Дружба или, что то больше?

      И так подведем итоги. СССР победила в войне оказывая на восточную Европу свое «плохое» коммунистическое влияние. Америка и Великобритания не особо довольны, но сделать нечего с этим не могут. Естественно детям эта информация ни к чему. Детям....        А дети ли они? Смогли прожить месяц войны, чуть ли не потерять свободу полета, длительное расставание с отцом, и тяжелое желание любви и теплой заботы от возлюбленного? Странный вопрос. Хм.... Игра - вопрос - ответ нравилась всем, но не России. Слишком тяжелый характер.

***

      Теплая уютная постель с плюшевым котиком лежала на подушке возле лица. Пуховое одеяло накрывало от кончиков ног до пушистых пёрышек золотистых крыльев. В комнате было темно. Шторы цвета синего кита закрывали комнату от игривого солнышка. Ведь зачем в комнате сразу два солнца? Светлые обои не свойственные этому дому с ковром как и в комнате России, висел, собирая всю пыль на себе. Желание спать было сильнее, чем уговоры Белки встать.       —Еще минуточку... —Еле слышно пробурчали сухие губы. Вот именно из-за таких сонь всех и будила ГДР. Кстати, как так получилось, что их будила маленькая с виду девочка, которая может укусить за попу острыми пираньями зубами. Что произошло? Почему произошли такие большие перемены?

***

      Май. Жаркое, палящее солнце заставляло жмурится, принимая всё тепло звезды. Ребята наконец стоят возле въезда в столицу. На въезде их ждет отец и..... ГДР!? Как так получилось?       Дети, честно признаться, боялись, что больше не увидят ГДР и ФРГ. Но вот сейчас одна из близняшек стоит возле их отца, натянуто улыбаясь. Ее можно было понять. Несколько лет войны, разлука и....? Что еще могло сделать ее такой безжизненной с натянутой улыбкой пластиковой куклы.       Не нужно скрывать, первым делом дети обняли отца немного стесняясь. Было тяжело радоваться, когда один из самых близких тебе людей стоит, и чуть ли не льет горючие слёзы. Чувствовалась растерянность и непонятное чувство неопределённости. Не в силах больше терпеть они подошли с вопросами к ГДР.       Самый глупый вопрос, который только можно было задать так и не озвучили: «Что случилось?» Никто не хотел это говорить. Понятное дело... Война, проигрыш....       —Ты сама не своя....—По коже прошёлся холодный ветерок, по белоснежной коже рук прошлись мурашки, быстро отступая, заставляя яркие красные волосы лесть в лицо. Осторожно убрав растрёпанные волосы, она посмотрела прямо в глаза старшей держа ту крепко за руки.       —Vati.... Er.... —Она не могла ничего сказать и более. Из глаз ручьем полились горючие слёзы, обжигая щеки, заставляя краснеть и без того опухшие синяки под глазами. Беларусь обняла её в попытках успокоить и понять...       —Рейх... Он мертв.... —Отец отвел взгляд одного глаза в сторону. Рейх оставил его без глаза. Вместо него была черная, как кошка повязка с золотым серпом и молотом. Ему тяжело. Под глазом все такие же синяки из-за ужасов войны. Он немного похудел, но тело стало более подкаченным. Он стал гораздо крепче, чем был до этого. Красные, как у младшей, волосы слегка растрепались от того же ветра. Повисла тишина. Это немного напрягало. Хотя, кого я тут обманываю? Даже сам Украина распереживался. Рука сжимало правое запястье до побеления костяшек, а сами глаза бегали из стороны в сторону в страхе. Его! Самого весёлого и злорадного Украину они видели растерянным. Неужто,й, это новость так сильно могла вести его в шок. Или может он за кого-то переживал?....       —Тише, тише, ГДР.... Все будет хорошо! Мы рядом!—Шептала ей на ухо Беларусь, всё также крепко прижимая ее к себе. Послышался тихий шум, скользящей обуви по плитке.       —А что насчёт ФРГ?... —Послышался робкий голосок Украинца. Он немного дрожал, хоть и пытался звучать уверенно. Неужели его сердце так волнуется за мальчишку с толстыми линзами?—Я понимаю тебе больно! И прости за вопрос... Но мне правда хочется знать ответ.—Он держался одной рукой за сердце, сменная бежевую футболку. ГДР смотрела на него удивлённо. Да и отец не скрывал свое любопытство. Он гладил черноволосую по голове.       —ФРГ.... Он-н будет жить с дядей Америкой. —Эти слова повергли в шок. Глаза бегали по сторонам, ища какую-то подмогу. На глазах Украина появились маленькие алмазные слезинки, а руки упали безжизненно, сжимая кулаки до побеления костяшек. Сам не свой. Такой холодный взгляд ядовитых глаз. Все будет хорошо, просто... Не сейчас.... Не в это время....       —Ты знал об этом!? —Спросил чуть ли не шипя Укроп, поднимая взгляд с холодного бетона на отца. Все опешили. Украина, в целом не проявлял многообразие эмоций. Веселье, раздражение и злорадная ухмылка. Изредка можно было увидеть страх или тревожность, но холод. Взгляд полный не наигранного раздражения и злости. Никто не видел его таким. Может, они много еще чего не видели за парой закатанных, насмешливых глаз? Этот вопрос заставал в врасплох.—Ну так!?—Подходя ближе спросил Укроп.       —Да... Я знал об этом.— Ответа не последовало. Украина не растерялся как другие, и не тяжело вздохнул как ГДРка. Он просто сверлили отца взглядом.       —Больно... —Почти неуловимым шёпотом раздалось слово. Не веря сердцу, закрывал глаза на чувства. Сейчас эти краски играют слишком ярко в молодом человеке, заставляя сердце бешено стучать. Страх того, что они больше не увидятся был сильнее чем когда-либо.        —Ладно ребятки. —Приобнял всех Союз. Решение перевести тему было самым логичным. —Пора домой. А и.... Не волнуйтесь так сильно. Как только подлатаем здания сразу пригласим мы ваших дядь и ФРГ. Хорошо? — В глазах детей засияли маленькие огоньки, один лишь Украиной печально улыбался смотря, то на отца, то на пол, будто искал там большего, чем было озвучено. Казахстан пихнул его крылом, а Россия приобнял за плечо, пока Беларусь с воодушевлеными глазами рассказывала что-то ГДР. Она внимательно слушала, иногда хихикая с шуток Белки. —Идём те, горе вы мое луковое.— Он озадаченно посмотрел на УССР, пытаясь понять причину его реакции. —Берите сумки, юные пионеры, и бегом к машине! Шагом марш!—КССР и РСФСР быстро закивали, беря свои чемоданы и девочек, суя один из них в руки, застывшему на месте Укропу.       —Уже идём, отец. — Вскрикнули Казахстан и Россия, чуть ли не бегом, сокращая расстояние до выхода. Заметив, что Украина так и не сдвинулся с места, они схватили его под локти, нервно улыбаясь посадили за собой.       С того момента многое поменяется и будет меняться дальше. Главная их задача—не потерять себя, не потерять друг друга.