Обратно в Мафию

Дазай поглядывал на Чую с некой завистью и недовольством. Переговоры с представителями других организаций давались Накахаре уж очень легко. Эта непринуждённая атмосфера, расскованность Чуи и даже какая-то открытость перед другими. Дружелюбная, располагающая к общению с ним, улыбка. Он даже забыл о том, что сам перед этим долго готовил его к этому вечеру и инструктировал. — Я не уверен, Чуя, что нам это нужно, — в конце концов произносит Осаму. — Подожди, Дазай. Все под контролем. Ты же видишь, они уже практически согласились на наши условия. — Хм! Осаму недовольно соглашается, но продолжает до конца вечера сидеть, как на иголках, неспуская глаз со своего компаньона. Наконец, все контракты и договора подписаны и они со спокойной совестью могут уйти с вечеринки. Когда мафиози заходят в лифт и двери закрываются за ними, Чуя устало выдыхает. — Если б ты только знал, как болят мышцы лица от этой постоянной улыбки, которую ты от меня так просил. Дазай нетерпеливо притягивает Чую к себе, заключая в крепкие объятия. — С сегодняшнего дня я запрещаю тебе дарить свою улыбку кому-либо кроме меня. И переговоры отныне буду вести сам. — Что такое, Дазай? Ты приревновал меня что-ли? — довольно удивляется Чуя. — А ты как думаешь! — прижимая Накахару к стенке лифта, шепчет Осаму, обжигая своим горячим дыханием краснеющее от смущения ушко.