Amore

Прошло два дня с тех пор, как первокурсники переехали в дом Юнги. За это время Чимин почти полностью подготовился к конкурсу, так как его ничего не отвлекало и было достаточно времени для этого. Он не забывал и про конспекты, которые брал у Тэхёна, стараясь не отставать от программы. Ему уже гораздо лучше, и в пятницу они собираются уехать в общежитие. С Юнги не часто пересекались, что в глубине души расстраивало его. Тот пропадает в студии, а Пак в гостевой комнате. Когда доводилось встречаться, то это были просто приветствия и несколько вопросов о состоянии Чимина. Было заметно, что Юнги не хочет нарушать личное пространство. Возможно, боялся надоесть за это время. Он так изменился с того дня. Не язвит, как раньше. Пак даже соскучился уже по этим его дурацким шуточкам и выходкам… По своему прозвищу, которым называл Юнги и которое с самого начала очень сильно раздражало. Хотелось врезать так сильно, чтобы тот навсегда забыл это слащавое словечко. Но сейчас… этого не хватает? Тэхён позвонил и сообщил, что задержится в библиотеке. Третьекурсники сегодня решили собраться у Юнги после репетиции. Поэтому они как раз заберут его и к ужину все вместе приедут. Чимин много раз думал о том, что так в полной мере и не поблагодарил Юнги с Чонгуком за всё. Поэтому он хочет удивить всех вкусным ужином. Готовить парень умеет. Когда Мин в тот день рассказал, что готовить научился, потому что родители часто уезжали, это было так знакомо. Он решил, что запечь индейку и сделать торт будет приятным сюрпризом для ребят. Сходил в магазин, купил всё необходимое. Чонгук привёз столько продуктов, что можно месяц ещё не выходить за ними. Было абсолютно всё, кроме собственно индейки. Чимин занялся готовкой. Ему казалось, что времени ещё полно. Но за делом оно пролетает так быстро, и он начинает волноваться, что совсем не успеет к приезду… друзей? А можно ли уже считать их друзьями? Этот вопрос он оставляет на потом. Сейчас время почти пять часов. Примерно через час должно быть всё готово, а у него на столе только пара салатов и нарезка. Чимин трепетно подходит к приготовлению блюд. Ему хочется порадовать и отчасти таким образом отблагодарить. Как и предполагалось, к шести часам все возвращаются домой. Пока входная дверь открывается, Чимин нервно поправляет приборы на уже накрытом столе. Затем проходит в гостиную, что бы всех встретить. Первым вваливается в дом Намджун, который заметно принюхивается. — Вау! Мне кажется, или обалденно вкусно пахнет едой? — вдохнув, он тянет «м-м-м» и сразу идёт на кухню. Чимин стеснительно мнётся, не зная, что сказать, пока Тэхён не задаёт вопрос: — Ты приготовил ужин? — А… Да. Я решил, что вы будете голодные к вечеру… И мне захотелось приготовить для вас что-нибудь. Чонгук, вошедший следом за Джуном, даже не может придумать, как пошутить в ответ Чимину. Он действительно приятно удивлён. Тем временем Юнги, который стоит в дверях с пакетами еды на вынос, просто швыряет их за дверь и захлопывает её. Он не может расстроить Чимина. Ведь тот так старался для них. Поэтому о купленной по дороге еде узнать не должен. — А где… — не вовремя вспомнивший о своих острых куриных ножках Чон находит взглядом друга, но не находит пакеты. — Что где? — очень резко отвечает Мин, сжав губы в тонкую полоску, и пристально смотрит на Чонгука. — Вино… Мы же купили его, да? — Купили, — всё с таким же выражением лица и интонацией, отвечает Юнги. — Понял, понял, — Чон улыбается своей кроличьей улыбкой и хлопает по плечу друга. Когда все вымыли руки и прошли на кухню, восхищённые возгласы заставили Чимина краснеть. Все хвалили красоту и количество еды, рассаживаясь за столом. Сейчас они действительно выглядят как близкие друзья, собравшиеся за ужином. — Это очень вкусно! — пережёвывая кусок мяса, с блаженным лицом восхищается Джун, прикрыв веки. — Да-а-а, ты у нас любишь вкусно поесть! — посмеивается Мин, сидящий рядом с тем, кто всё это организовал. — Это правда очень вкусно. Я не думал, что ты умеешь готовить, — обращается он уже к Чимину. — У нас ситуации похожие. Мои родители тоже часто дома не находились из-за работы, — объясняет, наклонившись к уху Юнги. — А кем твои родители работают? — Врачи. — Неожиданно! Родители врачи, а сын художник. И как они это приняли? — удивляется Мин, вскидывая брови. — Не спрашивай, — звонко смеётся Чимин, глядя на него. И когда их взгляды встречаются, у обоих, улыбки медленно сползают с губ. Юнги в этот момент готов на колени перед ним упасть. Только бы он вот так чаще улыбался. Пак понимает, что стадию принятия он почти преодолел. Потому что ему нравится всё в этом парне. Его хриплый смех, грубый голос, десневая улыбка, лисьи глаза, татуировки… Влюбился? Определённо. Компания проводит время беззаботно, все шутят и смеются, не вспоминая негативных событий. Кто бы мог подумать, что несколько дней назад первокурсники старались держаться подальше от этих парней. Ужин подходит к концу. Намджун, уже изрядно выпивший, встаёт и громко сообщает, что он вызывает такси и едет домой. Всё-таки не выходной день и завтра на учёбу. Все начинают суетиться, собираться по домам. Благодарят Чимина за вкусный ужин. Тот прощается ещё на кухне, извинившись, что не проводит, потому что хочет убрать со стола. Юнги вызывается помочь и тоже остаётся. А Тэхён идёт проводить гостей. — Я действительно удивлён. Это очень приятно, прийти домой, а там тебя ждёт вкусный ужин и люб… — прервав свою речь, Юнги неловко поправляет свою кофту. — Я уберу… стаканы. — Спасибо, — негромко произносит Чимин. — За что? Это тебе спасибо за… — За то, что вы для нас делаете, — прерывает Чимин. — За то, как относитесь к нам. Если бы не вы, неизвестно, чем бы всё закончилось, — выпаливает почти на одном дыхании и, когда заканчивает благодарить, задаёт неожиданный вопрос: — Я тебе нравлюсь? — он подходит ближе к парню, глядя ему прямо в глаза. У Юнги начинают розоветь щёки и бегать из стороны в сторону глаза, что удивляет Чимина. Выглядит это очень мило. Весь такой дерзкий Мин Юнги сейчас краснеет перед каким-то парнем, который простым вопросом ставит его в неловкое положение. Но с ответом тот сильно не тянет. — Да, нравишься, — отвечает твёрдо и уверенно. — Не буду врать, — начинает Пак. — Мне приятно такое отношение с твоей стороны, но я… я не могу… Юнги, я не уверен в твоей искренности. Не уверен в себе. Мне сложно довериться. И пойми, я никогда до этого не… никогда не был с парнем. Даже не рассматривал такие отношения. И ты это прекрасно знаешь. Мне очень тяжело сейчас. — Понимаю, зефирка. Но поверь, рядом с тобой мне трудно себя контролировать. Я цепями себя сковываю внутри, лишь бы к тебе лишний раз не прикоснуться, не напугать. Боишься? Считаешь, что только твоим телом овладеть хочу? Я не тороплю тебя. Можешь совсем не волноваться по этому поводу. Просто будь рядом со мной, пожалуйста. Не отталкивай меня. Я обещаю, что не буду нарушать границы, пока ты сам этого не захочешь, — он подходит немного ближе. — Просто давай попробуем? Сходим куда-нибудь? Куда захочешь! Чимину совсем непривычно видеть такого Юнги. И он издаёт смешок. — Эй! Ты кто такой? Я тебя не знаю, но мне интересно, куда ты дел Мин Юнги? — наигранно хмурит брови Чимин, продолжая посмеиваться. Тот пару секунд хлопает ресницами, не понимая, а затем тоже громко начинает смеяться. Неловкость, повисшая между ними ещё в начале ужина, улетучилась, оставив место лишь приятному осадку, который греет душу. Уборка продолжается в более спокойной обстановке.

***

Такси за Джуном приезжает довольно быстро. Он садится в машину, машет рукой, выкрикивает в приоткрытое окно «До завтра!». И машина уезжает. Чонгук тоже вызывает себе такси, так как выпил и не может сам сесть за руль. И вот она, привычная обоим неловкость. Чонгук переминается с пяток на носочки, сложив руки за спиной. А Тэхён делает вид, что ему очень интересно рассматривать передний двор. — А вот и мои острые куриные ножки, — хмыкает Чон, а его взгляд направлен на газон возле входной двери веранды. Там преспокойно лежат два пакета на некотором расстоянии друг от друга, и из одного из них большая часть содержимого вывалилась. — Я так и понял, что Юнги не захотел расстраивать Чимина, — Тэхён прикрывает рот ладошкой и начинает тихо смеяться. — Да, он быстро сообразил. Молодец. — Это мило. — Да, — ещё несколько секунд молчания и Чон продолжает, — Тэхён… Ты был бы не против, если бы я пригласил тебя куда-нибудь? — последнюю часть предложения он проговаривает очень тихо, всё-таки опасаясь реакции и отказа. Тот медленно поворачивает голову и смотрит на Чонгука. В голове снова миллион мыслей и вариантов ответа. На данный момент Тэхён старается слушать своё сердце, которое трепещет каждый раз при виде его. И, конечно же, из уст вырывается то, чего больше всего хочется, хоть он и противится этому. — Я не был бы против, — отвечает уверенно Тэ, голос которого даже не подрагивает. И всё. Что в тот момент творилось внутри Чонгука, известно только ему самому. Но это не то, что бабочки в животе. Там что-то невероятное происходит. По всему телу словно тепло разливается. Казалось, что он в этот момент на земле даже не стоит. Взлетает от счастья. Как дурачок, улыбается во все зубы. Вернее… Как влюблённый дурачок.

***

— Так он позвал тебя на свидание? — Чимин нетерпеливо ёрзает возле друга, ожидая ответа. После того как все разошлись и было убрано, первокурсники ушли в свою временную комнату готовиться ко сну. Они приняли душ и уже оба лежат в кровати, негромко разговаривают, обсуждая сегодняшний вечер. — Он позвал меня «куда-нибудь». Про свидание он ничего не говорил, — уточняет Тэхён. — Йа-а-а! Не будь таким наивным! — подпрыгнув на кровати, шипит Пак. — Это и значит, сви-да-ни-е. — Я не знаю, Чим. Будет видно. Я только после того, как согласился, пришёл в себя и начал думать. Давай спать, а? А то завтра я просплю. Это тебе не надо рано вставать. — Ты влюбился, — издевательски тянет Чимин, придвигаясь ближе, а Тэхён закрывает лицо руками и улыбается. — Ладно. Завтра тебя Юнги отвезёт в университет. Он тебе не говорил? — Нет, не говорил. Видимо, он был очень сильно занят кое-кем и у него совсем вылетело из головы, — хохочет Тэхён и тычет пальцем в бок друга. Тот дёргается и смеётся. Чимин так и не рассказал, что «куда-нибудь» его тоже пригласили. Он пока что не уверен в том, что с ним происходит. Возможно, после этой встречи поймёт, что все эти чувства просто ошибочны. В глубине души не хочется, чтобы это оказалось так. Но ему рано сейчас что-то говорить. Если всё пройдёт хорошо, он обязательно поделится этим с Тэхёном в мельчайших подробностях.

***

Третьекурсники собрались в студии после занятий. Скоро состоится мероприятие, к которому они так усердно готовятся. Осталась всего пара недель. Ребята очень талантливы, и чтобы подготовить какое-то выступление или написать текст песни, много времени им не требовалось. Поэтому к предстоящему мероприятию они были уже практически готовы. Но Чонгук с недавних пор вынашивал свою идею. Времени оставалось не так много. Он решил что нужно не тянуть, а поделиться с друзьями сейчас. Так как согласовать эту задумку должны все трое. — Я хотел кое-что предложить. Это касается нашего выступления, — Чон с задумчивым видом крутит в руках ручку. — Что? — интересуется Юнги. — Я слушаю, — не отвлекаясь от игры в телефоне, бубнит Намджун. — Я бы хотел… изменить текст песни, — с длительной паузой произносит Чонгук. Юнги не реагирует как-то эмоционально на это. А вот Джун удивляется: — В смысле изменить? Осталось всего две недели, Чонгук. Я не собираюсь безвылазно тут торчать. Прости, бро, но у меня ещё работа, не забывай, — парень разводит руками, показывая, что, скорее всего, у него не будет времени на репетиции. — Да не заводись ты, — поднимает руку Чон, чтобы друг успокоился. — Я предложил поменять только текст. То есть музыка остаётся. Она спокойная и подходящая для той песни, которую я хочу исполнить. Всё, что мы репетировали, останется как есть. Вам не придётся что-то менять. Поэтому я вас и спрашиваю. Мне важно ваше мнение. — Я правильно всё понимаю? — хмыкает Мин и пару раз нажимает на клавишу синтезатора, проверяя звук. — Возможно, — Чонгук встаёт и подходит к окну. — У тебя уже есть какие-то идеи? — интересуется Юнги. — У меня уже есть почти готовый текст. Нужно немного доработать его и всё. Джун, до которого не доходит, что к чему, убирает телефон в сторону и задаёт вопрос, который скорее адресован сразу обоим друзьям. — Не хотите меня в известность поставить? — приподнимает брови он. — А ты не догадался? — Мин придвигается ближе к Намджуну и манит того пальцем, чтобы он тоже приблизился. И с самым серьёзным лицом тихо говорит: — Будешь много дрочить, мозги вообще работать перестанут. Чонгук и Юнги одновременно начинают громко смеяться. А Намджуну не до смеха. — Ой, да пошли вы на хуй, — парень снова хватает телефон и устраивается на диванчике, запуская игру заново. — Дружище, не психуй, — всё ещё посмеивается Мин. — Просто наш Ромео решил посвятить песню своей Джульетте. Он хочет исполнить её для Тэхёна. — Понятно, — отвечает Джун и обращается к Чонгуку: — В любом случае, если будут какие-то изменения по моей части, то просто предупреди заранее. — Обязательно. Юнги проигрывает какую-то незамысловатую мелодию и, когда синтезатор умолкает, выдаёт: — Я сегодня иду с Чимином на свидание. — Ого! Тебе всё-таки удалось? Поздравляю! Как он, кстати? — Намджун вскидывает брови, снова оторвавшись от игры. — Нормально. Завтра после занятий они собрались переехать обратно в общежитие. Мои родители в субботу утром вернутся. Гуки, у тебя есть все шансы сегодня провести время с Тэхёном. Наедине… Посмотрите что-нибудь. Купи вкусной еды. — Вау! Спасибо за совет, Юнги! — язвит Чон. — Да ну тебя. Блять! Короче, я Чимина забираю. Делайте, что хотите, — машет рукой Мин и принимается за настройку звука музыкального инструмента. В этот момент дверь резко открывается, от чего все трое устремляют взгляд на вход. В студию бесцеремонно входит Лин, совершенно не обращая внимания на надпись с обратной стороны двери «Вход запрещён!». Он смотрит на Чонгука, сложив руки на груди. — Мы можем поговорить наедине, без посторонних? — Во-первых: ты читать разучился? — спокойно начинает Чонгук, стоя лицом к окну. — Ты же знаешь, что сюда даже преподы не заходят. Это святое место. И вход разрешён только троим людям, живущим на этой планете, — он разворачивается, не спеша обходит свой стол и усаживается в кресло, сложив пальцы в замок перед лицом. — Во-вторых: ты сейчас их посторонними назвал? — он кивает в сторону друзей. — Тут нет посторонних. Если ты что-то хотел, говори. — Ладно, — задирает подбородок Лин. — Ты почему не отвечал на мои звонки? И я тебе кучу смс отправил. Ты даже не прочитал, — возмущается он. — А должен? — вскидывает брови Чон. — Но… Мы больше не вместе? Ты меня бросил? — парень подходит ближе к столу и вопросительно смотрит на Чонгука. — Лин, скажи, ты правда думаешь, то, что было между нами, можно назвать отношениями? Мы просто трахались. Удовлетворяли свои желания, вот и всё. Да мы даже не разговаривали никогда толком. — Почему ты так говоришь? Это всё из-за той шлюхи, Тэхёна? Чонгук громко ударяет кулаком по столу и встаёт. От этого резкого движения все присутствующие дёргаются, а Лин, вздрогнув, замолкает. — Не смей называть его так! — стиснув зубы, злостно шипит Чонгук, глядя на парня напротив прожигающим взглядом. — Ты ведь просто использовал его тогда! Как и всех до этого. Ты же сам говорил, что я лучше всех и только со мной быть хочешь! — на грани истерики парень повышает голос. — Лин, уйди. Я тебя по-хорошему прошу… — Гуки, малыш, скажи, что ты просто злишься на меня из-за того случая, — умоляюще произносит он. — Я попрошу у тебя прощения… и ни раз. Ты же знаешь, я хорошо это умею, — улыбается Лин, придвигаясь ещё ближе. — К сожалению, у тебя всё только к этому и сводится. Многое изменилось. Ты меня уже не интересуешь ни в каком плане, — твёрдо заявляет Чон и откидывается на спинку кресла. — Чонгук, ты же понимаешь, что пожалеешь об этом? — Если это угроза, то ты ничего не можешь мне сделать, Лин. — Посмотрим, малыш. С этими словами парень разворачивается, чтобы уйти, но задерживается, обращаясь к друзьям Чонгука. — Удачного выступления, мальчики, — подмигнув. Дверь за ним громко хлопает.

***

Вечером того же дня Чимин, принимая душ, думает, как сообщить другу, что ему нужно уйти, но не сказав при этом, куда именно. Да, и чтобы это звучало максимально правдоподобно. Он предупредил Юнги о том, что не хочет говорить Тэхёну сейчас о них. Тот без проблем всё понял. Поэтому они договорились встретиться у въезда на узкую улицу к его дому. Там его и заберёт Мин. Пак выходит из душа и видит друга, который сидит над домашним заданием, рассматривая страницы книги и отмечая что-то для себя. — Тэхён, какие планы на сегодня? — Чимин проходит к зеркалу, делая вид, что увлечённо рассматривает своё лицо. — Да… Никаких вроде. А что? — оторвавшись от своего занятия и подняв голову, спрашивает тот. — Ты же не обидишься, если я тебя оставлю этим вечером? — Нет, конечно. А ты куда? — Мой одноклассник… Он учится в университете иностранных языков. Тут, в Сеуле. Мы как школу закончили, не виделись. Он предложил мне встретиться с ним, — врёт Чимин, понимая, что именно сейчас это звучит очень странно и неправдоподобно. — Без проблем, — пожимает плечами Тэ, не задавая каких-либо вопросов. — Будь на связи только. А Юнги дома? — Он наверное в студии, как обычно. Я думаю, вернусь раньше, чем он, — стараясь не выдать своё волнительное состояние, быстро отвечает Чимин. Он натягивает на себя чёрные обтягивающие джинсы с дырками на коленях и бежевый свитер, который, казалось, на размеров пять больше. — Ты уверен, что ему не стоит знать, куда ты ушёл, если вдруг он вернётся раньше? — сдерживая улыбку, спрашивает Тэхён. — Мы не парочка, Тэ. С чего бы он должен что-то знать? Я не обязан отчитываться перед ним, верно? — Верно, — подтверждает друг. — Но всё равно звони, если что. — Не переживай. Я постараюсь не задерживаться. Собравшись, Чимин ещё пару минут крутится у зеркала, прощается, убедив друга, что он будет осторожен, и уходит. Когда дверь за парнем закрывается, Тэхён бурчит себе под нос: — Не умеешь ты врать, Пак Чимин. Удачи, — улыбается он и возвращается к тому, от чего его отвлекли.

***

Засидевшись за учебниками, Тэхён не замечает, что прошло уже два часа, как он сидит, не поднимая головы. Парень выпрямляется, потягивается, чтобы размять спину, которая всё равно продолжает ныть, и идёт заварить себе чай. Пока ароматный напиток настаивается, Тэ решает сходить в душ, а потом устроиться перед телевизором за просмотром какого-нибудь развлекательного шоу до того, как все вернутся домой. Обмотав вокруг бёдер полотенце, он входит за чистыми вещами и замирает. В гостиной собственной персоной стоит Чонгук, который, как статуя, даже не моргает и во все глаза смотрит на Тэхёна. — Что ты здесь делаешь? Как ты вошёл? — испуганно спрашивает Тэ, хватаясь крепче за полотенце. — К-ключ. У меня ключ… есть вот… У меня, вот, — несвязно бубнит Чонгук и поднимает перед собой связку ключей, держа в пальцах один, не отводя взгляда от этого стройного тела с медовой кожей. С мокрых волос Кима капельки воды капают на плечи и грудь, стекая вниз, оставляя мокрые дорожки. Чон следит за ними, словно хищник за добычей. Тело Тэхёна тоже ещё влажное, и капли так же стекают к пупку и ниже, впитываясь в махровое белое полотенце. Ком в горле Чонгука кажется таким огромным, что он не может его сглотнуть. Облизывая губы, он продолжает скользить взглядом по телу Тэхёна, который резко кидается к вещам, наспех натягивая на себя штаны и майку. — Мог бы отвернуться, — фыркает Тэ и уходит на кухню пить свой чай. — Прости, я растерялся. Такое не каждый день увидишь. — Правда? Я думал, ты видишь и получше каждый день, — язвит Тэхён. — Зачем ты приехал? Юнги нет дома. — Мне нужен только один вид. И он самый лучший, — произносит Чон, но ответа не следует. — А Чимин? — И его тоже нет, — кратко отвечает парень, закатывая глаза и отмечая, как хорошо Чонгук умеет притворяться, что ничего не знает. — О, а куда… — начинает Чон, но его перебивают. — Будто ты не знаешь. — Тебе Чимин сказал? — Нет. Шифруется. — А… Тэхён смотрит на Чонгука, цокает языком и вздыхает. — Догадался. Будешь что-нибудь? — Кофе, — отвечает Чон, но в глазах читается совсем другой ответ. — Сейчас сделаю. — Спасибо. Чонгук решает не вызывать ещё больше неловкости и не следует за парнем на кухню. Располагается на диване в гостиной, пока тот возится с кофеваркой. Ким справляется быстро. Берёт и свою кружку, чай в которой почти остыл. Ставит кофе на журнальный столик возле Чонгука, а сам садится с другой стороны дивана. — Так ты что-то хотел? — интересуется Тэхён и подносит чашку ко рту, делая глоток. — Хотел… — помолчав несколько секунд, Чон решает сказать как есть, — с тобой побыть рядом. Я соскучился. Можно? Тэхён опускает взгляд, рассматривая кружку в своих руках. Сердце затрепетало. Он и сам скучал. Каждый раз, когда они пересекались в университете, старался даже не смотреть в его сторону. А ведь хотелось подойти и крепко обнять. Прижаться к этому горячему телу. И он прекрасно знает, что не был бы отвергнут из-за посторонних взглядов. Но не мог… Конечно же, не мог. Ему действительно не нужны проблемы. А дома… другое. — Можно, — очень тихо отвечает Тэхён, не поднимая головы. — Тогда… может, посмотрим что-нибудь? Ты ужасы любишь? — Чон не сводит глаз с смущённого парня. — Да, но я один не смотрю… — Так… ты не один, — увидев, что Тэхён задумался, Чонгук улыбается, — Ты можешь держать меня за руку, если будет страшно. Ким как-то не подумал над ответом. Но как он будет смотреть фильм ужасов с Чонгуком? С Чимином Ким всегда эмоционально реагирует на пугающие моменты, чуть ли ни запрыгивает на друга. А потом они долго смеются. Смотреть такой фильм с Чонгуком страшно вдвойне. — Какой фильм будем смотреть? — Тэхён слабо улыбается и отводит взгляд. — У тебя есть варианты? — Может, что-то такое, чего не видел ни ты, ни я? Когда они определяются, Тэхён приносит чипсы и колу. Удобно устроившись рядом друг с другом, Чон накидывает на них плед. Ким максимально старается не выдавать своего волнения и трясущихся рук, когда берёт банку с напитком со столика. Ему приятно находиться рядом с Чонгуком. Да, недоверие ещё присутствует, но совсем недавно он мог только мечтать вот так сидеть рядом с ним за просмотром какого-нибудь фильма. На данный момент он счастлив. И не важно, что из этого выйдет. Не важно, что потом. Главное на данный момент ему хорошо. Прошло минут тридцать фильма, и Чон в очередной раз бросает взгляд на Тэхёна, который сидит, натянув плед так, что видны только нос и глаза. Чонгук закидывает руку за его голову и легонько приобнимает. И Тэ, на удивление, придвигается ещё ближе, укладывая голову ему на плечо. Как и ожидалось, Тэхён практически сидит на Чонгуке из-за пугающего сюжета, периодически вскрикивая и дёргаясь. Тот только смеётся и обнимает крепче. — Если тебе так страшно, почему ты смотришь? — сквозь смех задаёт вопрос Чон. — Но мне интересно… И страшно… И интересно, — немного виновато отвечает Ким. — Если ты всегда фильмы ужасов так смотришь, я готов их все пересмотреть с тобой, — мурчит Чон в изгиб шеи парня, пуская мурашки по всему его телу. Тэхён оборачивается к Чонгуку и их носы соприкасаются. Резко дёрнувшись, он начинает валиться с дивана, но Чонгук придерживает его рукой за талию. Глядя прямо в глаза Кима, не спеша начинает подаваться вперёд. Парень опускает взгляд на губы Чонгука и тихо выдыхает. Закрыв глаза полностью, чувствует горячие, немного суховатые губы, которые невесомо касаются его щеки. — Прости, Тэхён. Мне так сложно держать себя в руках рядом с тобой. Не хочу пугать тебя и настаивать, — Чонгук отстраняется, приложив свою ладонь туда, где только что оставил свой поцелуй, поглаживая большим пальцем. — Не пугаешь, — тихо произносит Тэ, облизывая свои пухлые губы, заметно выдавая тщательно скрываемое волнение. — Ты взволнован, я вижу. Твои руки заметно дрожат, как и мои, — Чонгук слабо улыбается. — Я не обижу тебя и не причиню вреда. — Знаю. Чон прижимает его себе, обнимая. Несколько минут просто наслаждается этим моментом. Тепло чужого тела согревает душу, и он чувствует, как уютно и спокойно рядом с Тэхёном. Сильно жмурится в многочисленный раз, мысленно ругая себя за то, что вытворял, и за то, какой он идиот. — Я так виноват перед тобой, — потираясь щекой о плечо парня, начинает Чонгук. — Поверь мне, не было ни дня, чтобы я не хотел вернуться в тот вечер и всё изменить. Понимаю, обстоятельства не самые приятные для тебя. Можешь считать меня эгоистом. Но я счастлив, что встретил там именно тебя. Надеюсь, что ты простишь меня когда-нибудь, — он слегка приподнимает за подбородок лицо Тэхёна, чтобы тот взглянул на него. — Ты научил меня чувствовать, Тэхён. Показал, что такое настоящие эмоции. Всё это время я жил в мире, созданном мной же для собственного комфорта. Где меня все боготворят, хотят, считают самым лучшим. Я будто очнулся от крепкого сна. До встречи с тобой просто существовал. А теперь знаю, для чего и кого хочу жить по-настоящему. Я помню каждое твоё слово, касание, взгляд… Храню каждый момент, связанный с тобой, в своём сердце. Тэхён внимательно слушает, глядя прямо в глаза. Слова впитываются и проникают под кожу. Бегут по венам, попадая в самое сердце. И он не может больше себя сдерживать. Первый подаётся вперёд и нежно касается чужих губ своими. Чонгук сразу же отвечает на поцелуй. Не торопясь сминает пухлые и сладкие губы, но поцелуй не углубляет. Ждёт. А руки будто не слушаются. Блуждают по телу парня. Тот и не сопротивляется. Лишь крепче обнимает за шею и прижимается ближе к груди Чонгука, чувствуя, как бьётся чужое сердце. Также бешено, как и собственное. Ким не пьян. Но он сильно опьянён Чонгуком. Тот дурманит своим присутствием и действиями. Отрицать очевидное глупо и неправильно. Скользнув своим языком по нижней губе Чона, чуть надавливает и пытается ненавязчиво протолкнуть его внутрь. Тот сразу же понимает прямой намёк и, ни секунды не теряя, уже исследует своим горячим языком чужой рот. Гостиную заполняют звуки мокрого поцелуя и рваного дыхания. Тэхён чувствует, как его слабо подталкивают, и он, ловко перекинув ногу через бёдра Чонгука, устраивается поудобнее сверху. Обвивает руками шею и продолжает нежиться в руках человека, медленно сводящего его с ума. Нехотя Чон отрывается губ парня, но не отстраняется. — Не дразни меня, пожалуйста, — тяжело дыша, шепчет он. — Прости… — шепчет Тэ, закусив губу и заливаясь алым румянцем. Он опускает голову и начинает съезжать вбок с бёдер Чонгука, чтобы сесть рядом и, возможно, продолжить просмотр фильма, про который они совершенно забыли. — Постой, — возвращает парня одним движением руки к себе на бёдра. — Просто я не хочу, чтобы ты думал, что должен это делать. Если ты не готов, я буду ждать, Тэхён. Никуда не денусь. Только твой. — Только мой? — устраивается на груди Ким, прижимаясь всем телом, и просовывает свои руки под футболку к спине, обнимая. — Только твой, amore, — улыбаясь, произносит Чонгук. — Нам будет очень сложно быть вместе. Ты же знаешь, как к этому отнесутся в университете. Я не хочу, чтобы снова кто-то пострадал, — Тэхён поднимает голову, утыкаясь носом в чужую щёку. — Никто больше не пострадает, — серьёзно отвечает Чон. Ким крепче обнимает, прикрывает веки и целует в скулу. Чувствует руку на своей шее, и его снова увлекают в поцелуй. Привстаёт, чтобы было удобнее, вытягивает руки, выпуская из объятий, обвивая шею. — Чонгук… — хрипит Тэ, встречаясь со взглядом напротив. — Я хочу… — с волнением в голосе произносит он. — Тэхён… — Ничего не говори. — Боже, что же ты делаешь со мной… — Чон снова впивается в губы Тэхёна, целует так глубоко и по-настоящему что в паху становится тесно. От его предложения и хорошо ощущаемого стояка, что упирается в собственное возбуждение, порождается желание толкнуться бёдрами вперёд и выбить глухой стон парня прямо в свои губы. Проворные руки ныряют под резинку штанов и сжимают ягодицы, от чего Тэхён в очередной раз стонет в поцелуй и краснеет. Потому что вспоминает о том, что когда вышел из душа и увидел Чона, который неожиданно пришёл, натянул только спортивные штаны. И сейчас без нижнего белья ёрзает своей задницей по бёдрам. Тэхён бы шлёпнул себя по лицу за такое, но он настолько одурманен сейчас, что толкается ягодицами в чужие ладони и довольно мычит, прикусив его нижнюю губу. Довольствуется этим, каждый раз распаляя желание, выбивая новые хрипы и глухие рычания. Нерешительно медленно руки Тэхёна блуждают по груди и животу Чонгука, задевая кромку спортивных штанов. Парень накрывает ладонью его возбуждённый член, слегка сдавливая через слой ткани. Почувствовав касания, Чон с громким чмоком разрывает поцелуй, втягивая воздух через сжатые зубы, и сразу же громко выдыхает. Тэ подносит ладонь к своему рту и смачно облизывает её. От этого действия у Чонгука болезненно дёргается член в штанах, просящий поскорее уделить ему внимание. Тэхён приспускает резинку и нижнее бельё, обхватывает влажной ладонью его изнывающий орган и начинает энергично двигать рукой по всей длине. — Чёрт… Помедленнее, amore. Я хочу сполна насладиться тобой, — томно хрипит Чонгук, облизывая свои губы. Не оставляя без внимания возбуждение Тэхёна тоже пропускает руку под резинку его штанов, обхватывает аккуратный член, надавливая большим пальцем на головку. Тот слабо толкается в ладонь, а с губ срывается приглушённый бархатный стон. Чон сразу же ловит эти звуки своим ртом, впиваясь в сладкие губы жадным поцелуем. Тэ ускоряет движения рукой, одновременно ёрзая на бёдрах. Чонгук нетерпеливо начинает подмахивать, толкаясь в тёплую ладонь. Стоны парней поглощают стены чужого дома. Ким немного ниже спускает свои штаны, убирает руку Чонгука, укладывая её себе на талию, ощущая, как чужие пальцы сразу же сжимаются на ней. Придвигается плотнее и обхватывает их члены, одновременно ритмично надрачивая и имитируя при этом лёгкие толчки для большего эффекта, доставляя удовольствие им обоим. Его длинные пальцы превосходно справляются с задачей. Чонгуку настолько хорошо, что он откидывает голову на спинку дивана и хрипло стонет, сжимая в руках ягодицы парня, на которых явно останутся багровые следы. Ласкает слух Тэхёна, а тот, слыша эти стоны, двигает рукой ещё быстрее, уже чувствуя собственный тугой узел внизу живота. — Я сейчас… — прерывисто выдыхает Тэхён, открыв рот в немом стоне. — Не останавливайся, прошу… — еле шевеля губами, рвано хрипит Чонгук в ответ, закатив глаза от удовольствия. Он снова прижимает к себе Тэхёна. Скользит меж его ягодиц, пальцем надавливая и поглаживая колечко мышц, от чего тот громко ахает и упирается рукой в спинку дивана, откинув голову назад. Чонгук оставляет мокрые краснеющие следы на его ключицах от поцелуев. Учащённое дыхание обоих говорит о приближающейся разрядке. Ещё пару ритмичных движений рукой, и они одновременно изливаются, пачкая грудь Чонгука. Оба тяжело дышат, пытаются прийти в себя и глупо улыбаются, будучи довольными таким стечением обстоятельств.

***

— Куда мы едем? Встретившись в том месте, где и договаривались, Чимин в этот раз садится на переднее пассажирское сидение. Отношения между ними очень сильно изменились. Пак уже привык к необычным для него чувствам, которые он испытывает к Юнги. Ему нравится находиться рядом, пересекаться взглядом в университете, смущённо улыбаться в ответ на его улыбку. Страх, естественно, присутствует, поэтому Чимин не знает, как себя вести. Не знает, когда они переступят черту дружеских на данный момент для них отношений. Но Мин старается не давать погружаться глубоко в свои переживания. — Туда, где тебе понравится, — улыбается Юнги. — А ты откуда знаешь, что мне понравится? — с лёгким прищуром спрашивает Чимин. — В том месте, куда я тебя везу, точно должно понравиться, — он снова переводит взгляд на пассажира и замечает его напряжённое выражение лица. — Боишься? — Не то чтобы боюсь. Волнуюсь скорее. — Не волнуйся, зефирка. — Не помогло, — выдыхает Пак. — Перестань. Хочешь, включи музыку, отвлекись, — слегка улыбается Юнги. После двадцати минут езды по вечерним улицам они добираются до места назначения. Это оказывается большой торговый центр. На улице уже стемнело. Здание светится и всячески переливается яркими огнями. И выглядит это завораживающе. Юнги паркует машину на стоянке возле центра и поворачивается к Чимину, который через окно разглядывает здание. — Ну что, пойдём? — Пойдём. Мне интересно, почему мы здесь. Этот центр такой огромный! — восторженно восклицает Чимин. Он выходит из машины первым и не замечает, как Мин достаёт из бардачка широкую плотную ленту и суёт её в карман своей кожанки. Когда парни входят в торговый центр, Чимин начинает оглядываться по сторонам с явным восторгом на лице. Множество всяких магазинов с сувенирами, одеждой, техникой. Кафе, развлекательные отделы. Не то, чтобы парень никогда не видел подобных мест, просто, как минимум, он уже очень давно не выезжал в торговые центры. Да и в таких огромных он не был. — Нам туда, — указывает в сторону лифта Юнги. Чимин идёт за ним, не задавая вопросов. Ему и правда интересно, что тот задумал. Мин проходит мимо лифта и сворачивает за угол. Останавливается у двери, за которой, судя по всему, лестница. — Нам придётся подняться пешком. Почему не на лифте потом поймёшь, — парень открывает дверь, пропуская вперёд Чимина. Поднявшись на второй этаж, Юнги смотрит на парня и кивает на лестницу, ведущую дальше на третий этаж здания. Она слабо освещена, и Пак в недоумении оглядывается. — Пойдём, давай, — Мин протягивает руку Чимину, а тот немного недоверчиво вкладывает свою маленькую ладошку в неё, чувствуя, как переплетаются их пальцы. От этого щёки начинают наливаться румянцем. Парни поднимаются на третий этаж, и когда Юнги открывает дверь, Чимин непонимающе начинает вертеть головой по сторонам. В этой части совсем нет людей. Подсвечиваются лишь витрины магазинов, которые не работают. — Тут всё закрыто, Юнги. — Я знаю, — уверенно отвечает Мин. — Но… — Ты не против, если я завяжу тебе глаза? Доверишься мне? — неожиданно произносит он. — А можно я просто закрою глаза? — тушуется парень, продолжая оглядываться. — Не бойся. Поверь, рядом со мной тебе ничего не угрожает. И я не наврежу. Чимин никак не может понять, почему ему боязно согласиться на такую простую просьбу. Он всегда с лёгкостью шёл на авантюры. А тут внутренняя паника, даже некий страх. Но любопытство сильнее всех этих чувств сейчас. Да и испортить сюрприз не хочется. Юнги всё так же держит его за руку и терпеливо ждёт. — Хорошо, — почти шёпотом соглашается Пак. Мин еле сдерживает себя, чтобы не запрыгать от счастья. Ведь Чимин делает шаги к нему на встречу. Маленькие и неуверенные, но всё же. После того как аккуратно завязывает Чимину глаза, он, не отпуская руки, ведёт к месту, где планировал увидеть его счастливую улыбку. — Вот так. Молодец. Ещё немного, и мы будем на месте. — Если это какой-то твой тупой розыгрыш, Мин Юнги, я тебе оторву… — начинает нервничать парень, но слышит хрипловатый смех. — Тише, мелочь. Не розыгрыш, — уверяет тот и подбадривающе, чуть сильнее сжимает пальцы Чимина в своей руке. Ещё пара шагов и Юнги останавливается. Пак чувствует, что его руку отпускают, и его моментально охватывает волнение ещё больше. Но уже через секунду он ощущает чужие ладони на своей талии, что заставляет тело вздрогнуть. Мин аккуратно разворачивает Чимина к себе спиной. — Готов? — Ох, мамочки. Не знаю к чему, но готов, — на выдохе произносит Пак. — Я надеюсь, что не прогадал, — с нескрываемым волнением шепчет Юнги, начиная неспешно развязывать повязку. — Меня сейчас разорвёт от любопытства, — дёргает плечами Чимин, перебирая нервно свои пальцы. Когда атласная повязка с его глаз соскальзывает, он всё ещё продолжает стоять с закрытыми глазами, не решаясь посмотреть. Глубоко вздохнув, Чимин приоткрывает веки и застывает с открытым ртом. Он ожидал чего угодно, но не этого. Перед его глазами витрина самого большого магазина для творчества в Сеуле, название которого «ARTSHOP». Тот самый, куда они с Тэхёном безумно хотели попасть, но до открытия оставалось ещё несколько недель. Он читал про него в интернете. Правда, то, что он конкретно в этом торговом центре находится, Чимин не мог представить. — Юнги, я не понимаю. Магазин ещё даже не открыт, — вопросительно смотрит Чимин. Тот молча, но с улыбкой на лице подходит к витрине и не сильно стучит костяшками пальцев три раза по толстому стеклу. В миг внутри магазина начинают загораться лампы, и взору предоставляется вся продукция, аккуратно расставленная на полках. — Для тебя, зефирка, он сегодня откроет свои двери. Ты будешь первым посетителем, — в ожидании реакции застывает Мин. На лице Чимина снова восторг. Он медленно разворачивается к Юнги с открытым от удивления ртом. — Но как? — Всё потом, — улыбнувшись, отвечает тот. — Ты можешь выбрать всё, что захочешь. — Всё, что захочу? — переспрашивает парень, глаза которого расширяются и начинают блестеть от радости. — Именно, — кивает Мин в ответ. Чимин подпрыгивает на месте и хлопает в ладоши. Улыбка становится всё шире, превращая Юнги в лужу всё больше. Он тает, когда видит это счастье в его глазах. И рад, что не облажался. Чимин пропадает между рядами. Он мечется от одной полки к другой. Всё рассматривает и аккуратно щупает. Подскакивает к огромному стенду, который разделён на вертикальные подставки. Там, казалось, было бесконечное разнообразие кистей для рисования. Чимин берёт в руки несколько разных по размерам и смотрит на Юнги, который ходит следом с дурацкой улыбкой на лице. — Я же сказал. Всё, что хочешь, — напоминает он, заметив, как Пак смотрит на него. В порыве радости Чимин подбегает и обнимает его в знак благодарности. Ему нужно буквально несколько секунд, чтобы понять, что он сейчас, как пятилетняя девочка, радуется купленной ей игрушке и висит на шее своей матери. Чимин резко отстраняется, неловко улыбается, стараясь не смотреть в глаза Юнги. — Я тоже рад, что тебе нравится, — мурчит Мин, разряжая обстановку.