Дети Сумерек

18 сентября 1991 года

      Потрескивал огонь в камине, освещая полумрак спальни декана змеиного факультета. Несмотря на поздний час, кровать была застелена, а хозяин комнаты сидел в кресле, наблюдая за танцующим пламенем. Рой мыслей и беспокойство мешали расслабиться. Сегодня Северус вряд ли уснёт без зелья.       «На больничной койке лежал мальчик, бледный и худощавый. Из-под пижамы на открытых участках кожи выглядывали незажившие синяки. На него было жалко смотреть. Как ребёнок может так выглядеть? В этих повреждениях и старых шрамах Северус замечал себя. Когда-то и он выглядел так же.»       «- Многолетнее недоедание, шрамы, повреждение тканей, сбои в работе ядра, и это только физические повреждения, которые видны без диагностики. А что с психикой? Я такого давно не видела, Северус. Даже у тебя не было настолько серьезных проблем.»       «- Я рос в доме магглов, родственников матери. До семи лет жил в чулане под лестницей. В комнате, чуть больше собачьей будки… Меня били, морили голодом, я никогда не получал должного лечения, если болел… Я жил хуже, чем домовой эльф…»       Чувство вины, до этого мелькавшее где-то на периферии сознания, впилось в плоть острыми зубами.       — Лили, я тебя подвёл… — тихо прошептал Снейп. Слёзы прокатились по щекам. Появление Поттера распороло прочно зашитые швы на до сих пор болящих ранах. — Сколько не оправдывайся, итог не изменен. Десять лет Гарри провёл там где не должен быть, и всё по моей вине.       Холодный, скупой на эмоции, мужчина беззвучно плакал, пока огонь плясал в камине, весело треща.       Успокоившись и приведя себя в порядок, он вернулся на кресло. В голове промелькнула недавняя просьба Альбуса Дамблдора.       «Северус, так сложились обстоятельства, что Гарри попал на твой факультет. Ты же присмотришь за мальчиком?»       «Я-то присмотрю, да так, что ты пожалеешь об этом решении, старый маразматик.»       Подумал Снейп, злобно усмехнувшись.       Северус взял со столика небольшое зеркало в рамке, расписанной рунами. Старый, ныне запрещенный в Магической Британии артефакт. Что весьма печально, ведь Сквозные зеркала намного удобней писем. По официальной версии их запретили, чтобы Пожиратели Смерти не смогли связаться между собой, ведь только у древних родов, поддерживающих Тёмного Лорда, были средства для приобретения таких «игрушек». Что, конечно же, было неправдой. Ну, кому это сейчас объяснишь?       Северус произнёс заклинание. Гладкая поверхность засветилась голубым, и через пару мгновений в зеркале появилось недовольное лицо.       — Какого Мордреда так долго? Я уже устал ждать, когда ты соизволишь связаться, — проворчал беловолосый мужчина, откинувшись на спинку кресла.       — Варил зелья для Больничного крыла, — спокойно ответил Снейп, слегка улыбнувшись реакции друга.       Люциус закатил глаза. По правилам, преподаватель не должен делать какую-то дополнительную работу, по типу варки зелий для медицинского кабинета или ночного дежурства. Но, мистер Дамблдор загрузил Северуса по самую маковку, что бы тот не лез в чужие дела. Попечительский Совет предлагал нанять дополнительный персонал, но директор упёрся.       «В школе хватает персонала, Лорд Малфой.»       Конечно, это не так, но убедить в обратном старого мага и большую часть Попечительского Совета не представлялось возможным.       — Так, вернёмся к нашим кентаврам. Что ты выяснил?       — Ничего хорошего. Старый хрыч отдал мальчика сестре Лили, — сквозь зубы процедил Северус.       — Но Лили магглорождённая… Поттер рос с магглами?!       — Именно. Дамблдор спрятал чистокровного волшебника, героя Магической Британии, у магглов. Игнорируя все законы Магии и здравый смысл, — уже без гнева в голосе, проговорил Снейп. — Помимо этого, по словам Гарри, у него не заладились отношения с тёткой. А мадам Помфри сказала что, даже без детального осмотра видны повреждения ауры и проблемы с ядром. Мальчик мог стать обскуром.       — Матерь Магия…       Люциус устало вздохнул, осознавая масштаб проблемы.       — Надо попросить Нимфадору отследить Блэка, может в этот раз получится, — лорд нахмурился. — Поднять вопрос о Поттере в Совете Лордов не выйдет, по крайней мере сейчас.       Северус кивнул. С приходом Альбуса Дамблдора к должности Верховного Председателя Визенгамота в Совете Лордов творился сущий кошмар. Через одного предатели и подпевалы старого мага. От былого величия Совета остались лишь крупицы. Просить этих пустозвонов рассмотреть дело Поттера бесполезно, ничего хорошего они не скажут, а то и хуже сделают.       — У тебя же есть связи в Министерстве? Если у Нимфадоры не выйдет, можно попробовать через них, — предложил Снейп.       — Как вариант. Есть у меня парочка должников на примете, — Люциус хищно улыбнулся и отпил огневиски. Порой лорд Малфой позволял себе расслабится, что не скажешь о его друге. — А ты возьмёшь Гарри под крылышко?       — Придётся. Дамблдор попросил приглядеть за мальчиком, но не уточнял как, — Северус ухмыльнулся, несмотря на обилие предстоящей работы, мысли о том, как он уводит Поттера из цепких лап директора, доставляли ему удовольствие. — Чуть не забыл. Проверь Уизли.       Люциус вопросительно поднял бровь. Зачем Снейпу понадобились эти Предатели Крови?       — Гарри встретил их на маггловской стороне вокзала. Молли рассказала ему как пройти на платформу.       — А вот это уже интересно, но мы же всегда знали, что они прихвостни многомудрого дедушки. Так что не удивительно, что они там оказались, я примерно понимаю зачем, — задумчиво пробормотал Лорд. — Стоп. Если Гарри рос у магглов, значит, его должен был сопровождать профессор и, соответственно, всё объяснить.       — В Косой Переулок с ним ходил Хагрид, — пояснил Северус.       — Звучит как шутка. Очень плохая шутка, — Малфой осушил бокал. — Странно, что он послал Хагрида, а не МакГонагал. Он ей не доверяет?       — Минерва хоть и последовательница старика, но мозги у неё есть. Вероятно, она бы не оставила Гарри без внимания. А там бы она узнала ещё что-нибудь неприятное про своего обожаемого и многомудрого…       — И всё, прощай правая рука или нога. Да, терять такого человека, как МакГонагал, весьма неприятно. А Хагрид простофиля, смотрящий в рот Альбусу, поэтому он был выбран.       Немного помолчав, Люциус спросил:       — Как там Драко? Уже успел вляпаться в неприятности?       Северус усмехнулся.       — Не настолько серьёзные, чтобы стоило беспокоится. Так, лёгкое обоюдное насилие между змейками и львятами. Ничего из того, чего не делали мы.       Малфой покачал головой, делая ещё один глоток. Ему не нравилось противостояние факультетов, но, к сожалению, при нынешнем директоре с этим нечего нельзя было сделать. Старый волшебник поощрял междоусобицы, аргументируя это тем, что «так ребята оттачивают магию, и вообще они играют». Разве могут нанести серьёзные повреждения Петрификус или Остолбеней? Будто на большее дети не были способны.       — Я тебя понял, разузнаю, что смогу. До связи.       — До связи.       Тяжело вздохнув, Северус попращался с другом и отправился набираться сил перед очередным тяжёлым днем.

      Несколько часов назад.

      После разговора с профессором Гарри гулял по полупустым коридорам замка. Большинство учеников провожали последние тёплые деньки во дворе школы. Поттеру же хотелось побыть одному. «Не зря ли столько всего рассказал? Я ведь совершенно не знаю этого человека…» — сомневался Гарри. Сказанных слов назад не возвратишь, оставалось лишь надеяться на благоразумие и честность собеседника.       «А с другой стороны, люди, как профессор Снейп, намного лучше тех лицемеров, которые мне встречались. Да и меня всё равно никто не послушает. Взрослые привыкли думать, что дети глупые и ничего не понимают. Это работает как в магловском мире, так и в магическом.       Профессор сказал, что меня должен был воспитывать мой крестный — Сириус Блэк. Но я всё же оказался у Дурслей. Может, Блэк отдал меня директору, а он уже оставил у Дурслей? Если я настолько не был нужен Блэку, то зачем он стал моим крестным? И как ещё кровь может меня защитить?»       Незаметно ноги завели его в запретный коридор. Гарри остановился, смотря вглубь, в темноту. Что-то манило его туда, шептало на ухо:       «Иди сюда… Иди…»       Стоит заметить, что Поттер стал чаще думать о том что не плохо было бы исследовать замок, в том числе и место, в котором его быть не должно. Хотя раньше его подобное не интересовало.       «Ну запретный и запретный. Значит, не просто так закрыли.» — думал Гарри, пытаясь унять природное любопытство. Давалось это мальчику с трудом, особенно сейчас, стоя напротив завлекающего мрака.       Шаг вперёд…       Второй…       Третий…       И вот он почти скрылся в глубине, но тут раздался голос:       — Гарри, что ты делаешь?!       Поттер обернулся. Наваждение исчезло. Ниже, на лестничном пролёте стоял Рон.       — Ты решил исследовать запретный коридор? — мальчик подошёл к Гарри и посмотрел в глубь помещения.       — Просто интересно стало, — пробормотал Поттер. Стало неловко, будто его застукали за чем-то не приличным.       — Мне тоже. Я все время хотел узнать что там, но как-то боялся идти один, — сказал Уизли. — А давай вместе посмотрим?       Гарри посмотрел на Рона и, немного подумав, кивнул.       — Ладно, давай заглянем.       Они зашли во тьму. Не успели они пройти и пары метров, как на стенах зажглись факелы, освещая мрак. Будто этот страшный, темный коридор только и ждал гостей. Или жертв?       — Жутковато, — прошептал Рон, опасливо оглядывась.       Поттер кивнул, продолжая идти вперед, будто неведомая сила тянула его. И тут с боку от них, как черт из табакерки, выскочила серая, красноглазая кошка.       — Это кошка Филча! Бежим! — воскликнул Рон и, схватив Гарри за рукав мантии, потянул в глубь коридора под громкое мяуканье пушистой.       Они подбежали к одной из появившихся дверей и, дернув за ручку, провалились внутрь комнаты, после чего заперлись.       — Еле ноги унесли… — проговорил Рон, отдышавшись после бега.       — Да, ещё бы чуть-чуть, и нас бы поймали.       Гарри выпрямился и прислушался к окружению: тихое шакрканье мистера Филча, и его же ворчание. Ветер, гуляющий за стенами замка, и громкое дыхание.       Дыхание?!       — Гарри, пожалуй, нам надо уходить, — Уизли почти блеял от страха.       Поттер обернулся. Над ним нависали три собачьи головы. Три огромные головы. Со здоровых клыков капали слюни, а желтые глаза смотрели на свою добычу с ожиданием, когда же та двинется с места.       — Это мастиф, — успел пробормотать Гарри прежде чем сорваться с места к спасительному выходу.       Они с трудом успели открыть дверь. Поттер почувствовал как одна из челюстей клацкнула над ухом.       Вывалившись из комнаты и захлопнув дверь, они рванули прочь.