Один космос на двоих

      Это странное чувство, когда ты вдруг начинаешь физически ощущать, что у тебя теперь один мир на двоих с другим человеком. Ты вдыхаешь носом воздух и чувствуешь, что он и ЕГО воздух тоже. Раньше ты ведь дышал? Что же изменилось? Всё! Ты больше не одинок, ты теперь делишь всё напополам с НИМ. Теперь без него не будет жизни, теперь ОН — твоя жизнь. ***       Ни Сяо Чжань, ни Ван Ибо не смогли бы сказать точно, сколько они простояли в коридоре. Они смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд, но время шло, и нужно было приходить в себя. — Ван Ибо, — прошептал Сяо Чжань, и парень вдруг посмотрел на него с испугом, будто ожидая подвоха или чего ещё похуже. — Ты самый прекрасный соулмейт на свете. Я и мечтать о тебе не мог. Ван Ибо замер на секунду, будто обрабатывая то, что он только что услышал. А потом резко подался вперед и заключил Сяо Чжаня в свои объятия.       Когда они отступили друг от друга на шаг, стало вдруг неловко и как-то очень-очень странно. Та лёгкость, с которой парни общались до этого по видеосвязи, испарилась. Они оба не понимали, что им делать дальше. Захотелось всего и сразу: поцелуев, посмотреть детские фото друг друга, срочно позвонить родителям и представить своего соулмейта, заняться сексом, завести кошку или собаку, уснуть в объятиях друг друга, купить общую квартиру, проснуться вместе, догола раздеться прямо сейчас друг перед другом, изучить каждую частичку тела — мысли хаотично скакали от одного к другому, и от этого очень сильно начала кружиться голова. — Стоп! — Ван Ибо попытался взять себя в руки. — Я по твоим глазам вижу, что у нас сейчас одни мысли на двоих. Давай просто выдохнем и выпьем пива, как и планировали. Хорошо? Сяо Чжань кивнул, и они проследовали в небольшую гостиную. Ван Ибо принёс пиво, они расположились на диване, сделали по глотку, а потом посмотрели друг на друга. — Ой, да к чёрту всё! Ван Ибо отшвырнул банку с пивом, и она гулко ударилась о пол, заливая его алкогольной жижей. Сам же парень подался вперед к Сяо Чжаню, который от неожиданности выронил и свою банку тоже.       Едва их губы соприкоснулись, как мир вокруг растворился. Это было ни с чем не сравнимое чувство полёта, снова появилось ощущение, будто земля ушла из-под ног. У Сяо Чжаня это был не первый, не второй и даже не десятый поцелуй, но ТАКОГО он не испытывал никогда. Он вроде был когда-то влюблён, но теперь называть предыдущие чувства влюбленностью казалось кощунством. Блёклые и пресные по сравнению с тем, что он испытывал сейчас. Вкус губ его соулмейта был ярче, вкуснее, насыщеннее, Сяо Чжань упивался им и то возбуждение, которое он сейчас испытывал, он не смог бы описать словами. Его без слов могли понять только те, кто встретил своего соулмейта и испытал то же самое. — Вау! — только и смог произнести Ван Ибо, когда они разорвали поцелуй, и их буквально вышвырнуло обратно в реальность. — Вот это да! Сяо Чжань только ошеломлённо улыбался. Он был счастлив, и его немного потряхивало от сильных эмоций, но всё же поцелуй, словно глоток свежей воды в пустыне, охладил их невероятную жажду друг друга, и они хоть немного, но смогли прийти в себя. Ноги парней были мокрыми, находясь в луже пива, и только сейчас они, поняв это, окончательно вернулись в реальность. Сяо Чжань задумчиво посмотрел на свои мокрые ступни. — Не переживай, я поделюсь с тобой новыми носками, — весело сообщил Ван Ибо. — Теперь мои носки — твои носки, ведь так? Сяо Чжань звонко рассмеялся. — Сенсация! Сяо Чжань был замечен в носках своего соперника! — воскликнул Ван Ибо, и они расхохотались ещё сильнее. Позже, приведя в порядок пол и открыв по новой баночке пива, парни снова уселись на диван. — Ты понимаешь, насколько мы попали? — спросил Сяо Чжань, при этом весь его вид говорил о том, что ему по большому счёту плевать на последствия. — Догадываюсь, — ответил Ван Ибо. — Интересно, хоть кто-нибудь постарался составить методичку, что делать дальше? — Нас, как истинных соулмейтов, не посмеют тронуть. Даже неустойку не смогут вытребовать ни агентства, ни рекламщики. Но нашей карьере однозначно конец. — Это точно, — Сяо Чжань усмехнулся. — Наши боссы так мечтали скинуть с вершины конкурента, а в итоге мы рухнем вниз вместе. Какое-то время парни молчали. — Извини, — вдруг грустно сказал Ван Ибо, и Сяо Чжань удивлённо уставился на него. — О чём ты? Я не понимаю, за что ты извиняешься? — Выходит, я разрушил твою карьеру. Сяо Чжань продолжал смотреть с недоумением на своего соулмейта. — Ты это серьёзно? Думаешь, мне не плевать, после того, как я обрёл родственную душу? — Ван Ибо попытался что-то сказать, но Сяо Чжань не дал ему этого сделать. — Я спокойно могу бросить всё и снова заняться дизайном. А вот ты? Ты ведь с ранних лет в шоу-бизнесе, ты посвятил этому столько времени. И значит, это мне нужно извиняться перед тобой, Бо-ди. — Я встретил тебя именно благодаря тому, что оказался в шоу-бизнесе. Это стоило долгих лет труда! И я ни о чём не жалею. К тому же, могу уйти в спорт. — И когда мы пойдём сдаваться нашим боссам? — Сейчас позвоним? — предложил Ван Ибо. — Нет, давай не портить сегодняшний вечер и завтрашний выходной? — запротестовал Сяо Чжань. — Я очень сильно хочу узнать тебя поближе. Ван Ибо широко улыбнулся и притянул в свои объятия новоиспеченного соулмейта. ***       Что такое занятие любовью с соулмейтом? Это просто непередаваемые ощущения. Сяо Чжань в этом убедился лично. Возможно, большинство людей осудили бы его за то, что спустя всего несколько часов после знакомства вживую, он уже лежал в постели Ван Ибо, позволяя делать с собой всё, что тому заблагорассудиться. Но разве все эти поборники морали встречали когда-нибудь свою родственную душу? Их тянуло к кому-то настолько, что оказывать хоть какое-нибудь сопротивление было просто бесполезно? Да и к чему всё это, если желание снесло барьеры в голове, подобно многотонному локомотиву с отказавшими тормозами. И снова это не первый секс в жизни Сяо Чжаня, но первый раз, когда он занимался им в космосе, среди ярко пылающих золотом мириад звёзд. И это точно первый раз, когда все органы чувств сосредоточились исключительно на любимом человеке. Всё ощущалось ярче. Каждое прикосновение обжигало, солёная капля пота, которую Сяо Чжань слизал с шеи Ван Ибо, взорвала рецепторы, запах любимого теперь тела дурманил, словно мощный афродизиак, сводящий с ума, созданный специально для Сяо Чжаня. Когда Ван Ибо уверенным, слитным движением вошёл в него, оба не смогли сдержать громкого стона. Они слились воедино, стали одним целым. Сяо Чжань отдавался своему соулмейту неистово, цепляясь руками за плечи, умоляя забрать его душу и тело, как можно сильнее разводя ноги и глубже принимая в себя член, будто от этого зависело само существование их связи. Ван Ибо присваивал себе своего соулмейта, лаская невероятно сексуальное тело, доводя до хриплых стонов и поражаясь, насколько красив мужчина под ним, и как красиво блестит его слюна на сладких губах, которые уже распухли от его жадных поцелуев, но никакая сила сейчас не способна была его остановить. А потом вселенная вокруг вдруг взорвалась яркой вспышкой оргазма, и это словно взрыв сверхновой звезды, нежный вихрь, меняющий вселенную вокруг них, создавая новый, прекрасный мир — их мир, один космос на двоих. Сяо Чжань увидел в глазах Ван Ибо собственное отражение в окружении пламенных звёзд, а дальше все органы чувств отказали разом, и стало темно.       Их вышвырнуло на вполне себе реальную постель, и материальный мир вокруг теперь стал ощущаться каким-то чужеродным. Дрожа всем телом, они крепко обнялись, пытаясь перевести дыхание и прийти в себя. — Это было… — попытался подобрать слова Ван Ибо, но не смог. — Да… Сяо Чжань почувствовал, как всё вокруг начало расплываться из-за застилающих глаза слёз. Он и не помнил, когда в последний раз плакал, но после того, что он только что пережил, невозможно было сдерживать эмоции. Ван Ибо начал нежно гладить его, прижимать к себе бережно, и Сяо Чжань тут же перестал переживать из-за своих непрошенных слёз, ведь и в любимых глазах он их увидел тоже. — Сейчас скажу глупость, — сообщил Ван Ибо, всхлипнув. — Я люблю тебя. — Почему глупость? — улыбнулся Сяо Чжань сквозь слёзы. — Потому что это больше, чем любовь. И, наверное, нелепо это говорить, ведь ты и сам знаешь, что я чувствую. — Знаю. И люблю тебя тоже. И ты тоже это чувствуешь. — Чувствую, — Ван Ибо счастливо улыбнулся. Какое-то время они лежали молча. — А теперь я чувствую, что мы оба испачкались в твоей сперме. А моя всё ещё в тебе, — сказал Ван Ибо через какое-то время, и Сяо Чжань умудрился очень мило покраснеть от смущения. — Пойдём в душ? — Да, конечно! Уставшие, они по-быстрому помылись и даже не успели пожелать друг другу спокойной ночи, так как провалились в сон, едва прикоснувшись головой к подушке. ***       Утро встретило осознанием навалившихся на них вселенского счастья и серьёзных проблем. Уже вечером в квартиру к Сяо Чжаню приедут менеджер Чжан Цзин со стилистом, а он мало того, что до сих пор в квартире у своего «заклятого врага», так ещё и с меткой на запястье.       Они с Ван Ибо дали себе немного времени понежится в постели, предаваясь ленивым ласкам, но голову включить всё же пришлось, так что они приготовили себе завтрак из имеющихся в холодильнике продуктов и расселись по разные стороны обеденного стола, где принялись обдумывать, как им быть дальше. Самый простой способ — сразу во всём признаться менеджерам. План был неплохим, учитывая, что в их контрактах действительно имелся пункт об особом отношении к соулмейтам. Эта часть договора была стандартной для всех и формальной, да и включалась только потому, что была закреплена законодательно. Ни Сяо Чжань, ни Ван Ибо те пункты, что касались соулмейтов, даже и не читали особо при подписании, поэтому сейчас принялись изучать контракт Ван Ибо, предполагая, что то же самое прописано и у Сяо Чжаня. И да, будучи соулмейтами, они спокойно смогут разорвать контракты без каких-либо последствий для себя: ни их агентства, ни рекламодатели, ни инвесторы не смогут ничего предъявить. Появление метки — это обстоятельство непреодолимой силы, форс-мажор.       Думать им мешало нестерпимое влечение друг другу, и это чувство было очень неуместным сейчас, потому что их жизнь вышла из-под контроля, сейчас нужно было собрать все силы, чтобы снова взять всё в свои руки, но, не в силах противостоять влечению, парни снова оказались в постели, и космос полготил их, растворяя все проблемы в голове, оставляя только магическое чувство любви и желание принадлежать своему соулмейту. — Теперь я понимаю, почему у нас метка в виде падающей звезды, — простонал Ван Ибо, лишь только они снова ощутили реальный мир вокруг. — Интересно, у всех соулмейтов так или только у нас? — задумчиво проговорил Сяо Чжань. — Надо найти остальных и спросить. — Как-то неловко о таком спрашивать. — Да и зачем нам это, ведь правда? Какая разница? У нас есть своя личная маленькая вселенная. И это круто! — И то верно, — легко согласился Сяо Чжань. — Вот бы ещё у соулмейтов была супер-способность к мгновенной регенерации. Моя задница сказала бы спасибо. Ты меня так затрахал, Бо-ди. Кажется, у меня болит всё тело. Ван Ибо на это только прижал к себе парня, и стал целовать нежно-нежно, покрывая поцелуями тело, и так вошёл во вкус, что добрался до самых интимных местечек, и уже через непродолжительное время Сяо Чжань был заласкан до умопомрачения. — Так лучше? — с невероятной нежностью в голосе спросил Ван Ибо. — Да, — Сяо Чжань довольно улыбнулся. — Я постараюсь быть сдержаннее в следующий раз. — Не уверен, что я тебе позволю, — ухмыльнулся Сяо Чжань. — Просто у меня очень давно никого не было, так что… Видимо, тело забыло, как это. Ван Ибо крепче прижал к себе Сяо Чжаня. — Чжань-гэ, ты расскажешь мне о своих партнёрах? Сколько у тебя их было? — Уверен, что хочешь знать? — Да. Я хочу знать. — Хорошо. Но не сегодня. — Конечно. Знаешь, я ведь раньше не следил за слухами о тебе, относился равнодушно, ведь всё равно в них не верил и пропускал мимо ушей. Мало ли, о чём сплетничают. Тем более, что про меня лично чего только не говорят, а из всего этого и одного процента правды нет. Вот только боюсь, что сейчас слухи о тебе будут восприниматься не так, как раньше. И я хочу знать правду. — Мы с тобой теперь соулмейты, Бо-ди. Ты же понимаешь, что между нами не может быть ревности, это просто невозможно. — Понимаю. — А ты расскажешь мне о своих любовных похождениях? — Не называй любовью то, что не между нами. — Хорошо. Но ты расскажешь? — Конечно. Расскажу обо всём, что тебе будет интересно. У меня нет от тебя секретов. — Ты такой прекрасный, что мне кажется, что я сейчас проснусь, и ты окажешься сном. Ван Ибо слегка отстранился, а потом неожиданно извернулся и прикусил сосок Сяо Чжаня. Тот вскрикнул от неожиданности и лёгкой боли. — Не сон! — счастливо улыбнулся парень.       Сяо Чжань посмотрел на время, и осталось только захныкать, как маленькому, потому что день стремительно близился к вечеру, и уже буквально в течение часа должна была написать Чжан Цзин и предупредить, во сколько точно они приедут со стилистом, а Сяо Чжань всё ещё не мог оторваться от своего возлюбленного, и они так и не придумали, как им быть. За самим Ван Ибо должны были приехать только следующим утром, и Сяо Чжаню бы тоже перенести встречу, сославшись на самочувствие, но тогда потом придётся всё организовывать в спешке, чего лучше было не допускать. — Насколько ты способен к авантюрам? — неожиданно спросил Ван Ибо у Сяо Чжаня, в то время, когда тот, абсолютно голый, стоял на небольшой кухне со стаканом воды в руке. — Ну-у-у, вот на столько! — ответил парень, показывая на себя. Мол, стою тут обнажённый, в квартире своего соперника по сцене, с которым ни при каких обстоятельствах не должен был увидеться наедине, а я мало того, что сексом с ним занялся, так ещё и метку получил. — Тогда предлагаю скрыть пока от всех наш статус и почудить немного, — хитро улыбаясь, сказал Ван Ибо. ***       Сяо Чжань покинул квартиру своего соулмейта через два часа. Они всё же придумали какой-никакой план, правда, пока теоретический, потому что не ясно было, смогут ли они долго находиться в разлуке на практике. Но истории других соулмейтов доказывали, что те способны ходить на работу и вести социальную жизнь, а значит, и у Ван Ибо с Сяо Чжанем должно было получиться, хотя бы какое-то время. План и вовсе начал казаться удачным после расставания, так как мощное влечение друг к другу ослабевало тем сильнее, чем длиннее между ними образовывалось расстояние, и угасало свечение метки. Правда в сердце начала зарождаться тоска по близости и ещё немного тревога — достаточно терпимо, правда непривычно. И все новые чувства перекрывала любовь, прочно захватившая собой весь организм. Сяо Чжань: Я всё равно будто ощущаю тебя под кожей. Ван Ибо: Хотел написать тебе то же самое. Как ты? Всё хорошо? Сяо Чжань: Я ведь только выехал от тебя! Мы виделись десять минут назад! Всё отлично. Ван Ибо: Позвони, как доедешь. Сяо Чжань: Конечно.       Оказавшись в своей квартире, Сяо Чжань первым делом принялся тщательно замазывать метку тональным кремом, но скрыть со стопроцентной гарантией так, чтобы быть уверенным, что её не заметят, не получилось. Пришлось заказать экспресс-доставку бинтов и с волнением ждать, надеясь, что их привезут раньше, чем приедут менеджер и стилист. Все эти метания Ван Ибо наблюдал по видеосвязи и отключился только тогда, когда оба запястья (для конспирации) были аккуратно обмотаны бинтами, а в дверь позвонили. — Что это такое? Что случилось? — с тревогой спросила менеджер Чжан Цзин, указывая на запястья. Личный стилист Сяо Чжаня, Го Вансин, тоже посмотрел на руки с волнением. — Ничего страшного. Просто поранился, — попытался успокоить Сяо Чжань. — Просто поранился? Обе руки поранил? Что за раны такие? Покажи! — воскликнула менеджер. — Не буду я ничего тебе показывать! Сказал же, ничего страшного. Чжан Цзин такой ответ явно не устроил, как и стилиста, который задумчиво стоял и чесал подбородок, не отрывая взгляда от бинтов. — Правда, всё хорошо! — Чжань-Чжань, скажи мне честно, это не то, о чем я подумала? — вкрадчиво спросила девушка. — А о чём ты подумала? — Ты резал вены? Сяо Чжань аж подпрыгнул на месте от такого предположения и возмущенно подавился воздухом. — Да как ты могла о таком подумать вообще??? — Прости, прости! — девушка тут же попыталась взять Сяо Чжаня за руки, но он отдёрнул их. — Прости, за такое предположение! Я просто хочу сказать, что ты только и делаешь, что работаешь. Возможно, тебе одиноко, и это всё из-за этого. Но ты же помнишь, что всегда можешь на меня рассчитывать?       Конечно, Сяо Чжань помнил. После одного из закрытых мероприятий, организованного для инвесторов, слегка нетрезвая Чжан Цзин решилась намекнуть ему о своих чувствах и о готовности согревать одинокую постель подопечного по ночам. Сяо Чжань тогда из вежливости изобразил непонимание, мол «не понял, не расслышал, слишком болит голова, чтобы соображать» — в общем, попытался сделать вид, что ничего не произошло. Менеджер намёк поняла и больше подобных откровенных разговоров не заводила, но всё же не оставила попыток стать для Сяо Чжаня чуть больше, чем просто коллега. Однако дело своё она знала, как менеджер была достаточно профессиональна, и артист терпел её неуклюжие намёки, игнорируя их, пока они были не слишком навязчивыми.       А вот стилиста, в отличие от менеджера, посетили не столь трагичные предположения. Когда, оставив Чжан Цзин в гостиной, парни перешли в спальню, чтобы Сяо Чжань мог примерить один из предложенных образов, тот ненавязчиво поделится ими. — Дай угадаю: бурная ночь? Наручники? — подмигнул Го Вансин. А вот это было уже более удачным предположением. Сяо Чжаню не запрещено было проводить ночи с кем бы то ни было, в конце концов, ему тридцать. Главное — сохранять всё в тайне от общественности. Так что он, хитро улыбнувшись, кивнул. — Просто одень меня так, чтобы этого всего не было видно, — попросил артист. — Почему так несправедливо, Сяо Чжань? — рассмеялся стилист. — Я тебя уже три года только и делаю, что одеваю, а кому-то позволено раздевать. — Ой, только ты не начинай! — пробурчал Сяо Чжань, натягивая узкие кожаные брюки. — Иди вон, в очередь за Чжан Цзин вставай. Надоели, честное слово! Но на стилиста он не обижался. Он очень давно его знал, даже так вышло, что с парнем его был знаком, и отношения между теми были настолько прочными, что Сяо Чжань им даже немного завидовал. Ровно до вчерашнего дня, который разделил его жизнь на «до и после». — Открыл для себя мир БДСМ? Понравилось, когда грубо? — неожиданно спросил Го Вансин. — А вот это уже не твоё дело, — резко ответил на вопрос Сяо Чжань. — Да не хотел я тебя обидеть! Ишь, завёлся сразу! Знаю, что не моё дело. Но мне готовиться к тому, что одежда с сегодняшнего дня должна будет скрывать следы на теле? — Нет. Мы будем аккуратны, — но сказал это Сяо Чжань как-то неуверенно, что не укрылось от стилиста. Сяо Чжань бы хотел быть уверенным, что они с Ван Ибо постараются, ведь это в их интересах, вот только та сила притяжения, тот космос… Кто его знает, до чего они дойдут и смогут ли вовремя остановиться. — Не парься, — сказал стилист, видя замешательство. — Просто звони и предупреждай, чтобы я подобрал нужные вещи. Всё нормально. Сяо Чжань благодарно кивнул. Ну хоть с одной стороны проблем не должно возникнуть. ***       Примерка прошла очень удачно: образ Сяо Чжаню подходил, запястья были надежно скрыты за рукавами рубашки и пиджака, но они со Го Вансином всё же на всякий случай несколько раз перепроверили. Прятать запястья — обязанность артиста, так что ни у кого это не вызовет вопросов, но даже излишняя бдительность всё равно не повредит. Сяо Чжань не спеша снова переоделся в домашнее и ещё около десяти минут посвятил переписке с любимым соулмейтом, по которому уже невероятно сильно скучал. Поток комплиментов, которые он получил от Ван Ибо, после того, как скинул наспех сделанное фото в костюме, грело душу и заставляло влюблённое сердце трепетать. В отличном настроении он вышел в гостиную к стилисту и менеджеру, и последняя, в отличие от него самого, пребывала явно в плохом настроении. — Пиво будешь? — спросил Сяо Чжань у Го Вансина, расположившегося на диване. — Буду! По баночке, и на выход! А то мне ещё в офис надо. Сяо Чжань прошёл на свою небольшую кухоньку к холодильнику и достал пиво. — Ты почему вчера вечером не поел? — сверкнув глазами, раздражённо спросила Чжан Цзин. — Еда так и простояла на столе. Сяо Чжань только пожал плечами и отправился с пивом в гостиную. — Чего это с ней? — шёпотом спросил Сяо Чжань у стилиста. — Из-за тебя, — ответил тот, делая глоток холодного напитка и блаженно улыбаясь. — Из-за меня? Пришла же нормальная? — Да она достала просто меня, пока ты переодевался. Что же за раны у Чжань-Чжаня? Почему только я тут одна волнуюсь? Что мне делать? Это же серьёзно? — стал говорить стилист, передразнивая манеру речи менеджера. — Ну я и сказал ей, откуда следы. — А-а-а, понятно. — Ревнивая у тебя менеджер, Чжань-Чжань. Кстати, а вот у конкурента твоего менеджер — классная девчонка! Мы с ней тусовались как-то вместе. — У какого ещё конкурента? Нет у меня конкурентов! — рассмеялся Сяо Чжань, а у самого сердце забилось в два раза сильнее, ведь он прекрасно понял, о ком идет речь. — Ой, прости! Ну конечно! Как я мог такое ляпнуть! — весело ответил стилист. — А вообще, этот Ван Ибо… Но договорить ему не дала вернувшаяся из кухни Чжан Цзин. ***       Пожалуй, Сяо Чжань был единственным из своей команды, кто не нервничал в день церемонии, хотя вот кому бы и стоило переживать, так именно ему. Мероприятие, которое должно было начаться сегодня днём, уже изрядно потрепало нервы, а ещё предстояло улыбаться целый день и отыгрывать роль «великолепного и неповторимого Сяо Чжаня», хотя больше всего на свете хотелось забраться в свою постель и прижаться к жаркому телу своего любимого соулмейта. Но реальность была жестока: Ван Ибо был сейчас не рядом, к тому же он никогда не был в квартире Сяо Чжаня. Об этом сам Сяо Чжань внезапно вспомнил в три часа ночи. Он вдруг проснулся от очень громкой мысли: «Твой родной человек не видел, где ты живешь!» А ведь у Сяо Чжаня в квартире было очень хорошо и уютно. Он, несмотря на занятость, обустраивал свой маленький мирок бережно, тщательно выбирая обстановку, начиная с мебели и заканчивая приятными глазу безделушками. И как же так неправильно вышло, что его соулмейт не видел всего этого? А вдруг ему не понравится? — Что случилось, Чжань-гэ?! — спросил хриплый ото сна и очень встревоженный голос. И да, тридцатилетний взрослый мужчина Сяо Чжань позвонил Ван Ибо в три часа ночи, перед важным мероприятием, чтобы поведать о своих тревогах. — Бо-ди, ты никогда не был у меня в квартире, — грустно сообщил он. — Не был, — согласился Ван Ибо. — Тебе не кажется, что это очень неправильно? — Кажется. Но мы только позавчера стали соулмейтами. Думаю, это нормально, что мы не всё пока успели. — А-а-а, ну да. — Чжань-гэ, у тебя правда всё хорошо? Это не было намёком на то, чтобы я приехал прямо сейчас, потому что тебе плохо? Скажи честно. — Нет, Бо-ди. Правда, всё хорошо. Просто я внезапно проснулся с этой мыслью, — Сяо Чжань тяжело вздохнул. — Прости меня. Я такой дурак! Не знаю, что со мной. Как ребёнок какой-то веду себя. Прости, что разбудил. Я — идиот. — Чжань-гэ… — Ммм? — Спасибо, что позвонил и поделился со мной. Я хочу, чтобы ты всегда так делал, ночью или днём — не важно, я хочу знать обо всех твоих мыслях. — Сейчас три часа ночи, Бо-ди! Я всё ещё чувствую себя виноватым. — Хочешь, поговорим по видео? — Давай лучше выспимся, как следует? Завтра тяжёлый день. Мы с командой планируем ехать с самого утра. У меня со сменой образов какая-то запарка. — Хорошо. Тогда спокойной ночи, Чжань-гэ. — Спокойной ночи, Бо-ди. Через 5 минут: — Бо-ди? — Я тоже захотел тебе срочно позвонить. Я не сказал, что люблю тебя, когда мы прощались. — Сумасшедший, — рассмеялся в трубку Сяо Чжань. — Я люблю тебя. — И я люблю тебя. — Чем ты там гремишь? — Понял, что не могу уснуть, и решил заварить себе чай, — вздохнул Сяо Чжань. — Сейчас в туалет сбегаю и наберу тебя по видео. Тоже чаю захотелось. Уснули они только в семь утра, а уже через три часа за Сяо Чжанем приехала менеджер. Но удивительным было то, что за эти три часа Сяо Чжань прекрасно выспался, и рабочий день начал с улыбкой на лице. ***       В комнате, отведённой для Сяо Чжаня и его команды организаторами главной церемонии года, было душно. Чжан Цзин как раз убежала решать этот вопрос, стилист тоже куда-то испарился, а остальные члены команды были ещё в пути, так что Сяо Чжань остался в одиночестве, чему был несказанно рад. Сегодня они с Ван Ибо окажутся в одном зале и на одной сцене, и если раньше Сяо Чжаня это не волновало, то теперь, когда мысли о конкуренте, ставшего неожиданно самым важным человеком во всей вселенной, не покидали его круглые сутки, всё было по-другому. Теперь Сяо Чжань испытывал большой спектр эмоций: от невероятного желания скорее увидеть Ван Ибо, до страха того, что не сможет сдержаться и на глазах всего мира кинется в крепкие объятия, а то и вовсе поцелует. На самом-то деле, ему было в какой-то мере плевать, вот только он нёс теперь ответственность не только за себя, но и за своего соулмейта тоже, так что не мог позволить себе рисковать карьерой любимого человека, пусть та сейчас и без этого висела на волоске.       Сейчас, сидя в одиночестве, Сяо Чжань подумал, что ведь его всегда на инстинктивном уровне тянуло к своему соулмейту. Теперь он был уверен, что любовь к Ван Ибо всегда жила в его сердце, тихонечко прячась в укромном уголке, пока он пытался выманить её, играя в чувства с мужчинами и женщинами, лица которых теперь не хотелось вспоминать. Каждый раз, когда он видел на экране Ван Ибо, когда слышал его имя, истинная любовь вздрагивала, кричала из глупого сердечка: «Вот он! Сяо Чжань! Вот он — наш человек! Тот единственный, кто сделает тебя счастливым. Тот, кто никогда не предаст, наша родная душа! Посмотри на него ещё раз! Посмотри! Только с ним ты познаешь истинное счастье, только с ним ты окажешься среди сияющих звёзд!»       Короткий стук вывел Сяо Чжаня из размышлений, и он посмотрел в сторону двери. Та отворилась, и в комнату быстро прошмыгнул парень в кепке и маске. Сяо Чжань поднялся на встречу, предполагая, что это кто-то из стаффа, отправленный Чжан Цзин, чтобы проверить кондиционер, но тут же вздрогнул. — Бо-ди? Ван Ибо стянул с лица маску, подмигнул и щелкнул дверным замком. — Бо-ди! Ты с ума сошёл? — тихо воскликнул Сяо Чжань. — Ага! — счастливо улыбнулся Ван Ибо и притянул к себе своего соулмейта. — Какой же ты сумасшедший! Почему не предупредил, что планируешь зайти? Я хотя бы попытался подготовиться. — А я и не планировал. Но случайно услышал в коридоре разговор о том, что твоя гримёрка в другом крыле, понял, где конкретно, так как тоже тут пару раз размещался, и не нашлось той силы, которая смогла бы меня остановить. Сяо Чжань сильнее прижался к родному телу, повел носом вдоль шеи, оттянул немного ворот футболки и нежно прикоснулся губами к оголённой коже, легко поцеловав. А потом поднял голову и облизнул губы, слизывая языком вкус любимого тела. Ван Ибо смотрел на него с обожанием, завороженно следил за юрким язычком, а потом схватил за руку, протащил к свободной стене и прижал к ней, наваливаясь всем телом, крепко прижимаясь бёдрами. Сяо Чжань тут же положил руки ему на плечи. — Ты такой соблазнительный, что я схожу с ума, — прошептал Ван Ибо. — Даже не окажись ты моим соулмейтом, клянусь тебе, я бы всё сделал, чтобы быть с тобой. Я бы увидел тебя сегодня и никогда бы больше не отпустил!       В родных объятиях было очень хорошо, дыхание Ван Ибо было подобно живительной прохладе свежего воздуха, которого так не хватало в душном помещении. А когда они, наконец, слились в поцелуе, и космос принял в свои объятия, то и вовсе стало легко и спокойно. Растворившись друг в друге, они не услышали, как ключом открыли дверь в гримёрку, как выругался мужской голос и хлопнула дверь, а пришли в себя только тогда, когда Сяо Чжаня схватили за руку и настойчиво дёрнули в сторону. — Сяо Чжань, ты совсем рехнулся! — послышался голос Го Вансина, и следом сдавленный вскрик: — Ван Ибо?! Сяо Чжань стряхнул с себя наваждение и с ужасом уставился на стилиста. — Выйди, пожалуйста, и дай нам ещё минуту, — твёрдо, на грани с грубостью, сказал Ван Ибо, не убирая рук с талии Сяо Чжаня и по-прежнему прижимая его к стене. Стилист тут же испарился. — Прости, я и забыл, что у него есть ключ, — сказал Сяо Чжань. — Даже если бы и сказал, меня бы это не остановило, — тяжёлый вздох. — Я так хочу поцеловать тебя ещё раз напоследок. Но, боюсь, мы не сможем остановиться, — Ван Ибо на шаг отошёл от Сяо Чжаня. — Дай руку, — протянул свою Сяо Чжань. Ван Ибо подал руку. Сяо Чжань соединил их запястья. — Видишь свечение меток? — Вроде нет. Под бинтами не видно. Нам повезло, что свечение слабое само по себе. Сияй они ярче, нам бы не удалось скрыть. — То, что у нас двоих руки в бинтах — уже подозрительно, — покачал головой Сяо Чжань. — Не переживай, не видно будет под рубашкой и пиджаком. В дверь настойчиво постучали. — Теперь мне точно пора, — Ван Ибо легко чмокнул Сяо Чжаня в обе щёки, надел маску, но тут же снова стянул и поцеловал ещё нос и лоб. — Люблю тебя. — И я тебя, Бо-ди. До встречи на сцене. Ван Ибо ушёл, а на смену ему в комнату влетел встревоженный Го Вансин. — Ты понимаешь, что творишь? — спросил стилист. — Ван Ибо? Серьёзно? Сяо Чжань только пожал плечами. — Как так-то? Ван Ибо? ВАН ИБО!!! Я поверить не могу! — А ты мог бы быть тише, а? — Мог бы, если бы это был не Ван Ибо! — всё же перешёл на громкий шепот Го Вансин. — Как вас угораздило-то? Вы ведь непримиримые соперники?! — Это для тебя мы непримиримые соперники. А для меня — он любимый человек. — Всё настолько серьёзно? — Настолько. — А как же… Но дверь открылась и в помещение вошёл молодой парень. На этот раз это и правда был сотрудник, который пришёл разобраться с кондиционером. Следом за ним вошла Чжан Цзин. — Гримёры будут с минуту на минуту. Вы готовы? — спросила девушка. — Готовы, только нам бы кофе и перекусить, — ответил Сяо Чжань. — Еда тоже на подходе. Всё готово.       И снова суета закружила, завертела так, что некогда было даже вздохнуть лишний раз, но Сяо Чжань всё же издал еле слышный стон разочарования, когда гримёр принялся наносить макияж, нагло уничтожая следы поцелуев, которые до этого времени всё ещё ощущались на коже лица.       На встречу с фанатами на ковровой дорожке Сяо Чжань явился во всеоружии и чуть не оглох от восторженных криков. Он счастливо улыбался, охотно позировал для фотографов, понимая, что уже сейчас в сети разгорается буря, именно в этот момент многочисленные поклонники задаются вопросом: Почему это такой по-особенному счастливый сегодня Сяо Чжань? Почему так ослепительна и без того прекрасная улыбка? «НАШ СЯО ЧЖАНЬ ВЛЮБЛЁН», — тут же завирусилась новость в социальных сетях. — Ты на первом месте в горячем поиске! — тихо проговорила Чжан Цзин, которая оказалась рядом по пути в зал. «Это пока Ван Ибо не вышел к журналистам», — усмехнулся Сяо Чжань. И был прав, потому что стоило тому появиться перед камерами и улыбнуться, как фото тут же заполонили интернет. Фанаты Ван Ибо задавались вопросом: почему артист, обычно сдержанный на публичных мероприятиях, а особенно на различных церемониях награждения, вдруг улыбается, да ещё и словно светится изнутри? — Ибо, ты мог бы вести себя как обычно? — подбежала к артисту взволнованная менеджер Чжан Ли. Они остановились у входа в зал, и девушка потянула Ван Ибо за собой в сторону, чтобы не мешать остальным. — Что ты имеешь в виду? — Ты слишком много улыбаешься. У нас из-за этого проблемы! — Вы же меня после каждого мероприятия ругаете, что я выгляжу недовольным! Вот! Я улыбаюсь, что теперь не так? — Ох… — тяжело вздохнула менеджер и протянула Ван Ибо свой телефон. «ПОЧЕМУ СЯО ЧЖАНЬ ВЫГЛЯДИТ ТАКИМ ВЛЮБЛЁННЫМ?» «ПОЧЕМУ ВАН ИБО ВЫГЛЯДИТ ТАКИМ ВЛЮБЛЁННЫМ?» «А ЧТО, ЕСЛИ…» А дальше невероятное количество обсуждений, теорий, разборов до/после, ругани между фанатами. Ван Ибо прислонился к стене с телефоном в руке и начал быстро просматривать обсуждения. Чжан Ли и телохранители немного сдвинули его в тень и отгородили от снующих туда-сюда людей. «Они никогда не были оба на одном мероприятии, и Ван Ибо тогда не улыбался, а как только появились вместе — так оба сияют. Совпадение?» «Почему это выглядит так, будто они влюблены друг в друга? Что происходит?» Ван Ибо передал смартфон обратно менеджеру. — Понимаешь теперь, о чём я говорю? — Понимаю, — кивнул парень. — Наши боссы недовольны. Ду Хуа в зале уже, общается со спонсорами. Пока молчим, но после церемонии нам и так придётся не спать, разгребать последствия вашего совместного появления, а тут ты ещё масла в огонь подливаешь. Ван Ибо просто снова кивнул и указал на вход в зал, собираясь туда. Он шёл с невозмутимым видом, но внутренне был доволен. Пока всё шло по плану.       Зал уже был полон, так что держать лицо нужно было даже сейчас, когда участники только собирались, и официально трансляция даже не началась. Привычные вспышки не вызывали каких-либо эмоций, а вот то, как под кожу пробралось тепло, заставило еле заметно, но улыбнуться. «Соулмейт рядом!» — возбудилось сначала подсознание, а затем и весь организм. Ван Ибо не видел Сяо Чжаня, они были слишком далеко друг от друга, но тот ощущался физически. Кажущиеся бесконечными разговоры со всевозможными спонсорами, инвесторами, рекламщиками и другими важными людьми, небольшое интервью прямо тут, в зале, неискренний смех над шутками Ду Хуа, смеяться над которыми тоже входило в его обязанности, вежливые поклоны актрисам в дорогущих платьях, лица которых, за некоторым исключением, он и не вспомнит потом, — вся эта рутина была той самой частью его работы, которую он искренне не любил, но терпел. Но сегодня даже она приносила своего рода удовольствие, ведь он был не один.       Наконец, все присутствующие расселись по своим местам, и церемония началась. Ван Ибо казалось, что он чувствует напряжённое дыхание Ду Хуа за своей спиной. Коллега Сяо Чжаня по съёмкам, Ян Цзы, как раз пела очень душевную песню. Насколько Ван Ибо помнил, это был саундтрек к их совместной дораме, рассказывающий о тяжелой судьбе молодых медсестёр, которые, несмотря на стресс и ту жертву, которую они приносят во имя спасения жизней, умеют любить и быть любимыми. Песня играла перед каждой серией, но Ван Ибо всегда пропускал её, и ни разу не вслушивался в текст. «Мужественнее тебя не видел свет, Но позволь мне, позволь стоять за твоей спиной, оберегая. Позволь стать хранительницей твоего сердца» У Ван Ибо тело покрылось мурашками от смысла, и пусть текст был от лица хрупкой девушки, ему вдруг невыносимо сильно захотелось, чтобы Сяо Чжань прямо сейчас понял, что Ван Ибо больше всего на свете хочет быть тем, кто подставит плечо, кто готов стоять за спиной, оберегая, а при необходимости выскочить вперёд и прикрыть собой. Он понимал, что это и так очевидно, ведь они соулмейты, а у родственных душ не может быть по-другому. Но так хотелось прокричать об этом сейчас. «Посмотрю на него только одно мгновение и тут же отвернусь», — решил про себя Ван Ибо и перевёл взгляд со сцены туда, где сидел Сяо Чжань. Не зря соумлейты ощущают себя единым целым. В тот самый момент, как Ван Ибо повернул голову и посмотрел на Сяо Чжаня, тот сделал ровно то же самое. «И я хочу стать твоей вселенной, твоим солнцем и луной», — пела Ян Цзы, пока парни смотрели друг на друга. Всего пять секунд, и они отвернулись, но и этого было достаточно, чтобы камеры успели захватить момент и показать в прямом эфире. Ещё столько же, и пятисекундный ролик со смотрящими друг на друга двумя «заклятыми врагами» разлетелся по сети.       Пока команды двух главных звёзд Поднебесной пытались не упасть в обморок, читая комментарии, на сцену вышли ведущие, и главный момент вечера настал: объявление лучших артиста и артистки года. Когда объявили имя Ван Ибо, Сяо Чжань улыбнулся искренне, даже понимая, что половина камер в этом зале сейчас обращены на него. Чжан Исин, сидящий по правую сторону, тоже улыбался, и Сяо Чжань вдруг испугался, а что если их двоих таких счастливо улыбающихся закадычных друзей фанаты объявят парой. Он был уверен, что сейчас в сети творится ад, и его собственные фанаты с удовольствием поддержат эту волну, лишь бы сбить настроения тех, кто уже начал фантазировать, что Сяо Чжань может быть в отношениях с Ван Ибо. Чжао Лиин получила титул лучшей артистки, сейчас она стояла на сцене со своим партнёром по дораме, а Сяо Чжань мечтал, чтобы когда-нибудь наступил момент, когда бы они с Ван Ибо вдвоём стояли на сцене и получали какую-нибудь одну награду на двоих. Он правда никогда о таких не слышал, разве что стать экранной парой года, но кто ж им позволит сняться в одном фильме, тем более будучи рядом на одной съёмочной площадке, скрыть мерцающие метки они не смогут точно.       Награды были вручены, и, после непродолжительного концерта, настал тот момент, когда все награждённые в этот вечер артисты должны были подняться на сцену. Участники знали, кто на какое место встанет, расстановка на сцене была оговорена заранее, вот только в тот момент, когда уже все артисты были на сцене, и настала очередь подниматься Ван Ибо и Сяо Чжаню, всё пошло не по плану. Совсем развести их по разным углам не представлялось возможным, так как они всё же не могли стоять по краям, поэтому своего рода подушкой безопасности должны были выступить Ян Цзы и Чжао Лиин, которые встали бы рядом, а по разные стороны от них враждующие главные звёзды вечера. Сяо Чжань вежливо подал руку Ян Цзы, помогая ей подняться по ступеням на сцену, и, не выпуская руки, повёл её по сцене, вот только в самый последний момент он сам встал в самом центре. Теперь между ним и конкурентом должна была остаться только Чжао Лиин, вот только тот поступил таким же образом и, на глазах изумлённой публики, парни оказались рядом. Ван Ибо изо всех сил старался сохранить непроницаемый вид, хотя очень хотелось расхохотаться, глядя на вытянувшиеся лица боссов обеих студий, да и всех присутствующих в зале. Страшно было представить, что творилось в интернете. Некоторые артисты, также стоящие на сцене, оказались не столь профессиональны, и изобразить равнодушие не смогли: кое-то из них даже слегка вышли вперед и повернулись в сторону Ван Ибо и Сяо Чжаня, как бы проверяя, действительно ли те встали вместе. Ян Цзы и Чжао Лиин стояли очень напряжёнными, но хотя бы старались делать вид, что так и задумано. «Пора!» — подумал Ван Ибо, повернулся к Сяо Чжаню и вплотную придвинулся к нему. Тот склонил слегка голову, и Ван Ибо приблизился к уху конкурента, прикрыв рукой рот, чтобы не было видно, что он шепчет, со стороны зала. — Думаешь, теперь-то они поверят, что мы друзья? Сяо Чжань слегка кивнул. Ван Ибо отстранился, они отсчитали пару секунд, и теперь уже Сяо Чжань приблизился к чужому уху, прикрывая рот. — Ну точно не враги, — слегка улыбаясь произнёс Сяо Чжань. И Ван Ибо улыбнулся. Даже усмехнулся немного, будто они говорили о чём-то весёлом.       Директор главного развлекательного канала Китая вышел на сцену, чтобы поблагодарить артистов за работу, и парни перестали смеяться, снова став сдержанными. Так они себя и вели до конца концерта. Когда Ван Ибо спускался со сцены, рядом с ним оказался Чжан Исин. — Крутой перфоманс! Одобряю! — Специально для тебя старались! — усмехнулся Ван Ибо, и они разошлись в разные стороны. А дальше всё вышло из-под контроля.       Уже через несколько минут стало понятно, что они не смогут спокойно выйти из зала. Никто не ожидал, что случится настолько большой ажиотаж. Было похоже, что ко входу с телефонами кинулись ещё и многочисленные сотрудники концертного зала. Гул стоял страшный! Вспышки фотоаппаратов превратились в сплошное зарево. Какое-то время постояли в нерешительности, но журналисты, присутствующие в зале, стали наступать с другой стороны, не давая пройти остальным присутствующим. Телохранителям пришлось тесно прижать к себе Ван Ибо и проталкиваться сквозь толпу, прикрывая сжавшегося артиста. — Пригнись сильнее, — попросил один из телохранителей. Они кое-как покинули зал. «Ван Ибо! Господин Ван!», «Вы с Сяо Чжанем друзья? Прокомментируйте!!!», «Вас заставили сделать вид, что вы дружите?» — обрушился на Ван Ибо хор голосов в холле. — В гримёрку нельзя. Там в коридоре ещё хуже, — снова сказал телохранитель. Словно огромные ледоколы к ним пробились ещё три телохранителя, и теперь Ван Ибо окружили плотным кольцом. — Команда получена. Ведём быстро! — чётко проговорил телохранитель, идущий впереди. Ван Ибо, опустивший глаза и смотрящий исключительно себе под ноги, совсем перестал соображать, где он, кто его ведёт и куда. Они сначала протискивались сквозь орущую толпу, потом куда-то чуть ли не бежали, потом снова толпа и бесконечные двери, коридоры, лестницы. В какой-то момент парень поднял глаза и понял, что он теперь вообще в окружении не своих телохранителей. Он начал было паниковать, но тут они оказались на крытой парковке, и Ван Ибо буквально закинули в огромный чёрный автомобиль, на задние сидения. — Пригнись, чтобы тебя не видно было! — крикнул незнакомый телохранитель, до этого откинувший спинки кресел, чтобы Ван Ибо смог пролезть назад, а теперь вернувший их на место. Автомобиль тронулся с места, но уже через несколько минут остановился, и до слуха Ван Ибо донёсся шум толпы и оглушительные визги. — Чжан Исин!!! Чжан Исин!!! — послышались крики со всех сторон, особенно в тот момент, когда двери автомобиля открылись, и несколько человек запрыгнули в салон. Ван Ибо не мог видеть, кто это был, так как сидел согнувшись в три погибели, но предполагал, что это друг и его команда. — Поехали! Поехали! — послышался голос Ян Минь, личного менеджера Чжан Исина. — Куда поехали? Они всю дорогу перегородили! Не пугайтесь, сейчас посигналю. В целом, это не помогло, продвинуться удалось только на пару метров. — Может, назад сдать попробовать? — спросила Ян Минь. — Нет, там уже следующая машина подпёрла. Мы застряли. Ничего страшного, сейчас тихонько вырулим, — ответил водитель. — А если они на нас кидаться начнут? Не дай бог стёкла разобьют? — нервничала менеджер. — Не начнут. Ваших фанатов здесь всё равно нет, их оттеснили тут же, как мы в машину сели. Да и не интересны вы сейчас им, — пояснил телохранитель. — Они парней ждут. Пока те не уедут, толпа не успокоится. — Ага. Вот только они не дождутся, потому что один из них у нас в машине! — усмехнулась Ян Минь. — Ибо, как ты? — спросил тихонько Чжан Исин. — Норм! — Я тебя умоляю, не высовывайся! — попросила девушка. — Не переживай! — попытался успокоить Ван Ибо, хотя на самом деле сидеть было очень неудобно, ноги стремительно затекали, но даже так он бы в жизни не подумал сейчас высунуться. — Ну что, уважаемые. Мы застряли тут, похоже, серьёзно. Толпа всё прибывает, — тем временем уведомил водитель. — КУДА?! Куда ты полезла!!! — вдруг заорал один из телохранителей и резко выскочил из машины, протискиваясь вдоль. — Отошли от машины!!! Живо!!! — слышались крики телохранителя с улицы, когда он буквально стаскивал какую-то девчонку с капота. — Охренеть! Что происходит? — в шоке смотрел водитель. Тем временем телохранителю худо-бедно удалось отогнать толпу впереди машины, и теперь она метр за метром медленно следовала за мужчиной, пока он, не переставая, призывал толпу расступиться. Прошло около получаса, прежде чем автомобилю удалось прорваться и выехать на свободную дорогу. — Ну наконец-то! Я думала, это никогда не закончится, — выдохнула Ян Минь. — Ибо, всё! Можешь сесть нормально. Парень тут же распрямился и попытался хоть немного распрямить затёкшие конечности. — Ибо, мать твою! Ну вот какого чёрта вы устроили? — тут же возмутилась менеджер. — Не ожидали, что это такой ажиотаж вызовет, — ответил Ван Ибо и тут же обратился к Чжан Исину. — Сяо Чжань выехал, не знаешь? — Нет. Он тебя остался прикрывать. — В смысле меня, Исин? Почему я в твоей машине, а не он?! Ты же с ним рядом сидел в зале!!! — Потому что умница Чжан Ли ещё с вашей первой переглядки не переставала мониторить соц. сети и быстро сообразила, что просто не будет. Она тут же у нас помощи попросила! — ответила вместо подопечного Ян Минь. — А менеджера Сяо Чжаня я не знаю. — Не переживай, всё нормально будет, — сказал Чжан Исин, видя, как разнервничался друг. — Напиши ему! Узнай, как дела! Мои телефоны у Ли-Ли остались. — Ты понимаешь, что ему сейчас не до телефона? — снова встряла менеджер. Ван Ибо затих, явно что-то обдумывая. — Куда вы меня везёте? — спросил он, наконец. — Какой план? — Доедем до одной подземки и перекинем тебя в другую машину. Ван Ибо снова задумался. — Из наших там есть кто-нибудь ещё? — обратился Чжан Исин к своему менеджеру. — Тао там ещё? — Должен быть. — Позвони тогда его девчонкам. Спроси, как обстановка и что известно о Сяо Чжане. Девушка вздохнула, но телефон достала. — Не переживай, всё нормально с ним будет, — сказал Чжан Исин, обращаясь к другу. Какое-то время ехали молча, с нетерпением ожидая новостей от Ян Минь. — Сяо Чжань ещё в здании. Он заблокирован в гримёрке, в коридорах народ, пока не могут его оттуда вызволить, — сказала девушка, закончив разговор по телефону. — Зачем его вообще туда повели?! Понятно же было, что оттуда сложно выбраться! — возмутился один из телохранителей. — Ну вот, не сообразили. — Мать их, у него же кондиционер в гримёрке не работает! — воскликнул Ван Ибо. Чжан Исин тут же шикнул, намекая на то, чтобы друг не болтал лишнего, но Ян Минь обернулась к ним с переднего сидения и посмотрела на Ван Ибо проницательным взглядом. — Вот скажи мне, Ибо, откуда такие познания? — Оттуда! — пробурчал Ван Ибо. — Это не моё дело, но лучше тебе рассказать об этом Чжан Ли. Это для твоего же блага. Потому что из этой передряги ей тебя вытаскивать! Ван Ибо нервничал. Обычно хладнокровный, сейчас он как-то инстинктивно обхватил правое запястье и то сжимал, то разжимал его. Чжан Исин задумчиво смотрел на эти действия друга. — Сколько до места пересадки? — спросил артист у водителя. — Примерно пять минут. — Меняем план, — уверенно, не терпящим возражений голосом сказал Чжан Исин. — Мы с Ян Минь пересаживаемся вместе с Ибо, а вы, — парень посмотрел на телохранителей, — возвращаетесь назад, помогать освобождать проход к Сяо Чжаню. Гримёрка его через две от моей. Скорее всего, пока доедете, уже не нужны будете, но всё равно езжайте. Мне отчитаетесь потом. — Хорошо, — хором ответили телохранители и водитель, а Ян Минь вздохнула, но промолчала, тут же отвернувшись и взявшись за рабочий телефон. — Спасибо, — поблагодарил Ван Ибо друга, и тот лишь, слабо улыбнувшись, кивнул. Уже через несколько минут автомобиль заехал в подземный паркинг жилого комплекса, а через десять минут туда подъехал ещё один. Ван Ибо, Чжан Исин и Ян Минь пересели в него, и телохранители тут же уехали обратно. — Это рискованно! Две звезды совсем без охраны! — обкусывала губы Ян Минь. — Наши телохранители там остались, чтобы внимание не привлекать. Все думают, что Ибо ещё там, — пояснила Чжан Ли. — А ваши куда? — На подмогу Сяо Чжаню поехали. — С чего вдруг? — Сяо Чжань мой друг, забыла? — ответил Чжан Исин. — Забыла. Извини. — Ли-Ли… — позвал Ван Ибо своего менеджера, но девушка проигнорировала, только поджав губы. — Прости. — Вы с нами? Едем? — не обращая внимания на подопечного, спросила Чжан Ли у Ян Минь. — Нет. Подождите пару минут. Сейчас за нами приедут. Не стоит сейчас вместе показываться, ещё сильнее фанатов провоцировать. Наконец, приехал ещё один автомобиль, и артисты разъехались. Чжан Ли сама была за рулём. Она привезла Ван Ибо на секретную корпоративную квартиру. — Не обижайся! Ли-Ли! — снова попытался разрядить обстановку Ван Ибо, когда они вошли в квартиру. — Я понимаю, что тебе пришлось не сладко, что пришлось всё это организовывать экстренно. — Поговорим об этом завтра, — устало ответила девушка. — В холодильнике должна быть еда. До завтра. Чжан Ли ушла, а Ван Ибо обречённо опустился на диван. Менеджер вернула оба его телефона, и он написал уже Сяо Чжаню с просьбой отписаться, как тот будет в безопасности, но ответа пока не было. Примерно через час позвонил Чжан Исин. — Ибо, у Сяо Чжаня всё хорошо, его вытащили, — Ван Ибо выдохнул с облегчением. — Он не может тебе пока ответить, как только останется один, выйдет на связь. — Спасибо тебе огромное. — Не за что. Ложись уже, не переживай за него. Тяжёлый был день. — Не смогу, пока не ответит. Но спасибо. — Ибо… На запястье у тебя то, о чём я думаю? Она самая? — Да. — Рад за вас, — Чжан Исин громко зевнул. — Ладно, ты как хочешь, а я спать. Спишемся ещё. — Да, конечно. Спасибо, ещё раз. — Ещё раз, не за что. Спокойной ночи. — Спокойной ночи.       Сяо Чжань написал глубокой ночью. Несмотря на заверения Чжан Исина, Ван Ибо до этого времени не смог сомкнуть глаз. Они созвонились, но только услышав родной голос и удостоверившись, что всё действительно хорошо, парень понял, что сейчас от усталости просто упадёт в обморок. Он честно сознался в этом Сяо Чжаню, который сам еле держался. Так что уже через несколько минут после завершения разговора, Ван Ибо крепко спал. ***       Ван Ибо предполагал, что поспать спокойно ему не дадут. Однако каково же было его удивление, когда он, проснувшись, обнаружил, что время уже перевалило за полдень. От Сяо Чжаня сообщений не было, и парень понадеялся, что его любимому тоже дали спокойно поспать. Уже пришло сообщение от Чжан Ли, с просьбой позвонить, как проснётся, что Ван Ибо и сделал, а всего через час его везли в офис Yuehua Entertainment. Выглядел он, конечно, неважно. За тот час, что дала ему на сборы Чжан Ли, он успел только по-быстрому принять душ и перемотать запястья бинтами. Но сегодня не было запланировано каких-либо публичных мероприятий, так что он мог себе позволить быть немного не в форме. В крайнем случае, он не станет снимать с лица маску даже в помещении.       У офиса компании дежурили полицейские. Телохранитель, приехавший за Ван Ибо вместе с водителем, пояснил, что журналисты дежурили у входа всю ночь, к ним присоединились и фанаты, поэтому вызывали полицию, чтобы разогнать толпу. Сейчас же наиболее настойчивые всё ещё околачивались у здания, но в толпу не собирались. — Не думаю, что они верят, что Вы здесь появитесь. Так что проедем без проблем, тем более сегодня в офисе мало народу, и машины туда-сюда гоняли с парковки и обратно, чтобы запутать, — сказал водитель. В офисе и правда было тише, чем обычно. Чжан Ли встретила Ван Ибо у входа. — Ты позавтракал? — сразу спросила девушка. — Нет. Не успел. Ты на меня ещё обижаешься? — Мне не до этого, поверь. Иди в комнату отдыха прямо сейчас, перекуси там. Я зайду за тобой. — Босс в гневе? — Ибо, иди ешь! Конечно, она с ума сходит. Так что у тебя есть возможность настроиться на разговор. Спокойно поешь, потом к ней пойдём. — Хорошо, — Ван Ибо пошёл прямо по коридору в комнату отдыха, а Чжан Ли таинственным образом тут же испарилась.       Ван Ибо всегда поражался способности девушки к многозадачности. Она была невероятно профессиональным менеджером, и впервые Ван Ибо познакомился с ней, когда она стала менеджером бойз-бэнда, в которой он начинал свою карьеру. После распада группы, когда каждый из участников пошёл своим путём, Чжан Ли неожиданно для всех захотела работать именно с Ван Ибо, хотя в те годы никто и подумать не мог, что он добьётся таких невероятных успехов, ставки делали на других ребят. Но Чжан Ли сказала, что верит именно в Ван Ибо, за что парень был ей невероятно благодарен. Хрупкая, кажущаяся наивной Чжан Ли, сама прошла хорошую школу жизни, будучи актрисой, но оставившей карьеру по личным причинам. Теперь же с ней считались, как с менеджером, и даже сейчас она смогла отстоять право своего подопечного выспаться и спокойно позавтракать перед самой Ду Хуа.       В комнате отдыха Ван Ибо встретил бывшего участника той самой их мальчиковой группы, Ли Вэньханя. Со всеми парнями Ван Ибо поддерживал отличные отношения, они все до сих пор занимались творчеством и были воспитанниками одного агентства. Правда последние несколько лет общаться получалось всё реже и реже из-за плотного графика Ван Ибо. — Привет! — поприветствовал Ли Вэньхань. — Ну ты и устроил переполох. Только о тебе всё утро и говорят. Сделать тебе кофе, как ты раньше любил? — спросил парень, увидев, что Ван Ибо направляется к кофеварке. — Я сам, спасибо. Когда кофе был готов, парни сели за один столик. Ван Ибо сделал глоток бодрящего напитка и облегчённо улыбнулся: как же ему, оказывается, не хватало всего одного глотка. — Ты помнишь, что на следующей неделе подписание контракта? — спросил Ли Вэньхань. — Контракта? Не помню. И тут до Ван Ибо дошло. Контракт. Они с Ли Вэньханем планировали сняться в совместной дораме, вот только разве он давал положительный ответ? Сняться в совместном проекте с Ли Вэньханем было бы интересно, тем более, что это была отличная возможность напомнить о группе, так как через два года предполагалось устроить большой концерт в честь десятилетия с момента дебюта. И пусть группы, как таковой, уже не существовало, но поклонников их творчества до сих пор было достаточное количество. Ду Хуа на съёмках настаивала, так же вдохновлён идеей был и Хань Гэн. Вот только Ван Ибо смущал сценарий дорамы, и Чжан Ли, кстати, тоже. Там не было главных женских ролей. Точнее, они были, но как-то фоном, и фактически весь сюжет был завязан на двух друзьях, и Чжан Ли справедливо заметила, что тут попахивает бромансом, к тому же, учитывая совместное прошлое Ван Ибо и Ли Вэньханя, разговоры о том, что они больше чем друзья, начнутся обязательно. Не то, чтобы Ван Ибо это слишком смущало, и он, и Ли Вэньхань были геями, и ничего дурного в этом не видели. Какие слухи при этом пойдут — Ван Ибо не особо волновало. Но по сценарию ему снова приходилось играть полицейского, а он только что снялся в подобном. И пусть форма полицейского Ван Ибо невероятно шла, но вот ему не хотелось стать заложником одного типажа.       Но всё это в любом случае отходило теперь на второй план, потому что играть с Ли Вэньханем и реанимировать старые слухи об их особом отношении друг к другу Ван Ибо теперь точно не станет, ведь у него есть Сяо Чжань. — Вэньхань, по поводу дорамы. Я откажусь. Извини. — Почему??? — Ли Вэньхань вскочил с места от неожиданности. — Уже ведь решили всё! — Когда мы всё решили? Я даже сценарий до конца не дочитал ещё. Я тебе точно не говорил, что согласен. — Ду Хуа сказала, что мы подписываем на следующей неделе. Я думал, ты согласился. — Она ввела тебя в заблуждение. — Ну допустим. Но ты же согласишься? — Нет, Вэньхань. — Та-а-ак… — Слушай, не обижайся. Но я только что снялся в роли полицейского. И что, опять? — Насколько я знаю, там совсем другой сценарий. — А ты смотрел мою дораму? — Нет. — Тогда откуда ты знаешь, что другой? И ещё, — Ван Ибо вздохнул. — Вэньхань, я не хочу снова раскачивать наш шипперский корабль и давать повод думать, что между нами что-то больше, чем дружба. — Раньше тебя это не смущало. — В семнадцать лет не смущало, теперь — да. — Мы с тобой говорили как-то об этом. — Да. И я сказал, что между нами ничего… — Стой! — перебил Ли Вэньхань. — Почему? Спрошу тебя снова! Только не говори мне, что ты не хочешь отношений из-за графика работы. — У меня есть парень. Доволен таким ответом? — Кто? В комнату отдыха стремительно ворвалась Чжан Ли, и Ли Вэньхань недовольно скривился. — Вэньхань, быстро свалил отсюда! Прости, но сейчас же!!! — Ли Вэньхань не успел покраснеть от злости, как девушка продолжила, обращаясь к Ван Ибо: — Ибо! Сейчас сюда придёт Вон Карвай. Он хочет с тобой поговорить без свидетелей! — Вон Карвай?! Сам Вон Карвай?! — воскликнул Ли Вэньхань, пока глаза Ван Ибо удивлённо расширялись до невероятных размеров. — Да! Поэтому свали немедленно! Его уже ведут сюда! — А о чём он хочет поговорить? — спросил шокированный Ван Ибо, ведь Вон Карвай был легендарным режиссёром, за работу с ним продавали души, а тут он лично приехал в агентство для встречи с Ван Ибо? Это звучало скорее как несбыточная фантазия. Но уже через несколько минут Ван Ибо убедился в реальности происходящего. Именитый режиссёр действительно появился в их комнате отдыха. После вежливого приветствия, во время которого Ван Ибо чуть не хлопнулся в обморок от волнения, они уселись за столик. Правда, Ван Ибо тут же встал и отправился готовить для гостя кофе. — Моё появление кажется Вам удивительным, — усмехнулся режиссёр, когда они, наконец, удобно расположились, правда, теперь не за столом, а на диване с придвинутым к нему маленьким столиком. — Настолько, что мне до сих пор кажется, что я просто не отошёл от вчерашнего мероприятия, и всё ещё сплю. — Да уж. Даже я, обычно не обращающий внимание на подобные церемонии, наслышан о том, как из-за вас подняли на уши весь город, — рассмеялся режиссёр. — Собственно, благодаря этому я здесь. Господин Ван, я бы хотел предложить роль в моём фильме. — Господин Вон, вы можете обращаться ко мне по имени. И я всё ещё удивлён. — Итак, Ибо. Я действительно хочу предложить тебе роль в моём фильме. Тебе и Сяо Чжаню. — О! — Ван Ибо шумно вздохнул. — Вы разве не знаете, что мы враги? Режиссёр усмехнулся. — Какой у вас с Сяо Чжанем рисунок на метке, Ибо? — Что? — Ван Ибо испугался. Неужели они были настолько очевидными. — С чего Вы взяли? — Хм. У меня и моей жены — языки пламени. Сказать, что Ван Ибо был удивлён, ничего не сказать. — Вы можете и дальше доказывать всем, что вы враги, Ибо. Вот только других соулмейтов вы не обманите. Так какой у вас рисунок? — Падающая звезда, — тихо произнёс Ван Ибо и непроизвольно прикоснулся к запястью. — Как интересно. И как это ощущается? — Мы оказываемся в космосе, среди звёзд. А вы? — А мы сгораем. — Э-э-э… Звучит не очень романтично, если честно. И даже, я бы сказал, страшно. — Вокруг пылает пожарище, пока мы любим друг друга, сгорая изнутри. Непередаваемое, восхитительное чувство! — мечтательно произнёс Вон Карвай. — Вау! — Так вот, Ибо. Хочу тебе рассказать о своём небольшом, но очень важном для меня секрете, — режиссёр откинулся на спинку дивана, усаживаясь удобнее, и принялся говорить, смотря перед собой, а не на собеседника: — Уже через несколько лет после того, как я встретил свою родную душу, я придумал сюжет для фильма. Я так воодушевился, что написал сценарий. Снять по нему фильм стало моей заветной мечтой. Вот только я никак не мог найти актёров на главные роли. Я столько пересмотрел кандидатов, что они слились для меня в сплошной поток неразличимых лиц. И я уже отчаялся, мне стало казаться, что мечта неосуществима, пока вчера я не увидел вас. Я ехал из аэропорта, спешил к любимой жене, но застрял в пробке. Водитель сказал мне, что дело в фанатах каких-то актёров, которые буквально заблокировали центр города. И я полез в интернет смотреть, из-за кого такой ажиотаж. Я был зол! Но первое, что мне попалось, это маленькое видео, где вы смотрите друг на друга. И вы смотрели точно так, как смотрели друг на друга герои моего неснятого фильма, точно так, как я видел это в своей голове. Как ты уже понял, мой фильм о любви двух парней. Несмотря на то, что я сам никакого отношения к ЛГБТ-сообществу не имею, именно такая идея пришла мне в голову. Если кратко, это история о двух родных душах во времена Японской оккупации, очень тяжёлый выбор между любовью к родине и к соулмейту. И да, я кожей чувствую, как ты не готов к несчастливому финалу, но поверь, героям придётся несладко, но они справятся. Я до вчерашнего вечера не интересовался ни твоей карьерой, ни карьерой Сяо Чжаня. Ваши имена, конечно, на слуху, но я принципиально не работаю с айдолами. Вот только эту ночь я не спал совсем. Я всю её посвятил изучению информации о вас. Вы те, кто мне нужен! Вы будто сошли из моей головы в реальность. И, по-хорошему, я должен был обратиться сначала к Сяо Чжаню, как к старшему. Вот только я решил схитрить, уж простите меня. Я уверен, что первой мыслью твоего соулмейта будет отказать. Мы ведь прекрасно понимаем, что это за роль: ваши метки в моём фильме спрятать не удастся. Да и смысл в том, что теперь, увидев вас, я хочу, чтобы в моём фильме были реальные соулмейты со своими метками. О вас узнает весь мир и это станет концом вашей айдольской карьеры. И да, я, прославленный режиссёр, Вон Карвай, боюсь идти к Сяо Чжаню. В отличие от него, ты более дерзкий, и шанс убедить тебя больше. Ты смотришь с вызовом, с мальчишеским максимализмом, ты готов вывернуть весь мир наизнанку ради своего любимого и преуспеешь, я уверен, но ты ещё, по сути, ребёнок. Не обижайся, но это так. Сяо Чжань другой. Он старше, и, может, ты этого не замечаешь пока, считая, что вы равны, но он более зрелый. И он будет оберегать тебя от мира так, как лев оберегает львёнка. Вот только он не сможет отказать своему львёнку, он согласится на любую авантюру, лишь бы ты был счастлив, он более податлив. Поэтому я пришёл к тебе, надеясь, что он простит мне эту невежливость, но я не могу рисковать. Вон Карвай замолчал. — Вы хотите от меня ответ прямо сейчас? — тихо спросил Ван Ибо. — Нет. Но я хочу, чтобы ты сообщил Сяо Чжаню о моём предложении. А дальше я готов ко всему, — режиссёр тяжело вздохнул. — Не торопитесь с решением. Я уже разменял седьмой десяток, а загорелся идеей и написал сценарий, когда мне было тридцать. Я ждал более тридцати лет, Ван Ибо. И я могу дать вам столько времени, сколько вам нужно. Я привык ждать. Какое-то время молчали. — Спасибо, что выслушал, Ибо. Я оставлю свои координаты твоему менеджеру. Свяжись со мной, как будете готовы дать ответ.       Мужчина ушёл, а Ван Ибо настолько был шокирован, что не смог даже нормально попрощаться, но вряд ли уважаемый режиссер сейчас мог на него обидеться. Оба были в расстроенных чувствах. Главная роль с любимым человеком у режиссёра, с которым мечтает поработать весь мир. Но это годы молчания и сокрытие своего статуса, пока не выйдет фильм. Это такое количество проблем, что не сосчитать. Но это сам Вон Карвай! И это мечта пожилого уже человека, это возможность заявить о себе, о своей любви. Это возможность создать совместный шедевр. «Ой, ну что-то ты разошёлся», — сам себя остановил Ван Ибо. Сяо Чжань: Бо-ди, всё хорошо? Ты поспал? Ты дома? Сообщение вырвало Ван Ибо из размышлений. Ван Ибо: Доброе утро, Чжань-гэ. Я не смогу позвонить, я в офисе уже. И, возможно, меня сейчас будут убивать. Сяо Чжань: За мной заедут через полчаса. У нас всё в силе? Мы признаёмся боссам? Ван Ибо: Да. В любом случае, да. Сяо Чжань: Бо-ди, что произошло? Я через сообщение чувствую. Ван Ибо: Я только что разговаривал с Вон Карваем. Сяо Чжань: Шутишь? Или где ты с ним разговаривал? Во сне? Ван Ибо: Он роль предложил. Сяо Чжань: Охренеть!!! ВАН ИБО!!! ЭТО ЖЕ ПОТРЯСАЮЩЕ!!! Я ТАК РАД ЗА ТЕБЯ!!! А то, что у тебя метка, не повредит? Может, давай пока ради этого помолчим? Я готов! Я на всё готов, лишь бы роль была твоя. Ван Ибо: Вон Карвай так и сказал. Сяо Чжань: Что сказал? Ван Ибо: Что ты ради меня на всё будешь готов. Сяо Чжань: Что? Ван Ибо: И как же потрясающе это осознавать! Сяо Чжань: Бо-ди? Ты пьян? Ван Ибо: Разве что от любви к тебе. Ван Ибо: Он предложил роль нам обоим, Чжань-гэ. Тебе и мне. Сяо Чжань: Если это шутка, то несмешная. Ван Ибо: Чжань-гэ, какие уж тут шутки. Он только что был здесь. Приехал прям в офис. Сказал, что увидел нас вчера, и хочет пригласить на главные роли. Если честно, меня трясёт до сих пор. Он вдруг понял, что не сможет всё описать в сообщении, да и надо было тогда уж молчать и не рассказывать Сяо Чжаню. Потому что сейчас сообщения того явно разволновали, а впереди и так день, полный нервного напряжения. Поэтому Ван Ибо всё же позвонил. — Чжань-гэ, — тихо проговорил он, ещё и прикрывая трубку рукой на всякий случай, боясь, что сейчас в комнату отдыха прибегут жаждущие узнать о предмете разговора сотрудники агентства. — Он увидел вчера, как мы смотрим друг на друга, у него тоже метка, они с женой соулмейты. Он сказал, что хочет обоих к себе. Дал время подумать. Сказал, что побоялся обращаться к тебе, был уверен, что ты откажешься. — Бо-ди, я правильно понимаю, что речь о нас в роли возлюбленных? — Да. Чжань-гэ, я не могу говорить больше, он ушёл, а меня сейчас атакуют. — Но боссам про метки говорим? — Да. Думаю, в их интересах не болтать. — Хорошо. Пусть всё сегодня пройдёт хорошо. Люблю тебя, Бо-ди. — И я тебя люблю. Дверь открылась, и Ван Ибо тут же сбросил звонок, убирая телефон в карман. — Даже не хочу притворяться, что не слышала последнюю твою фразу, — сказала Чжан Ли и рухнула на диван. — Сейчас передохну минуту, и побежим получать нагоняй от Ду Хуа, она больше не может ждать. А пока я отдыхаю, слушай меня внимательно! — А разве не продуктивнее отдыхать молча? — перебил Ван Ибо. — Продуктивнее. Вот только я хочу высказать всё, что о тебе думаю, Ибо, до того, как ты погибнешь от рук боссов! Так что заткнись и слушай! Девушка перевела дыхание. Она продолжила тихо говорить, сидя на диване с закрытыми глазами. — Ты мог бы мне сказать, предупредить меня. Это было бы очень по-человечески с твоей стороны. Я была бы против, конечно, но знаешь, я бы вас поняла. Эта дурацкая вражда, я даже в какой-то степени восхищена вашим перфомансом, но я бы хотела знать заранее, чтобы успеть подготовиться! Мы с тобой вместе так давно работаем! Неужели я до сих пор не заслужила твоего доверия? Я прикрыла бы тебя. — Ли-Ли, прости! Я не думал, что всё настолько выйдет из-под контроля! — Потому что это не твоя работа — думать об этом, а моя! Ты в курсе, вообще, как тебе со мной повезло? Повезло, что я быстро сообразила! Ты в курсе, что вчера было с Сяо Чжанем, с которым вы всё это устроили? И я даже знать не хочу, как вышло, что вы так спелись. Но его вчера реально эвакуировали! Ты знаешь, какие слухи ходят? Что была реальная угроза его жизни! — Так! Стоп! Какая угроза?! Он сказал, что всё хорошо! Что с ним всё было в порядке! — Чудом, Ибо! Чудом просто обошлось! И вот, послушай меня. Мы сейчас пойдём к руководству, и я привыкла к истерикам Ду Хуа, мне плевать, но!!! Ты мне сейчас говоришь, кого ты там любишь, кто это: девочка или мальчик, публичная личность или нет, и я помогаю тебе с прикрытием, потому что это часть моей работы. Или я кладу заявление об увольнении Ду Хуа на стол. Потому что я не хочу работать с тобой в условиях, когда ты мне не доверяешь. — Я доверяю тебе. Больше, чем кому бы то ни было, ну кроме… Ли-Ли, посмотри на меня, — девушка послушалась. — Это Сяо Чжань. — Что Сяо Чжань? — Я люблю Сяо Чжаня! — Чжан Ли с недоверием посмотрела на своего подопечного. — Ли-Ли, я люблю Сяо Чжаня и у меня метка на запястье. Такого менеджер явно не ожидала, потому что сейчас она просто опустила взгляд на запястье Ван Ибо и молчала. — И я вынужден сейчас буду сказать об этом Ду Хуа, потому что, посмотри! Видишь эти бинты? Я не смогу долго её прятать. И Сяо Чжань не сможет. — Ты понимаешь, что это конец? — Мне плевать. И ещё, Вон Карвай предложил нам роль. Напоследок, выходит. — Он знает? — Да. Понял, когда переглядки наши вчерашние увидел. — И ты согласился? — Думаешь, от такого отказываются? — Ох, Ибо… — Я не смогу сказать тебе точно, пока не поговорю с Сяо Чжанем. Вон Карвай дал нам время подумать. — Ох… Ладно, пойдём признаваться, пока Ду Хуа там не разорвало от злости. *** — О! Явился! — начала кричать Ду Хуа, едва Ван Ибо и Чжан Ли переступили порог кабинета. — Выспался? А я вот ночь не спала, представляешь? Как ты мог??? Как ты мог связаться с этим Сяо Чжанем!!! Зачем??? — Ибо, что за приватный разговор с Вон Карваем? — не обращая внимания на женщину, спросил Хань Гэн. — Неужели роль предложил? — Да, — ответил Ван Ибо. — А вот это великолепная новость! — обрадовался Хань Гэн. — Правда? Роль? — тут же успокоилась Ду Хуа. — Правда. — С Вэньханем, значит, отменяем проект? — Да забудь ты уже про этого Вэньханя! — возмутился Хань Гэн. — Изначально бредовая идея, уж прости! И как я мог раньше поддерживать её! — Я ещё не дал согласия Вон Карваю, — сказал Ван Ибо. — В смысле, Ибо?! Такое предложение два раза не делают!!! А тут он сам пришёл. САМ!!! Ты что, сумасшедший? — вспылила Ду Хуа. — Хотя, о чём я? После вчерашнего-то. Конечно, сумасшедший! — Ибо? — Хань Гэн напряженно посмотрел на Ван Ибо. — Всё не так просто, да? — На самом деле, я согласен, конечно. Но нужно получить согласие ещё одного человека. — Кого? — Сяо Чжаня. — С КАКИХ ПОР… — начала было Ду Хуа. — Да помолчи ты!!! — не выдержал Хань Гэ. — Ибо, BL тема? Ты и Сяо Чжань? После вчерашнего Вон Карвай вдохновился? — Да. Он хочет нас обоих в свой фильм. — И ты на это согласен? На BL? С ним? — удивился Хань Гэн. — Да через мой труп! — спокойно, но со сталью в голосе сказала Ду Хуа. — Пусть хоть сам Будда в роли режиссёра. — Если Сяо Чжань согласится, я соглашусь тоже. Я хочу сняться с ним, да ещё и у Вон Карвая. — Просто удар в спину. Не ожидала от тебя, Ибо. — У меня метка. У Сяо Чжаня тоже. Мы соулмейты. В кабинете воцарилась гробовая тишина. — Чжан Ли, вызови врача. И вон из кабинета оба, сейчас же! Отвези Ибо домой. Потом поговорим, — спокойно проговорил Хань Ган. Молодые люди с удовольствием послушались. ЭПИЛОГ       Ван Ибо крепко держал Сяо Чжаня за руку. Его соулмейта немного трясло, но вряд ли это было заметно окружающим. Длинные рукава дизайнерской рубашки и смокинга не скрывали слабого свечения метки, которую в этот раз не было нужды скрывать бинтами и прочим. Сидящий по левую руку от Ван Ибо режиссёр Вон Карвай ободряюще похлопал парня по колену. — И премию Оскар получает… — начала объявлять со сцены актриса Кейт Уинслет. — Сяо Чжань и Ван Ибо!       Кажется, Ван Ибо в тот момент перестал ощущать своё тело, но ему нужно было держаться, ведь рядом с ним его Чжань-гэ, который и так весь на нервах в последнее время, а тут ещё церемония Оскар, в победу на которой они как-то не особо верили. Тем более что награда за лучшую мужскую роль исторически всегда была одна, а тут, в случае их победы, обещали целых две. Это было странным, но все вокруг уверяли парней, что ни у одного человека в мире не возникнет даже мысли разделить соулмейтов. Но когда объявили, что они номинированы как одна единица, то поверить всё же пришлось. И вот они оба поднимаются на сцену, и это исторический момент, на самом деле.       Ох, сколько труда было вложено в этот фильм, который уже взял бесконечное количество наград на различных церемониях, и пока ещё парни не догадывались, но совсем скоро Оскар за лучший фильм года получит и сам Вон Карвай. А пока они поднимались на сцену за своими наградами, и этот проход казался вечностью.       Три года назад, после того, как они рассказали боссам про метки, всё закрутилось и завертелось с такой скоростью, что хотелось выбраться из этого круговорота и скрыться в своём маленьком мирке на двоих, среди мерцающих тёплым светом звёзд. Три года назад они согласились на участие в фильме. Снимались в условиях строжайшей секретности, при этом разрываясь между съёмками, которые шли очень долго, ведь Вон Карвай, стремясь сотворить шедевр, не торопился, скрупулёзно работая над каждой секундой отснятого материала, и различными телешоу. Тогда оба поняли, что публичная жизнь больше не приносит радости и удовлетворения. Радовало только то, что вокруг все очень тщательно оберегали их секрет, который нельзя было раскрывать до момента выхода фильма на экраны. Поэтому приходилось разрываться, тайно сниматься под руководством Вон Карвая и его профессиональной команды, потом ехать на развлекательные телешоу, петь и танцевать для фанатов, отрабатывать рекламные контракты, а ночью ещё и заучивать реплики из сценария. Часто бывало, что оба засыпали, не добравшись до кровати, и утром Чжан Ли находила парней спящими прямо на ковре перед диваном, и чуть ли не с ложки кормила завтраком, вливала кофе, а сидящие рядом стилист Го Вансин и его парень-визажист, приводили ребят в презентабельный вид. А были моменты, когда Вон Карвай на несколько дней увозил ребят к себе в загородный домик в горах и запирал там, отбирая любые средства связи, и тогда они чувствовали себя самыми счастливыми на свете, чего не скажешь о Чжан Ли, которая нагло надоедала режиссёру звонками и откровенно угрожала, что, если хоть один из её мальчиков похудеет ещё хотя бы на грамм, она прикроет лавочку и не посмотрит, что говорит с самим Вон Карваем.       Но самым тяжёлым было, пожалуй, то, что о новом статусе сыновей не знали родители. Ван Ибо и Сяо Чжань приняли очень сложное для себя решение пока не говорить. За тот год, пока шли съёмки, они ни разу не были дома, а потом всё так же продолжали обматывать запястья бинтами. Им повезло, что родители не задавали вопросов, привыкнув к причудам шоу-бизнеса. Но за неделю до объявления премьеры фильма они приехали сначала к родителям одного, потом второго, и признались. Теперь, когда дети получали Оскар, родители, конечно же, гордились ими, а тогда, им пришлось дать время на осознание. А уж когда фильм вышел на экраны, когда шокированные фанаты не знали, как реагировать на появление «заклятых врагов» в одном фильме, когда стало ясно, что Ван Ибо и Сяо Чжань — соулмейты, тогда родителям и вовсе пришлось не сладко, учитывая, что журналисты не давали проходу и им тоже.       Но всё осталось позади. У них уже был куплен общий дом в закрытом элитном поселении, они могли теперь спокойно отдыхать от популярности, наслаждаться друг другом, улыбаться друг другу открыто, не скрываясь. Фанаты их пары, которые появились ещё три года назад, обещали всяческую поддержку и просили не уходить из шоу-бизнеса, и именно сейчас шла работа по созданию собственной общей студии. Всё было как в тумане, их будущее пока не казалось стабильным, но их, как минимум, пригласили участвовать ещё в нескольких проектах, а ещё рекламные контракты сыпались как из рога изобилия, так что без работы они не остались, да и шоу-бизнесу они оказались очень даже нужны и в новом статусе. Казалось, с момента, когда они впервые посмотрели друг другу в глаза, прошло не три года, а целая вечность. «Наверное, так и должно быть», — рассуждали они. В их волшебном мире не существовало времени, были только мириады звёзд и бескрайний космос. Один космос на двоих.