Учиться жить вместе с ветром

Барбатос... Если бы Сяо был знаком с концепцией дружбы... Нет. Всё равно нет. Барбатос был ему знаком, но даже если бы Сяо имел право называть кого-либо своим другом, сказать так про анемо архонта он бы не смог. Его музыка... Впрочем, не важно. Оставшись наедине с собой, адепт начал замечать некоторые изменения в своём состоянии. Тишина. То, чего он не слышал уже очень давно и сначала даже не понял, что именно произошло. Вероятно, это именно то, о чем говорил Моракс, когда он его не слушал. Больше Сяо не слышал сотен голосов, молящих о помощи, зовущих его... убивать. Оказаться в звенящей тишине, которую не слышал несколько веков, стало для него настоящим испытанием. Как лишиться слуха в принципе. Стоя на пике каменного леса Гуюнь, обдуваемого всеми ветрами, он вглядывался в даль огней Ли Юэ и слушал лишь шум волн, гремящих где-то далеко внизу, шелест пары облезлых кустов, каким то чудом выживающих в столь неплодородном месте и пытался совладать с бурей, разверзшейся где то за рёбрами. Что ему делать? Что означали просьбы Моракса? Сяо был недостаточно эффективен? Стоит ли ему вернуться, чтобы принять наказание и попытаться искупить свою вину? Стать лучше? Сможет ли он? Отправляясь сюда, он надеялся, что здесь найдёт ответы на вопросы, но единственная мысль, которая всё более и более навязчиво его преследовала это... Он посмотрел вниз, на спокойное море с едва заметной рябью волн, что совершенно не соответствовали бушующей стихии внутри адепта. Вкус некоторой несправедливости оседал на языке, будто ему в очередной раз выбили пару зубов. Стоит ли ему проверить, насколько больно будет, если он прыгнет вниз? — Привет, — послышалось из-за спины звонкое и мелодичное, — прыгай, не бойся, я поймаю. Сяо уже стоял с Коршуном в руках, готовый к бою. Его инстинкты не сработали, не подсказали о приближении живого существа. Он не слышал голосов о помощи. Всё было очень и очень плохо. — Что тебе нужно? — прошипел адепт, пытаясь уловить взглядом хоть какое-то движение, но на пике он был один. — Мне? Ха-ха, всего лишь твоя компания! — прозвучало ближе и веселее. Сяо обернулся на звук голоса, но вновь ничего не увидел. Стоп. Нет. Так не должно быть. Почувствовав изменения в настроении собеседника, Венти перестал дразниться и материализовался в паре шагов перед ним, мягко опустившись на грубые камни, но адепт этого будто и вовсе не заметил. Всё то же ощущение, преследовавшее его с момента беседы с Мораксом, захватило его с новой силой и Коршун в руках задрожал, а зрачки хаотично бегали из стороны в сторону, будто пытаясь зацепиться хоть за что нибудь, не останавливаясь ни на чём конкретном. Ощущение, похожее на отравление скверной, но немного иное. Будто метачурл с инеевым панцирем улучил момент, воспользовавшись позорной ошибкой адепта и схватил его за горло ледяной лапой, пережимая все энергетические каналы. — Дыши. Что за глупости? Не так уж он сильно нуждается в дыхании, возможности адепта... — Сяо, дыши. Барбатос оказался ближе, чем Сяо позволил бы, но в нынешнем состоянии он едва ли обратил на это внимание. Лёгкая, тёплая ладонь опустилась на его грудь, небрежно отодвинув громоздкий ритуальный кинжал немного в сторону. Дышать действительно стало легче. — Оставь меня. — Едва ли вернув себе возможность говорить, фыркнул адепт, впрочем, не решаясь сделать шаг в сторону. — Не спеши, друг мой! Я же только пришёл! Сяо нахмурился, концентрируя силы для прыжка в пространстве, но совершить его не смог. То, что долгие века работало само собой, будто просто исчезло и его начало медленно озарять осознание того, что именно говорил ему Моракс тогда. Он больше не адепт. Он и не смертный, конечно, но вместе с кармическим долгом его лишили... многого. Практически всего. — Уходи! — Не выдержав осознания рявкнул он, отворачиваясь. — Нет. Одно-единственное слово, сказанное таким тоном, вернуло Сяо в реальность. Перед ним был анемо архонт. Бог Ветра. Он не имеет права так себя вести перед ним. Застыв на месте, Сяо невольно опустил голову и едва ли удержался от того чтобы втянуть шею в плечи. Возможно, он испытывал чувство, похожее на то, что люди называли стыдом, но Сяо не очень хорошо в этом разбирался. Что сказать он не знал, но и собеседник не нарушал тишины, звенящей, давящей, до ужаса гулкой, не смотря на шелест ветра в одеждах и листьях. Не известно, сколько они так простояли, Сяо успел привыкнуть к чужому присутствию и почти забыл о Барбатосе, непривычно настойчивом в этот наполненный переживаниями вечер. Музыка, льющаяся из под пальцев барда и разорвавшая тишину, оказалась тем, в чём Сяо нуждался больше, чем в воздухе. Действуя как лекарство, она омывала раны его души, ласково и привычно, дарила спокойствие и умиротворение. Сяо не был ценителем музыки, как это было принято у людей, но сейчас он слышал так много... Обещание. Надежду. Уверенность. Силу. Тепло. Заботу. И всё это предназначалось ему одному. Когда на горизонте забрезжил рассвет, музыка прервалась и прозвучало тихое... — Пойдём со мной? ...Сяо пошёл.