К общему удовольствию

      В залитой лучами яркого утреннего солнца комнате раздавалось, отражаясь от стен, монотонное щёлканье ручки. Громкое, чёткое, отрывистое. Ну чисто барабанный ритм. На нервы окружающих действует охереть как убойно. В былые - любые - времена я бы первая возглавила очередь желающих придушить нарушителя покоя, но вот незадача - этим злостным "кем-то" являлась я сама. К моему счастью, публики этому акту тревоги и предвкушения не было.       И, по правде сказать - чёрт, а ведь действительно успокаивает! Одёрнув полы халата, я отложила измученную письменную принадлежность и подпёрла рукой подбородок.       Сквозь открытое окно задувал ещё прохладный апрельский ветерок, приятно лаская щёки и охлаждая переполненную бурлящими мыслями голову. Через него же глазам представлялся шикарный вид на главные ворота школы, в которые робкими ручейками стекались первые страждущие вкусить плод познания - что и говорить, мой новый личный кабинет был со всех сторон кошерно обустроен и удобен. И с отличной панорамой на школьный дворик. Всё ещё не понимаю, за что снискала такое расположение директора Незу, но искреннее человеческое ему спасибо. Кхе, а не слишком ли ксенофильски звучит это по отношению к крысе? Или он медведь? Хрен его знает.       Дурная голова не давала покоя телу, и чем громче на улице болтали мандражирующие школьники, тем сильнее я ёрзала на стуле. Отвлечься не получалось. Бремя новой должности жало, как не сброшенная в необходимый момент шкурка - за две недели так и не удалось примириться с мыслью, что из полу-легальной ученицы бабули меня повысили аж до целой второй школьной медсестры и выделили собственные квадратные метры. Да и что сказать - обалдели все, включая меня, взгрустнувшего Мэдоку (всё, бедолага, не теряет надежд вернуть меня в Фукуоку) и Айзаву, спящего и видящего, как лично выпинывает меня за ворота. Маскирующийся под препода бомж истово и неутомимо поливал меня плохо скрытым неодобрением все месяцы работы, почему-то свято уверовав в то, что мне здесь не место, а мне, с первой встречи не испытавшей к недо-Дракуле расположения, не надо было искать лишних поводов, чтобы мечтать подбросить вшей в его уродский спальный мешок.       Хе. Жили прямо душа в душу.       Но так или иначе, за четырнадцать дней до нового учебного года свершилось чудо, нежданное, негаданное и непрошенное, позволившее директору нагрузить меня новым званием, стильным бейджем и ворохом сопутствующих проблем - а именно, увенчались успехом бабулины титанические старания сделать меня полноценным членом общества. Впервые за год жизни в этом ёбнутом мире моя причуда активизировалась не от возбуждения. Ура-а.       Ничто не предвещало: был обычный вечер среды, мы с бабулей весь день потратили на договор о поставке перевязочного материала и медикаментов к началу учёбы (с наступлением боевых тренировок они разлетались как горячие пирожки), а после удивительно тёплого разговора по телефону с Кеем к удовлетворению от проделанной работы прибавились бабочки в животе. Иногда, в удачно пойманные моменты я действительно наслаждалась нашими странными отношениями, и именно под дозой "любви" ощущала мерещащийся звон на границе сознания, зудящей щекоткой пробегающий по коже. Честно, в пользу вечерних занятий веры уже не осталось, но лишний час находиться дома грозило очередной ссорой, к тому же дико не хотелось огорчать Чиё. Приходилось бдеть над горшком с увядшей бегонией.       Ни на что не надеясь, я расслабленно щурилась в потолок, глупо улыбаясь все ещё звучащему в ушах голосу и поглаживая пушок по краю двухцветных листьев. Настроение было на удивление отличным. Кончики пальцев мягко покалывало, обоняние будоражил специфический запах лекарств, а ещё крепкого зелёного чая и молочного шоколада, сунутых пожилой экспериментаторшей прямо мне под нос, и где-то на периферии снова возникло едва различимое фантомное наваждение. Брезжило и мерещилось, как подрагивающий пустынный мираж в палящих лучах солнца над песком почти угасших надежд. Не первый раз казалось, что уже чуть-чуть, совсем немножко сосредоточиться и поднажать, и вуаля - дело в шляпе! Но коварство пиздопротивной причуды не знало границ: стоило хоть подышать в сторону концентрации, и всё марево слетало к херам, оставляя за собой лишь облачка глубокого разочарования в себе и клубы пыли, как из-под лап Тома и Джерри в одноимённом мульсериале. Со временем я перестала даже пытаться обуздать непонятное фантомное "нечто", смирившись, и Чиё с досадой пришлось признать - одним лишь упорством мы вечно останемся топтаться на том же месте. Да, некий прогресс всё же был: настраивать меня на нужную волну мы с бабулей худо-бедно научились, как и поддерживать необходимое состояние, но не более. Способа запускать целительную энергию вовне мы до сих пор не придумали, довольствуясь полученной полумерой.       Тот день грозил стать лишь повтором многочисленных провальных попыток. Даже заговорщическая улыбка пожилой героини и туманные намёки на какой-то новый изыск не воодушевляли ни разу. Однако, проводить время в её компании я полюбила и не возражала, даже нашла какой-то смутный кайф в происходящем. Предыдущие догадки и предположения одна за одной опускались на дно быстрее Титаника, и теперь всё, что я делала - послушно думала о приятном и пускала дрожь по нервным окончаниям поверхностными касаниями, не позволяя маячащей на окраине чувств причуде съебаться в дальние дали, как она любит. Лимит такого вот подвешенного состояния уже стабильно перешагивал порог в час, и я собой заслуженно гордилась, что ещё больше поднимало дух и упрощало своеобразную медитацию.       Если кто скажет, что намеренно долго поддерживать положительное расположение просто, пусть идёт нахер - уверенными большими шагами. Или нет, пусть подойдёт поближе - я плюну ему в лицо. Уверенна, это только принесёт мне дополнительную пользу.       Бабуля зашуршала чем-то на столе, повернувшись спиной, но раздражающие звуки не мешали релаксу. Уже нет. Подхватив с блюдца кусочек шоколада, я отправила его в рот и вернулась к наглаживанию цветка. Показалось, что далёкий звон стал громче, но такое и раньше бывало. Наученная многочисленными провалами, я не спешила обнадеживаться. А вот тихий щелчок и разлившиеся в воздухе трели флейты в сочетании с тягучим саксофоном стали неожиданностью. Негромкая мелодия разлилась по воздуху, завораживая и оплетая. Я невольно замерла, прекратив гонять языком кусочек подтаявшего шоколада, обволакивавшего нёбо нежной бархатистой сладостью. От низкого тембра певца побежали мурашки, вздыбились волоски на коже, защекотало в груди - чем-то композиция напоминала джазовые песни шестидесятых. Я даже не уловила момент, когда трепещущая нота скрипки слилась в ушах с индикаторным колокольным звоном причуды.       Просто в один миг я моргнула - а в следующий поникшие побеги цветка налились соком и воспряли, развернув пожухшие листья и выпустив яркие бутоны.       Вдоль позвоночника прокатывались последние трепещущие искорки, отдавались разрядами в кончики пальцев - те самые, под которыми зеленели пышущие энергией широкие листовые пластины. Обоняния достиг тонкий цветочный аромат, неуловимо похожий на сладкие нотки мёда и смешавшийся на кончике языка с остатками молочной шоколадки. Сознание происходящее отрицало. Не сразу удалось оторвать взгляд от тянущихся вверх лепестков цвета клубничного крема, и я в прострации обернулась к единственному разумному существу в кабинете. Бабуля - инициаторша, конспираторша и, собственно, исполнитель - расплылась в улыбке, откидываясь на стуле и сплетая на животе пальцы, и довольно кивнула, журча в тон музыкальному проигрывателю:        - Замечательно, внученька, просто замечательно!       У меня просто не было слов. Я ошалело вытаращилась на коварную родственницу и с задержкой захлопнула открывшийся рот. С трудом сглотнула ставшую приторной вязкую слюну. Оживший цветок прямо под носом всё ещё казался глюком.        - А... прошу прощения, как?        - Сочетание факторов, милая. - Чиё довольно усмехнулась, растягивая уголки губ ещё шире и удовлетворённо щурясь, а после с невозмутимостью Будды отвернулась и принялась за заполнение бумаг. - Обоняние, осязание, вкус, чувства и слух - мы постоянно использовали в комбинации не больше трёх переменных, стараясь довести их влияние до максимума. Следовали по простейшему пути. Из анамнеза известно, что минимальный порог твоего исцеления - два из пяти, лидирующий пункт - эмоции. Без положительного настроя ты лечить не способна была даже в детстве, - вздохнув, героиня отложила ручку и задумчиво пожевала губами. - Теперь всё стало ещё сложнее, вторым обязательным пунктом добавились физические ощущения. Твоя причуда отчего-то зациклилась на единственном плотском чувстве, иными словами условия ужесточились. Однако при подключении всех оставшихся четырёх элементов удалось преодолеть ограничение, несмотря на возможность сенсорной перегрузки. Мы смогли, милая. Смогли.       Гипотеза Чиё, подтвердившись, стала нашим с ней личным прорывом после многомесячного застоя. Собственно, произошедшее и позволило мне взлететь по карьерной лестнице со скоростью гоночного болида. Директор только убедился, что повторить успех эксперимента удалось со статистикой три из пяти (что мне не казалось удовлетворительным, но меня не спрашивали), а экзамен на оказание первой помощи пройден с отличием, и на следующий же день я в ахуе принимала душевные поздравления. В чём-то Айзава был прав - в стремлении Незу заполучить второго медика есть что-то подозрительное. Х-хе, например, всё. Так или иначе, но вот она я - со всей имеющейся ответственностью готовлюсь вкалывать на благо общества, обустраиваясь в новых владениях и не сваливая из них домой даже на поспать, тупо отрубаясь на одной из кушеток. Как и вчера. Как и позавчера. Как и два... нет, не два, три дня назад. А два дня...       Ну что ж. Хоть пару раз в неделю мне всё же нужно объявляться за стандартной причудной повинностью. Не доводить же себя снова до критической точки с приступами, верно? И пусть из маленькой радости это уже давно превратилось в русскую рулетку из-за окончательно поехавшего башкой партнёра, избавиться от регулярных "я-Великий-Слепой-и-не-вижу-твоих-сомнительных-поползновений" игр не представлялось никакого шанса. Ни единого, блять.       Смешно сказать, мне уже было совестно перед Даби. И перед Ястребом.       Чувствовала я себя первостатейной сукой.       Я бы и рада была прыгать в постель с тем, кто вроде как мне сейчас парень, и не морочить голову горелому. Честно. Только с Ястребом мы и целовались-то примерно раз пять - столько же, сколько и виделись за эти месяцы - и ни о какой интимной обстановке не могло идти и речи. А для быстрого перепихона в туалете - ну, мы пока не настолько отчаялись.       Переживала ли я из-за нечастых встреч? Скорее нет, чем да. Что-то изнутри подсказывало, что на этой редкости и держится хрупкий мостик первых в моей жизни столько долгих (срок в пару-тройку месяцев я искренне считаю внушительным) отношений. Чуть больше давления со стороны героя, и я бы мигом сожгла все мосты, даже если бы потом жалела. Оставалось только радоваться пониманию Кея и победный танец плясать, что такой удобный горелый лоялен ко мне в степени достаточной, чтобы практически безвозмездно покрывать запросы моего организма. Пусть даже и не без выебонов.       Разлившееся в воздухе дребезжащие школьного звонка заставило встрепенуться, вынырнув из хаоса собственных мыслей. Бросив мутный взгляд на часы, я вытянула руки вверх и выгнулась, разминаясь - медпунктовской кушетке все ещё было пилить и пилить до удобства полноценной кровати с ортопедическим матрасом. Неспешно разминая косточку за косточкой, я пыталась отвлечься от главного - сегодня мне предстоял первый полноценный контакт со школьниками, и, говоря откровенно, как-то не имелось уверенности, что обойдётся без жертв.       Не было объяснения этому сраному паучьему чутью, зудящему в голове с того момента, как я проснулась. Надвигающаяся опасность казалась физически ощутимой и просто абсурдной. В планах на день не значилось ничего подозрительного: из знаменательных событий первым у меня стояло обследование первашей геройского факультета для составления личных медкарт. Но как-то не верилось, что бредящие геройской карьерой подростки растерзают неудачницу-медсестру за закрытыми дверями кабинета. К тому же, по всеобщему согласию для создания портфолио мне выделяли класс В, решив не сталкивать лишний раз с подопечными Айзавы (ну либо их не подпускать ко мне). Решение, кстати, со всех сторон оказалось пиздатым - в классе А, закреплённым за Чиё, нашелся индивид, дважды за первую учебную неделю загремевший в медпункт с травмами разной степени тяжести. Для моих полномочий и возможностей такое было бы как-то уж слишком.       М-да, характерные достались ученички Сотриголове. Чур меня, чур.       И, кстати, х-хех, прозвище у него пососное.       А вот во второй половине дня, после вереницы общеобразовательных уроков, юные падаваны Кровавого Влада поедут на какую-то супергеройскую тренировку в отдельно стоящий комплекс, и я с ними как бесплатное приложение. Во избежание, так сказать, производственных травм, и немного из-за того, что я нанылась бабуле. Ничего не могу поделать с грызущим любопытством - жуть как охота попялиться вблизи на местную икону - Всемогущего.       Времени до налёта школоты на мой кабинет было достаточно, чтобы прогуляться до кафетерия за чаем, и я не стала себе отказывать в удовольствии влить в себя четвёртую за утро кружку горячего напитка. Отодвинув стопку шаблонов для будущих медкарт, вышла и минуту повозилась с замком двери, а после в темпе почапала по знакомому маршруту до столовой. Школьный повар - герой Быстроланч - обладал поистине редким талантом даже траву в пакетиках заваривать так, что невозможно оторваться, не говоря уже о полноценных обедах. Потерянные за время осеннего стресса килограммы на таком пайке вернулись словно никуда и не пропадали - но, право слово, местные медовик и пироги с вишней того стоили. Тц... не стоило даже вспоминать - под ложечкой свело и отчаянно захотелось заесть нервное напряжение смачной порцией чего-нибудь острого и, желательно, в кляре.       Кроссовки на высокой подошве мягко амортизировали, пружиня каждый шаг по серой плитке - но в пустоте широченно-высоченных коридоров даже звук дыхания превращался в тревожный завывающий гул, оседая где-то под потолком. Не спасали даже огромные окна, за счёт которых длинная бетонная труба прохода казалась светлее и... приветливее, что ли? В общем, не знаю уж, шикарная ли шумоизоляция или подростковая самодисциплина, но из-за дверей классов не раздавалось ни шороха, и липкая тишина электризовалась в воздухе - отвлечься от навязчивых переживаний было тупо не на что, хотя и хотелось.       Шустро перебирая ногами уже по лестнице, я отработанным движением иллюзиониста выудила из кармана халата новый телефон (Мэдока расстарался к Новому году) и не глядя открыла вкладку мессенджера, щёлкнула по иконке закреплённого чата. Пальцы на автомате застучали по тачпаду, и за набором длиннющего малоинформативного, но ебать какого эмоционального текста на душе наконец стало спокойно. Даже забрезжил вялый огонёк интереса - в этот раз ответ будет или я опять окажусь в игноре?       По правде говоря, меня устроили бы оба варианта.       Недавно образовавшаяся привычка сливать все треволнения в переписку с незабвенной Шэнь Нагисой изначально показалась даже мне самой малость стрёмной. Да хрен с ним - откровенно уёбищной! Это как вести дневник, только вместо карандаша собственные руки и экран смартфона, а вместо бумажных листов копилкой изрыгающихся сомнений и эмоционального дерьма становятся чьи-то мозги. Инновации, блять, целлюлозные носители нынче не в моде. И если первое сообщение с нытьём и жалобами улетело адресату практически случайно на пике эмоционального взрыва (чему немало поспособствовала бутыль вина, плещущаяся в желудке, и очередная ссора с Даби), то дальше мне элементарно понравилось. В этот момент судьба китаянки была решена. Да, отдача была редка - и зачастую вопросы "почему ты опять мне пишешь?!" перемежались с саркастичными и едкими замечаниями, провоцирующими поспорить - но этого оказалось достаточно, чтобы лишний негатив утекал, не отравляя изнутри нерастраченной жаждой выговориться.       Справедливости ради, если кто-то и заслужил тяжкую участь моего носового платка тире личного психолога, то это точно стервочка. Хуле, сама полезла к Шизуке со своей манипуляцией эмоциями - пусть теперь расхлёбывает и не жалуется.       Столовая, что было ожидаемо, оказалась полностью пуста, в начале первого-то урока. Герой-повар, выглянувший из-за стойки раздачи, откровенно терялся в масштабах здешних стен, с наплевательской лёгкостью выигрывающих в гигантизме у холлов и коридоров. Холодные бело-синие оттенки уюта не добавляли. Поначалу безлюдность таких огромных помещений пугала, но, пару раз заявившись сюда на перерыве, я сменила своё мнение на диаметрально противоположное, предпочитая теперь питаться во время занятий.       Всё познаётся в сравнении, да? Компания что учеников, что учителей наводила страх похлеще, чем какая-то агорафобия.       Обменявшись приветствиями с Быстроланчем, я получила кружку желанного чая и, не удержавшись, соблазнилась на свежеприготовленный дзэндзай, порадовав повара комплиментами его кулинарному искусству. Быстроланч, несмотря на крипповатый вид, навевающий мысли о восстаниях машин, был одним из самых позитивных и приветливых людей в академии, и помня, что в любом коллективе с кашеваром всегда лучше дружить, я не жлобилась на доброе слово и благодарности.       Ложка проскребла по дну миски со сладким супом, тёплой тяжестью осевшем в животе, в кружке остался последний глоток, а чат со стервозной китаянкой пестрил полотном пассивно-агрессивных пожеланий "прекратить трахать, наконец, нам обеим мозги" и "перестать прибедняться и не напрашиваться на убеждения, что я талантливее, чем о себе думаю", когда прозвучал оповещающий о конце занятия звонок. Спешно сдав посуду и в очередной раз поблагодарив повара, я понеслась обратно, в дверях столкнувшись и чуть не снеся с ног Эктоплазма - мужика вроде бы по отзывам бабули неплохого, но с неликвидной внешностью типичного злодея из старых комиксов. Вынужденно раскланялась и с ним тоже, теряя драгоценные секунды.       В результате, к моему приходу у кабинета образовалась небольшая толпа, над которой как мама-утка над утятами возвышался сложивший на могучей груди руки Король Влад. Под зорким оком Кан-сана шобла первокурсников послушно расступилась, позволяя мне открыть двери, и всё так же смирно просочилась внутрь следом за мной и учителем, рассредоточившись кто по кушеткам, кто по стульям - стараниями директора мой лазарет имел большее наполнение, чем бабулин. Что, кстати говоря, всё ещё вызывало недоумение - почему-то что Незу, что Чиё упрямо стремились перенаправить поток жаждущих поправить здоровье, словно в старом медкабинете завелось нечто, мешающее использовать его по назначению.       - Кокаве-сан лишними разговорами не мешать, с вопросами не лезть и осмотр не задерживать, - пробасил кровавый герой у меня над головой, стоило только всем рассесться, а мне отвернуться к столу. И хотя мне вроде как стремились помочь, по виду школьников нельзя было сказать, что они впечатлились строгому тону - а вот по моим дрогнувшим пальцам очень даже. Ух, голос у него конечно... пробирает.       Впрочем, дело привычки. Теперь придётся постоянно общаться, думаю, адаптируюсь. Когда-нибудь. С Каном Секиджиро до своего назначения я вынужденно разговаривала несколько раз по рабочим моментам, и при всей ярко выраженной суровости мужчина вёл себя исключительно вежливо и тактично (не в упрёк тому же Айзаве) - только это ни разу, блять, не отменяло того, насколько классный руководитель 1-В сам по себе подавляющий. И типично-аляповатый геройский костюм не спасал.        - Не стесняйтесь прикрикнуть, если понадобится, - это уже было обращено мне, а вот взгляд из-под сдвинутых бровей устремился в сторону какого-то светловолосого мальчишки удивительно обычной наружности. И - что характерно - глянувшего в ответ поразительно честными глазами. Кристальными, я бы даже сказала. Тяжёлая нижняя челюсть учителя выдалась вперёд еще сильнее, подчёркивая выступающие нижние клыки, но Кан-сан промолчал.       - Я уверенна, что мы обойдёмся без этого, - успокаивающе ответила я, кривя губы. Улыбка по ощущениям получилась не самая спокойная, а вот бьющуюся паникой в горле дрожь сдержать получилось. Не так всё и плохо. Сглотнув, кивнула мужчине и продолжила с не имеющейся в реальности уверенностью. - Спасибо за заботу, Кан-сан. Я думаю, мы поладим, можете не беспокоиться. Я не задержу ваш класс надолго.       Помедлив, мужчина кивнул и, сообщив ученикам в каком кабинете у них будет следующий урок, попрощался. Я сдержала желание потереть шею - за несколько минут рядом с почти двухметровым дяденькой с непривычки защемили позвонки. С уходом героя в лазарете одновременно стало будто светлее и легче дышать, пропал страх опозориться перед старшим коллегой. Только я не обольщалась, облегчение было обманчивым. Главный ивент должен был начаться прямо сейчас, и вторых жизней, чтобы переиграть, у меня в запасе не числилось. Скользящим движением обтерла ладони об штаны и повернулась к будущим подопечным. Те покамест вели себя как лапочки, но в обращённых ко мне глазах блестели интерес и бурная жажда деятельности.        - Итак, - прочистив горло, взяла в руки стопку бумаг для внушительности и инстинктивно выпрямила спину. Хотелось не палиться, что опасаюсь их больше, чем они меня (говоря откровенно, подростки выглядели скорее заинтригованными), но кабинетик мой пока что пустоват - а потому рассредоточенным взглядом упереться удалось только в светло-зелёную стену поверх разношерстных макушек. Ну хотя бы так, уже легче. - Копии ваших медицинских карт с предыдущих мест обучения у меня есть, так что выдыхаем - физический осмотр отменяется, и кровь ваша останется с вами. Но анатомические особенности, связанные с причудой, зафиксировать нужно, так что по очереди проходим за во-он ту ширму и не стесняемся рассказывать и, если надо, показывать. Начнём по списку, - суетливо сверившись с бумажкой, я с запинкой озвучила первого подопытного, - Авасе Йосецу.       Возражений и вопросов со стороны школьников не последовало, вопреки подспудным паскудным ожиданиям. Ученики Влада дисциплинированно покивали и разбились по группкам, зашушукавшись достаточно тихо, чтобы не мешать. И слава всему сущему, как говорится. Вместе с поднявшимся на оклик (и оказавшемся выше, сука, почти на целую голову) темноволосым мальчишкой мы спокойно прошли в дальний левый угол за рядом разделённых шторками кушеток. И хотя первый страх утих, сжимающие бумаги пальцы всё ещё нервически подрагивали - а потому не с первой попытки сдвинули заменяющую дверь панель. То, что ранее я назвала ширмой, больше походило на отдельный кабинет внутри лазарета: ограждённый высокой раздвижной перегородкой закуток включал индивидуальную тахту с приставленной крошечной тумбой, стул и столик у выходящего на внутренний дворик окна. Фактически, отрезанный от остального помещения кусок являлся своеобразным вип-ложем с минимальными удобствами.       И так как в оформлении своего рабочего места я не участвовала, получив на руки уже готовое спроектированное расположение, меня не меньше чем школьников терзал вопрос - а обустроен этот славный чудо-уголок, собственно, для кого? Ответов, понятное дело, предоставлено не было.       Ученики 1-В класса потекли конвейером через мини-кабинет, заполненные листы стопкой ложились на краю столешницы один за другим. Ненадёжные стены создавали ложное ощущение обособленности, так что погрузиться в рабочую атмосферу удалось с поразительной лёгкостью. Набитой на заполнении бумажек заместо Чиё рукой я добросовестно отметила пощипывание кончиков пальцев от долгого применения причуды у Авасе, нарастающую головную боль при создании больше шести пары рогов у Цунотори Пони и лёгкую, не связанную с причудой фотофобию Шихайя Куроиро.       От некоторых из появлявшихся в проходе деток натурально коротило - выкрикивая следующее имя прямо из-за ширмы, я не всегда была готова к тому, что увижу в следующую минуту. Знать из прочитанного оказалось вообще не равно лицезреть а-ля натюрель. Тот же Хоненуки Джузо в полутёмном закутке напугал до колик своим безгубым ртом, делающим его бледное лицо похожим на череп, а Токаге Сэцуна - миловидная улыбчивая девушка без каких-либо внешних странностей - устроила испытание моему самообладанию, на просьбу продемонстрировать свои способности отделив и отправив в полёт верхнюю половину головы. Рекомендованные ученички, чтоб их.       Одним словом, весёлые оказались подопечные у Короля Влада. Айзавиным ничуть не уступают.       Впрочем, несмотря на небольшие заминки, дело спорилось. Я радостно отметила, что список имён подходит к концу, а до звонка на следующий урок ждать ещё прилично. Даже больше, чем я закладывала по предварительным расчётам - детишки проявили высокую организованность и смекалку, чёткими ответами здорово экономя наше общее время. Заебись. Уже представляя, как выставлю школьников из своей вотчины и прилягу на одной из кушеток с начатым вчера романом, прочистила горло и громко возвестила:        - Монома Нейто!       Мыча под нос незамысловатый мотивчик из рекламы, неторопливо отложила в стопку готовых медкарту Комори Киноко и радостно выудила из почти закончившейся кучки бумаг следующую анкету, щёлкнула наизготовку ручкой. Предвкушение скорого дуракаваляния сменилось настороженностью, стоило названному появиться - в грозящем вырасти красавчиком блондине я с лёгкостью узнала того, о ком безмолвно сигнализировал мне глазами Кан-сан. Невольно подобралась, всматриваясь пристальнее в мальчишку - почему именно от него ожидались проблемы? Главный хулиган всея класса? Да ну вроде бы не похож на задиру.        - Здравствуйте, - вежливо поздоровался школьник, слабым наклоном корпуса намекая на традиционный поклон. Причесанные в отличие от большинства одноклассников светлые волосы и опрятная до зубовного скрежета форма делали его почти невзрачным. Ну слишком обычный, слишком. Разве что в протяжной интонации читается нечто европейское. В остальном же - что голос, что манеры как у типичного японца (хотя, скорее, чопорного аристократа), а вот выражение на моське то, что и ожидалось - помесь интереса и нетерпения.       Прищурившись, приветливо улыбнулась, жестом предлагая занять вакантное место напротив себя на кушетке.        - Здравствуй, Монома-кун. Приятно познакомиться. На этой неделе у вашего класса уже были тренировки с задействованием причуд, ты не заметил за собой особенностей при применении на максимуме способностей? - Поймала себя на том, что нервически дергаю ногой. Тьфу ты, заразилась от Даби что ли? Мотнула головой, одернув себя в моменте, отложила на стол чуть не погрызанную ручку и внимательным взглядом впилась в пацана, силясь прям так как есть просканировать на наличие неотмеченных ранее нюансов. - Возможно, ты даже до поступления что-то ощущал? Не обязательно всегда, даже разовый случай будет значим. Боль, зуд, жжение, дискомфорт?       Мда. С виду пацан как пацан. Да и по всем имеющимся данным ни с причудой, ни со здоровьем проблем нет. Но подвох-то должен быть, Кан-сан не выглядит как любитель розыгрышей. Неужели взяли кого-то с барахлящей менталкой?..        - М, нет, ничего такого не было, - покачал головой парень, изучая меня в ответ мутно-голубыми глазами. Пожалуй, могло бы даже стать неловко, если бы не эта его рассеянная формальная улыбочка. Как на мой взгляд, над ответом он даже не задумался.       Вот же легкомысленная личинка.        - Хорошо. Давай на минутку забудем о причудах. Есть ли что-то, о чём ты не говорил врачам раньше? Подумай хорошо, мелочи важны. Если боишься, что из-за какой-то фобии, травмы или особенности тебя исключат, то не стоит. Чем более откровенным ты будешь сейчас, тем проще академии будет помочь тебе преодолеть эти трудности и стать первоклассным героем в будущем. В наших общих интересах, чтобы вы, ребятки, были здоровы во всех возможных смыслах.       Договаривая, я по выражению его лица поняла, что переборщила. На мгновение показалось, что в мутных зрачках промелькнуло нечто эдакое, но парниша моргнул, и всё исчезло. С несколько более натянутой улыбкой, но всё тем же неукоснительно вежливым выражением на лице подросток подался вперёд. Хреново, если верить брошюрам по психологии - неявная агрессия мне тут точно не нужна.        - Ничего подобного у меня никогда не было, Кокава-сенсей. Ни без причуды, ни с ней. Видите ли, срок действия моей причуды не позволяет...       Отповедь мальчишки (грубоватую, если бабуля правильно вбила в меня местные стандарты) оборвал скрежещущий треск из-за ширмы и последовавший за ним вскрик. Кажется, что-то разбилось - с учётом скудности обстановки в кабинете, скорее всего фарфоровый светильник, притащенный мной для создания уюта с какой-то распродажи. Копеечная вещь, а цветной узор напоминает воскрешённую бегонию - приятно. Светил, конечно, дерьмово, для чтения мощности не хватало, но смотрелся на столе вполне стильно.       Все эти разрозненные обрывки мыслей промелькнули калейдоскопом за те секунды, что я потратила на спрыг со стула и распахивание дверцы. В мгновение ока забытый мной Монома подскочил следом, но что он собирался делать мне видно уже не было - откинув полы развевающегося за спиной халата, я вывалилась в основную часть лазарета, с бешено бьющимся сердцем оглядываясь по сторонам.       Первое же, что выхватил взгляд - несколько красных капелек на светлой плитке пола у стола. Мгновением позже я увидела разлетевшиеся на несколько метров осколки светильника (я, блять, не ошиблась) и кучку перепуганных школьников, уставившихся на меня аки на смерть с косой абсолютно одинаковыми по-совиному круглыми глазами. Выделялись только двое, причём в абсолютно противоположных выражениях: рыжеволосая девушка, с чьей ненормально огромной ладони и стекала тонким ручейком кровушка, пыталась успокоить побледневшего чуть ли не до прозрачности паренька с короткой тёмной косичкой. Последнего аж потрясывало - сразу понятно, кто виновник всего этого переполоха.       От осознания, что ничего смертельного не произошло, кости ног размягчились, и я чуть не осела на пол. Воздух покинул лёгкие с хриплым протяжным выдохом облегчения, который школьники расценили как-то по своему - нервничающий парниша уткнулся взглядом в пол, словно безмолвно беря ответственность за все косяки всех преступников во всём мире, а раненная рыжуля (Кендо, кажется) кинулась ко мне, извинительно-просительным тараторением затмевая робкие блеяния из толпы зрителей. Х-хе, да-да, "это вышло случайно", "мне даже не больно" и "нам дико жаль"...       У подростков во все времена останутся одни и те же отмазы?        - Тише. Кто может сказать мне, что здесь произошло? - Жестом оборвав пошедшую по второму кругу речь, прихватила девушку за запястье, утягивая на кушетку и попутно выхватив с инструментального столика пинцет. Белеющие в порезах фарфоровые осколки следовало достать в первую очередь. Даже первее, чем понять - чем, чёрт бы их приподнял и шлепнул, занималась эта геройнутая на всю голову школота?!       Весь остальной класс в едином порыве шагнул следом, могучей кучкой сгрудившись вокруг нас с пострадавшей. Х-хе, какие дружные. Разъяснять, что к чему, и отделять зёрна от плевел, к моему вящему изумлению, вызвался сам Косичка. Как ни напрягалась, а так и не вспомнила его имя - что-то короткое и резкое, как порыв ветра. Вопреки серьёзности момента, захотелось по-скотски заржать - то ли выпуская напряжение, то ли от грусти всего еврейского народа в печальных змеиных глазах напротив. Сдержалась чудом. Кхе, ну нет во мне сочувствия к посторонним, нет и не было! Облажались с моим назначением что Чиё, что директор...        - Мне очень жаль. Кокава-сенсей, это действительно вышло случайно, - начало признания вынудило отбросить зловредный настрой, сосредоточившись на обработке раны и негромком голосе. - После демонстрации Вам причуды несколько чешуек остались у меня на руке, хотя обычно я их сбрасываю, если это чешуя для выстрелов. Такие чешуйки выступают наружу, а не внутрь - как для брони, которые втягиваются, - негромко пояснил мальчишка. Наблюдая за дезинфекцией порезов, которые после смывания крови оказались не такими уж и страшными, он чутка приободрился и заговорил увереннее. - Я хотел втянуть и их, но не получилось. Чешуя сорвалась и чуть не полетела в ребят, я успел отвести руку только в сторону стола, но попал в лампу. Если бы Кендо не закрыла её рукой, осколки разлетелись бы во всех. - Попеременно бледнеющий и краснеющий, как чёртова полицейская мигалка, Косичка стремительно шагнул вперёд и переломился пополам в поясном поклоне, прижав прямые руки к бокам. - Мне очень жаль!       Откладывая пропитанный антисептиком ватный тампон, я не сдержала вздоха. Подростки. Ну никуда у них без драмы... Унылым взглядом обвела напряжённые лица, пока не встретилась снова с трогательно распахнутыми зенками Рыжули.        - Надеюсь, вы понимаете, что я в любом случае обязана рассказать всё вашему классному руководителю, - спина замершего в позе пьющего оленя Косички (да как же, блять, его всё-таки зовут?!) задеревенела. - Но лично я ни на кого зла не держу, в жизни всякое случается. Не переживайте вы так! Сейчас всё вылечим, даже шрамов не останется. Главное, чтобы подобные инциденты не повторялись в будущем, не всегда рядом окажется расторопная одноклассница. Ну, подними голову.       Парниша выдохнул, выпрямляясь, и, бросив острожный взгляд на отрешенную меня (интересно, насколько мне влетит за ЧП в первый рабочий день?) повернулся к рыжеволосой.        - Кендо, спасибо, что защитила всех от моей ошибки. И прости за причинённый вред.       Улыбчивую девушку пришлось ловить за уменьшившееся до человеческих размеров запястье.        - Не стоит, Рин! Не я, так кто-то другой бы это сделал! И мне даже уже не больно. Всё в порядке!        - Пока ещё нет, но сейчас будет, - поймав-таки летающую в воздухе кисть, устроила её на коленях. Напыщенное убеждение, мол, сейчас исцелю не отдавалось внутри уверенностью, да и морального настроя как такового не состоялось. Но назвалась груздём, так не пизди и лезь в корзинку...       Накрыв ладонью уменьшившиеся пропорционально с рукой порезы, я прикрыла глаза и сосредоточилась, отрешаясь от переговоров школьников, к которым подключились и остальные одноклассники. Это сейчас только мешало. Надо было поймать волну, вспомнить о хорошем - о сообщении "Доброе утро, пёрышко" от Кея, о сладковатом привкусе перетёртых до кремовой консистенции красных бобов и нежной текстуре рисовых клёцок, о предвкушении скорого отдыха спустя каких-то пару анкет, о затопившем с головой облегчении после нежданного кипиша...       С каждой секундой росла убеждённость, что да - смогу. Осталось подкрепить её материальной составляющей - благо, схема действий нами с бабулей была заранее заготовлена. Оторвав одну ладонь от замка наших с Кендо рук, кинула на язык мятный леденец из кармана, тут же обдавший рот морозной ментоловой свежестью. Часть амуниции как раз на подобный случай. Затем проворным движением выудила из нагрудного кармашка беспроводной наушник с подобранным списком инструментальных мелодий и сунула в ухо, кнопкой активировала проигрывание. Сосредоточилась. Погрузиться в мелодию до необходимой степени всё ещё было задачкой со звёздочкой, не всегда получалось. Спустя пару минут от переливов флейты и лиричного перебора фортепиано наконец наступил долгожданный фриссон, заставивший меня на секунду обмереть, а причуду - заработать. Когда я убрала ладонь, кожа Кендо снова стала целой и невредимой.       Х-хе, считаю, это победа. С облегчением расплылась по кушетке, из последних крох чувства достоинства не позволяя себе перетечь из положения сидя в лёжа. Уважения пока итак нет, а развалиться здесь было бы полноценной панихидой моему несуществующему авторитету. Так что выпрямила спину, стараясь не выказывать слабины бандерлогам. Попытка состроить серьёзную мину почти удалась, но губы против воли дрогнули в улыбке - по большей часть от схлынувшего напряжения: всё-таки такая ответственность, ещё и впервые при зрителях.       Последние, кстати, впечатлены не были аж ни разу, сосредоточив всё своё внимание на обсуждении грядущих последствий. Начавшись с нескольких человек, переговоры по цепочке втянули весь класс, отчего вокруг стоял ненавязчивый, но до боли монотонный гул. Откуда школьникам было знать, насколько волнительной и значимой была для меня эта процедура? Да им это было, собственно, и не надо. Подростков больше беспокоило, насколько сильно им прилетит по шее за применение причуд вне боевых тренировок и полигонов.       Дискуссия была такой прочувствованной и жаркой, что не могла не заразить таким же вопросом и меня. Не я же должна нести ответственность за цирковые фокусы личинок в лазарете, верно?...       Растерянно оглядываясь по сторонам и кусая губы, я замерла, стоило взгляду упереться в настольные часы. А точнее - в истекающее время, отведённое на опросы, но бездарно просранное на разбирательства, лечение и всё прочее. Секундная стрелка бодро наворачивала круги, исправно выполняя свою работу, и её явно не волновали чьи-то там проблемы. М-мать, пятнадцать минут осталось! Да ёб твою!...       Хлоп. Порывисто вскочив на ноги, я ударом в ладоши оборвала все рассуждения - они в любом случае были целиком и полностью бессмысленны - и поспешно загнала в мини-кабинет следующую жертву медицинских репрессий. Форс-мажор форс-мажором, а обязанности никто не отменял, так же как и расписание. По грёбанному закону подлости, что у Камакири Тогару, что у Каибары Сэна были, естественно, блять, несколько замороченные причуды, даже если изначально и не казались таковыми. По итогу же, из Камакири пришлось чуть ли не клещами тянуть признание, что после какого-то предела выпускать из тела лезвия ему становиться дискомфортно. А вращение Каибары при всей кажущейся простоте и мощности в перспективе чёрт знает как влияло на его суставы - и эту увлекательную задачку предстояло решить мне в ближайшее время. Ну блеск просто. Ага, всегда мечтала.       О незавершённом диалоге с Мономой (положа руку на сердце, ознакомившись со всем классом, я готова была признать его наиболее проблемным) я вспомнила только по дороге в учительскую. Неприятное послевкусие осталось, конечно, но конкретно по существу мне предъявить блондинчику нечего. Да - мутный, да - чудаковат. Только вот это ни разу не показатели. Пока что просто буду держать руку на пульсе, а в случае чего - безбожно закладывать подозрения на пацана классному руководителю, и пусть делает с ним, что заблагорассудится.       К тому же, вопрос Мономы не то чтобы остро стоял на повестке дня. Подождёт уж, не обломится. Сперва стоило порешать, что делать с попранием школьниками норм безопасности - разбитая лампа пустяк, но ученица всё же оказалась ранена. Долго вариться в месиве из вины и ответственности мне не хотелось жутко, потому было принято волевое решение перекинуть ярмо на более компетентного и взрослого коллегу, и я отправилась на поиски Кан-сана. И мне внезапно повезло.       Массивная фигура в красном костюме показалась из-за поворота, стоило только мне навострить в нужную сторону лыжи, и я едва в неё не врезалась, слишком сосредоточившись на собственных заморочках. От столь скорой и внезапной встречи чувство координации покинуло чат, только края халата вверх взметнулись, но Кровавый герой вовремя успел перехватить меня за плечи, и близкое знакомство с полом отложилось на N-ное время. Я не обманывала себя. Терзали меня смутные сомнения, что рано или поздно оно бы таки свершилось - оценить и сравнить собственные габариты с подавляющим большинством не то, что учителей, но и школьников, много труда не составило. Как и быстро пересказать Кровавому герою причины и следствия событий - к моему невыразимому счастью, он пообещал сам разобраться и не пытался вменить мне, что я недоглядела за детьми. Обратную дорогу до кабинета помню смутно - все усилия были потрачены на попытки не прыгать как придурочная, крича во всю глотку жизнеутверждающие лозунги.       Зря Кей так легкомысленно радовался моему повышению и расширению связей с коллективом. Кан-сана я уже почти люблю.       Оставшееся до обеда время я со спокойной душой провела, заперевшись в кабинете и штудируя свежезаполненные медкарты дражайших подопечных. О да, ничто так не успокаивает, как старые-добрые нудные бумажки! Хотя... в этот раз обошлось даже без скуки - на основе открывшихся фактов мне надлежало обмозговать перспективы и в коллаборации с классным руководителем класса поддержки внести правки в строение геройских костюмов. ЦУ по уходу за здоровьем указать тоже казалось не лишним. Само собой, все классы уже получили и даже опробовали свою амуницию, но никто не обещал, что руководство не станет корректировать детали. Для их же блага, между прочим.       В результате мозгового штурма появились некоторые идеи, наподобие специальной маски, задерживающей кислород, у Тсубурабы, чтобы избежать гипервентиляции при злоупотреблении его твёрдым воздухом. Или дополнительных щитков на сочленениях костюма того же Каибары - вращению не помешает, но зафиксирует сустав в суставной сумке и защитит сухожилия. Пока что намётки были откровенно сыроваты, да и придумать что-то удалось далеко не для всех. Некоторые в улучшениях не нуждались, некоторые были слишком замудрёнными для решения их проблем с наскока, а некоторые... ну, Монома, видимо, и вправду станет той ещё занозой. М-да.       В общем, к обеду я спохватилась и, похватав немногочисленные заметки, поспешила к бабуле. Во-первых, хотелось получить её профессиональное мнение, во-вторых, проводить приёмы пищи с родственницей стало уже своего рода традицией, нарушать которую без веских причин мне не хотелось. Приближение звонка с урока заставляло шустро перебирать ногами, пока коридоры не заполонили учащиеся, а очередь в буфет не стала длиной в Великую Китайскую Стену. Даже дыхание сбилось, хотя расположение духа оставалось умиротворённое.       Правда, ненадолго.       Неладное почувствовалось ещё на самых подступах - я невольно сбилась с шага, со злым шипением подхватывая выскользнувшие из рук листы, когда глазам предстала дверь в медпункт. Закрытая.       Во рту тут же пересохло, и я облизнулась.       Подходила ближе уже с обоснованной опаской. Не очень-то и врачебной мизантропией больше грешила я, а вот Чиё запирала кабинет только, когда уходила с работы. В остальное время проход был для всех открыт, а двери радушно распахнуты - по лечебному поцелуйчику каждому желающему бесплатно и без регистрации, х-хех.       Осторожно подёргала ручку - таки да, закрыто. Что ж. Кусая губы, растерянно потопталась на месте. Ну, наверное стоит пойти в столовую самой? Быстроланч всегда мне рад, так что не заскучаю, а если потороплюсь то даже успею закинуть записи обратно к себе. А к бабуле можно заглянуть и позже, ну и что, что раньше она никуда не отлучалась без предупреждения в разгар рабочего дня? Фактически, это я у неё в подчинении, а не наоборот.       Почти убедив себя в нормальности происходящего, уже развернулась в сторону лестниц, как тут за закрытой дверью раздались шаги, и после щелчка замка из кабинета вышел, пригнувшись в проходе, незнакомый мне мужчина. От неожиданности я даже отшатнулась - выглядел этот некто так, что срочно захотелось шмякнуть его на каталку и с мигалками переправить в отделение интенсивной терапии.       Взгляд самовольно пробежался снизу вверх: костюм не по размеру на мужчине смотрелся как на вешалке, подчёркивая нездоровую худобу, а встрёпанные бананово-желтые волосы неровно остриженными прядями окружали голову, словно ореол. Подбородком и скулами можно было высекать искры из камня, а в глубоких провалах на месте глаз чудом удалось разглядеть радужки - удивительно синие. На мой скромный вкус, больше всего незнакомец напоминал трупак или, если сильно польстить, сбежавшее с огорода пугало.       Он, конечно, всяко будет помоложе бабули, но чтобы закрыться с кем-то она могла бы подобрать экземпляр и посимпатичнее.        - Прошу прощения, - первым прервал странную паузу мужчина, и в его хриплом голосе отчетливо почудился полный перечень всех известных мне болезней лёгких. Не дожидаясь ответа, и без того сутулый мужик неловко поклонился и ушагал в сторону комнаты отдыха. Только после этого отпустил непонятный ступор. Твою ж, кажется, раз я младше, то и поздороваться должна была первая? Ой, похер. Но это кто такой? В первый раз вижу его в академии, а уж такого колоритного чудика точно бы запомнила. Хотя, кого-то он напоминает...       Прищурившись, уставилась вслед тощей высокой фигуре. Словно почувствовав мой взгляд, мужчина притормозил и закашлялся - стрём какой, он хоть не чахоточный? - но я уже скрылась за дверью, с лёгкой душой отбросив сомнения. Делать нечего мне, голову забивать каждым встреченным фриком. Я эту стадию проходила, причём в самом начале попаданчества, и мне не понравилось. Так что к чёрту лишнюю нервотрёпку! Я сказала, нахер!...       Отпустить ситуацию получилось поразительно легко, в чём немало поспособствовало поведение Чиё. Бабуля профессионально сделала вид, что я не застала у неё непонятного хрена с горы, неведомым макаром попавшего на супер-защищённую территорию (после происшествия с журналюгами на днях ЮЭЙ без шуток превратилась в ёбаную крепость), хотя по косым взглядам было понятно - отсутствие расспросов с моей стороны старую интриганку удивило. Этот пронизывающий взор прямо-таки зудел на коже, пока я расплылась по кушетке в ожидании вердикта по своим заметкам. Хах... насколько тупой Чиё меня считает? Ежу ж понятно, что кем бы этот чахоточный не был, это не моё дело. Она сама меня учила не лезть туда, куда не просят - и так как жить мне очень даже нравится, советам умудрённой жизнью героини я внимаю. Даже в её же присутствии.       Оставив бабулю наедине с бумажками, всё же смоталась в столовую и выпросила у Быстроланча два покупных бенто, чтобы по возвращении наткнуться на хорошо выученную милую улыбочку поверх листов. Так и подмывало состроить каменную рожу и голосом терминатора отчеканить: "Я знаю вашу тайну", но вместо этого с заговорщическим видом покачала в воздухе источающими аппетитные ароматы контейнерами.       Предложение прерваться на обед было принято единогласно. Со всем почтением отдавая должное кулинарному таланту школьного повара, попутно с довольным помуркиванием тараканов в башке лелеяла своё подросшее за последнее время эго. В неторопливой беседе о прошедшей половине дня все посторонние мысли растворились. Пришло время обсуждения. Некоторые намётки Чиё, конечно, забраковала сходу - в своей неподражаемой мягко-умиротворяюще манере, на которую невозможно обидеться - но от каждого одобряющего слова в душе расцветала гордость. Видишь, бабуля? Я не подвела!       Кстати об этом.        - Честно говоря, этот мальчишка, Монома... ну который проблемный блондинчик, о котором я рассказывала, помнишь? Мне кажется, я его против себя настроила... - пробормотала я, сунув в рот очередную порцию риса. Первой расправившаяся с обедом Чиё участливо сёрбнула чаем. - Ещё и Рин Хирю со своей чешуёй... Блин, бабуль, разве директор Незу не должен меня, ну, не знаю, отчитать хотя бы? Ученица оказалась ранена в медкабинете, прям несмешной анекдот.        - Шизука, дорогая, ты такая мнительная - и чего Мэдока стенает, что ты не в него пошла? Не забывай, что эти дети поступили на геройский факультет и уже были ознакомлены с азами ответственности за свои действия. Ранения ты исцелила, анкеты с необходимыми замечаниями составила. Объяснять студентам неприемлемость их поступков и важность осторожности в обращении с причудами задача их классного руководителя, а никак уж не твоя. Ты ведь даже не герой. Или ты сомневаешься в профессионализме Кан-сана?       Я в задумчивости прикусила палочки. Как и всегда, в душеспасительных речах бабули был смысл.       Просто дохуя смысла.        - Кан-сан очень добр, - осторожно произнесла, пытаясь донести свои переживания до собеседницы. Хотя, произнесённые вслух, они даже самой мне казались всё более и более надуманными и детскими. - Даже удивительно, что он ко мне так снисходителен, но я честно рада. Пусть он и сказал, что сам решит этот вопрос, мне сложно представить, как я должна ехать куда-то с ним и его классом сегодня. Понимаю, что сама просилась... Но в этом комплексе катастроф точно так уж необходим медик?...        - Насчёт этого, - кашлянула бабуля, отставив кружку и переплетя пальцы перед собой. Я с шумом втянула воздух носом, напрягшись - на грядущий пиздец у меня уже был натаскан нюх, как у ищейки. - В расписании произошли небольшие изменения, 1-В остаются в основном корпусе. Сегодня тренировка пройдёт с классом Айзавы-куна, он же заменит Всемогущего. К сожалению, я не смогу присутствовать. У третьего курса спаренная тренировка по особым приёмам, и на случай травм я должна быть на месте. Ты не могла бы заменить меня, милая?       Чиё мило улыбнулась, у меня задергался глаз. Есть резко перехотелось, но, с усилием сглотнув ставший комком поперёк горла рис, я отложила коробочку и растянула губы в подрагивающем оскале - паршивой пародии на доброжелательную гримасу. Героиня милостиво сделала вид, что обманулась.        - Хорошо, бабуль. Не переживай, я подменю тебя. Никаких проблем.       Действительно, блять. Всего-то несколько часов в компании Айзавы и его успевших печально прославиться припизднутых подопечных.       О каких проблемах может идти речь?

***

      Господи, какой же грёбанный мрак.       Забившись к окну, я из всех сил пыталась слиться с кожаным креслом автобуса, лишь бы не впитывать волнами исходящее от сидящего слева Айзавы раздражение. Как пресловутый дементор, он своим присутствием уничтожал веселье и радость, одним видом растрепанных патл и чёрной одежды нагоняя тоску и уныние, к которым с лёгкостью мог присоединиться ещё и страх - достаточно одной таблэтки, то есть, угрюмого взгляда.       Место на переднем сидении по соседству с Сотриголовой досталось мне по блату, не иначе. И будучи откровенной, я не могла чистосердечно пожаловаться - как бы убого это не звучало, молчаливая неприязнь подпольного героя была хотя бы привычна. А вот детки из его класса неприятно поражали активностью выкриков и накалом царящих в салоне страстей. Айзава пару раз прищучивал энтузиазм школьников взором горящим, но даже этой терапии некоторым гиперактивным особям не хватало.       Особо выделялся громкостью (и характерным шпанским жаргоном) взрывной пацан в конце автобуса. От его пожеланий окружающим сдохнуть пухла голова и пульсировало в висках, отдавая молоточками по всему периметру черепной коробки. Хотелось уже реально лечь и помереть, только бы не слушать дальше этот нескончаемый галдёж.       Тихо вздохнув, потёрла глаза и оставила ладони на закрытых веках. В подушечки пальцев отдавалась пульсацией усталость. Слишком много шумных подростков на одну маленькую интровертную меня за какие-то несчастные сутки. Начинаю ностальгировать по временам затворничества.       Утешало только то, что поездка длилась недолго. За пятнадцать минут неторопливой езды вдоль парковой территории удалось не только оплакать злой рок судьбы, подкидывающий плюшки одну за другой, но и даже с ним смириться. Когда автобус затормозил у монструозного куполообразного здания, я мысленно уже успела накидать примерный план действий и, как мне казалось, была готова с достоинством пережить незапланированное испытание социумом.       Ряженые детки выкатились из салона первыми, с впечатлённым возгласами и аханьями оглядывая комплекс USJ. Следом - Сотриголова, а последней с кряхтением вылезла я. Скромно пристроившись в кильватере их мрачного препода, я не могла не разделить их восторга. Как-то так уж вышло, что за всё проведенное в академии время моего присутствия здесь не требовалось, а мысль хотя бы ради интереса наведаться на один из лучших тренировочных полигонов не посещала уже меня.       Полусфера из чего-то белого - то ли камня, то ли цемента - возвышалась не меньше, чем на сто метров, наполовину загораживая солнечный диск. Светлая поверхность не была однородной, сероватые разводы и вкрапления испещряли купол по всему периметру. Что размерами, что оригинальностью постройка, как мне казалось, составляла достойную конкуренцию египетским пирамидам. Было настоящей магией, что здание такой необычной конструкции не просто прочно стоит, но и выдерживает наложенные на него функции. Даже с учётом пронизывающих покрытие крест-накрест толстенных металлических балок, мне с трудом удавалось представить, что внутри, соответствуя названию, в чётко разделённых секторах бушует пожар, сползает сель или беснуется ураган.       По спине безотчётным порывом пробежала дрожь, словно ответ на нежелание оказаться запертой в этом огромной саркофаге. Ух. Действительно - махина...       Долго рассматривать отдающее чем-то инопланетным строение нам, конечно же, никто не дал. Сперва школьников спустил с небес на землю Айзава, потом - герой Тринадцатый, и, глядя на его скафандр, вопросов к космической тематике архитектуры лично у меня не осталось.       Внутри комплекса оказалось даже интереснее, чем снаружи. Бредя последней, я с вялым интересом оглядывалась по сторонам. За узким арочным проходом - узким, понятно дело, исключительно в сравнении с общими масштабами - возвышалась над лестницей площадка. Некий старт к ебейшим приключениям, хе. С этой верхней точки я легко могла рассмотреть любую из локаций, чем и занялась, оставив школьников и учителей готовиться к тренировке.       Зона оползней на первый взгляд казалась самой адекватной - просто выдранный из контекста кусок города с порушенными зданиями и неустойчивыми насыпями. Жалко было только выдранные деревья (хотя справедливости ради, нормально функционирующие насаждения тут так же имелись). К уголку наводнений претензий тоже не возникло, дохрена воды и ничего сверхъестественного. Но неутихающая буря в зоне ураганов? Контролируемый пожар на одноимённой территории? Это, мать вашу, вообще как?       Долго размышлять на эту тему не стала. Физика здешнего мира не моё. Больше интересовало другое. Какого, извините, лешего я вообще тут забыла? В процессе пертурбаций на не самом широком пространстве площадки найдя себе место в самом конце строя и чуть сбоку, за полуледяным парнишей с забавным красно-белым причесоном, я постаралась скосплеить девочку-невидимку, краем уха вслушиваясь в напутственный геройский спич - что-то на тему опасности причуд. Трицадцатый вещал с завидным энтузиазмом, грех не послушать человека.       Х-хе, прям на злобу дня.       Как назло, мысли утекали в саморефлексию, забив на все мои старания быть внимательной ответственной взрослой. С учётом ситуации, не удивительно. Вообще, инициатива поехать с классом В исходила с моей стороны, и Чиё - золотая женщина - снисходительно позволила этот каприз, росчерком подписи удовлетворив моё желание поближе посмотреть на героя номер один. Символ Мира. Практически в деле. Так близком, что можно не только взять автограф, но и пощупать. Действительно, кто бы отказался от такого шанса?! Всемогущий далеко не каждый день устраивается на полставки учителем. И нет, у меня не было нездоровой одержимости, как у поехавших фанатов.       Но разумный интерес был.       Всё это не отменяло факта, что изначально на уроке присутствие медика не предусматривалось (ибо нахрен никому не всралось). Более чем уверена, бабуля и не собиралась сама никуда ехать, и всё это одна большая хорошо зашифрованная месть мне за проеденную упрашиваниями и нытьём плешь. Конкретно моё тут присутствие вообще можно считать скорее за балласт - тем же навыкам первой помощи обучены преподаватели-герои, а манипуляции уровня Чиё мне пока недоступны. С отсутствием же Всемогущего весь смысл моего участия в поездке с треском и свистом проваливался прямо в мусорную трубу, теряя последний, хотя бы шкурный обоснуй.       Нет, это определённо месть.       Напутствие Тринадцатого юным последователям подходило к концу. Я безразлично пялилась на цветные затылки, остро жалея об отсутствии лавочки. В мечтах быстрее отбыть положенный срок и, наконец, покинуть радушное общество героев действующих и будущих мимо меня как-то промелькнул момент, когда произошло что-то.       Очевидно, хреновое.       Сначала замигало освещение, погрузив верх лестницы и пространство внизу в полумрак. Ненадолго, секунды на две. Следом, разрывая ошарашенную тишину, воздух прорезал странный звук, не похожий ни на природное, ни на техногенное. Так же резко как появился, звук исчез. Оформленных мыслей ещё не было, а волоски на коже уже встали дыбом. Пить не хотелось, но я сглотнула. Из-за спин подростков разглядеть что-либо не представлялось возможным, как ничего не удавалось разобрать и из недоумённого бормотания - дети сами не понимали, что происходит.       По местам всё расставил твёрдый приказ настороженно вскинувшегося Айзавы:        - Соберитесь вместе и не двигайтесь! Тринадцатый, защищай учеников!       Из под серых бинтов-шарфов герой выудил уродского вида жёлтые очки и натянул на голову, но смеяться как-то не тянуло - того, в кого неуловимо трансформировался Айзава, я даже мысленно зассала бы обозвать бомжом. Из толпы подростков послышались удивлённые вздохи, пудовой гирей по сознанию прилетело бескомпромиссно-серьёзное: "Это злодеи!" всё тем же непривычно напряжённым голосом Сотриголовы. Когда между фигур заволновавшихся школьников удалось разглядеть орду недружелюбных фриков внизу у фонтана, я физически ощутила, как связь мозга с реальностью отрезало преградой из мутного пуленепробиваемого стекла.       Всё. Дальше события откладывались в памяти в формате просмотренного в полусне третьесортного кинца. Словно сквозь набитую в уши вату я слышала краткий переговор между подпольным героем и каким-то зеленоволосым лохматым мальчишкой, затем тёмная фигура в облаке воспаривших лент и волос метнулась по ступеням вниз, а мы побежали к выходу. Тринадцатый возглавлял строй, окриками напоминая не отставать и сохранять спокойствие. Тревожно хлопал длинными полами так и не застёгнутый халат.       Сознание, как и раньше при пиздеце, избрало тактику отстранения от происходящего. Что сказать, у каждого свои защитные механизмы, не так ли? Тело двигалось вместе со всеми, переставляло ноги на автопилоте, но какого-либо осознания или переживания за жизнь не возникло, даже когда путь к спасительному выходу преградило облако плотного фиолетового тумана, материализовавшегося буквально из ниоткуда. В сомнамбулической отключке меня не удивило, что туман заговорил - а охуеть стоило, потому что монолог презентовался в уважительном тоне. Туманчик оказался злодеем весьма интеллигентным.       Наличие воспитания и интеллекта помимо стиля речи в нём выдавали глубокий голос и золотистый прищур на месте глаз. Заторможенная, я почему-то заострила внимание на вышеперечисленном, а не на продумывании плана побега. Не то, чтобы само представление - Лига злодеев, серьёзно?! Название выбирал детсадовец? - или озвученные смертоубийственные планы впечатлили или всколыхнули что-то внутри.       Убить Всемогущего? Так его тут нет.       Нас? Ну, как говорится, флаг вам в руки.       Выбило из похуистичного настроения меня безжалостно и резко.       Восприятие реальности - как и понимание, что самоназванный Курогири не просто туман, а ёбанный портал - наступило после неудачной попытки его атаковать сдохни-желающего и красноволосого парней. Отчаянные мальчишки. Фиолетовое облако проигнорировало что вышедший из ладони блондина взрыв, что затвердевший кулак красноголового зубастого парнишки, стабилизировавшись за какие-то секунды. Зато от взрыва зазвенело в ушах, заглушая встревоженный голос Тринадцатого. А в следующий миг туман поглотил пространство вокруг, порывом ветра взметнуло одежду и волосы, и земля ушла из-под ног.       Показалось, что меня кувыркнуло. Где верх, а где низ понимания не осталось в принципе. Мечась между хаосом в разом вернувшихся эмоциях и хаосом вокруг тела, я не выдержала и сдавленно взвыла. Несколько долгих секунд меня мотало и колошматило в темноте и невесомости портала, но, как оказалось, это было ещё относительно тёплым местечком. Через миг я уже покатилась по каменистому склону, боками собирая все выступы и неровности ландшафта и завывая уже совсем по другому поводу. Спина, руки, ноги, жёсткие изгибы камней ощущались каждой клеточкой тела и сантиметром кожи. Вернувшее зрение прийти в себя не помогало - в дополнение к боли в теле перед глазами калейдоскопом мелькала рыжеватая земля, обломки валунов и непонятные черепки, опасно торчащие наружу.       Ы-ы-ы! Ёбанная срань!       Я же так разобьюсь!       В щедром на пакость воображении мигом сформировалась картинка, как на очередном пируэте шея выгибается под неправильным углом или один из торчащих из земли прутов с влажным хлюпаньем входит ровнёхонько в глазницу, но прежде, чем какая-либо из жутких фантазий сбылась, пространство наполнилось очередным неестественным звуком. Стрёмный звенящий хруст на считанные мгновения опередил продирающий до печёнок холод, сковавший спину и задницу и остановивший моё эпичное падение кубарем. Сознание не поспевало за стремительными изменениями в обстановке. Прежде, чем успела опомниться, я уже ошалело пялилась на собственные задранные к далёкому потолку ступни и пыталась отдышаться.       Что это такое, блять, было?!       Первый же вздох вышел так себе. С попавшим в лёгкие воздухом стал отчётливее ощущаться мороз, обнявший всё тело. Я неконтролируемо задрожала, движения же помимо тремора оказались недоступны. Внезапные ледяные оковы прочно зафиксировали меня головой вниз на крутом обрыве прямо в процессе полёта, впаяв в прозрачно-синий кристалл затылок, грудную клетку с руками и таз, оставив ноги нелепо болтаться в воздухе. Я сжала губы, сдерживая истеричный смешок.       Хорошо всё-таки, что на Быстроланчевских харчах обратно отъелась. Не перестань налезать в бёдрах любимая юбка, поза оказалась бы вообще позорная.       Но так или иначе, положение всё равно удручающей некуда. Я даже не могу понять где я, не говоря уже о том, как оказалась в ледяном плену. Ушибленные места болят, собственная беспомощность ужасает. Угол обзора, мягко говоря, хероватый, да и к слуху вопросики имеются. Сначала мне показалось, что башкой я таки долбанулась и меня контузило, но через секунду быстрой ревизии всё оказывается куда как проще - сучий лёд хоть и не заполз в ушные раковины, снаружи покрыл их плотной коркой.       Заме-блять-чательно.       Даже через эту преграду я прекрасно слышу странный диалог откуда-то со стороны моего копчика.        - "Разбросать и убить вас", да? Не люблю это говорить, но вы похожи на неудачников, которые не знают, как пользоваться своими причудами.       Незнакомый мужской голос звучал до абсурдного спокойно и оттого пугающе. От приближающегося хруста под уверенными шагами я непроизвольно затаила дыхание, но тут же расслабилась, разобрав сдавленные возгласы где-то совсем рядом:        - Этот пацан... в мгновение, когда мы телепортировались сюда!...        - Кха-а-а...        - Он правда ребёнок?!       Судя по стонам и жалобам вокруг, плен ледяного гостеприимства я делю с увиденными мельком криминальными отщепенцами. Или хотя бы какой-то их частью, потому что в сравнении с толпой под лестницей голосов всё же маловато. Не могу определиться, радует это меня или всё-таки настораживает. И пусть мозгом мне временно в построении логических цепочек отказано, я практически на сто процентов уверена, что паника среди злодеев - отличный знак.       А лёд вокруг подозрительно напоминает кристаллы на геройском костюме красно-белого парниши, за которым я пряталась.       По грохоту и новому треску льда понимаю, что вне моего поля зрения творится какая-то возня, но даже испугаться за школьника не успеваю - раздаются новые крики к симфонии поражённых стенаний, а безэмоциональный голос продолжает унижать и угрожать:        -Эй. На данном этапе ваши клетки начнут медленно отмирать. Я хочу стать героем, поэтому хотелось бы избежать чего-то жестокого вроде этого. Почему вы решили, что сможете убить Всемогущего? Каков ваш план?       Ну даёт, шкет. Даже мне в и так не супер-комфортабельном холодном ложе стало ещё неуютнее, уже больше психологически, а я-то хотя бы могла надеяться, что школьник вытащит тётю-неудачницу без дополнительных условий. Ну, когда заметит. Вполне понимаю, почему допрашиваемый расплакался. И даже не осуждаю.       Тихо шмыгнув, я терпеливо стала ждать, пока стихнут невнятные объяснения и блеяния пленённого злодея. Окрикнуть самой, несмотря на ебанутось ситуации, было неловко - имени красно-белого я не знала и даже составленные Чиё анкеты не читала.       Когда свет загородила красно-белая макушка, тараканы уже настойчиво требовали забить на стеснение и подать голос. Пальцы ног прекратили ощущаться пару минут назад.        - Сенсей? Вы в порядке?       Голос школьника впервые за всё время перестал напоминать по звучанию робота. Щурясь от рассеянного света из-за его головы, не сдержалась и чихнула. Хе, хороша же из меня медсестра, пусть и не по профилю - эмоциональную холодность лечить уже научилась. Метод, правда, патентовать не тянет. Через чур специфический.       Восприняв моё молчание за тревожный знак, парень спешно обошёл сбоку и, опустившись на колени, протянул левую руку к моей голове. Стремительно растаявший лёд теплыми ручейками покатился по коже и зашипел, испаряясь раньше, чем успел впитаться в волосы - от ладони школьника шёл жар, невидимый, но вполне себе ощутимый. После мороза это тепло чувствовалось слишком остро, почти обжигало. От шока я дернулась, и красно-белому пришлось торопливо просунуть правую руку мне под спину, придерживая, чтобы не скатилась ниже по склону. Безмолвно раскрыв рот, я проводила тупым взглядом опускающуюся вдоль тела руку и исчезающие вслед за ней кристаллы льда.       Нихрена себе, у него что, две причуды? А так можно было?!        - Сенсей?        - Я в порядке, - прокаркала скрипучим голосом, с помощью мальчишки поднимаясь на ноги. По какому-то мировому заговору, не иначе, этот юный индивид тоже оказался прилично выше меня (наверное, даже примерно с Даби ростом), и ему не составило труда подтянуть безвольно тело вверх, ухватив за плечи. Хватка оказалась жёсткой, но надежной. На фоне чистого белого костюмчика мальчишки накрыла удушливая волна стыда - и за грязную местами подранную одежду, и за дурацкую ситуацию. Мать моя, меня, взрослую тётку, спасает и опекает пятнадцатилетний школьник! Позор!       Из иррациональной обиды на Вселенную захотелось кого-нибудь пнуть.        - Сенсей, вы слышали, что сказали эти слабаки, - прорвался через пелену самоуничижения морозно спокойный голос, видимо, после убеждения в моей целостности сбросившийся к базовым настройкам. Встрепенувшись, я повернула голову, встречаясь взглядом с разноцветными глазами. Охренеть. Ещё и гетерохромия?... - Айзава-сенсей не справится в одиночку, мне нужно идти. Вы останетесь здесь?        - Нет, я иду с тобой. Моя помощь тоже может понадобиться, - я упрямо поджала губы, инстинктивно чувствуя нежелание парня тащить меня следом. Вопреки моим словам, сейчас я и царапины бы не залечила, не с такой кашей в голове и отсутствием допинга из вкусняшек и музыки. Но мы оба понимали, что именно рядом с ним я буду в большей безопасности - выход из комплекса всё равно перекрыт, а в одиночку мне не выстоять даже против инфузории туфельки, будь она воинственно настроена.        - Хорошо, - красно-белый и серо-голубоглазый отпустил мои плечи и отступил. Недалеко, чтобы успеть поймать, если вдруг опять начну падать. - Постарайтесь не отставать.       Как бы я не злилась, для спуска с насыпи мне снова потребовалась помощь. Никогда ещё не чувствовала себя настолько балластом, под наплывом злости даже уменьшилась боль в ушибах и стёсанных при падении ладонях. Сука, какое же блядство! Гаже было только понимать, что задерживаю реально способного спасти положение человека. Вау, да это победа! Медаль мне за лучшее пятое колесо в этом столетии.       Прикусив губу, я ухватилась за подставленную руку и неуклюже спрыгнула со скатывающейся обледеневшей гальки на ровную дорогу.       Удар в комплекс со стороны входа прогремел резко и неожиданно. Даже показалось, что толчок пошатнул землю; зашелестели покатившиеся камни. Застигнутые врасплох, мы обернулись и замерли, напряжённо всматриваясь. В поднявшемся клубе пыли мелькнула отлетевшая створка ворот, и от вида выступившей едва различимой с такого расстояния фигуры с желтеющими антеннами волос в свете ламп перехватило дыхание - по тихому вздоху за правым плечом я поняла, что не у меня одной.       Всемогущий здесь.       Дерьмо.       Сердце пропустило удар, с волной тошноты подскочив к горлу. Спустя мгновение мой спутник отпустил мою руку и, мелькнув сбоку смазанной белой тенью, с поражающей воображение скоростью побежал в сторону основных событий. Сорвался с места так, словно что-то знал. Хотя он знал - и я тоже. Злодеи подготовились, соорудили ловушку, расставили сети и натянули силки, коварные мерзкие ублюдки. Если Всемогущего не предупредить, это конец.       За злобным воем маскируя отчаянный страх, я рванула следом.