Про магию и любовь. Сборник

Есть у моей любимой тёти Дэлии одна неприятная привычка — любит она вломиться в чужую комнату ни свет ни заря и начать разводить суету. Утром двадцатого декабря, стоило мне только разлепить тяжелые веки (большим усилием воли, не сомневайтесь), я услышал возню в своей комнате и сонно позвал: — Дживс? — С чего ему тут быть, — отозвалась тетушка, и я тут же проснулся окончательно, приподнявшись на локтях, чтобы увидеть, чем это она занята. Тетя колдовала над шторами, из которых тонкими струйками тянулась к её палочке пыль. — Позвольте поинтересоваться, что вы делаете в моей комнате в такую рань? — Проворчал я, откидываясь обратно на подушки. — Рань? Уж перевалило за полдень, — сообщила мне тетя Дэлия, и я снова подскочил. — Как?! — А вот так. Не представляю, как ты учишься, с твоей-то ужасной ленью и сном до полудня, — смерив меня хитрым взглядом, тетя отошла от шторы и покачала палочкой в воздухе. — У тебя еще будет шанс пообщаться с Селин. А сегодня её согласился сопроводить Реджинальд, такой милый мальчик! Я нахмурился, осмысляя эту информацию. Давалось мне это с трудом, в голове был какой-то туман. Тетя заметила моё замешательство и подошла к кровати, приложив тыльную сторону ладони к моему лбу. — Может, вызвать доктора? Я отрицательно помотал головой и кивком указал на прикроватную тумбу, где стоял коробок с пустыми колбами. — Не нужно. Дживс вчера передал мне какие-то составы, я чувствую себя намного лучше. — Мне вдруг подумалось, что это отличный шанс начать рекламировать Дживса моей тетушке, чтобы облегчить, так сказать, грядущий момент признания наших с ним отношений. — Он готовит зелья сам, представляешь? Отличный зельевар, к тому же — один из лучших учеников Хогвартса за последние сорок лет. Тетя склонилась над тумбой и деловито понюхала каждую колбочку. Мало кто об этом знает, но в юности она была очень хороша в зельеварении. Отсюда росли ноги у её любви к кулинарии и, в частности, к Анатолю. — Неплохо, очень даже, — кивнула она. — Но мне кажется, снотворное на лавандовом отваре слишком концентрированное. В следующий раз не пей целую колбу разом. Мерлин, неудивительно, что ты провалялся в постели всё утро. Отупело уставившись на колбу с засохшей фиолетовой корочкой на горлышке, я задумался, и какая-то кривая мысль с трудом оформилась в моей голове. — Хватит лежать, — тетя взмахнула палочкой, и одеяло, которым я укрывался почти до носа, резко отскочило в сторону, а матрас вздыбился, заставляя меня снитчем вылететь с кровати. Оказавшись на ногах, я недовольно заворчал. — И что у вас за дурная привычка… а я, между прочим, только вчера был едва не при смерти! Тетя Дэлия закатила глаза. — Прекращай ныть и послушай меня. Скоро должны прибыть наши гости. На обслуживание площадки для аппарации сейчас дерут огромный налог, поэтому она была настроена только на мадемуазель Виардо и мадам Шанталь. Остальные прибудут камином. Я уныло поглядывал на кровать. Заметив мои томные взгляды, тетя снова замахала палочкой, и кровать оказалась заправлена, а мне она погрозила кулаком. — Даже не думай. Оденься поприличнее и спускайся в гостиную. Я оставила на столике каталог магических мастерских. Вызови диагностическую бригаду из конторы Файр энд Рейкс, её держит знакомый Тома, они сделают скидку. Пусть настроят камин. Обед начнется в четыре, и послушай, насчет твоих дружков… Отдав несколько распоряжений, тетя наконец оставила меня в покое и удалилась. Чего у неё было не отнять, так это способности привести кого угодно в боевую готовность и заставить тотчас же кинуться выполнять любые её поручения. Я наспех привёл себя в порядок, нарядился в светло-голубой костюм и отправился выполнять поручение тети. Я слукавлю, если скажу, что совсем не думал про Дживса и его странный поступок со снотворным. И хоть я был уверен, что этому есть объяснение, мыслями я то и дело возвращался к тому факту, что прямо сейчас Дживс гуляет по окрестностям Бринкли-корта с совершенно незнакомой мне француженкой, и они о чём-то общаются. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда я ткнул палочкой в каталог, и мне было предложено послать запрос в любую контору, с моего языка сорвалась какая-то тарабарщина, а что там сказала тётя, я уже успешно забыл. Отреагировали к моему удивлению быстро, хотя обычно на подтверждение и прибытие мастера требовалось не менее получаса. Прямо посреди залы, в которой я стоял, с громкими хлопками появились низкорослые существа с большими ушами и длинными крючковатыми носами. — Фур Хэнд Рэбл благодарит вас за обращение, — отчеканил стандартное приветствие гоблин в сером комбинезоне. — Меня зовут Гешефтмахер Мордожуль, я сделаю всё возможное, чтобы команда профессионалов решила вашу проблему в самые сжатые сроки. Чем мы можем помочь? Я не мог не отметить лихорадочного блеска, который появился в глазах гоблина, когда он огляделся и увидел богатое убранство гостиной. Рядом с ним отиралось еще несколько его сородичей. Все были странно одеты — в какие-то зеленые костюмчики с большими пуговицами и красными полосками, и напоминали рождественских эльфов, изображенных тяжелобольным пациентом психиатрической лечебницы. — Эм, — я махнул рукой в сторону. — Нужно настроить камин. Им давно не пользовались, так что осторожнее, пожалуйста. — О чем речь, господин, — гоблин в сером отвесил поклон, едва не уткнувшись своим длинным носом в пол. — Сделаем всё в лучшем виде! Он щелкнул длинными кривыми пальцами, и гоблины принялись деловито расхаживать вдоль стены. Они разложили инструменты на любимом ковре дяди Тома, начали простукивать камин, колдовать, забираться в него и разносить пепел по всему полу вокруг… Краем глаза я заметил трех домовых эльфов с поджатыми ушами. Они притаились за торшером и смотрели на творящийся беспредел, широко распахнув свои глаза-блюдца. Я понял, что это надолго, поэтому присел на диван в середине гостиной и закурил. Мысленно я унесся в какие-то невообразимые дали, размышляя и о Дживсе, и о просьбе тети не подпускать Таппи к Анджеле… Будто им было по пять лет и я мог как-то воспрепятствовать их обжиманиям по углам. Если моей дорогой кузине и её ухажеру в лице Таппи хочется собрать всю паутину и пыль в доме — Мерлина ради, тетушка сама же обрадуется, обнаружив какие-то потайные уголки дома блестящими от чистоты. В глубокой задумчивости я не заметил, что пролетел целый час, и страшно удивился, когда ко мне подошел гоблин со словами: «камин готов, сэр». Я хлопнул ладонями по коленям и пружинисто поднялся с дивана. — Чудненько! Вам отправят чек, благодарю за труды… Вдалеке громыхнула входная дверь. Я почувствовал легкий трепет в груди от мысли, что это, скорее всего, вернулся с прогулки Дживс. — Сэр, пока мы не попрощались, позвольте предложить вам абонемент на диагностику и прочистку каминов — всего двести восемьдесят восемь галеонов за три месяца, что, позвольте заметить, гораздо бюджетнее, чем покупка абонемента на месяц. Если оформляете абонемент впервые, медная кочерга в подарок! Я бросил на гоблина непонимающий взгляд. — Извините, что? Гоблин нервно стрельнул глазками в сторону камина, возле которого красовалась кочерга, отлитая из золота высшей пробы. Тетя Дэлия любила гонять этой кочергой домовиков и меня заодно. — Не спешите отказываться, ведь скидка на абонемент действует только два дня после оказания услуги. А еще, если оформите абонемент сегодня, Шербульбек в каждый визит команды будет играть для вас на флейте народную гоблинскую мелодию про картофельного рыцаря. Шербульбек, продемонстрируй! Самый низкий гоблин с грустными глазами покорно достал кривую флейту из своего комбинезончика, а остальные его собратья плотно прижали длинные пальцы к ушам и опустили взгляды. Признаюсь вам, сердце мое в тот момент дрогнуло. Отказывать грустному гоблину в демонстрации таланта — весьма неловкое занятие. — Не хотелось бы доставлять вам столько неудобств. Назовите сумму, и… — Шербульбек ещё и петь умеет, — перебил меня Мордожуль. — Давай, Шербульбек! У меня сложилось впечатление, что продать мне хотят не абонемент, а самого Шербульбека. Мне стало очень жаль бедного маленького гоблина с кривой флейтой, который стал разменной монетой в коварной гоблинской стратегии, чтобы повысить месячный план продаж абонементов. Я знал от дяди Тома, как работают эти плутовские схемы. — Купите абонемент, сэр, пожалуйста, — с милой картавостью попросил Шербульбек, глядя на меня блестящими глазами. Мое бедное сердце чуть не разорвалось на части. Я бы купил этот абсолютно бесполезный абонемент просто из-за сострадания к маленькому гоблину, потому что выглядел он так, будто Мордожуль начнет бить его той самой медной кочергой, если я откажусь. — А ещё при каждом визите команда будет делать вам бесплатную уборку! — завершил своё предложение Мордожуль. Гоблины убрали пальцы от ушей и переглянулись между собой с непонятными выражениями на уродливых мордах. Энтузиазма у них и без того было гораздо меньше, чем у начальника, а теперь он вовсе испарился. Мордожуль явно не собирался от меня отставать, и я уже не знал, что сделать, чтобы он назвал сумму и перестал втюхивать мне какие-то абонементы, но в самый яркий момент отчаяния, точно рыцарь на белом коне, ко мне на подмогу подоспел Дживс. Он вплыл в гостиную как гордый лебедь и встал за моим плечом. Во мне на секунду всколыхнулся порыв шагнуть назад и прижаться спиной к его груди, откинув голову на плечо, но я его подавил. Дживс бы вряд ли оценил подобное при свидетелях. Следом за Дживсом в гостиную вошла хрупкая девушка в синем платьице с длинным рукавом, но замерла в дверях. Я предположил, что это и есть та самая француженка, но не мог подойти к ней, пока не разобрался с гоблинами. — У вас возникли какие-то затруднения, мистер Вустер? — ледяным тоном осведомился Дживс, и Мордожуль втянул голову в плечи. Да, дживсова хладнокровность часто производила впечатление самое что ни на есть серьезное. — Не сказать, чтобы что-то вызывало у меня затруднения в области переговоров, но эти господа отказываются принять чек, — признался я, встав к Дживсу в полоборота. — Они утверждают, что я должен оформить какой-то абонемент, и непременно сегодня. Дживс шагнул вперёд, нависнув над гоблинами. — Действительно? Возможно, господин может предоставить лицензионную документацию, подтверждающую высокое качество предлагаемых услуг? Взгляд Мордожуля забегал, на короткую секунду его лицо исказилось в оскале, но он тут же вернул свою доброжелательную улыбочку и уважительно склонил голову. — Мы очень благодарны, что вы выбрали нашу компанию для диагностики и ремонта камина. Чек на сто пятнадцать галлеонов можете отправить не позднее среды. Мордожуль развернулся, махнул бригаде рукой, и все они с громкими хлопками трансгрессировали. — Сто пятнадцать галлеонов, — присвистнул я. — Не очень-то большая скидка. Дживс вскинул бровь, но я не стал углубляться в пояснения. Не хотелось выставить дядюшку в неприглядном свете, кто же знал, что он водит знакомство с гоблинами. Мне очень хотелось расспросить Дживса про зелье и прогулку, но за его спиной маячила француженка, и приличия вынуждали меня познакомиться с ней прежде всего остального. Я слегка задел кончиками пальцев руку Дживса, когда проходил мимо, и от этого невесомого прикосновения по моей коже побежали мурашки. — Мадемуазель… эм… — я запнулся, пытаясь вспомнить её фамилию. — Виардо, — спас меня Дживс, материализовавшийся рядом. Девушка застенчиво опустила голову и захлопала воздушными ресничками. Хотя предпочтения мои всегда лежали в иной плоскости, я мог по достоинству оценить женскую красоту. И мадемуазель Виардо обладала красотой ну прямо-таки изумительной. Хрупкое телосложение, белое личико в форме сердца, наивно распахнутые голубые глаза с длинными ресницами, красивые каштановые волосы, аристократическая осанка — в ней было всё, что заслуживало целого вороха комплиментов. Одета она была под стать своему типажу романтичной натуры: в изящное синее платьице с белым воротничком и широкими рукавами. Я пожал её тонкую ладошку и отвесил небольшой поклон. — Очень рад встрече, мадемуазель Виардо. Сожалею, что не смог составить вам компанию этим утром. — Можете называть меня Селин. Я тоже очень рада, месье Вустер, — ответила она с едва различимым французским акцентом, и звучало это настолько очаровательно, что я сразу же невольно проникся к мадемуазель симпатией. — Месье Дживс сказал, что вы заболели. Надеюсь, сейчас вам лучше. — Не то слово. Более того, я бы мог составить вам компанию вечером… Мне показалось, что одной прогулки будет достаточно, чтобы тетушка удовлетворилась и отстала от меня. Но Селин вдруг стрельнула глазами за моё плечо и отступила на шаг назад, выдернув ладошку из моей руки. — Не думаю, что это хорошая идея, — тихо сказала она. — Я ещё не оправилась после дороги, мне лучше отдохнуть. Я на это лишь пожал плечами. Мне же лучше. За обедом стоило познакомить Селин с Анджелой и Мэйделин, а тете Дэлии можно сказать, что девушка сама предпочла компанию леди, что в нашем возрасте абсолютно естественно. Если речь не об Анджеле и дуралее Таппи, конечно. — Разумеется, отдыхайте. Обязательно приходите обедать, я познакомлю вас… Но пока я говорил, Селин спешно откланялась и убежала. Я с недоумением повернулся к Дживсу. — Право, ты не перестаешь меня удивлять. Чем ты так запугал несчастную барышню, что она сбегает после одного безобидного предложения? Или вы о чем-то сговорились у меня за спиной? Дживс натянул на лицо свою излюбленную гримасу каменной горгульи и не смотрел на меня, вяло разглядывая последствия гоблинских ремонтных работ. — Ваши замечания в корне расходятся с реальным положением дел. Я не пугал мадемуазель Виардо, и у нас с ней нет никаких секретов от вас. — Тогда зачем ты опоил меня снотворным и отправился с ней на прогулку? Он вздрогнул и покосился на меня, но тут же снова отвел взгляд и опустил голову. — Не поймите неправильно, — процедил он, будто боролся с собой, чтобы это озвучить. — Я просто… хотел кое-что прояснить. — Что же? И как назло, только Дживс повернулся ко мне и даже сделал крошечный шажок вперёд, дверь распахнулась, и в гостиную ворвалась тётя, держа под руку напудренную Анджелу с блаженной улыбочкой; кузина явно была далеко отсюда и ждала только одного — появления своего кавалера. За ними вяло плелся дядя Том, а замыкала шествие делегация, состоящая из дворецкого Сеппингса и молодого лакея, с которым нам с Дживсом довелось познакомиться вчера. К этому моменту я уже забыл, как его зовут. Все были разряжены в пух и прах, словно собирались встречать самого министра. — Ох, как хорошо, что ты здесь, — улыбнулась тетя, но улыбка тут же померкла, стоило её взгляду зацепиться за истоптанный ковер. — Что, во имя Мерлина, у тебя тут случилось? Гости прибудут с минуты на минуту! Я лишь развел руками и быстренько ретировался в сторону дяди Тома. Вот только я запамятовал, что пострадал его любимый ковер, поэтому сразу же оказался, если можно так выразиться, между двух огней. Дядя начал охать и цокать, хватаясь за голову и грозя мне кулаком, а тетя Дэлия решила не звать домовиков, которым не доверяла в вопросах уборки, и принялась махать палочкой, уничтожая следы грязи. Для меня оставалось загадкой, как тетя, при её-то любви к чистоте, могла находиться в своём кабинете, до потолка заваленном пергаментами и коробками с нераспроданными остатками её еженедельника. Я уже который раз забывал высказать ей своё предположение, что в этих коробках давным-давно могли завестись докси. Впрочем, зная свою тётю, я могу с уверенность. сказать, что она вряд ли допустила бы подобное, и более того — скорее всего, свои коробки она перебирала несколько раз на дню. Что же тут сказать, по мнению тети Агаты все Вустеры были с придурью, и тетю Дэлию эта участь тоже не обошла. Когда ковёр был приведен в надлежащий вид, все мы — тетя с дядей, Анджела, я, Дживс и прислуга, выстроились в ряд сбоку от камина, готовясь встречать гостей. Тетя в последний раз наколдовала темпус, и на короткое мгновение воцарилась тишина. Но вскоре камин зашуршал, в нём взметнулось зеленое пламя, и на ковер вывалился огромный грязный комок, от которого во все стороны полетела сажа. Все закашлялись, а перед камином повисла плотная серая завеса. Стоило ей немного осесть, и грязный комок приобрел явственные очертания человека. Я присмотрелся и с ужасом узнал в нём старика Бассета. Его лицо было полностью черным, костюм оказался вымазан чем-то серо-коричневым, и выглядел почетный судья Визенгамота как оборванец из Лютного, ошибшийся адресом. Он сидел на ковре и плевался сажей пополам с ругательствами, недостойными его статуса и должности. Тетушка начала ахать и бегать вокруг него, пытаясь очистить его лицо и костюм, но это не подействовало: он стал еще грязнее, чем был. — Сеппингс, идите сюда! — Скомандовала тетя. Дворецкий сразу же подбежал к ним, принявшись поднимать Бассета и стараясь при этом не перепачкаться самому. — Примите наши глубочайшие извинения, — пробурчал дядя Том, и покосившись на него я понял, что он едва сдерживается, чтобы не засмеяться. Дела делами, но они с Бассетом были давними соперниками в делах разного толка, и дяде явно стоило больших усилий не разразиться злорадным смехом. — Мы давно не пользовались камином, очевидно, он вышел из строя. Я захотел забраться в этот камин и закопаться в пепле по самый копчик. Дядя еще не знал о чеке в сто пятнадцать галлеонов, который ему предстоит выписать за починку камина этим самым утром. Что касается тети Дэлии, она про чек знала, но выписать могла разве что хорошую трепку вашему покорному слуге, и я уже чувствовал исходящее от неё волнами раздражение. — Мэйделин! — Взревел Бассет, едва придя в чувство. — Она отправилась камином раньше меня, сиганула прямо за этим идиотом Финкботтлом. Их здесь нет? Ехидная полуулыбка Джаконды сползла с лица дяди Тома, а тетя так и вовсе побелела. — Том, что ты встал, как истукан! — Гаркнула она. — Вызывай сотрудников каминной сети. Мистер Бассет, вам лучше отдохнуть, Сеппингс поможет вам почистить одежду. Не переживайте, все будут доставлены в целости… — увещевала она старикана, который всё порывался куда-то бежать, судя по всему, спасать дочурку из лап Гасси. И я даже мог его понять. Анджела тоже заметалась, заламывая руки. — Таппи, мой бедный Таппи, — восклицала она, комкая платье, испорченное сажей. — Его же могло закрутить в сети, сотни волшебников погибают, потерявшись во время перемещения! Тетя, наконец вытолкнувшая Бассета вместе с Сеппингсом за дверь, закатила глаза. — Ничего с твоим Глоссопом не случится, подумаешь, вывалится где-нибудь подальше отсюда… Может, там и останется. Анджела упрямо поджала губы и села на диван, не сводя глаз с камина. Дядя Том убежал вызывать авроров из отдела транспортной безопасности, лакей суетился возле камина, командуя домовиками, которые пытались убираться, а я решил слиться с интерьером, но не вышло. Тетя подошла ко мне и стукнула палочкой по голове. — Ты что, так никого и не вызвал? Ничего хорошего от тебя не дождешься, шалопай. — Я вызывал, но судя по всему, проблемы с камином куда серьезнее, чем мы думали… Тетя моими оправданиями не впечатлилась. — Сколько с тебя попросили в этой конторе? — Сто пятнадцать галлеонов, — промямлил я. Тетя прикрыла глаза ладонью, но быстро взяла себя в руки и бросила на меня грозный взгляд, послуживший ярким напоминанием их с тетей Агатой родственной связи. — Вызывай их сейчас же и скажи, что мы не заплатим и одного кната, если они не исправят этот кошмар. Авроры найдут наших гостей, но мы не транспортируем их трансгрессией, платить такой бешеный налог в наше время — настоящее воровство. Чини камин. Анджела, пойдем, тебе нужно переодеться. Она почти силком утащила Анджелу, которая до последнего упиралась и собиралась лично контролировать процесс починки камина, и я был благодарен тете, что она избавила меня от компании дотошной кузины, которая вынула бы мне весь мозг. Вот так мы и остались с Дживсом наедине с очередной проблемой. Мне страшно не хотелось опять вызывать этих жутких гоблинов, но делать было нечего. Обещанные им сто пятнадцать галлеонов могли с высокой вероятностью просто улететь в трубу, реши я вызвать другую контору, а за это дядя Том мне спасибо не скажет. Лакей с домовыми всё ещё суетились у камина, и мне было страшно неловко сказать им, что это бесполезно, потому что совсем скоро здесь снова разведут грязь. — Мистер Лэсли, вы можете оставить это нам, — подал голос Дживс, и я снова поразился его чувству такта и умению определять, когда его вмешательство просто необходимо. Дживс был очень убедительным, поэтому Лэсли (вот я и вспомнил, как его звали) собрал домовиков и, косясь на злосчастный камин, покинул гостиную. — Что ж, попробуем еще раз, — вздохнул я, открывая каталог, с которого посыпался пепел, осевший на нём тонким слоем. Не прошло и трех минут, как в гостиной появились уже знакомые мне гоблины. Мордожуль осмотрелся, и выглядел он не особо удивленным, только оскалился и сцепил руки в замок. — Как я и думал, — заявил он. — Простой диагностики было недостаточно, тут нужна глубокая прочистка и перенастройка. Чары барахлят. — Разве вы не могли понять это, когда осматривали камин? — Я возмущенно всплеснул руками. — Вот, что я вам скажу: почините это безобразие, иначе мы не заплатим ни кната и напишем жалобу в отдел транспортной безопасности! Да, вот так! — Вы совершенно правы, — закивал гоблин, и я стушевался. Было как-то неловко продолжать кричать на него, когда он со всем согласился. — Но, позвольте заметить, мы выполнили именно ту услугу, которую вы у нас заказали, а диагностика чар займет куда больше времени, к тому же, квалификация нашей команды… Вдруг гоблина накрыла тень, и я понял, что это Дживс загородил собой свет, падающий из окна. — По трудовому магическому кодексу некачественно выполненная услуга, зафиксированная сотрудниками министерства, должна быть компенсирована. Незадолго до вас в этой гостиной побывала транспортная комиссия Аврората. Позвольте заметить, я сообщаю из лучших побуждений, что вашему бизнесу не пойдет на пользу иск от дома Трэверс. Вы обязаны возместить материальный ущерб. Впрочем, если вашей квалификации не хватает на выполнение ремонтных работ, мы примем чек с компенсацией. Не забудьте о проценте на расходы, по тридцать пятому пункту кодекса… — Нет нужды пересказывать мне трудовой кодекс, господин, — заулыбался гоблин. — Сделаем всё в лучшем виде, вы даже чай допить не успеете. Мордожуль отвернулся к бригаде, подозвал несчастного Шербульбека и начал что-то ему тараторить на гоблинском. Тот мрачнел и становился грустнее с каждой секундой, но его лицо в итоге приняло вид смиренный, и я подумал, что так, должно быть, выглядят люди, принимающие все превратности своей тяжелой судьбы. Я снова закурил и предложил сигарету Дживсу. Мы присели на диван и оба принялись наблюдать за гоблинами. Скоро мне стали понятны метаморфозы на лице несчастного рабочего. Один из гоблинов исчез, а потом в камине появилась веревка. Шербульбек тяжело вздохнул, привязал себя к веревке за пояс и скрылся в дымоходе. — Здорово ты это придумал про авроров, — прошептал я, наклонившись к Дживсу. — А этот Мордожуль безоговорочно поверил, ну и ну! — Тем больше вопросов вызывает их контора, — уголки губ Дживса презрительно дрогнули. — В трудовом магическом кодексе нет такого положения. Если вам нужно было настроить камин, вы могли обратиться ко мне. Это сэкономило бы деньги и время. Я прекрасно владею всеми необходимыми чарами. Я стряхнул пепел в изящную стеклянную вазочку на низком столике. Увидь это тетя Дэлия, без оплеух бы не обошлось. — Не сомневаюсь, что уж твоя квалификация выше всяких похвал. Вот только я не мог обратиться к тебе, ведь ты предпочел компанию мадемуазель Виардо. Дживс затянулся и бросил на меня взгляд, который я расшифровал, как ироничный. — Я всего лишь хотел узнать, какие планы мадемуазель имеет на вас. — И как это прикажешь понимать? Теперь Дживс посмотрел на меня прямо, прищурив темно-синие глаза, и до меня дошло. Со скрипом, тяжело ворочаясь и сбивая по пути опоры ясности сознания, но дошло. Я пододвинулся к нему на диване и заулыбался, как кретин. — Ты ведь знаешь, что мне безразличен любой вариант, — наклонившись ближе, я перешел на шепот. — Что бы ни планировали мои тетушки, я не променяю тебя ни на какую барышню, будь она хоть писаной красавицей, хоть француженкой, хоть самой королевой. Моя ладонь накрыла его пальцы, и он тут же отдернул руку, смерив меня серьезным (но недостаточно серьезным, чтобы я устыдился) взглядом. — Ну и какие планы имеет мадемуазель? — Отстранившись, я закинул ногу на ногу и откинулся на подушку. — Она была так напугана несколькими минутами ранее, что, полагаю, не заговорит со мной даже о погоде. — В самом деле, — Дживс испарил сигарету и почистил вазу с ковром взмахом запястья, что снова вызвало у меня восхищение, ну что за удивительный юноша! — Мадемуазель Виардо произвела на меня впечатление самое положительное. Вы знали, что она балерина? Я задумчиво пригладил волосы на виске. — М-м, кажется, что-то такое припоминаю. Так вот, почему у тетушки в кабинете одни балерины! Судя по всему, она не просто так начала общаться с мадам Шанталь. Перед нами вдруг появился Мордожуль, и я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он скалил свои острые зубы в подобии уважительной улыбки и тыкал длинным крючковатым пальцем в сторону камина. — Починили. Мы с Дживсом подошли к камину. В сторону сразу же отскочил Шербульбек — он вытирал лицо от серой субстанции, которую я безошибочно и с первого взгляда опознал, как помет докси. Дживс поводил палочкой над стеной и кивнул. — Надеюсь, вы также выполните уборку. — Конечно, конечно — процедил Мордожуль, лично засуетившись над ковром. — Обслуживать столь высокопоставленных господ — честь для Фур хэнд Рэбл. Я бросил взгляд на Дживса и, могу вам поклясться, увидел выражение злорадного торжества на его лице. Он внимательно проследил за уборкой, спровадил гоблинов и оставил меня в гостиной, а сам отправился на поиски Лэсли; убирались гоблины так себе, и прежде, чем принимать остаток разлетевшихся по каминной сети гостей, следовало привести гостиную в божеский вид. Спустя полчаса гостиная была убрана, вдоль камина снова выстроилось всё семейство Вустеров с Дживсом, прислугой и стариком Бассетом заодно, и мы напряженно уставились в камин, ожидая чего угодно. Но опасения были напрасны: камин вспыхнул зеленым светом, и на ковер ступил Таппи в сопровождении аврора из отдела транспортной безопасности. Таппи не успел даже слова сказать, как у него на шее повисла Анджела, и даже недовольные причитания тети её не остановили. Затем из камина вывалился Гасси, запутавшись в своих ногах и шлепнувшись перед нами на задницу, а следом за ним выпорхнула, как прекрасная бабочка, Мэйделин. Она сразу же бросилась обнимать Бассета. — Папочка, я так волновалась! Ты в порядке? — Всё замечательно, моя крошка, — Бассет погладил ее по волосам и загородил собой от Гасси, заметавшегося на ковре. — Здравствуйте, мистер Бассет, сэр! — промямлил он, но старик на него не обратил даже капельки внимания. Мне было больно наблюдать за его унижениями, поэтому я присел перед Гасси на корточки и подал руку. Он потянулся ко мне своими дрожащими культяпками и промахнулся, уткнувшись носом в ковёр. — Во имя Мерлина, Таппи, у вас еще будет время, — я закатил глаза и дернул товарища за штанину. Тот нехотя оторвался от Анджелы и помог мне поставить Гасси на ноги. — Мэйделин, это случайно, клянусь, — промямлил Гасси, и Мэйделин бросила на него из-за плеча Бассета такой холодный взгляд, что мне сразу стало понятно: что-то у них успело произойти. И всё из-за моей оплошности с камином! — Гасси, в чем дело? — участливо поинтересовался я, не столько из искреннего интереса, сколько в надежде, что это действительно такие пустяки, как я думаю, и мне не придется помогать товарищу, который попал в неприятности по моей вине. Гасси в ответ лишь икнул, не переставая пялиться на спину Бассета большими грустными глазами, точно один из его гекконов. — Ну, раз все добрались, предлагаю встретиться за ужином через двадцать минут! — Радостно возвестила тетя, но её энтузиазма никто не разделил, кроме дяди Тома, который весь день чуть ли не подпрыгивал от предвкушения. Анатоль всю последнюю неделю занимался разработкой меню для приветственного ужина и Йольского приема, поэтому готовили эльфы. Но сегодня он был готов лично взяться за лопатку и сковородку, и я сам по этому поводу испытывал восторженный трепет. Однако моё настроение было омрачено некоторыми открывшимися обстоятельствами, и теперь я не был уверен, что ужин пройдет гладко. Мои опасения подтвердились, когда все обитатели Бринкли-корта собрались за столом. Мэйделин демонстративно села рядом с отцом, проигнорировав место между мной и Гасси, а старик Бассет сверлил беднягу Финкноттла таким недовольным взглядом, что тот должен был сразу же превратиться в камень. Место между нами заняла мадемуазель Виардо, хоть и с некоторым опасением. Я посмотрел на Дживса, сидящего по левую руку от меня, и коснулся его ноги своей под столом. — Всё хорошо? — поинтересовался я полушепотом. — Не вижу причин, чтобы это было иначе, — Дживс улыбнулся мне своей натянуто-фальшивой улыбочкой, точно камердинер, чьи истинные мысли ты никогда не сможешь понять из-за напускной вежливости, но я решил к нему не приставать до конца ужина. На ужин подали целый пир: бараньи почки с луковым конфитюром, лестерширский пирог, томленое мясо косули с картофелем, вишисуаз, утиное фуа-гра со свежим луковым хлебом. На десерт планировались рождественский шоколадный пудинг и клафути с вишней. Настроение гостей должны были сгладить три бутылки красного Шато Латур. Я обратил внимание на то, как Анатоль расстарался для своих французских гостей. При этом он не забыл и об остальных, составив идеально сбалансированное меню. — Ну что, понял теперь, ради чего мне нужны были хорошие оценки? — спросил я у Дживса, когда мы прикончили пирог, суп и мясо косули. Дживс ел очень сдержанно и мало, но я был уверен: он сможет оценить этот ужин по достоинству. Промокнув уголки губ салфеткой, Дживс кивнул. — Действительно, кулинарный талант месье Анатоля поражает. Тетя Дэлия, которая до этого шушукалась о чем-то с мадам Шанталь, подняла голову и посмотрела на меня с внимательным прищуром. Я осмыслял этот взгляд несколько секунд, после чего повернулся к мадемуазель Виардо и улыбнулся ей своей самой дружелюбной улыбкой. — Мадемуазель, как вам ужин? — спросил я по-французски. — Наш повар — тоже француз. Селин посмотрела на меня своими большими синими глазами и несмело улыбнулась в ответ. — Ужин просто потрясающий. Спасибо за вашу щедрость и гостеприимство, мистер Вустер. — Ох, ну что вы, — я отмахнулся. — Это всё заслуга моей благодетельной тетушки. Вы и мадам Шанталь хорошо устроились? Селин кивнула, и я хотел еще немного с ней поболтать, спросить о балете, например, но оказалось, что пока мы мирно беседовали, среди взрослых разгорелся крайне оживленный разговор. — Вы действительно считаете, что столь ранние помолвки целесообразны? — чопорно вопрошал Бассет. — Bien sûr, целесообразны, месье Бассет, — отвечала ему мадам Шанталь с сильным акцентом. — Молодым магам стоит пораньше определиться с парой. Выше шанс atteindre le prestige и войти в желаемые круги, одиноким такое сложно, oui. Я покосился на Селин и заметил, что та едва заметно скривилась, стиснув вилку. — Я бы позволил дочери выйти замуж хоть в сорок, если столько займет поиск порядочного джентльмена, — ответил Бассет. — Мы ведь не магглы, чтобы беспокоиться о времени и позволять детям жениться в детстве по дурости. — Разве вы не хотите, чтобы ваша дочь была счастлива? — Охнула мадам Шанталь, прикрыв рот салфеткой. — Конечно же хочу, — Бассет начинал раздражаться, дневное приключение в камине не прошло даром для его нервной системы. — Но не стану одобрять её помолвку с каким-нибудь имбецилом, который не способен даже на ногах стоять ровно. — Не волнуйся, папочка, — встряла вдруг Мэйделин, положив руку на сжатый кулак старика. — На самом деле, моё счастье куда ближе, чем ты думаешь. Все за столом переглянулись. Никто не понимал, к чему она клонит, раз только что разругалась со своим ухажером. Но у меня появилось смутное предчувствие катастрофы. — Да что ты, — процедил Бассет. — Да! — Мэйделин гордо вскинула голову и посмотрела прямо на меня. — Мы с Берти всегда нравились друг другу больше, чем приятели, разве не так? У меня язык прилип к нёбу. Бассет на это заявление сделал такое страшное лицо, что мне захотелось провалиться под землю вместе со стулом. Желательно, с тарелкой клафути, не хотелось остаться в Аду без десерта. — И не далее чем две недели назад Берти предложил мне помолвку, которую я готова принять. Раздался резкий удар по столу, и все подпрыгнули на своих стульях, даже Бассет. Я повернулся к изголовью стола и увидел тетю, которая с самым добрым выражением лица поглаживала скатерть возле своей тарелки. — Ох, извините, — пропела она. — Сегодня все устали, сложно принимать здравые решения с дороги. Предлагаю перейти к следующему блюду. Том, расскажи-ка о том молочнике, который ты купил недавно? Невероятная вещица! Бассет нехотя перевел бешеный взгляд с меня на дядю. Мне повезло, и его интерес к серебру перевесил скандальные заявления дочери. Я покрутил головой, отмечая изменения за столом. Мэйделин залилась румянцем по самые уши (очевидно, поняла, что и где ляпнула). Таппи и Анджела, кажется, вообще ничего не заметили и продолжали кормить друг друга пирогами. Дживс задумчиво разглядывал картину, висящую на стене напротив — репродукцию «Волшебницы Шалот», а Гасси сидел как в воду опущенный, и разве что не ронял слезы в тарелку. Аппетит у меня совершенно пропал, и я еле затолкал в себя ложку пудинга, потому что Анатоль вышел с десертом лично и маячил около стола, справляясь у каждого, как им ужин. Стоило только дяде и тете подняться из-за стола, как я схватил Дживса за рукав и пулей вылетел из столовой. Сталкиваться с тетиным гневом сегодня мне не хотелось до дрожи. В любом случае, завтра мне придется с ней поговорить и про камин, и про француженку, и про Мэйделин. Но это будет завтра. — Какой кошмар, — жаловался я Дживсу, таща его по коридорам поместья. — Боюсь, сегодня тебе придется караулить мою дверь, потому что кажется, у меня только что появилось два смертельных врага. Мне казалось, что мы с Дживсом сбежали быстрее всех, но около комнаты меня уже поджидал Гасси. Вопреки моим ожиданиям, он не выглядел так, будто готов меня проклясть. Он стоял, привалившись к стене, и грустно смотрел в пол, а когда я подошел — бросился мне на шею и захныкал. — Берти, это катастрофа! Почему ты не сказал, что предлагал Мэйделин помолвку?! Ты ведь это не серьёзно? Скажи, что это не серьезно! Я сегодня случайно, я не хотел… Я закатил глаза и втащил Гасси в свою комнату, где он тут же свалился в кресло и подтянул ноги к груди. — Гасси, давай проясним, — я устало потер переносицу. — Никакой помолвки я не предлагал, разве ты не знаешь моего отношения к Мэйделин? И она так сказала не потому, что вдруг воспылала ко мне чувствами. Расскажи, что у вас произошло? Гасси немного успокоился и поднял на меня блестящие глаза. — Я вошел в камин и не услышал, что она хотела отправиться вместе, — начал он свой рассказ, заламывая руки. — Поэтому Мэйделин прыгнула следом. Но меня вынесло в лавку со шляпками, и я случайно упал на какую-то даму… А когда Мэйделин появилась следом, она увидела, как я пытаюсь поднять эту даму, а ты ведь знаешь, какой я неуклюжий, и мы с ней просто упали снова… — Так, и что дальше? — А дальше Мэйделин сказала, что я ветреный засранец, и она не хочет иметь со мной ничего общего, — всхлипнул Гасси. — Берти, пожалуйста, помоги мне! Что сделать, чтобы снова ей понравиться? Я ведь скопил денег, пришлось продать половину тритонов! И всё, чтобы заключить с ней помолвку. Знаешь, сколько Бассет просит приданого? Родители не дадут мне столько, а мне не хватает еще сотни галлеонов! У меня в голове не укладывалось, как что-то настолько нелепое могло произойти в действительности. — Ты не мог объяснить ей, что это случайность? — Я пытался, — Гасси покраснел до шеи. — Но я случайно сорвал платок с шеи дамы, которую пытался поднять, и когда пытался объясниться, эта дама попросила платок обратно. Мэйделин так разозлилась… Гасси спрятал лицо в ладонях и скукожился в кресле, вызвав у меня непроизвольный приступ жалости. — Прекрати убиваться, старина, — я опустился на корточки перед креслом. — Если ты не виноват, то не о чем и переживать, верно? Я гарантирую тебе, что к Йолю она тебя простит и сама кинется на шею. Гасси опустил руки и посмотрел на меня со смесью отчаяния и надежды. — Но как? Я оперся о подлокотник кресла и снизу-вверх посмотрел на Дживса, всё ещё стоящего возле двери и разглядывающего меня с уже привычным загадочным выражением. — Мы что-нибудь придумаем. Правда, Дживс?