Поля пшеницы

Очередной праздник, по причине которого центр города был переполнен большим количеством людей. Все так и веяло атмосферой радости. Сегодня день города. Я стоял посреди всего этого потерянно. Что я здесь делаю? Такое чувство, будто я где-то уже все это видел. Среди людей был и один мальчишка, лет пяти, шедший по площади вместе с родителями. Почему я обратил на него внимание? Он мне кого-то напоминает. Он был счастлив, но не потому что сегодня день города, а потому что родители купили ему воздушный шарик. Ребенок, задрав голову ввысь, восторженно смотрел на свой прозрачный шарик с блестками внутри, которые, поддерживая общую атмосферу, радостно прыгали, в такт шажкам ребенка. Точно! Так это же я. Точнее я двадцать с чем-то лет назад. Я вспомнил, что происходило после. Шарик должен был улететь. Я помню, как ревел из-за этого. Не помню, когда я еще так плакал. - Солнышко, давай завяжем шарик на ручке, чтобы не улетел, — мягко говорила мать. Мальчишка покачал головой в знак отрицания. Ну и дурак. - Хоть раз послушай свою мать, — сказал я сам себе. Маленький я испугался. В ту же секунду шарик выскользнул из его рук и за пару мгновений взлетел высоко вверх, так, что даже мой отец не смог ухватиться за белую длинную ленточку шарика. Я оказался чуть выше его. Но у меня не получилось поймать ленту шарика. Она будто специально избегала моей руки. Вою маленького меня не было предела. Уши ужасно болели. Я пытался закрыть их руками, но это ни капли не помогало. - Дядя украл мой шарик!, — сквозь слезы кричал он. - Да не украл я шарик это ты не удержал. И вообще он бы в любом случае улетел бы. Меня будто не слышали. - Дяде шарик нужнее, — твердо ответил отец. Что за бред? Он же улетел, почему все обвиняют меня? Я посмотрел на свою правую руку. В ней оказался этот чертов шар. Люди столпились вокруг меня так, что я не мог протиснуться сквозь них, чтобы отдать маленькому себе его радость. Вдруг я услышал громкий глухой шлепок. Плачь тут же прекратился. Разве все было так? Почему мне казалось, что все было иначе? Я проснулся от запаха жареной ящерицы. Погодите, я разве засыпал? Это первый мой сон, который я запомнил в поле. А хотелось бы, чтобы и этот пропал из моей головы. Я чувствовал себя помятым. Не стоило мне засыпать днем, это всегда ничем хорошим не кончается. - О, проснулся, — обратила на меня внимание Молли. - Кушать будешь?, — спросила Сью, доедая свою порцию. - Да. Мясо, как и всегда, пресное. Но хоть какая-то еда. После сна мне совершенно не хотелось есть. Да и вообще ничего не хотелось. Я посмотрел на небо. Уже темнело. Возвращаться в сон не было желания, поэтому я вызвался дежурить. - Как спалось?, — Сьюзи села рядом на корточки. - Нормально. - По тебе не видно. Ты заболел? Я покачал головой: - Нет, просто дневной сон не для меня. Повисло молчание. Я подумал, что разговор закончен и встал, чтобы взять кусок жареной ящерицы. Но Сьюзи меня остановила, сказав: - Молли рассказала, что здесь есть колодцы. - Колодцы? В таком месте? - Да. В них живут «здешние». Мы можем их поискать. На все мои вопросы о здешних, Сью отвечала, что не знает. - А где сама Молли?, — тут до меня дошло, что я нигде не вижу ее человеческий облик. - Она отдыхает, — спокойно ответила Сьюзи, что-то мне не нравится ее тон, — В безопасном месте. - Безопасное место? А точнее можешь? - Да какое дело тебе до этой Молли? Перед тобой я, почему ты не интересуешься мной?, — Сьюзи встала с земли. - Я просто спросил. - Вечно ты просто. Думаешь я не видела, как вы с ней обнимались, пока спали? Почему она так громко кричит. Разве нельзя все решить спокойнее? - Я к этому дела никакого не имею. Она сама ко мне полезла. - Мог бы и оттолкнуть, — ее крик перешел во что-то более жалкое. Ее взгляд сменил свое направление. Она смотрела в пол и плакала. Отлично. Придется еще и успокаивать. А как? Не понимая, что делать, я просто стоял и смотрел. Смотрел до тех пор, пока она не ушла, сказав: - Пойду попрошу Молли вернуться в наш лагерь. Я чувствовал ком в горле, который не позволял проглотить слюну. Даже дыхание давалось с трудом. Что это? Вина? Ужасно. Из-за нее я не смогу есть. Наверно, стоит пойти в сторону, в которую ушла Сьюзи. А куда она ушла? Я огляделся. Пшеница была потоптана в нескольких направлениях. Если мы шли на восток, то путь, ведущий на запад – место, откуда мы пришли. Путь на север слишком резко обрывается и конец находится слишком близко. Остался единственный путь – южный. Или это северный... не знаю, у меня нет компаса, а сам я это не могу определить. Я шел по еле различимой тропинке. Среди пшеницы, вечно спешащих облаков и солнца, которое уже уплывало под землю. Тогда я чувствовал себя особенно потерянно. Вскоре я встретил Сьюзи, сидящую в позе лотоса. Она что-то тихо говорила растениям. Это выглядело странно. Я решил развернуться и притвориться, что я этого не видел. Но пока я делал разворот, пшеница предательски прошелестела, выдавая мое присутствие. Сьюзи обернулась. Она выглядела слегка смущенно. - Мог бы и не идти за мной. - Извини. - Молли, ты собираешься превращаться? Обратно я тебя на себе не понесу. В одно мгновение Молли появилась будто из ниоткуда. Это было неожиданно настолько, что я вздрогнул. Сью посмотрела на меня и объяснила: - Молли нужно было отдохнуть от человеческого облика, поэтому она превратилась в богомола... обычного, а не как всегда. Нужно будет понять, есть ли у этой способности ограничения и какие, чтобы однажды Молли или более враждебный богомол может появиться из воздуха. Мы вернулись в место, где устроили лагерь. Я увидел свою часть ящерицы. Есть по-прежнему не хотелось, поэтому я предложил девочкам разделить его между собой. - Ешь, тебе силы нужны больше. Только поаккуратнее на этот раз, хорошо?, — сказала Сьюзи богомолу. С какого момента они ладят? Что произошло за то время, пока я спал? Я сидел около места, где разводился огонь для готовки ящерицы. Вокруг такого себе костра еще в метре или двух отсутствовала какая-либо растительность. Это я ее вырвал, между прочим. Чтобы огонь не перешел вдруг на всю местность. Хотя, думаю, это было бы очень зрелищно. Наблюдать за тем, как весь мир полыхает в огне... Сьюзи попросила мою куртку, чтобы укрыться ей, пока спит. Я спросил, почему она не может использовать для этих же целей шкуру ящерицы и свой кардиган. - Потому что твоя куртка пахнет тобой. Я отдал ей куртку. Молли старательно пыталась аккуратно съесть жареное мясо даже тогда, когда Сью заснула. - А ты ела жареную ящерицу до этого?, — мне стало интересно. - Да. Однажды. Тогда начался пожар и сожглось много земли. И там были мертвые ящерки. Их была целая стая. И мы с братом съели их вдвоем. Было здорово. Она так спокойно упоминает о брате, которого съела или это другой? Ладно, я бы не хотел знать ответа на этот вопрос. - А из-за чего произошел пожар и как он остановился? - Я не знаю, как он начался. Но потом пошел дождь и все прекратилось. Знаешь, огонь такой страшный... но он делает еду вкусной. - Ага. - Я удивлена, как вы можете его контролировать. Вы, то есть... люди крутые. Вы можете делать штуки, в которые я не могу перевоплотиться, типо той прямоугольной штуки, которая бегает и пускает серый дым. - Ты видела машину? - Наверно ну она такая... внутри нее еще человек был и сидел. Я хотела подойти поближе, но я видела, как он охотился с большого расстояния и решила не подходить. Такое чувство, будто она видела Джека или как его там. Кто еще будет разъезжать по полю на машине? - А в ружье можешь превратиться? Молли внимательно посмотрела на ружье, лежащее рядом со Сьюзи. Обычно ее глаза выглядят более глупыми, чем сейчас. Вот бы они всегда выглядели так, как в этот момент. - Не могу, — пустые глаза, почти не прикрываемые веками, вернулись. Получается, она не может превратиться во что-то неорганическое. Интересно. Я хотел поэкспериментировать с чем-то по типу молекул воздуха или облаков. Но тут Молли сказала: - Знаешь, я бы хотела быть, как вы. Поэтому я и пошла с вами. Но... думаю, у меня не получится быть человеком. Мне было неинтересно, я думал, сольется ли она с водой, если превратиться в нее или нет. Но она продолжала. - Просто... эта форма требует большого количества энергии и мне сложно быть в ней. Это ужасно неудобно, — она сделала паузу, — Знаешь, о чем я мечтаю? - О чем?, — я понимал, что она бы продолжила что-то говорить, даже если бы я не спросил. Но нужно же было хоть как-то показать, что мне интересно. - Стать человеком. Я надеюсь, что в следующей жизни я буду, как Сьюзи. Она мне и сказала, что жизней может быть несколько. Думаю, это очень здорово! Как банально. - Да, здорово. - А еще она сказала, что... мне нужно уйти. - Куда уйти? Зачем? - Уйти от вас. Я ведь мешаю вам, да? - Нет, не мешаешь, ты очень полезная, — что ей наплела Сьюзи и почему она не посоветовалась со мной? - А Сьюзи сказала, чтобы я не приставала к тебе. - Да она просто дура, — сказал я. Кто в здравом уме выгоняет того, кто добывает тебе еду, да еще и бесплатно? Нужно попытаться заставить ее остаться. - Не говори про нее так, — спокойно ответила Молли, улыбнувшись, — она же тебя любит. - И дальше что? Молли вздохнула и сказала: - Пока. Надеюсь, ты не обидишь Сью. Она превратилась в птицу. Я не смог ее удержать. Слишком быстро улетела. Улетела... прямо как шарик из сна.