Почему не стоит умирать

– Слушай сюда, грязнокровка! Если не хочешь, чтобы твоих родителей нашли, то ты должен вылизать этот унитаз! – кричал второкурсник Слизерина на какого-то маленького мальчика. – Пшёл нахуй отседова. – Эффект от этого "заклинания" не заставил себя ждать. Любитель чистой крови согнулся, будто ему пробил печень невидимый Майк Тайсон, и упал мёртвым грузом на плитку туалета. – Корвин, я всё понимаю, но обязательно было делать такое представление? – с искренним интересом спросил я того самого зашуганого мальчика в мантии Пуффендуя. – Он меня бесит. Теперь последнее, что он помнит, это как единственный седой парень на Рейвенкло его вырубает. Надеюсь, ты не в обиде, что я перевел внимание этого индивида на тебя? – ответил уже не мелкий Пуффендуец, а змеино-глазый красавец. На эти слова я только фыркнул. – Одним больше, одним меньше, мне разницы никакой. – А иллюзии он накладывает неплохие. Без магического восприятия я бы Корвина не узнал. Находились мы на втором этаже Хогвартса, в мужском туалете. Именно здесь мне предложил встретиться небезызвестный Корвин Мракс. – Отлично, одной проблемой меньше, а вообще, как у тебя дела Майкл? Уже успел ощутить всю прелесть магии? – с вежливой улыбкой спросил Мракс. – Да вроде всё отлично, вон денег заработал, Блэка унизил и даже не умер. Живу жизнью обычного студента Хогвартса. – – Ах-ха-ха-ха, неплохо. – – Да... а у тебя как дела? Вижу, ты неплохо так продвинулся в мощи. – И это правда. Не знаю, как он это сделал, но мощь его ядра уже была на отметке полтора Корвина. Внушает уважение. За полтора месяца так нарастить своё могущество, это надо уметь. – Упорство и старание друг мой, только и всего. – всё с той же вежливостью сказал Мракс. – А остаточные эманации мучительной смерти в твоей ауре, тебе что, Мерлин послал? – Сморщившись, как от лимона, Корвин пробурчал: – Проклятые сенсоры, жизни от вас нет. Думаешь, так легко очистить ауру? Я и так делал и эдак, но все равно остаются следы. Никакого спасения! – он возмущённо на меня уставился. Я отступил от него на шаг, подняв руки в защитном жесте. – Успокойся, Корвин, жизнь она такая – сложная. Ты лучше скажи, зачем хотел встретиться. – Он глубоко вздохнул, видимо для успокоения, и начал объяснять: – Да, есть у меня небольшое дельце, как раз на осенние каникулы. И мне не помешала бы помощь такого человека, как ты. – – Такого человека, как я? И чем я "такой человек"? – с удивлением спросил. – Ну, понимаешь, это работа, так сказать, не для всех. Там есть много важных нюансов, которые немного... напрягают большинство волшебников. – начал он что-то там мямлить. – Темнишь ты, Корвин, ой как темнишь. Давай соберись и ответь нормально. А то ты сейчас похож на маленькую девочку, у которой впервые случились месячные, и она решила все рассказать своим родителям. – прервал я его словоизлияние. Зло зыркнув, Корвин последовал моему совету. – У моего хорошего знакомого из Лютного есть небольшая лавка, которая занимается ростовщичеством...– Дальше я его не слушал. И так понятно, что мне предлагают стать вышибалой. А я и непротив. Я конечно ещё немного помучаю Корвина разными вопросами, просто для галочки, и с удовольствием на недельку свалю из Хогвартса. Мир посмотрю, себя покажу. На самом деле, я уже заколебался целыми днями сидеть на скучных уроках, общаться с местными нацистами и медитировать на свой дьяньтьянь. То есть ядро. Мой распорядок дня выглядит примерно так: Пробуждение, мыльно-рыльные дела и наращивание ядра. Потом завтрак в Большом зале, страшные взгляды двух Гриффиндорок и наращивание ядра. Потом уроки где я, конечно же, наращиваю своё ядро. Дальше всё то же наращивание ядра в обед и следующие уроки. Ну и страшные взгляды Гриффиндорок. Только после ужина в гостиной Рейвенкло я позволяю себе немного отдохнуть и пообщаться со своими однокурсниками. Потом я ложусь спать, параллельно занимаясь стабилизацией ядра, ну и немного упражняюсь в пси. Конечно, не всегда мои будни проходят так однообразно. Тяжело сосчитать, сколько проклятий я отразил и сколько яда употребил. Нужно это признать, но я мало кому нравлюсь. И в принципе, это логично, ведь я совершенно не вписываюсь в местную систему и социум. Маглорожденный, который проявляет таланты в магии, и его ещё не застолбили за собой могущественные Рода. Неслыханная наглость! Слышал я про какие-то Дары магии и обновление крови. Таких, как я, называют обретенными или как-то так. Если я женюсь на девушке из Рода магов, то у них могут пропасть родовые проклятия, а у моих детей с большой вероятностью появятся Дары магии... Наверняка доля правды в этом есть, но мне мягко говоря насрать на местных. Да, я могу выполнить некоторую работу за деньги, или помочь по доброте душевной, но и только. Мне насрать на титулы, мне насрать на богатство, мне насрать на Дары магии, мне даже насрать на все "секреты Рода" аристо. Я не отрицаю, что у них наверняка есть много интересной и полезной информации, но мне она не нужна. Я уже могу сам создавать собственные заклинания, могу сделать неплохой артефакт, могу... да, многое я могу. Мне не нужно идти на поклон к другим, просто чтобы иметь перспективы в жизни. А ведь судьба большинства маглорожденных и полукровок совсем не такая. Ведь не всё в прошлой жизни были Архимагами. Да, меня даже невозможно шантажировать! Семьи нет, какой-то недвижимости тоже, остаются только привязанности. То есть мои новые друзья. Только ты попробуй наехать на Блэка, например, в миг голову окоротят. С Ирис ещё есть варианты, но она просто моя подруга, а не скажем сестра или дочь. Поэтому рисковать ради неё своей жизнью и свободной я не намерен. Вот и гадят мне по маленькому, всё, кто только может. Тетрадь мне порвут, одежду проклянут, подножку поставят. Потом, правда, этим людям приходится отлеживаться в Больничном крыле, с множественными травмами тела и особо мерзкими проклятиями. Ну тут ничего не поделаешь, такая жизнь. – Ладно, Корвин, я тебя понял. Давай обсудим несколько моментов, которые меня интересуют...– *** Я сидел в библиотеке и читал труд очень интересного волшебника. Звали его Марк Антоний, и за свою жизнь он сделал немало стоящих вещей. Он стал консулом Римской Республики вместе с Цезарем, и даже поддерживал его во время гражданской войны. После убийства Юлия Цезаря, Марк и ещё два мужичка поделили власть и утвердили триумвират. Марку досталась восточная часть Римской Республики, с её богатствами и неплохим войском. Там он потрахивал Клеопатру и горя не знал. Пока не пришёл Октавиан Август и не надавал всем по попе. Но это уже совсем другая история. Так вот, в своем труде Марк рассказывает про египетскую магию и египетских магов. Довольно интересное чтиво. В древнем Египте магами были преимущественно жрецы, которые имели очень большую власть. Можно сказать, что они правили державой вместе с фараонами. И что самое главное, у них была невероятно, как на то время, развитая мелкая артефакторика. Всякие амулеты, колечки и прочая зачарованная бижутерия. У каждого египтянина была парочка амулетов на всё случаи жизни, от простых оберегов, до регенераторов и убийц насекомых. Любили они напялить на себя золота, да побольше, и чтобы оно было обязательно магическое. Я настолько погрузился в чтение, что не заметил появления неизвестного субъекта, который сел напротив меня. – Кхм, кхм. – Я поднял взгляд и мгновенно скривился. Это она – рыжая психопатка. Её густые рыжие волосы были уложены в красивую прическу, а взгляд её прекрасных синих глаз был направлен на меня. Красивая чертовка, этого не отнять. Сидела она, кстати, как принцесса Британии не меньше. Одна нога на другой, подбородок поднятый, весь её вид прямо излучал элегантность и величие. – Приветствую тебя, Майкл. – спокойным тоном сказала она. – И тебе привет. – медленно ответил, не сводя с неё глаз. Ну и само собой подготавливал защитные плетения. Ведь произойти может всё, что угодно, и к моему огромному сожалению, я магически слабее девочки, что сидит передо мной. Хоть бери да приноси кого-то в жертву, как Корвин. Просто уже начинает напрягать собственная слабость. Меня спасает только идеальный контроль маны и околонулевая потеря энергии при колдовстве. Ведь другие колдуют с совершенно дикими потерями, которые в некоторых случаях доходят аж до 90% маны. Решено, поищу в Лютном какую-то контрабандную бурду для стимуляции ядра, а то уже становится стыдно. Как так, гражданин первого класса Доминиона и слабее мелкой девочки с психическими расстройствами! Непорядок. – Хорошая погода, не правда ли? – с улыбкой спросила Анна. – Ага. – – Солнце светит, птички поют, – продолжала она, и к своему удивлению я заметил маленькую капельку пота, которая проявилась на ее лбу. – Да, – сказал я. Ещё сильнее насторожившись, я начал незаметно проверять себя на ментальное влияние. Волна пси молниеносно прокатилась по моему сознанию, заглядывая в каждый укромный уголок моего разума. Так ничего и не найдя, я немного успокоился. Правда лишь до того момента, как по лицу Анны скатилась уже вторая капля пота, а ее щеки густо покраснели. Мой внутренний голос орал благим матом, что это ебаная подстава, и сейчас мне надо пустить Анне в лицо огненный шар и на всей возможной скорости тикать с села... то есть с библиотеки. Оказывается, первое впечатление от встречи с мелкой Прюэт было настолько плохое, что у меня развилась психологическая травма. И это при том, что я постоянно себя проверяю на беды с башкой. Хотя текущая ситуация может быть следствием моего колупания ауры... От всё ещё недоступных воспоминаний у меня прошла волна мурашек. Бр-р-р, ну её нахуй эту ауру. – Ты-ы не проти-ив пойти на пикни-к-к со мной? – заикающимся голосом ошеломила меня рыжая психопатка. Моё удивление было так сильно, что я на несколько секунд потерял контроль над всё ещё свернутым защитным куполом, и он начал проявляться в реальность. Меня окружила синяя сфера защитного заклинания, отсекая от любых опасностей. Правда, я сразу же уменьшил подачу маны и изменил отдельные части заклинания, чтобы сфера стала прозрачной. Да, защитные свойства несколько ухудшились, но зато без магической чувствительности защиту трудно заметить. На столик опустилась тишина, прерываемая только далеким шуршанием других посетителей библиотеки. Я смотрел на рыжую красавицу и думал думу. Завести связи с Родом Прюэт будет очень полезно. Ведь я пользовался Блэком как только мог, и узнавал про других мажоров, в том числе и от него. Так вот, Прюэты занимали нишу поставщика эссенций и редких магических металлов со всего света, преимущественно из прошлых колоний Британии. Если в магловском мире королевская семья здорово так заглотнула, то представители магической части оказались намного хитрее. Вот Индия например. Древние Рода Индии, в большинстве своём уничтожены, а их библиотеки разграблены. Остальные либо связаны вассальными клятвами, либо выгодными торговыми контрактами. Британские маги создали такие условия, что сотрудничать с ними и служить им намного выгоднее, чем создавать своё независимое Министерство. Конечно, там есть свои ребята, которые топят за независимость, и со временем они наверняка добьются своего, но точно не в ближайшие десятилетия. Даже во время гражданской войны, которая недавно гремела в Британии, бравые английские маги не забывали контролировать свои континентальные территории. Причём делали это вообще всё: и тёмные, и светлые, и нейтралы. Что-то глубоко задумался, благо я разогнал своё сознание, и прошло всего пара секунд. А насчёт самой Анны, то на лице всё признаки детской влюблённости. Я не знаю, КАК такое получилось, но вспоминая цитату одного моего хорошего друга – "Женская логика неисповедима". Если это не ебаная подстава, конечно. Лично я склоняюсь ко второму варианту, но перспектива усилиться слишком заманчива, чтобы просто послать рыжую далеко и надолго. – Интересное предложение, не вижу никаких проблем, – сказал я с кривой улыбкой. Нужно поработать над контролем лица, правда, сидящая передо мной девушка даже не заметила мою перекошенную рожу. Глаза Анны радостно заблестели, а лицо украсила уже настоящая, искренняя улыбка. – Молодец, подруга! Так держать! – услышал я тихий шепот где-то за полками. Переведя туда взгляд, я увидел Поттер, которая просунула свою головку между книг и пристально смотрела на нас. Не сдержавшись, я прикрыл свое лицо рукой. "Надеюсь, я не пожалею о своем решении" - думал я, под едва слышимые, радостные попискывания Анны.