеей. Ён Мин был весь грязный, промокший, с переломанными костями и разбитым лицом, как бездомный котенок, которого порвала уличная собака.
Он протер ладонью кровь с лица, пытаясь умыться дождем. Щека ужасно саднила, а под ребрами потихоньку теплом растекалась боль. Адреналин начал выветриваться из организма, как начал пропадать запах озона из воздуха. Гроза уходила куда-то в направлении запада.
Вдруг в темноте мелькнула чья-то тень. Она потихоньку приближалась, заставляя Ён Мина прищуриться, чтобы разглядеть ее обладателя.
Это был он.
Ён Мин начал пятится назад, пытаясь убежать, но ноги стали ватными, и он упал, грохаясь прямо в лужу. От страха он не мог встать, так что лишь пытался отползти куда-то назад, будто ему это поможет.
Он дергал руками, сдирая кожу об мелкие камешки, а порванные ботинки размокли полностью. Рубашка неприятно прилипла к телу, заставляя неприятно поежится от пронизывающего ветра.
А тень приближалась. Тихими медленными шагами. Будто насмехаясь над его страхам. Будто играючи с ним. Как будто все это — просто забава какого-то животного. Охота. Как кот охотится за мышкой, или тигр за ланью. Жестко, медленно и осторожно, заставляя добычу ежится от страха и собственной беспомощности. А хищник получает от этого дикий кайф, адреналин, такой ему необходимый. Это природа.
Люди в каком-то роде тоже животные. Даже не так. Люди хуже.
А он хуже людей. Он не человек и не животное. Что-то настолько древнее и могущественное, но совсем забытое людьми.
Он подходит вплотную садится на корточки и поднимает рукой за подбородок Ён Мина, заставляя посмотреть на себя. На свое лицо.
«Не смотри на его лицо.» — глухо звучит в голове Ён Мина спасительный голос, и он зажмуривает глаза, отворачиваясь в сторону.
Но он держит своей стальной хваткой, с силой поворачивая голову Ён Мина в сторону. Мужчина услышал хруст собственных связок шеи.
Другой рукой он раскрывает его веки, впиваясь длинными пальцами в роговицу. Слезы возникают мгновенно, закрывая обзор, но уже поздно, ведь Ён Мин все же открыл глаза.
— Вы…? — он неверяще смотрит на такое знакомое лицо. Это не может быть правдой.
Последнее, что он слышит, это громкий противный смех и гулкий гром, прогремевший где-то вдалеке.
***
В это время рассвет приоткрыл завесу ночи, солнце медленно взошло, и лучи солнечного света проникли сквозь просветы жалюзи, освещая комнату. Слышались беспокойные гудки машин и шум людей с улицы, где-то выла сирена скорой помощи. Раздался громкий звон: сосед снизу скинул с окна пустую бутылку водки. Ён Мин проснулся от кошмара, резко открывая глаза. Сердце бешено колотилось в груди, к горлу подступила тошнота. Он вскочил с дивана, судорожно пытаясь сообразить, где он находится. В глазах темнело, и казалось, что его вот-вот вырвет. Постепенно желудок успокаивался, оставляя неприятное жжение в горле, а в глазах прояснялось. Пару раз моргнув, Ён Мин глубоко вздохнул и продолжительно выдохнул. Дезориентация потихоньку проходила, и он начал узнавать родные стены своей квартиры. Он помотал головой, осматривая комнату. Вот диван, на котором он вчера заснул, вот на прикроватном столике стоит бутылка от вина, которое он вчера пил, и вот телевизор, с которого он вчера смотрел запись… Голова закружилась от мыслей о записи. Он потратил столько времени на то, чтобы понять, куда же делся этот мальчишка. Он просматривал видео раз за разом, думая, что же он упустил. В итоге, он так и заснул на диване, полностью вымотанный и без ответа на свой опрос. В висках туго заныло, когда он подумал о проведенной ночи. Этот кошмар, приснившийя ему сегодня… Он был очень странный. И самое странное то, что он не помнил самого главного. Ча Ён Мин точно помнил, как куда-то бежал, помнил ветхие дома, которые он пробегал, помнил холодный дождь, шедший тогда. И он помнил, что очень боялся кого-то. Но он не помнил его лица. В груди стало болеть, и Ён Мин почувствовал, что начинает задыхаться. Он глотал воздух большими вздохами, как рыба, вывалившаясь на сушу. Мужчина почувствовал, как ноги его подводят. Он упал на пол, ударившись поясницей о диван. К горлу поступала тошнота, и Ён Мин прикрыл обоими руками рот, подавляя противные позывы. От одного только воспоминания о нем у него случалась паника. Ён Мин пытался успокоится, говоря, что это всего лишь кошмар, но никак не мог принять этого. Страх поглощал его изнутри, а сердце будто сдавливалось грудной клеткой. И казалось, что вот-вот, и оно просто сожмется и лопнет как фейерверк. Вдруг раздалась какая-то мелодия. Ён Мин не мог понять, что играет. Руки дрожали, когда он автоматически потянулся к прикроватному столику, пытаясь достать телефон. Но когда он схватил его, мобильник упал, ударившись о пол. Ён Мин судорожно схватил телефон, пытаясь выключить раздражающий шум. Звонил неизвестный номер, цифры которого не высветились на экране. Ён Мин свайпнул в сторону, отвечая на звонок, и дрожащими руками поднес телефон к уху. В ответ послышались короткие гудки. Мужчина сбросил и еще раз перезвонил на высветившийся номер. С другой стороны раздался холодный голос автоответчика: «Здравствуйте, данный номер не существует или больше не обслуживается». Ён Мин тихо выдохнул, сжимая телефон в руках и откидываясь на пол. Он смотрел в потолок, тяжело дыша. Что. за. чертовщина? Паника потихоньку уходила, оставляя лишь неприятную горечь во рту и мелко подрагивающее руки. Воспоминания кошмара становились все более туманными и мысли рассеивались, успокаивая разум и сердце. Ён Мин тихо вздохнул и аккуратно начал подниматься на ноги. Когда он полностью выпрямился, он пару раз потянулся и направился на кухню. Найдя в настенном шкафчике кружку, Ён Мин капнул три капли успокоительного и большими глотками выпил жидкость. Горло неприятно саднило, казалось, что голос будто сорван, а лекарство холодной жижей текло по горлу, будто обрабатывая царапины изнутри, и жгло. Чтобы отвлечься, Ён Мин включил телевизор. Ровный голос ведущего монотонно рассказывал какие-то новости, но мужчина не слушал. Мысли все равно утекали куда-то в другую сторону, в другое место. Чем больше он думал об этом странном кошмаре, тем больше он забывал детали. Ён Мин уже не мог точно вспомнить, что же там происходило и почему паника захватила его после пробуждения. Все сейчас казалось каким-то нереальным и до смешного абсурдным. Ён Мин кинул взгляд на часы — пол седьмого. Через полтора часа ему необходимо быть на работе, а он совершенно не готов. Мужчина недовольно скривился: он совершенно не любил непунктуальность и самовольность. У него всегда был составлен четкий план, режим, которому он следовал изо дня в день. Он вставал всегда в одно и то же время, ел в одно и то же время, ехал на работу, уходил с нее, ложился спать. Все было четко и по плану. Но этот чудной сон все испортил моментально. Впервые за последние несколько лет Ён Мин почувствовал то чувство разочарования. Пять лет назад один близкий человек сделал настолько неприятную вещь, что мужчина решил полностью поменять себя. И в тот день Ён Мин последний раз чувствовал это чувство разочарования в себе и беспомощность. Он ненавидел быть слабым и обещал, что больше никогда не будет жалким. Но сегодня он снова им стал. Ён Мин со всей злости кинул стакан в раковину. Тот разбился и разлетелся осколками по всей кухне. Несколько особо острых осколков задели его лицо и руки, но Ён Мин не обратил на это внимания. Недовольно поджав губы, он направился в спальню, чтобы переодеться и выехать на работу. «Меня уже уничтожили однажды. Я не позволю этому повторится еще раз. Мне никто не нужен и я не буду жалким», — думал Ён Мин, когда резко завязывал галстук, глядя на себя в зеркало холодными глазами.***
Ужасный волшебник не умеет делать фокусы завораживающими. Плохой волшебник не может сделать фокус волшебным и необъяснимым. Хороший волшебник показывает фокус так, что непонятно, как он его сделал. А великий волшебник делает фокус так, что никто и не знает, что это был он. Чан Се Чжин была великой волшебницей. Как минимум, так считал Ён Мин с самой первой их встречи. Он впервые увидел ее на детской площадке. Ей тогда было лет двенадцать, когда самому Ён Мин где-то за восемь. Она сидела на траве и держала на руках, укутав в ткань платья, котенка. Он тяжело дышал, его шерсть была вся грязная и скомкавшееся. Задняя лапка животного была странна выгнута, а темно-красная жидкость стекала с нее на платье девушки. Тогда Ён Мин испугался. Маленький котенок выглядел так ужасно, что он зажмурился, пытаясь развидеть это. Слезы подходили к глазам, Ён Мин думал, что вот-вот заплачет. Но девушка окликнула его, заставив широко раскрыть глаза и посмотреть на нее. У нее были красивые большие глаза и пухлые губы. Она добродушно улыбнулась и попросила подойти ближе. Ён Мин маленькими шажками направился к ней, пытаясь побороть страх. Она сидела в коротком платье на траве и нежно держала хрупкого котенка. Ён Мин смотрел на нее с легким интересом и осторожностью. Заметив его колебание, девушка заговорила: — Меня зовут Се Чжин. А тебя как? — она широко улыбнулась. Ён Мин смутился от ее вопроса. Он был довольно тихим мальчиком и одиночкой, и с ним никогда никто не знакомился. У него не было друзей и он совершенно не знал, как вести себя с девочкой, которая так мило говорит ему свое имя. — Ён Мин, — робко ответил он, глядя на зеленую траву под ногами и теребя ткань футболки. Девушка на это добродушно улыбнулась и вновь заговорила: — Красивое имя. Думаю, оно подходит тебе. Ён Мин вскинул голову и посмотрел на нее широко раскрытыми глазами. Он впервые слышал такие слова об его имени. — Знаешь, у каждого живого существа есть имя. У тебя есть, у меня есть. И у этого котенка оно тоже должно быть, — она сказала это, глядя на животное у себя в руках. — Имя — это то, что отличает нас от других, делает нас уникальными. И самое главное, с помощью него мы можем знать тех, кто дорог нам. Ён Мин слушал ее с интересом. Она говорила тихо и мягко, как ветер. И в ее словах было столько любви и нежности, что казалось, будто она взрослый человек, а не ребенок. — Когда я проходила мимо этой площадки, я услышала, как несколько мальчишек кричат «уродина». Я решила посмотреть, что же происходит, и увидела, как они кидают камни в этого котенка, — она грустно улыбнулась, мягко проведя ладонью по шерсти животного. Котенок легко вздрогнул, но не проснулся. — Когда я спросила почему они это делают, то они лишь сказали, что этой «животине» незачем жить. Мальчик с ужасом слушал историю несчастного котенка. Зачем поступать с этим маленьким созданием так ужасно? Он никогда не смог бы этого понять. — В итоге эти мальчики убежали, наигравшись с этим котенком и оставив его умирать. Но разве он заслужил этого? Разве этот маленький пушистик заслужил быть так жестко растерзанным и униженным, даже не имея права на собственное имя? Я думаю, это не так, — она тихо вздохнула и закрыла глаза. Несколько секунд помолчав, она вдруг спросила: — Ён Мин, ты хочешь помочь этому котенку? Ён Мин вздрогнул и взлянул на нее. В ее глазах была сталь, и тогда Се Чжин казалось такой сильной. — Конечно! — воскликнул мальчик. Он всем сердцем желал помочь этому маленькому созданию жить. Се Чжин радостно улыбнулась и заговорила: — Тогда давай вместо поможем ему. И Ён Мин кивнул, садясь рядом с ней на траву и слушая, что же она скажет.
