Я – ваш новый друг

– Рада, что за время своего побега ты не забыла, как я выгляжу. Но, похоже, ты забыла, что трогать мои вещи без спросу – запрещено. Ты правда думала, что я не замечу, как вы украли Савелия? Хантер в изумлении наблюдал. Совиная Леди. На данный момент считается опаснейшим преступником. Дикая ведьма... Сейчас она стояла прямо перед ним, скрестив руки на груди и уставившись на Человека. В любой другой ситуации это был бы его шанс: он уже дважды с ней пересекался, но ни разу ему не удалось её поймать. Но сейчас он, похоже, больше не являлся Золотым Стражем. – Ида... – Луз промямлила, подняв виноватые глаза и выдавив из себя неловкую улыбку. Она чувствовала жгучий стыд из-за того, что её поймали. Неприятно, когда такое происходит. Когда раскрывает твою тайну, от которой зависит многое. Хантер успел это понять за последние несколько событий. Раньше, когда он ничего не скрывал, его жизнь была намного спокойнее. Вероятно, теперь Человек потеряет доверие. Станет ли Совиная Леди с ними биться? По правде говоря, его это уже не волновало. Теперь его в принципе волновало мало что. В его голове происходила такая каша, что он вообще начинал сомневаться в реальности всего случившегося и просто молча наблюдал за развивающейся цепочкой событий. – Давайте подсчитаем, детки. Вы ослушались меня, украли мой посох, сбежали под покровом ночи, тайно проникли в замок, чтобы спасти своих друзей, и ввязались в переделки с законом. Ничего не упустила? Её взгляд был суров. Если бы им можно было испепелять, возможно, Человек бы уже была мертва. Хотя Хантер не мог быть уверен в том, что Совиная Леди не умела и этого. Луз кивнула. Впервые парень видел её настолько нерешительной. Даже как-то неловко стало. Блайт рядом с ней тоже напряглась: наверное, ощущала, что обращаются и к ней, и также чувствовала свою вину. Когда рука Совиной Леди поднялась, Хантер напрягся и уже готов был вмешаться из-за своих боевых рефлексов, но вовремя сдержался, когда рука ведьмы мягко легла на волосы Человека. – Я горжусь тобой, малыш. Вся в меня, – сказала она, растрепав Луз все волосы. Для Хантера было трудно определить, была ли в этом жесте нежность, или же это был какой-то особый тип наказания: он бы не хотел, чтобы ему так испортили причёску. – Держу пари, эти имперские собаки были в шоке! Что ж, одна имперская собака точно была в шоке. Однако сейчас не спешила подавать голоса. – Вы, дети, не пострадали? – Нет, – в унисон ответили подростки. Им действительно удалось сбежать, не получив чего-то крупнее царапин. – Отлично, значит, вы надрали им зад! Моя школа, – произнесла ведьма с гордостью. – Собирайтесь и сваливаем отсюда, пока они не начали нас преследовать. Вам, ребята, ещё нужно разбрестись по своим домам. Родители ждут вас уже давно. – Уверена, мои с ума сходили... – Хантер услышал, как рядом с ним Капитан взволнованно произнесла эти слова. Она говорила это Гасу, который поддержал её. – Наверное, мой отец не меньше, – согласился он, а после Вайни и Скара присоединились к ним. Блайт что-то пробормотала про свою мать, чего Хантер не расслышал, но выглядела она отнюдь не столь радостно, как остальные. Он вспомнил об их разговоре на Озере Затмения. Видимо, они действительно были в чём-то похожи. И она, как и он, боялась не оправдать чужих ожиданий – ожиданий своих родителей. Учитывая статус её семьи, это было неудивительно. Но к ней тут же подбежала Человек и заключила её крепкие объятия, заставив младшую Блайт рассмеяться. Всё-таки она выглядела чуть счастливее. У неё были люди, которые её приняли. Он почувствовал укол в груди. Неприятное чувство. Зависть? Он действительно завидовал им, кучке диких преступников? Казалось, у них было что-то, чего не было у него. Что-то, чего он сам не понимал, но при этом жаждал заполучить. – Как ты сюда добралась? – Луз спросила, глядя на Совиную Леди с теперь уже широкой улыбкой на лице. Та похвалила её за подобную выходку, а Человек этому радовалась. Странные личности. Впрочем, чего ещё ожидать от диких. – Сначала я хотела использовать своё гениальное изобретение, собранное из деталей из Мира Людей... – ...Ты про ванну, к которой приделала руль и крылья? – Луз скривилась. – ...Но потом, – продолжила Ида, как ни в чём не бывало. – Я вспомнила, что у меня есть Лилит. А с ней в комплекте идёт посох. – Не говори обо мне так, словно я какая-то вещь, Идалин. Этот голос был ему знаком. Хорошо знаком. Лилит. В Ковене они не ладили, и она, подобно многим другим, его мягко говоря недолюбливала. Похоже, она ему завидовала. Как бы то ни было, она тоже имела высокую и уважаемую должность, до тех пор, пока не предала императора и не сбежала вместе с сестрой. С тех пор Хантер ни разу её не видел. Сейчас она стояла перед ним. Выглядела она иначе: носила очки, более простое платье. Возможно, встреть он её где-нибудь на улице, то даже бы не узнал. Ещё одной деталью, которая, однако, бросилась ему в глаза не сразу из-за темноты, были глаза. Глаза разного цвета. Он точно помнил, что её глаза были одного цвета – такую примечательную деталь было бы трудно не заметить. Удивительно, как порой меняются люди. Не он один пришёл к совершенно другой жизни. Вот только что их с Лилит различало, так это то, что у неё была жизнь до вступления в Ковен и за его пределами. А для него Ковен был буквально всем, всей его жизнью. Их взгляды на мгновенье пересеклись, но Лилит ничего ему не сказала. Кажется, она не узнала его. Хантер никогда не показывал ей своего лица без маски. Но зато его узнала Совиная Леди. – Погодите, а этот что здесь делает? – спросила она, указав на него пальцем, словно на что-то противное. Хантер хотел было ответить, да не знал, что сказать. А действительно: что он здесь делает? Этот вопрос не переставал звучать в его голове на протяжении всей этой сцены. – Луз, он угрожал вам? Мне стоит с ним разобраться? Из-за угрожающего тона Хантер напрягся. Видимо, битвы было не избежать... Он готов был защищаться. – Нет, Ида, он с нами! – внезапно заступилась за него Человек, встав перед ним, словно была готова в случае чего прикрывать его своим телом. – С вами? – глаза Совиной Леди расширились. – Разве это не Золотой Страж, детка? Я ничего не путаю? – Золотой Страж?! – теперь уже пришла очередь Лилит выпучивать глаза. В этот момент Хантер почувствовал себя каким-то незримым монстром. – Это... Он?! Казалось, она была удивлена. Как многие, когда впервые видели его истинное лицо. Удивлялись, что ими командует ребёнок. Его всегда это раздражало. Ему не нравилось, что в нём видели только ребёнка и никто не признавал его силу. Он ответил Лилит неприязненным взглядом. – Что тебя так удивляет? – спросил он с вызовом в голосе. – Да не может быть, чтобы этот сопляк всё это время был Золотым Стражем! – прокричала она, указывая на него пальцем. – Я разберусь с ним здесь и сейчас... – Стойте! На сей раз Уиллоу неожиданно встала перед ним, вытянув руку. Хантер не мог видеть выражения её лица, но слышал в голосе девушки решимость и даже лёгкую злость. Это его удивило. Он ощутил странное, но приятное чувство от того, что кто-то встал на его защиту. И от того, что это была она. – Он наш новый друг, – отчеканила она решительным голосом. – И он больше не Золотой Страж. Как и все мы, он заслуживает второго шанса! – Да, Ида! – Человек, в свою очередь, поддержала её. – Он не представляет угрозы. Он... Может пойти с нами? С ними? Хантер поднял глаза на Совиную Леди. Пойти с преступником? Даже если он уже не занимал свою должность, это противоречило его принципам. Он с опаской смотрел на ведьму, которая отвечала ему холодным взглядом. – Если он уже не опасен, то мне всё равно, – она развела руки в стороны в равнодушном жесте. – Ему же некуда идти, а я не бессердечное чудовище, в отличие от этих имперских. – Спасибо, Ида! – Луз принялась благодарить её, будто та была её матерью, разрешившей подобрать с улицы щенка. – Ладно, ладно, успокойся, – та принялась отбиваться от объятий, с которыми Человек на неё накинулась. – Я уже сказала: надо сматываться. Раскидаем твоих друзей по домам и вернёмся сами. Все забирались на посохи. Хантер молча повторял за ними, но в его голове до сих пор была полная неразбериха. Он терялся в своих мыслях и даже не осознал, как оказался в небе, летя на Флэпджеке, замыкая их небольшое шествие. Они летели высоко над городом. На некоторых улицах горели огни: ночная жизнь продолжалась. Это совершенно другая сторона города, о которой Хантер уже знал, поскольку ему доводилось работать ночью. Но раньше у него не было времени на то, чтобы как следует рассмотреть этот пейзаж. Проще говоря, он не обращал на него внимания. А сейчас его взгляд приковывала каждая деталь: мечущие внизу ведьмы, такие маленькие, если смотреть с такой большой высоты; фонари, освещающие своим оранжевым светом целые улицы, но для него казавшиеся лишь небольшими огоньками. В этот раз ему казалось, будто ночной город говорит с ним. Возможно, он пытался сделать это всегда, но Хантер никогда даже не пытался его услышать. Этот вид, этот бьющий в лицо ветер... Во всём этом определённо что-то было. Замок стоял на ушах, хотя уже давно наступило время отбоя. Это был просто сущий кошмар. Никогда ещё солдаты, дежурившие по ночам, не вели себя настолько шумно. Как будто бы это должно было говорить о том, что произошло нечто нехорошее, однако он лишьнедовольно проворчал: – Чего разорались посреди ночи?.. Он снял с глаз повязку для сна и неохотно поднялся. Он ненавидел, когда во время отбоя шумели. Нарушение сна имеет плохие последствия для состояния кожи и внешнего вида в целом. Он готов был возненавидеть каждого, кто прерывал его процедуры. Открыв дверь своей комнаты, он застал такую картину: несколько молодых стражей суетливо носились по коридору, нервно друг с другом переговариваясь: – Говорят, он сбежал! – Что, правда?! Поэтому нас вызвали на подмогу?! Они даже не заметили Главу Ковена, стоящего перед ними. Новобранцы. Наверное, совсем недавно вступили в Ковен и впервые столкнулись с внезапными обстоятельствами. Да и дежурство ночью в целом намного тяжелее, чем днём. Полное нарушение режима – настоящее издевательство над собственным телом. Бедолаги. С другой стороны, это их работа, и к чрезвычайным ситуациям им стоит привыкать. Даже суровые тренировки, через которые предстояло пройти желающим вступить в Императорский Ковен, не могли сравниться с такими преступлениями, с которыми стражам периодически приходилось иметь дело. Однако и большие происшествия происходят далеко не каждый день, особенно на территории замка – одном из наиболее защищённых мест Кипящих островов. Насколько большие, чтобы его удалось разбудить посреди ночи. Что произошло? Не то, чтобы он хотел сейчас во всём этом разбираться, но такова уж была его тяжёлая ноша, как Главы Ковена. Быстро приведя себя в порядок, он вышел в коридор. Для начала нужно было разведать обстановку. Те двое стражей говорили "о нём"... О ком? Сбежавшем заключённом? Интересно, как этим остолопам удалось его проворонить. Но какое-то предчувствие подсказывало ему, что дело было в другом. Как раз в его сторону неслось двое других стражей. Судя по всему, они очень спешили – наверное, тоже на подмогу тем несчастным. – Остановитесь. Солдаты мгновенно его послушались, несмотря на свою спешку. – С-сэр! – он услышал тревожный голос, по всей видимости, какого-то молодого паренька. Как-то много зелёных новобранцев сегодня на ночном патруле. – Объясните, что случилось посреди ночи? – спросил он, посмотрев на солдат требовательным взглядом. Не то, чтобы ему хотелось унизить или ещё сильнее напугать этих бедных новобранцев, но он ничего не мог с собой поделать, когда был раздражён. Он всё ещё хотел получить достойное оправдание тому, что его разбудили. – Он сбежал... – неловко ответил один из стражей. Тот же ответ, что Дариус слышал от двоих предыдущих. – И кто же этот мистический "он"? – он спросил, лёгкое раздражение промелькнуло в его голосе. Он терял здесь время. – Золотой Страж! Глаза Дариуса расширились от удивления. Такого ответа он не ожидал. Слова стража окончательно разбудили его, заставив позабыть даже о своих процедурах. Его давно ничто не удивляло настолько, а сейчас он просто обомлел. Тем не менее, Глава Ковена быстро собрался с мыслями, понимая, что может выглядеть неловко. – Понятно. Возвращайтесь на свои посты, я займусь им. – Вы, сэр?.. – Ну почему я должен столько раз повторять?.. – он с недовольством произнёс, потерев переносицу, как делал это всегда в те моменты, когда что-то незримо его раздражало. – Сказал же: возвращайтесь, я им займусь. Балаган ни к чему. Там уже достаточно людей, которые справятся без вашей помощи. Это приказ. – По-поняли, сэр! – солдаты отдали честь и поспешили удалиться. Казалось, в их голосе прозвучало облегчение. Конечно же, вряд ли кому-то их уровня хотелось иметь дело с Золотым Стражем: такое желание больше походило бы на самоубийство. Она направился вперёд по коридору, осматриваясь. Он слышал отдалённый топот стражей, спешивших на помощь своим товарищам. Дариус пока не знал, как реагировать на эту новость. Какую эмоцию использовать? Всё происходящее гораздо больше походило на дурной нелогичный сон. Чтобы этот преданный императору щенок взял и сбежал?.. С чего бы? Дариус всегда был откровенным. Этот ребёнок его раздражал. Избалованный племянник императора, самоуверенный заносчивый выскочка. Он дослужился до своего звания только благодаря своей крови. Больше ничему. Шестнадцатилетний ребёнок на должности Золотого Стража – могло бы прозвучать смешно, но Дариуса это раздражало. Какой позор. Предыдущий Золотой Страж был его наставником. Он был невероятно сильным ведьмаком и прекрасным учителем, которого Дариус очень уважал. А теперь его место занял какой-то избалованный сопляк. Именно так он думал первое время, даже не пытаясь понять мысли и чувства парня. Его это не заботило. Он отдал ему поручение, чтобы от него избавиться. Только и всего. Этот любопытный мерзавец везде и всюду совал свой нос и всегда только и думал, что о работе. Ему было искренне жаль тех детей, которых он в итоге запер в этой "золотой клетке". Очередные юные жертвы Ковена. Жизнь сурова. То, что он увидел, привело его в настоящий шок. Золотой Страж действительно убегал. Вместе с теми детьми, которых он поймал. Дариус хорошо запомнил этих мальцов, которые отчаянно пытались от него сбежать, когда он вёз их в замок. Успели потрепать ему нервы. И сейчас они вместе бежали от преследующих их стражей. Это точно сон. Абсолютно бредовый сон. Один раз ему приснилось, как Рейн Уисперс ни с того ни с чего начали заниматься балетом и выступать в балетной патче в большом театре (со своим-то страхом сцены!), и то этот сон казался менее Н, чем то, что он сейчас наблюдал. Рука в белой перчатке нарисовала в воздухе магический круг. Под самыми ногами стражей появилась вязкая розовая жидкость. Ничего не понимающие солдаты стали негодовать – они не поняли, когда дети успели использовать заклинание против них. Абсолютно растерянные, они в конце концов упустили из виду свою цель. На лице Дариуса появилась улыбка. Парень наконец сделал правильный выбор. И Дариус, кажется, тоже. Они прибыли в Совиный Дом после того, как другие ребята разошлись по домам. Он видел, как родители его новых друзей радовались их возвращению, и от того почувствовал нечто странное. Что-то непонятное ему и незнакомое возникало при виде их счастливых лиц и крепких объятий. Из домов на улицу вырывался рыжеватый свет; на пороге показывались поначалу сонные лица взрослых в пижамах, чьи глаза потом расширялись, а затем они бросались навстречу собственным детям. После этого его друзья исчезали внутри этих небольших домов с оранжевым светом. Только Блайт незаметно прокралась обратно в свою комнату – похоже, чтобы помочь Человеку в операции по спасению, она сбежала из дома тайно. Уиллоу была последней. На прощание она улыбнулась ему и протянула руку, что поначалу заставило Хантера растеряться. – Увидимся, – сказала она, с лёгкой улыбкой на лице, терпеливо ожидая, пока он ответит на её жест. – И береги себя, – после этих слов её глаза опустились, и Хантер запоздало догадался, что она смотрела на место его прошлого ранения. Вайни залечила его не полностью, и переусердствовать ему не стоило. Во время драки со стражами эта рана вполне могла дать о себе знать, но ему повезло. Могла ли Уиллоу беспокоиться об этом? Когда она постучала в дверь, ей открыло двое мужчин, которые сразу же подбежали к ней и заключили её в крепкие объятия, слегка приподняв над землёй. – Большое спасибо! – мужчина в очках и с тёмно-синими волосами, которые Капитан, очевидно, унаследовала от него, со слезами на глазах горячо поблагодарил Совиную Леди. Хантер грустно посмотрел ей вслед, ощущая себя в полном одиночестве. Он остался наедине с бывшими неприятелями. Лишь тогда он понял, что рядом с Капитаном и остальными ребятами из их команды он ощущал себя в безопасности. К ним он успел привыкнуть намного больше. Оставшаяся недолгая дорога прошла в напряжении. Когда они подлетели к Совиному Дому, он опустился на ноги самым последним, неловко замыкая их шествие. – У-ху! – их внезапно поприветствовал... Сыч в двери, который заставил Хантера вздрогнуть. "Так это тот самый монстр, о котором стражи слагают легенды?" – подумалось ему: он сразу вспомнил, как новобранцы с ужасом рассказывали о страшном "то ли сыче, то ли черве; одним словом, паразите", живущим внутри двери Совиной Леди, который как-то перебил целый имперский отряд. – " Серьёзный противник. Стоит быть начеку." С холодным потом, струящимся по его спине, он наблюдал за тем, как чудовище продолжало... – У-ху! Назовите паро... – Заткнись, Сычик, не видишь, что это мы? – Совиная Леди ткнула ему пальцами в глаза, недовольно проворчав. У Хантера аж волосы дыбом встали от этой сцены. Так просто?! – Ты каждый раз это делаешь, а это больно! Я вообще-то пытаюсь обеспечить безопасность твоему дому! В следующий раз сама разбирайся с врагами! – кажется, чудовище было недовольно, но Совиной Леди на это было будто бы абсолютно всё равно. "Приручить такого зверя... Поразительно..." – в глубине души он проникся уважением к силе этой ведьмы. – Ладно тебе, Сычик, успокойся. Я не всерьёз, ты же знаешь, – ведьма зашла в открытую дверь собственного дома, молча приглашая всех внутрь. – Все мы очень ценим твой труд. Хантер зашёл самым последним и снова вздрогнул, когда дверь сама собой захлопнулась за ним. К этому должно быть непросто привыкнуть. Он осматривался в доме с опаской, будто ожидая новых происшествий. Внутри этого небольшого здания с закрытой дверью он ощущал себя зверем, загнанным в угол. Но не только это стало причиной его тревог – подняв взгляд, он понял, что все присутствующие в доме уставились на него. – Ну, блондинчик? – первой обратилась к нему Совиная Леди. – Поведаешь нам свою увлекательную историю? Или, может быть, ваш план? – Нет никакого плана, – абсолютно честно ответил Хантер, но всё равно нервничал. Ему здесь явно не доверяли, и создавалось впечатление, будто любая сказанная им правда всё равно будет воспринята как ложь. – Я... – ненадолго прервал самого себя, будучи не в силах произнести это вслух. – Ты? – ведьма, однако ж, настаивала, явно не собираясь дожидаться, пока он придёт в себя. Ей, как и всем остальным, нужны были ответы. – Я... Бежал. Теперь он признал это. Он бежал. Он преступник, беглец, такой же, как и эти трое. Его сердце сжалось от осознания, которое пришло к нему в полной мере. Он чувствовал, что ему становится тяжело дышать, но изо всех сил старался держать себя в руках. – Я... Бежал? Я преступник, так? Правда же преступник?.. – он произнёс это нервным голосом и начал... Смеяться. Этот нервный смехом прозвучал как гром среди ясного неба в тихом доме, заставив всех остальных округлить глаза от удивления. Вряд ли они могли ожидать панической атаки от своего пленника, и уж тем более от весьма сильного бывшего врага. – ... Знаешь, как Золотой Страж ты был менее устрашающим, – сказала Совиная Леди, странно на него покосившись. – Жуть какая... – Я же говорила, что он ненормальный, – Лилит сказала это тихим голосом на ухо сестре, прислонив ладонь, как бы по секрету, но даже сам Хантер всё равно сумел это услышать. Хантер уже не мог остановиться. У него дрожали руки, дышать было трудно. Он постепенно терял контроль над собой. Несмотря на то, что в Ковене он проходил суровые тренировки по контролю над собственными эмоциями, окончательно избавиться от них он всё равно не мог. Порой нервная система его подводила. – Угомонись, ребёнок, никто не собирается тебя пытать, – теперь в голоса Совиной Леди прозвучало что-то, чего он не смог уловить ввиду своего состояния. Возможно, это была жалость. Она подошла к нему и опустила руку ему на плечо. – Не трогайте меня! – он отшатнулся от неё, как от пожара. В его взгляде смешались ярость и испуг. Сейчас он был похож на запуганного зверя. На жертву, которую загнал в угол хищник. Он и сам понимал, что выглядел жалко. Казалось, он вот-вот потеряет сознание от переизбытка эмоций. Совиная Леди отдёрнула от него руку, словно сунула её в Кипящее Море. В её взгляде было видно удивление – она не ожидала такой реакции. – ... Полагаю, тебе надо отдохнуть, блондинчик. Поговорим позже. – Идалин?.. – Лилит посмотрела на сестру с недоумением и вызовом. Из всех присутствующих она больше всех не доверяла Хантеру. Оно и неудивительно: она ненавидела его больше всех, будучи в Ковене. Скорее всего, сейчас она предложит его выгнать, а что ещё хуже – сдать имперской страже. При этих мыслях сердце Хантера упало в желудок, и он затих. Могло показаться, будто он успокоился, но как бы не так: его истерика перешла на новый уровень, когда он оцепенел от ужаса, ожидая своего неизбежного конца. В этот раз дядя его не простит. Он дал ему шанс, последний шанс, который он в очередной раз упустил. Что бы ни произошло – это конец. Так он ощущал всё происходящее, такой видел собственную судьбу. – Он – правая рука императора. Последний, кто мог его предать. Ты хоть понимаешь, несколько это опасно? – И он пытался убить меня! Только теперь он заметил маленькое существо, которое в первый раз посчитал крысой. Король сидел на коленях Человека, к которой бросился в объятия, стоило им пересечь порог. Хантер слышал их голоса, но был слишком занят собственными мыслями и чувствами, чтобы воспринимать их как-нибудь ещё, кроме фонового шума. Он тоже не доверял Хантеру. Справедливо. Он действительно пытался убить его и обзывал не самыми лестными прозвищами. – У меня всё под контролем, Лили, успокойся, – легкомысленно отмахнулась от неё Совиная Леди. – Сейчас он всего-навсего запуганный ребёнок. Выглядит покоцаным, к тому же, – добавила она, пробежавшись взглядом по вредности парня сверху вниз. У него были царапины и ссадины, которые неприятно щипали и саднили, не говоря уже о ране, о которой из этих троих никто не знал. – Я не чудовище, чтобы начать измываться над ним. Отдохнёт, потом и поговорим. В таком состоянии от него всё равно толку будет мало. – Я не ребёнок! – возмутился Хантер, всё ещё пытаясь как-то защититься от неизвестной грядущей напасти, сохранить по крайней мере свою честь, которая могла быть единственным, что у него осталось. На некоторое время воцарилась тишина. Хантер боялся даже дышать после своего выступления. Он был чем-то между пустого места, чьи слова не делали слушать, и главного подозреваемого. Чем-то посередине. – Это не просто бездомный щенок, которого можно подобрать с улицы, как ты это уже делала, Идалин, – вновь заговорила Лилит. – На кого это ты намекаешь? – маленькое существо на коленях Человека возмутилась, но и на него не обратили никакого внимания. – Это может быть план императора по твоей поимке. Это опасно. Ты всегда была дерзкой и своевольной, но, я думала, что ты поняла, как это может привести тебя к гибели. Кто-то вроде него не может стать хорошим человеком. Я знаю его со времён своей службы в Ковене, и он... – Со времён своей службы в Ковене, – внезапно вмешалась Человек, опуская существо на диван и вставая с дивана. – Ты тоже служила в Ковене, Лилит, и говоришь об этом сама. Я... Не хочу говорить о том, что ты сделала с Идой, но она дала тебе второй шанс. Почему он его не заслуживает? Настала тишина. Хантер не ожидал защиты со стороны Человека. Всё это время Луз слушала Иду с воодушевлением, а на Лилит сейчас смотрела с осторожным вызовом. Почему она его защищала? Хантер хотел бы об этом подумать, но его голова болела от всех сомнений, мыслей и эмоций, который он испытал, а тело отдавало болью в разных участках из-за недавней битвы, ранений и нагрузок. Он долгое время нормально не спал. Поэтому сейчас он чувствовал себя в роли зрителя, готовый просто плыть по течению. Словно всё, что происходило и могло произойти, его больше не касалось. На лице Лилит появилось замешательство. Слова Луз задели её, но она желала оставаться стойкой. – ... Я знаю, что сделала много плохого родной сестре, – начала она говорить спустя минуту молчания изменившимся голосом. – Не было нужды напоминать мне об этом. Я ни на секунду об этом не забывала. Я сделала много ошибок, но я хотела помочь Идалин. Я... Верила, что император исцелит её. И мне жаль. – в её голосе звучала вина. – Тогда я ошибалась. Неправильно смотрела на мир. Я не пытаюсь оправдать себя тем, что меня обманули. Я завидовала Иде и хотела стать лучше. Но в то же время я действительно хотела ей помочь. А он... – она с неприязнью посмотрела на Хантера, проигнорировавшего её взгляд. – У него не было причин покидать Ковен. На твоём месте, я бы не подвергала себя такой опасности. Я беспокоюсь, как бы тебя снова не поймали. Только и всего. Но я понимаю, что права голоса у меня здесь нет. Я росто хочу предупредить тебя. В конце концов, ты, Идалин, пришла домой к маме и попросила меня помочь тебе спасти Луз. Поэтому я высказала свою точку зрения на эту ситуацию, а ты вольна поступать, как хочешь. Ты всегда так и делаешь. Я вас оставлю. – Лили, ты могла бы и остаться. Ночь, в конце концов. – Я же бывший член Императорского Ковена, – напомнила она, явно отсылаясь на слова Луз. – Со мной ничего не сделается. Лучше выдели ему место для отдыха. Да и мама наверняка будет волноваться, ты же её знаешь. Доброй ночи. – Лили... Но Лилит ушла. Луз смотрела ей вслед погрустневшими глазами. – Я не хотела обидеть её. Но и... – она перевела взгляд на Хантера. Теперь она чувствовала себя виноватой. – Я знаю, детка. Она не обиделась, всё с ней будет нормально. Лили всегда была такой. Да и, судя по всему, с блондинчиком у неё были тёрки. Ей будет лучше вернуться. В конце концов, она помогла мне, так что я не хочу ни к чему её принуждать. С этими словами она вновь потрепала Человека по волосам. – Ты молодец, детка, но больше так не рискуй. В следующий раз зови меня, поняла? Ещё одна такая выходка, и ты будешь мыть Сычика целую неделю. – О, теперь я точно поняла тебя! – Луз поморщилась. – Отлично. Тогда иди к себе и возьми с собой, эм... Как его? – Хантер, – ответила Луз, за что парень был ей втайне благодарен. – Да, блондинчика, короче. Я принесу матрас и бельё, у меня ещё должны быть. И покажи ему место для сна.