Драконья кровь

      Погода за окном радовала прохладой и дождем. После нескольких недель изнуряющей жары такая перемена и впрямь радовала, хотя гулять под дождем Йену совсем не хотелось. Однако стоило выйти из здания, рядом притормозил знакомый автомобиль.       — Надеюсь, вы не против немного со мной пообщаться? — вежливо уточнил Марк, выйдя из машины.       Йен был не против, и дело вовсе не в дожде. Что конкретно братья не поделили, Йен не знал, знал только, что в последнем деле Марк был ранен и младший брат помогал ему, но Август до сих пор ходил мрачный и взвинченный. Йен вначале думал, что это из-за ранения брата, но Август мрачно сказал, что Марк в порядке.       — Я очень хочу, — с чувством заверил его Йен, подходя к машине, чтобы занять место рядом с водителем, и невольно усмехнулся, когда да него дошло, что и кому он сказал. Не зря Август взял его с собой на этот отдых, хоть с Марком они почти не общались, воспринимать старшего Норда Йен стал явно по-другому. — Что у вас происходит? — с нетерпением и любопытством уточнил Йен, повернувшись к водителю, когда машина тронулась с места.       — Ничего, — продемонстрировал удивление Марк.       — Ну конечно! — фыркнул Йен. — Именно поэтому Август второй день мучает скрипку и огрызается на всех, кто подходит к нему близко! Он сказал, что вас ранили.       — Просто царапина, — покачал головой дракон. — Не думал, что он так серьезно это воспринял. Передадите ему материалы по последнему делу? Ему будет любопытно.       — Поговорите с ним, Марк. — В общем-то, старший Норд не давал ему разрешения обращаться по имени, да раньше Йену такое и на ум бы не пришло, но в этот раз такое обращение вырвалось само собой, и Марк отреагировал, будто все так и должно быть.       — Боюсь, сейчас брат не будет рад меня видеть, — покачал головой Марк. — Вы же знаете Августа и понимаете, как он может сейчас на меня отреагировать…       — Нет, — серьезно покачал головой Йен. — Вот именно сейчас — не знаю. Август не любит обсуждать семейные вопросы, но я видел много ваших ссор, и раньше он реагировал по-другому. Вы ведь тоже не расскажете мне, что между вами происходит? Последнее время вроде бы все наладилось, и Август был таким… — Йен запнулся, подбирая слово, а когда подобрал и сам удивился: — Спокойным. Раньше я его таким не видел, и сейчас он очень расстроен вашей ссорой.       — Мы не ссорились, просто немного поспорили, — покачал головой Марк, не отводя взгляд от дороги, хотя на ближайшие пару десятков минут можно расслабиться — в пробку они попали в совершенно неожиданном месте, где обычно такого не бывало.       — Вряд ли от того, какое слово вы используете, изменится смысл, — хмыкнул Йен. — Он наговорил вам всякой ерунды? — предположил человек, показывая, что своего дракона он и впрямь хорошо знает. — Он испугался, понервничал. Не думаю, что вам это так сложно понять, учитывая ваше отношение к брату. Могли бы и не придираться к мелочам!       — Мое отношение к брату? — Марк все же посмотрел на человека прямо. — Разве вы не знаете, что у некоторых драконов большие проблемы с возможностью испытывать эмоции, привязываться к окружающим, даже если это члены их семьи?       — Знаю.       — И Август никогда не говорил вам, что я один из них?       Йен растерянно моргнул. Конечно, он знал, что у части драконов с возможностью испытывать, а уж тем более выражать свои чувства большие проблемы. И вроде бы это касалось как раз тех, у кого активный боевой дар, в первую очередь это, конечно, менталисты. Но про брата Август говорил только, что он менее эмоционален, что, учитывая дар Августа, совершенно нормально, там большая часть драконов менее эмоциональна, чем творцы. Но чтобы у Марка были какие-то проблемы такого рода, Август не упоминал.       — Вы же любите Августа, Оливию… — пожал плечами Йен в ответ на его вопрос.       Марк ответил задумчивым взглядом и, к его удивлению, покачал головой:       — Август член моей семьи, Оливия — ближний круг.       — Вам так сложно признать, что вы их любите? — удивился Йен. Для него Марк был драконом, который признавал собственные слабости и недостатки, а еще называл вещи своими именами, а тут вдруг…       — Я не люблю, я забочусь, не могу по-другому, — все так же серьезно ответил дракон. — Кто-то умеет любить, а кто-то просто не может оставить окружающих в покое, — Марк холодно улыбнулся, так что Йен почувствовал себя неуютно. — Стараюсь, чтобы польза от моего вмешательства перевешивала раздражение объекта заботы. Иногда получается.       — Почему вы так говорите? Я не знаю никого, кто заботился бы о семье так же, как вы. Невозможно так заботиться только из-за чувства ответственности и при этом не любить!       Марк улыбнулся вполне по-человечески, вместо обычной вежливости, и попросил:       — Не говорите этого Августу.       — Вы думаете, он не знает, как вы к нему относитесь? — иронично хмыкнул Йен.       — Август по-своему понимает заботу и мое отношение к нему, и мне бы не хотелось обострять ситуацию сейчас, когда мы… помирились и нашли общий язык. Рано или поздно он сам вернется к этому вопросу, всегда возвращается, — Марк невесело усмехнулся.       — Когда хочет вас достать? — догадался Йен и покачал головой: — Не понимаю я ваших отношений…       — Ну вы же понимаете, что семейные отношения гораздо сложнее отношений с чужаками, слишком много всего намешано — ревность, обиды, соперничество… — Марк задумчиво покачал головой, глядя на впереди стоящую машину. — Родной зов крови от этого не избавляет, наоборот, выводит все на новый уровень, когда ты даже при желании не можешь забыть. Августу есть, чем быть недовольным, я часто поступаю так, как считаю нужным, не считаясь с его мнением, кому, как не вам знать его реакцию на это.       — Он знает, что вы руководствуетесь его интересами…       — Не всегда и это не избавляет от обиды, что я все решаю за него.       Дома Йен без удивления увидел, что Август все еще мучает скрипку. После таких вот дней немудрено этот инструмент просто возненавидеть, но в хорошем настроении Август быстро заставлял вспомнить, почему скрипичная музыка Йену обычно нравится.       — Держи, — Йен протянул другу папку, отвлекая от скрипки. — Марк тебе передал. Вы с ним поругались? Раз уж он передает документы через меня, а не приходит к тебе или не зовет к себе…       — Поспорили, — буркнул Август, после секундного раздумья забирая папку, но не стал торопиться рассматривать материалы дела, продолжая изучать своего человека.       — Ты считаешь, что все, что Марк для тебя делает, он делает, руководствуясь своими интересами? — Йен отошел к любимому креслу, сел и оттуда задумчиво посмотрел на дракона. Август не раз говорил, что брат руководствуется его интересами, осталось только выяснить, что он при этом имел в виду.       — Марк так сказал? — Август отвел взгляд, нахмурился. Судя по всему их последний спор брат воспринял гораздо серьезнее, чем подумал Август, раз уж даже не захотел явиться, а предпочел встретиться с Йеном, чтобы передать папку с делом.       — Я так его понял. Что он сделал на этот раз?       — Последнее дело, — неохотно ответил Август.       — Не дал тебе поучаствовать? — иронично улыбнулся Йен, но дракон ответил серьезным взглядом и покачал головой:       — Дело не в том, что не дал поучаствовать мне, дело в том, что влез туда один. Не сказал ни слова не мне, не Оливии, не кому-то из своих коллег, а полез один!       — Кого-то мне это напоминает…       — Да, но у меня есть Марк! Я всегда имею в виду его реакцию в своих планах, но он рисковал без всякого прикрытия!       — Что он тебе на это сказал? — после паузы уточнил Йен.       — Ничего, — зло усмехнулся Август. — Вопрос его безопасности не входит в сферу моей семейной ответственности! Он глава семьи, я не могу ему указывать в этом вопросе!       — А ты пытался ему это объяснить? Что волнуешься за него, что дело именно в этом, а не в твоих обычных придирках и спорах…       — Что именно он сказал? — голос дракона прозвучал настороженно, он вообще не представлял себе ситуацию, что Марк будет обсуждать с Йеном что-то личное, а все, что касалось брата и выходило за обычное рамки, не могло не беспокоить.       Йен помедлил, будто пытаясь вспомнить или сформулировать, и ответил все так же задумчиво:       — Что ты на него обижаешься за то, что он принимает решения, касающиеся тебя, в одиночку. — Август выдохнул и покачал головой, и Йен неуверенно добавил: — У нас был… очень странный разговор.       — Странный?       — Ага, я не думал, что он будет со мной разговаривать, мне кажется, я ему не очень-то нравлюсь…       — Дело не в этом, — покачал головой Август. — Я же говорил, он не очень эмоционален, обычно люди понимают это по-своему.       — Он тебя очень любит, — Йен склонил голову, глядя на Августа с интересом.       — Тебя это удивляет? — дракон иронично улыбнулся. — Он мой старший брат, это нормально даже без наших драконьих заморочек с кровью.       — Я бы не сказал, что его отношение обычно, — покачал головой Йен. — В детстве еще возможно, но сейчас… Ты говоришь, что у вас драконьи заморочки, но я видел уже достаточно драконов, чтобы понимать, что его отношение к тебе необычно, хотя и нормально, да. Обычно у драконов в семьях именно то, что вы показываете окружающим: жажда власти и контроля, тирания и деспотизм, и большое нежелание, страх остаться одному.       — Ты судишь только по тем семьям, которые попадают в поле нашего зрения, а это достаточно однобокая выборка. Но я согласен, брат меня любит, хотя не говорит об этом.       — А ты?       — Что?       — Мне кажется, твое отношение он понимает не совсем правильно. То есть… он понимает, что ты к нему привязан, но в первую очередь воспринимаешь ваше родство как неизбежность, на которую невозможно повлиять и которая тебя раздражает. Скорее всего, на твои претензии по последнему делу он и отреагировал так именно поэтому, решил, что ты как всегда пытаешься повлиять на вашу неизбежность, получить больше свободы от него, а не так, что ты действительно волнуешься, раз уж вопроса его безопасности раньше ты не касался и он вроде как выходит за границы твоих семейных обязанностей…       Август помедлил, пристально разглядывая друга, потом медленно сказал:       — Я не думал с этой точки зрения. Спасибо.       Йен только улыбнулся. Иногда ему казалось, что братья Норд читают мысли друг друга, а иногда не могли понять самые простые вещи. Зато Йен очень хорошо понял, что с Августом гораздо проще общаться, когда он в хорошем настроении, но этого не бывает, если у него проблемы с братом.       Присутствие Августа Марк почувствовал, но не отреагировал, даже не повернулся, когда брат показался в дверях кабинета. Август замер в дверях, рассматривая занятого старшего. Марк закончил отчет, закрыл ноутбук и невольно поморщился, когда неудачно повернулся, и только тогда Август прервал тишину:       — Я помогу.       Марк перевел на него взгляд, пару мгновений рассматривал напряженного брата, все так же стоящего в дверях, и спокойно согласился:       — Помоги.       Его согласие и спокойствие заставили Августа расслабиться, и в кабинет он прошел уже совершенно в другом настроении, с облегчением и удовольствием обняв вставшего из-за стола брата. Марк тихо хмыкнул, с таким же удовольствием обнимая его в ответ, улавливая родной запах кофе и шоколада. Даже забавно, как легко он привык к нормальным отношениям с братом, так что эти несколько дней, пока они… нет, не в ссоре, просто не виделись после спора, его не хватало.       — Прости, я был слишком резок и не должен был говорить это все тебе, — голос Августа прозвучал нехарактерно тихо. — Но ты меня и правда напугал.       — Я тоже был неправ, — признал Марк, отстранившись, чтобы увидеть брата. — Отреагировал излишне эмоционально. Хорошо, что теперь у тебя есть Йен, его присутствие позволяет дать тебе немного больше свободы без вреда для дела.       — А еще он чудно смотрит на ситуацию с другой стороны, — заметил Август, все-таки сумев сдержаться и в этот раз не наговорить старшему много всего интересного. — Тебе надо сменить повязку, — младший аккуратно потянул старшего к двери. — И поесть. И выпить лекарства.       — Я правда тебя напугал, да? — уточнил Марк, только сейчас понимая, что та реакция брата действительно могла быть на произошедшее, а не обычной попыткой указать ему на его место.       — Меня очень… расстраивает, когда ты рискуешь жизнью, — сдержанно согласился младший, все же посмотрев на старшего. — Ты сотню раз говорил мне, чтобы я не рисковал, но я рискую, зная, что ты прикроешь, а ты…       — А я трезво оцениваю ситуацию.       — Ну да, именно поэтому ты оказался ранен.       — Пуля задела рикошетом, ничего серьезного, — покачал головой Марк.       Это Август и так знал, но с детства боялся, что ему однажды сообщат о смерти брата. Ему было тринадцать, когда Марк впервые попал в реанимацию. Конечно, ни о каких его делах тогда Август не знал, он и сейчас-то ничего не знает, потому что рассказывать о работе Марк не любит, а тогда младший был для него ребенком. В себя приходил Марк тогда долго, Август до сих пор помнил, как вставал ночью и заглядывал в соседнюю комнату, чтобы убедиться — с Марком все хорошо, пока Марку это не надоело, и он разрешил брату спать в свой постели.       — Выглядит хорошо, — заметил Август, сменив повязку. — Убрать боль? — Август вернулся в спальню брата, убрав лекарства в аптечку в ванной.       — Пока не нужно, спасибо.       Прикосновения к брату всегда очень много значили для Марка, между их встречами могли пройти дни, а то и недели, да и вербально свои чувства старший выразить не мог, возможность касаться брата, точно зная, что ему это нравится, значила очень много. Чем сейчас пользовался, пока Август это позволяет.       — Что сказал тебе Йен? — Август с интересом посмотрел на брата, хотя до этого вроде бы дремал несмотря на то, что фильм, как обычно выбирал он.       — О чем?       — Вообще. Ты… спокойно на меня отреагировал.       — А должен был не спокойно? — поднял брови Марк.       — Я был резок и касался той темы, что не должен был, — Август повернулся к брату, глядя серьезно, сам протянул руку, касаясь его, и Марк машинально поймал его пальцы.       — Вот уж чем не удивил, — негромко заметил Марк, и Август кивнул:       — Ты никогда мне не запрещал никаких тем, хотя безопасность семьи всегда была только твоей ответственностью.       — А что он сказал тебе?       — Что ты меня любишь, и если резко отреагировал, то я сам виноват.       Услышав о своем предполагаемом отношении к брату, Марк укоризненно покачал головой. Как с этим человеком можно нормально общаться? Ведь сказал же ему не упоминать этого в разговорах с Августом, в таком настроении он мог отреагировать на эту тему очень нервно, так что обычный на первый взгляд спор действительно перешел бы в их обычную ссору…       — Что? — уточнил Август, увидев его реакцию.       — Я просил его не говорить с тобой на эту тему, — признался Марк.       — Видимо, в чем-то он знает меня лучше! — фыркнул Август, и Марк успокаивающе коснулся его плеча:       — Не злись, я не хотел обострять ситуацию.       Август смотрел все еще недовольно, но кивнул:       — Я понимаю. Но ты действительно меня напугал…       — Мой просчет, — Марк задумчиво прищурился. — Не стоило, наверное, от тебя все скрывать, тогда ты бы привык и спокойно относился, что время от времени такое случается, а ты знаешь только о случаях, когда скрыть что-то у меня просто не получалось.       — Что-то ты не особо привык, и каждый раз психуешь, стоит мне попасть к врачам!       — Твои ранения, любые — мой недосмотр, значит, я уделил недостаточно времени и внимания.       — Ну конечно, я вообще-то взрослый и сам принимаю решения. В следующий раз позаботься о прикрытии.       — Оливия вообще не должна была звонить тебе, практически не при каких обстоятельствах, — Марк невольно нахмурился, вновь думая об этом. Конечно, он знал, что помощница в курсе его отношения к брату, знает, насколько Август важен, и в общем-то понимает, что лучше Августа Марка никто не знает, а потому в таком случае найти его быстрее всего сможет именно младший брат. Но все же ему не приходило на ум, что Оливия может обратиться за помощью к Августу, тем более, зная, что Август ее недолюбливает, хотя она не может не понимать, что все дело в ревности.       — Только не говори, что ты устроил ей внушение по этому поводу! — нахмурился Август.       — Нет… нет, что ты, она была права, — Марк помедлил, но все же задумчиво протянул: — Но это так нелогично.       — Она хотела тебя найти, быстро. Быстрее меня этого не сделал бы никто.       — Да, но раньше она так не делала, — совсем уж ворчливо заметил Марк.       — Проблемы?       — Думаю, звонок тебе был своего рода проверкой твоего отношения ко мне. Несмотря на все наши разногласия, ты бы никогда не отказал в помощи, мог злиться, ругаться, но стал бы помогать. А сейчас у нас с тобой все настолько мирно и идеалистически, что она вполне могла устроить проверку, чтобы убедиться — ты не против происходящего и я не пользуюсь своим положением старшего.       — Я все же думаю, она знает тебя лучше, — закатил глаза Август, который уже сотню раз убедился, что применение силы к нему для Марка просто неприемлемо ни в каком виде. Он даже задумывался, что это один из блоков, поставленный отцом во время ломки, но пока что убедиться в этом возможности не было.       — Она знает, как могут удивить близкие. Однажды она уже ушла из семьи, хотя в этот раз, я думаю, все было бы сложнее, и она меня довольно хорошо знает, да.       — Надеюсь, я смог ее убедить в наших сильных братских чувствах! — фыркнул Август. — Твое отношение ко мне похоже на ментальную корректировку поведения, — все же озвучил свои подозрения младший брат.       — Мое поведение по отношению к тебе отец не корректировал, — спокойным невыразительным тоном ответил Марк, но прежде, чем брат успел извиниться и сменить тему, продолжил уже по-другому, просто задумчиво: — Хотя он подозревал, что я… — старший запнулся, бросил на младшего почти виноватый взгляд: — привязан к тебе больше, чем должен…       — Что ты вообще ко мне что-то чувствуешь, — мрачно поправил Август. — Чувства это слабость, да? А менталисты и так особой эмоциональностью не отличаются, так почему бы не избавить тебя совершенно ненужного умения… Подозреваю, это у него были проблемы с эмоциями, хотя он был вовсе не менталистом. Ты мог сам себе поставить блок, поняв его слова по-своему.       — Мог, — легко согласился Марк. — Иногда это был единственный способ хотя бы попытаться остаться собой. — Август молча кивнул и старший брат мягко продолжил: — Пойдем спать, хороший мой, завтра сможешь мне рассказать то, что не рассказал сегодня.       — Надеюсь, завтра у тебя выходной, — ворчливо заметил Август, послушно вставая с дивана.       — Конечно, — с недоумением ответил Марк, будто замечанием брата и впрямь удивлен. — У меня больничный.       — Прекрасно, — удовлетворенно кивнул Август, направляясь к двери в свою комнату.       Звонок в дверь раздался, когда Йен пил кофе, стоя у кухонного окна. Судя по тому, что Августа дома не было, помириться с братом ему удалось. Ну или он просто остался в семейном особняке, чтобы действовать Марку на нервы… Йен невольно усмехнулся на последней мысли, иногда старшему Норду он сочувствовал.       За дверью обнаружился озабоченный чем-то Вайтек, сразу же уточнив, даже без приветствия:       — Где Август?       — Вчера уехал к Марку, — Йен жестом пригласил Эндрю в квартиру, сразу поняв, что вопрос серьезный. — У них там семейные разборки.       — Чем он опять недоволен? — инспектор невольно усмехнулся. — Мне показалось, что последнее время они нашли общий язык…       — Мне тоже, но семейные отношения драконов слишком сложный вопрос, а Норды, мне кажется, даже на этом фоне выделяются, — пробормотал Йен, пытаясь найти телефон, который он вчера вечером куда-то кинул после работы. Вопрос, куда?.. На радостях, что удалось, наконец, закончить проблемный проект… — Но в этот раз я даже понимаю его недовольство — Марк решал в одиночку какое-то дело, его ранили…       — И вдобавок ему еще Август рассказал, как он не прав, — негромко добавил Эндрю и покачал головой: — Бедняга, ему при таком раскладе только разборок с младшим братом не хватает.       — Ну в общем, да, — согласился Йен и обрадовался: — О, телефон!       На звонок Август ответил после четвертого-пятого гудка, и голос его звучал сонно:       — Что, Йен?       — Тебя Вайтек ищет, — невольно усмехнулся на его тон Йен. При деле Август мог сутками не спать, но стоило только настать «мирному» времени и дракон становился той еще соней. Хотя все же странно, что звонки инспектора он проигнорировал, наверное, Марк смог его чем-то занять.       — Что-то интересное?       Йен перевел взгляд на инспектора, включая громкую связь — пусть сам объясняет, и Эндрю мрачно подтвердил:       — Интересное. У нас массовое захоронение за городом.       — Люди? — отрывисто уточнил Марк, так что становилось понятно — громкой связью воспользовался не только Йен.       — Это будет ясно позднее, они в таком виде, что сейчас нельзя определить. Ощущение, что их затравили животными.       — Сколько тел?       — Пока найдено семь, но это не предел. Собачник приехал из города, чтобы погулять по лесу со своими питомцами, они и отрыли. Посмотришь?       — Конечно, — тут же отозвался Август. — Мы приедем сразу на место.       — Отправлю адрес СМС. Мы? — не удержался Эндрю.       — А вы не поверите, инспектор, у Марка больничный! Я сам в шоке, что такое бывает!       — Интересно, это ты так мстишь или заботишься? — пробормотал Йен.       — Ну вы же знаете Августа, у него помимо этих двух мотивов есть еще парочка, — насмешливо ответил на его риторический вопрос Марк.       — И кто меня этому научил? — съязвил Август.       — Я предпочитаю трактовать это, как осторожность, — невозмутимо заметил Марк.       — Ну еще бы, — фыркнул Август. — Встретимся на месте, — он сбросил вызов.       Йен заблокировал телефон и с интересом посмотрел на инспектора:       — Готов поработать с Нордами?       — С Марком проще, чем с Августом, — пожал плечами Эндрю и все же не удержался от ехидства: — Для него окружающие тоже туповаты, но он об этом предпочитает не говорить, иначе вряд ли ему удалось бы построить такую карьеру! — инспектор встал с кресла и вопросительно посмотрел на Йена: — Едешь?       — Да, конечно. То есть все эти разговоры, что Марк будущий советник…       — Не преувеличение, если ты так подумал, а уже решенный факт.       — С этими Нордами со временем все интереснее и интереснее, хотя кажется, что удивить они уже не могут… — невольно покачал головой Йен, который эти разговоры и впрямь считал преувеличением.       — Я думал, за год знакомства ты это давно понял! — весело посмотрел на него Вайтек.       Место преступления выглядело жутко. Вроде бы обычный лес в летний солнечный денек, но ощущения все равно были своеобразными и неприятными, так что Йен машинально ежился будто от холода, хотя денек выдался очень даже теплым. Смотреть на обнаруженные тела он не горел особым желанием, а вот оба Норда сразу же прошли на место действия, человеку достался только рассеянный приветственный кивок от своего дракона.       Йен выждал какое-то время, слушая разговоры полицейских, которые сегодня касались только дела — присутствие Марка не располагало к обычным переговорам с Августом, и все же отправился посмотреть, чем там занимаются драконы. К его удивлению, отчитывался Вайтек перед Марком, с Августом он работал обычно совсем по-другому. Август, конечно, тоже участвовал, задавая свои вопросы, но главным был все же Марк, и на это главенство Август не претендовал.       Наконец, братья переглянулись, будто телепатически обмениваясь своими выводами, и Марк негромко попросил:       — Держите меня в курсе, пожалуйста.       — Думаете, Август этим вряд ли озаботится? — не удержался от вопроса Вайтек. Август недовольно сморщил нос, но голос Марка прозвучал все так же серьезно:       — Вы же знаете, насколько он увлекается обычно. А я подозреваю, что это дело будет иметь далеко идущие последствия, не хочу, чтобы кто-то пострадал и в первую очередь Август.       — Хорошо, — так же серьезно кивнул Вайтек. — Буду на связи.       — Благодарю, — вежливо улыбнулся Марк и повернулся к брату: — Ты тоже не пропадай. Мне нужно вернуться в город, у меня важная встреча.       — Как всегда, — проворчал Август.       — Тебе так нужно здесь мое присутствие? — все так же вежливо уточнил Марк на его ворчание, и Август махнул рукой:       — Нет, я подожду, когда ты освободишься, а когда ты пропускаешь свои «важные встречи», то становишься слишком нервным.       — Надеюсь увидеть тебя раньше, чем через пару недель, пока ты решаешь новую загадку, — не остался в долгу старший брат.       — Как пожелает мой любимый старший брат, — приторно улыбнулся младший, так что Марк покачал головой и ушел к машине.       — Все еще злишься на него? — уточнил Йен.       — Нет, но иногда не помешает напомнить, что он поступает… безрассудно, — рассеяно отозвался Август, поворачиваюсь к Вайтеку: — Давайте еще кое-что уточним…