Драконья кровь

      Утро проходило мирно, за приятным разговором — к удивлению Йена, с Оливией общаться оказалось просто общаться, будто она человек. Впрочем, он вполне отдавал себе отчет, что все дело в ее умении поддерживать разговор с любым собеседником. Ее босс при желании наверняка умеет и не такое.       Стоило вспомнить о старшем Норде, как он показался на кухне.       — Доброе утро, — голос Марка прозвучал спокойно, но без той вежливости, что так раздражала обычно Августа. Во всяком случае, уже даже Йен выучил этот тон у Марка, после которого Август начинал вредничать.       — Доброе, — согласился Йен, невольно усмехнувшись при мысли, что за эти несколько дней, кажется, привык к этому дракону и его присутствие уже не вызывало клубок негативных эмоций, в которых не хочется разбираться даже самому Йену.       Оливия только тепло улыбнулась, и Йен вновь подумал, что к Марку она относится далеко не равнодушно, потому что так улыбалась она только ему. Но на его праздное любопытство Август (не у Марка же спрашивать!) только головой покачал — в романтическом плане они друг друга не интересовали. Впрочем, еще Йен видел, что порой к Оливии Август брата ревновал, так что вполне допускал, что скрытный Марк не хочет обострять обстановку и не говорит брату всей правды. Следующий диалог драконов только убедил Йена в его подозрениях.       — Я сварила тебе кофе, — Оливия подала чашку с черным кофе боссу, и Марк мягко ей улыбнулся:       — Спасибо, дорогая…       Их идиллию прервал Август. Здороваться и желать доброго утра младший Норд считал лишней тратой времени, к тому же сегодня был уже чем-то увлечен, что видели все присутствующие. Оливия села на свое место, с явным интересом ожидая продолжения, и Йен поймал себя на мысли, что тоже этого ждет — разговоры Нордов иногда со стороны выглядели очень занимательно, чего от Августа ожидать можно, а вот от Марка на первый взгляд нет.       — Братец, — Август сел, сложил руки на столе и устремил сияющий взгляд на брата, так что Йен понял, что впереди Марка ждут испытания, которые Август обеспечивал с блеском.       — Да, дорогой? — вежливо улыбнулся Марк, и Йен поспешил поднести чашку с кофе к губам, чтобы скрыть улыбку. Глупо забывать, что не только Август хорошо знает брата, Марк младшего знает ничуть не хуже.       — Ты у меня самый лучший старший брат, — проникновенно улыбнулся Август, не сводя взгляда со старшего.       — Ага, другого-то нет, — равнодушно согласился Марк, больше интересуясь кофе, чем строящим ему глазки братом.       — И я тебя очень люблю!       — Еще бы, — Марк все же перевел взгляд на брата и улыбнулся не менее проникновенно: — Это не поможет, Август.       — А в детстве помогало, — сразу же поскучнел младший.       — В детстве твои затеи были менее опасны, дорогой, — Марк подумал и задумчиво добавил: — И я имел на тебя большее влияние, чтобы проконтролировать.       — Ты такой скучный, — надулся Август, и старший уже откровенно ухмыльнулся:       — Ну хоть в этом ничего не меняется.       — Что ты хочешь? — не смог сдержать любопытства Йен. Август бросил на него взгляд и тяжко вздохнул, хотя, судя по настроению Марка, это тоже не подействует на жестокого старшего брата:       — Хочу поучаствовать в деле…       — Затрагивающим государственную безопасность, — негромко добавил Марк. — И еще обижается, что я его туда не пускаю.       — Разбаловали вы его, — несмотря на слова, на своего дракона посмотрел Йен с умилением. Август такой Август.       — Теперь это ваша обязанность, — не удержался от усмешки Марк. — А я буду выполнять роль плохого полицейского.       — Надолго тебя не хватит, — лениво улыбнулся Август, откидываясь на спинку стула. — Никогда не хватало.       — Это предложение, братец? — Марк даже вперед подался.       — О нет! — фыркнул Август. — Тогда ты просто будешь упрямиться, как будто я тебя не знаю! Никаких споров с тобой!       — А раньше это работало, — улыбнулся Марк, и Август в ответ рассмеялся:       — Должен же я когда-то был повзрослеть!       Программу на выходные составила Оливия. Просто за завтраком назвала несколько мест, где ей хотелось бы побывать, и Йен ее поддержал, а Норды просто не захотели отказывать своему ближнему кругу. Точнее, так подумал Йен, который и предположить не мог, что местные достопримечательности братьям могут быть интересны. Однако стоило им добраться до первого места — старинной оборонительной крепости, и Марк смог рассказать о ней интереснее экскурсовода, так что он привлекал внимание других туристов, желающих послушать.       — Ничего себе! — весело удивился Йен. — У вас интересно получается рассказывать!       — Август в детстве любил это место, — улыбнулся Марк, бросив взгляд на брата.       — Но я не умею так красиво говорить, — ворчливо добавил младший. — И меня всегда больше интересовала практичная сторона вопроса, а не история, это ты у нас любитель истории и красивых слов.       — Во всяком случае, нам обоим здесь было не скучно.       — Не припомню, чтобы мы скучали вдвоем, — усмехнулся Август и весело добавил: — Если это, конечно, не выход в свет с мамулей, куда она вытащила нас для своих целей!       — Ты и там себе развлечения находил, — хмыкнул Марк.       — И тебе! — широко улыбнулся Август.       — О да, и мне.       Обедали они там же — территория оказалась слишком большой, чтобы все посмотреть за пару часов, благо для туристов здесь было предусмотрено все. Посетителей в ресторанчике было в достатке, много семей с детьми, людей и драконов, и Август недовольно морщился, но все же молчал. А вот Марк к окружению отнесся спокойно, так что Йен невольно задался вопросом, насколько это маска, а насколько его действительно не волнует такое количество народа вокруг. Впрочем, он же разведчик, должен уметь не показывать свое отношение…       Сценку Йен увидел, когда они с Марком за столом остались одни — Оливия отошла в дамскую комнату, Августу позвонили из лаборатории, и он вышел из зала в поисках тишины. Увидел их Йен случайно — брат и сестра, драконы, мальчишка уже взрослый, скорее всего совершеннолетний или около того, а вот девочка малышка, лет шесть-семь, похожи они были невероятно, несмотря на разницу в возрасте, и сидели в стороне от остальной группы, где были их родители, в самом углу, где их практически не видно чужакам, если только от стола, который выбрал Марк.       Взгляд Йена зацепился за них случайно, и уже отведя взгляд, он понял, что увидел — малышка сидела у брата на коленях, верхом, обнажив шею, давая брату себя вылизывать.       — Это не то, о чем вы подумали, — ровно заметил Марк, когда Йен бросил туда еще один ошарашенный взгляд, хотя сам дракон сидел спиной и сценку видеть, вроде бы, не мог.       — Вы так думаете?.. — пробормотал Йен, переведя взгляд на окно.       — Люди всегда это не так понимают, — все тем же ровным отстраненным тоном сказал дракон. — Девочка отстала от родителей, испугалась толпы, упала и поранилась. Он просто хочет успокоить сестру.       — Разве у матери это не получится лучше? — усмехнулся Йен и только тогда подумал, что тут Марку виднее — в такой ситуации у него бы получилось успокоить младшего брата гораздо быстрее и действеннее, чем у матери.       — Не всегда. Эта ласка, что вас так смутила, имеет полуинстинктивное воздействие на ребенка, если есть доверие.       — Дурная драконья кровь, — повторил Йен фразу Августа, и Марк серьезно кивнул:       — Да. У наших народов свои особенности, ограничения и возможности, и иногда понять друг друга нам очень сложно.       — Сложно, — задумчиво кивнул Йен. — Мы с Августом знакомы уже год, а я до сих пор многое не понимаю…       — Август не самый простой для понимания дракон, — мягко заметил Марк.       Август вернулся одновременно с Оливией, и уже надолго они в ресторане не задержались. Уходя, Йен бросил взгляд все в тот же угол, где старший брат обнимал сестренку, серьезно выслушивая ее слова…       Разделилась их группа почти сразу после обеда — Оливии захотелось посетить ту часть крепости, которая Йену была не интересна, и драконы разошлись каждый со своим ближним кругом.       — У твоего брата очень милая помощница, — заметил Йен, когда Марк и Оливия ушли совсем в другою сторону.       — Ты просто ее плохо знаешь, — дернул плечом Август.       — Она тебе не нравится? — на друга Йен взглянул с улыбкой, предполагая причину этому.       — Нравится, в общем и целом, — неожиданно серьезным тоном ответил дракон. — Она умна, красива, воспитана и предана брату. Меня просто раздражает, что он ищет объекты заботы на стороне.       — О, — весело удивился Йен. — Так ты признаешь, что просто ревнуешь?       Август задумчиво прищурился и сказал все тем же серьезным тоном, так что Йен понял, что друг хочет на эту тему с ним поговорить:       — Наши отношения с Марком всегда были… своеобразными. Ревность не последнее чувство, которое я испытываю.       — Ты говорил, что он относится к Оливии не так, как ты ко мне, — припомнил Йен, все еще уверенный, что отношения Марка с помощницей несколько не того порядка, о котором ему говорил Август.       — Марк не настолько эмоционален, как я. Свой ближний круг он выбирает сам, Оливия просто доказала, что он может ей доверять настолько, насколько это для него возможно.       — Она… его любит, — голос Йен прозвучал неуверенно, потому что он не знал, как на это отреагирует дракон, хотя не заметить этого просто невозможно.       — Еще бы, — усмехнулся Август. — Он практически глава ее семьи, она его обожает! Уж если даже мамуля временами показывает по отношению к нему симпатию и уважение…       — Ну вообще-то, она его мать.       — В этом случае, не аргумент. Я понимаю, что ты имеешь в виду, но для Марка она младшая родственница, пусть и без родного зова крови, о которой он заботится. Он глава семьи, у него инстинкт заботиться и защищать, просто у нас семья маленькая, в драконьих семьях было гораздо больше родни, вот он и добирает теми, кто позволяет о себе заботиться, кому это нужно и кому при этом он может доверять.       — И тебя это раздражает, — понимающе кивнул Йен. — Ты же понимаешь, несмотря на появление в его жизни других людей… драконов, ты все равно останешься его братом, и он будет тебя любить? — прозвучало это так, будто разговаривает он с ребенком, и Август взглянул на друга снисходительно:       — Конечно, я младший родственник в его семье, больше меня он будет привязан только к собственным детям.       — Которых он так и не завел, несмотря на поиск объектов заботы на стороне, — негромко заметил Йен.       — И хорошо, — пробормотал Август, поймал взгляд друга и пожал плечами: — Не люблю конкурентов, тем более в этом вопросе.       — Иногда твое отношение к брату меня просто поражает, — закатил глаза Йен.       — Это ты еще даже половины не знаешь… — тихо пробормотал Август.       Со стороны Марк и Оливия выглядели счастливой парочкой, каких тут немало. Аура у Марка совершенно непередаваемая, но Оливия рядом с ним выглядела вполне органично, к тому же девушка и впрямь не только красива и воспитана, но и умна, так что Йен искренне не понимал, чем она может Августу не нравится. Если только он сам ей мог увлечься, но тут что-то другое, потому что Йен отчетливо видел у Августа только неприязнь. И потом, где-то там, дома, осталась его личная жизнь… Даже странно, что Август об этом здесь не вспоминал.       О характере своего дракона Йен знал. Например, о том, что Август жуткий собственник, он и от него девушек отпугивал, пока Йен серьезно не поговорил с ним. Но его отношение к Марку все же казалось Йену странным, будто он имел право считать брата своей собственностью, даже в вопросе личной жизни, с ним самим все же было по-другому — Август вполне понимал, что на эту сферу жизни друга он претендовать не может.       Стоило им подойти к Марку и Оливии, Август сразу же переключил внимание брата на себя. И ведь Марк ему это позволяет… Йен только сейчас задумался, что младшему брату Марк и впрямь позволяет слишком много, просто это незаметно вначале. Точнее… заметны только какие-то самые серьезные вещи, которые вроде как Август отвоевывает себе ссорами и резкостью, а иногда грубостью, но именно такие вот мелочи показывают, насколько Марк Августа не хочет ограничивать. Хотя к порядку призвать может, но для этого необходимо, чтобы Август совсем уж перешел черту дозволенного.       Дело, про которое Август упоминал утром, он вспоминал еще несколько раз, в самые неожиданные моменты, но получить согласие брата ему так и не удалось. Причем отказывал ему Марк теперь уже со скучающим видом, явно демонстрируя, что свое мнение по этому вопросу он не изменит. Его такое поведение брата явно не удивляло. Йен о нем тоже знал, но на своего человека у Августа воздействовать получалось.       За руль на обратной дороге села Оливия, как оказалось, она разделяла эту любовь босса. Ехать предстояло довольно далеко, а потому Йен занял место рядом с водителем — он знал, что в дороге Август любит спать, но его присутствие в непосредственной близости к этому не располагало, а вот на брата дракон реагировал гораздо спокойнее. Йен обернулся через пару десятков минут, чтобы убедиться, что выводы он сделал правильные — Марк задумчиво смотрел на проплывающий за окном пейзаж, приобняв спящего брата.       Как ни странно, но домой Август вернулся действительно отдохнувшим и с новыми идеями, так что на пару дней пропал в лаборатории. Точнее, он пропал бы на дольше, но во вторник ближе к вечеру ему неожиданно позвонила Оливия с весьма неприятной новостью — Марк не отвечает на звонки и с утра его никто не видел. Учитывая характер старшего брата, пропадать без объяснения причин, да еще и пропустив при этом важные встречи, он не стал бы без серьезных и важных причин.       Куда мог деться брат, Август понятия не имел — последний раз они виделись еще в аэропорту, после чего эти два дня даже не созванивались, да и у Оливии обычно больше данных, чем занимается босс, с кем встречается и какие дела ведет. Не все, конечно, она знала, но Август знал еще меньше.       В семейном особняке в одиночестве Август практически не бывал. Мог приехать чуть раньше брата, но ехать туда в его отсутствие Августу и на ум бы не пришло. И уж точно он никогда не пытался втихаря пробраться в кабинет Марка, чтобы узнать что-нибудь интересное о его работе и делах.       Работу Марка, если уж говорить совсем честно, Август не любил, но понимал, что от него это и не требуется, главное не мешать, потому что для Марка работа многое значит. Учитывая постоянные споры братьев и не всегда столь уж хорошее поведение Августа, бывали случаи, когда к нему приходили противники Марка, желая получить от него небольшую «помощь», за которую они готовы щедро заплатить.       Август невольно фыркнул при этом воспоминании, входя в кабинет. Идиоты, как можно даже подумать выступить против главы собственного рода! Равноценную замену этому и придумать невозможно! И ладно бы люди приходили, а то драконы! На этот народ отсутствие признанного кровью главы рода явно сказывается отупляюще…       В общем-то, ничего интересного в кабинете найти Август не рассчитывал, учитывая манию преследования Марка, он наверняка все мало-мальски интересное и опасное убрал по сейфам и тайникам. Однако все самое интересное он увидел сразу же — открытый ежедневник с единственной записью на сегодня, сделанной размашистым почерком брата. Всего одно ничего не значащее слово, но в голове Августа буквально что-то щелкнуло, и он сразу понял, чем занимался Марк — тем самым делом, касающимся государственной безопасности, хотя это не его направление.       Август невольно ругнулся сквозь зубы и достал телефон. На звонок Оливия ответила буквально после первого же гудка, наверняка его ожидала.       — Помнишь дело, про которое я говорил в выходные?       — Да, — после паузы отозвалась девушка, наверняка найдя немало всего интересного в рабочем ноутбуке по этой теме. — Это дело не касается Марка напрямую.       — Я знаю. Можешь узнать что-нибудь по этой теме?       — Ты как раз успеешь доехать, — ее голос прозвучал уверенно, и Август не сомневался, что когда переступит порог рабочего кабинета брата, она ему предоставит всю информацию, даже под грифом секретно — настойчивой Оливия быть умела, не зря училась у своего босса, особенно, когда дело касалось кого-то из близких.       Как и ожидал Август, его ожидало немало интересных сведений, а еще… Алекс, в кабинете брата. Что у Марка с Алексом дружеские (если Марк вообще может кого-то воспринимать как друга) отношения, Август знал, но обычно младшего брата он старался к советнику не подпускать — Алекс может быть опасен, и это всегда главный критерий, когда Марк выбирал, с кем знакомить брата из своего окружения.       От советника Август ожидал проблем, однако работать с ним оказалось очень просто — поведение Алекса было похоже на поведение Марка, да и по характеру они оказались похожи. Август даже не удержался от мысли, что, если бы они были людьми и Марк не был так похож на отца, он бы решил, что мамуля не теряла времени зря, пока отец был в командировках.       Августу потребовалось около сорока минут на изучение материалов дела и еще две на первый взгляд никак не связанные между собой записи Марка, чтобы понять, где искать брата. Конечно, одного его никто не отпустил и, если бы это было его обычное дело, он бы может даже расстроился по этому поводу, а вот жизнью и здоровьем (дело и впрямь серьезное) брата рисковать не хотел.       Новоприобретенное чувство, позволявшее определять присутствие Марка поблизости, помогло, и Август уверенно указал на нужное здание. Хотелось зайти туда первым, но ни Оливия, ни Алекс ему бы этого все равно не позволили — Оливия выполняла пожелания Марка даже в его отсутствие, а Алекс, принимая его выводы без требований предоставить доказательства своей правоты, все равно видел в нем почти ребенка.       Сообщение от бойцов спецназа поступило почти сразу, и Август поспешил зайти, на этот раз даже не подумав, что его может кто-то остановить. Марк сидел напротив двери прямо на грязном полу, небрежно держа в руках пистолет, а потому дальше никто не пошел. Пиджака на нем не было, и на белой рубашке, которые он почему-то любил, было хорошо видно кровавое пятно на левом плече. Только увидев брата и поняв, что он не в себе, Август окончательно убедился, насколько им повезло, что Алекс решил вмешаться — здесь работали его бойцы, те, кто хорошо знал Марка, и поэтому кровопролития (а брат сейчас был по-настоящему опасен, хотя людей много и они умеют воевать с драконами) удалось избежать.       Кроме Марка в помещении так же присутствовали люди и, кажется, драконы, но опасности они не представляли, менталист об этом позаботился, хотя все остались живы. Но чтобы до них добраться, надо пройти мимо Марка, а он никого пропускать не собирался. Август в первое мгновенье подумал, что брат опять в боевой ипостаси, и только спустя долгое мгновенье понял, что это не так, и Марк, скорее всего, под действием каких-то препаратов — он воспринимался совершенно нормально, да и глаза, хоть и были темными из-за расширившихся зрачков, оставались обычными, а не теми провалами в темноту.       — Марк, — позвал младший, не зная, как брат сейчас понимает ситуацию, зато хорошо видя, что такое количество внезапно появившихся людей ему не нравится.       — Август, — тут же отозвался старший, выпрямившись и склонив голову, будто прислушивался к голосу брата. Пистолет он положил на пол, рядом с правой рукой и, зная его реакцию, присутствующие понимали, что это ничего не значит — ему хватит секунды, чтобы сделать выстрел.       — Я подойду к тебе?       — Один? — помедлив, уточнил Марк, и Август охотно согласился, жестом приказав людям уйти:       — Один.       — Хорошо, — после еще одной паузы отозвался Марк.       Август дождался, когда люди выйдут, и только тогда сделал к брату несколько осторожных шагов. Не то, чтобы он всерьез ожидал, что Марк будет в него стрелять, но помнил собственные ощущения от приема наркотиков — обостряются все чувства и себя почти невозможно контролировать, не хотелось Марка нервировать еще сильнее, он и так проявил самоконтроль, не став стрелять по людям.       Оружие Марк так и не стал трогать, так что Август без проблем приблизился и даже коснулся брата — кровавое пятно все же не давало ему покоя:       — Ты ранен?       — Царапина, — помедлив, отозвался старший. Он чуть растягивал слова и по прежнему прислушивался, хотя смотрел прямо на Августа, давая младшему догадаться о том, что же ему вкололи.       — Тебе нужно в больницу, там обработают рану и позаботятся, чтобы твои эксперименты с запрещенными веществами прошли без последствий, — это Августу хотелось отметить особо, потому что, если его догадка верна, последующие несколько дней чувствовать себя Марк будет далеко не лучшим образом.       Слова младшего брата старшего неожиданно развеселили:       — Забавная смена ролей, не так ли?       — Я бы с удовольствием прожил без нее, — пробормотал Август, и Марк пожал плечами:       — Тебе не обязательно находиться рядом, хотя я был бы благодарен, если бы ты помог мне добраться до больницы — не уверен, что смогу нормально отнестись сейчас даже к Оливии. Она ведь здесь?       — Здесь. Ты ее чувствуешь? — удивился Август. Сколь сильно он не был бы привязан к Йену, почувствовать его присутствие не получалось, но брат всегда мог удивить своими умениями.       — Нет, — фыркнул старший. — Но ты же здесь, ты бы не смог найти меня без нее.       — Ты слишком хорошо соображаешь после этой дряни, — укоризненно заметил Август, разглядывая брата. А вот выглядел он не очень хорошо.       — Мы с тобой уже выяснили, что на все эти вещества есть и индивидуальная реакция.       — Да уж, — невольно поморщился младший, вставая. — Пойду позабочусь о том, чтобы нам не мешали. Только оружие мне отдай. — Марк невольно коснулся пистолета, не спеша его отдавать, и Август ровно сказал: — Я не являюсь для тебя угрозой, но мне правда было бы проще, если бы ты был без оружия.       — Я знаю, — согласился Марк.       — Тебе нужны какие-то гарантии? Ты, кажется, хотел устроить мне свою проверку?.. — Август протянул ему руку, но предложением Марк не воспользовался, а с тяжким вздохом отдал пистолет.       В больнице, к облегчению Августа, подтвердили, что ничего особо серьезного с Марком не произошло, рана и впрямь царапина, а вот из-за наркотиков его оставили до утра, и Оливия лично отвезла Августа домой, где его уже ждал Йен, так что дракон заподозрил сговор. Если бы Август перед этим лично не убедился, что с братом все более-менее в порядке, и домой его точно никто не отпустит, он бы вряд ли так легко уехал из больницы, и даже Йен не смог бы его отвлечь. Но сейчас присутствие ближнего круга очень вовремя и к месту.       Самочувствие оставляло желать лучшего, хотя Марк понимал, что, учитывая ситуацию, чувствует он себя просто прекрасно, потому что помощь ему оказали хорошую и вовремя. Сегодня были дела, которые просто нельзя отложить из-за вчерашнего «загула», хотя Алекс готов его отпустить хоть сейчас — советник по достоинству оценил его помощь в этом деле и понимал, что его вчерашнее вмешательство помогло избежать очень серьезных проблем. Хотя и создало новые, но теперь их решать будет только сам Алекс — небольшая чистка в Совете намечалась уже давно, сейчас это откладывать становится уже просто опасно.       О визите Августа Оливия не предупредила, хотя обычно делала это, даже зная, что присутствие брата Марк почувствует — небольшая месть за вчерашнее сумасбродство. Марк только вздохнул, понимая, что она в своем праве злиться, и он действительно виноват. Хотя и она поступила необдуманно, попросив помощи Августа, вмешивать в это дело младшего брата Марк не хотел. А уж тем более он не любил показывать слабость, да еще и Августу, это может иметь непредвиденные неприятные последствия.       В чужом кабинете Август чувствовал себя вполне комфортно — сказал секретарше, что босс будет очень занят, закрыл дверь, повернул ключ, чтобы в ближайшее время их уж точно никто не побеспокоил. Марк с интересом пронаблюдал, как брат подходит к столу, устраивается на стуле для посетителей напротив, с таким видом, будто это его кабинет. Непоколебимая уверенность брата его иногда искренне восхищала.       — Ты ничего не хочешь мне сказать? — вкрадчиво уточнил Август, глядя на брата с недовольным прищуром.       Этот тон и взгляд Марку хорошо знакомы — младший всегда так говорил и смотрел, когда удавалось узнать о брате то, чем можно воспользоваться. Обычно это всякая ерунда, больше игра, потому что серьезных вещей Август никогда не касался, хотя, конечно, знал о старшем то, чем ему можно действительно навредить.       — Благодарю за помощь, — вежливо улыбнулся Марк.       — Ты вроде бы говорил, что это не твое дело.       — Только не нужно говорить, что ты на меня всерьез обиделся, что я не отдал это дело тебе.       — Не отдал, — охотно кивнул Август. — Но мне пришлось им заниматься! — в голосе младшего прозвучала злость.       — Ну извини, что Оливия отвлекла тебя от твоих опытов. Но ты потратил на это не так уж много времени, чтобы я всерьез мог почувствовать себя виноватым.       — Меня больше волнует, что я возил тебя в больницу. А если бы не мое присутствие, то ты мог бы оказаться в местечке и похуже!       — Хороший мой, — Марк даже вперед подался, ловя взгляд брата. — Для меня ты, конечно, незаменим, но не в этой ситуации. Если бы меня было так просто убить, ты бы еще десять лет назад остался у мамули единственным сыном.       — Потрясающе! — широко улыбнулся Август. — То есть моим вмешательством ты остался недоволен!       — Я сказал, что тебе благодарен. Или ты ожидаешь более материального выражения благодарности?       — Ожидаю. Например, обещания.       — Не вмешивать тебя в мои дела? — предположил Марк, откидываясь на спинку кресла.       — Не пытаться все сделать в одиночку. В конце концов, у тебя есть Оливия и немало разных умельцев среди людей и драконов. Ты не стесняешься их привлекать, когда дело касается меня. Не понимаю, в чем была проблема в этот раз.       — Так у тебя появились предложения по поводу обеспечения моей безопасности?       — Нет, — широко улыбнулся Август. — Но постарайся, чтобы больше мне не пришлось возить тебя по больницам.       — Постараюсь, — пообещал Марк. — А сейчас иди, у меня еще много дел на сегодня.       Август глубоко вдохнул, медленно выдохнул и не стал ничего говорить, хотя очень хотелось, а только встал и вышел из кабинета.       Конечно, Август знал, как брат отреагирует на его слова — безопасность, как семьи, так и собственная, обязанность Марка как главы рода, касаться этого вопроса в таком тоне значит выражать недоверие и недовольство его методом обеспечения этой безопасности, то есть почти вызов ему. Марк не мог отреагировать по-другому, но и Август промолчать не мог.