Сквозь ладони

Нетейам никогда не думал, что когда-нибудь будет от дома слишком далеко. У него даже в мыслях не было, что он в принципе покинет родной лес, свой народ, друзей. Если бы Нетейаму еще месяц назад сказали о том, что он улетит, оставив все позади, то он бы положив руку на плечо На’ви и сказал: «Я никуда не собираюсь улетать и буду сражаться за свои земли и семью». Но сейчас, сидя на своем Икране, смотря на то, как отдаляется их дом, ему хочется выть, от бессилия, стыда и злости. Решение отца было воспринято в штыки, что не удивительно. Больше всех возмущались Кири и Ло’ак. Ло’ак возмущался больше всех, повышал голос, пытался казаться куда страшнее отца, пусть и было видно, как поджимались его уши от страха и неверия. Говорил много лишнего: о предательстве народа, какой-то трусости… А потом долго извинялся, прижимаясь лбом в грудь Джейка, ведь на самом деле страшно, даже очень. Кири была совсем немного спокойнее, до момента споров. Она не могла, не хотела и не видела другого выхода, уж точно не оставлять нуждающихся в ней Оматикаев. Просила лететь без нее, тем и делала лишь хуже, с трудом отталкивала от себя Джейка, ругалась, кричала, а после, сидя на полу, качалась вместе с обнимающей ее Нейтири. Тук – в угоду своего возраста, не сильно протестовала, в какой-то степени принимая выбор родителей, ведь доверяла им, а Нетейам… Видя, как отец нуждается в поддержке столь трудного для него решения, помогал успокоить младших, хотя на душе скреблись Змееволки. Голова Тейама ломалась от противоречий, он ждал хоть каких-то ответов от Эйвы или же на крайний случай от Сильванин, раз она “оберегала” его на протяжении стольких лет, предупреждая о смерти родных или же людях, уничтожающих его дом, но… Столько не сиди, не пытайся очистить разум от посторонних мыслей, все тщетно. Искать ответы придется самому, и юноша подозревал, куда ему нужно отправится. Встав, он направился к Древу Голосов, стараясь игнорировать внимательный взгляд желто-зеленых глаз, прожигающих прямую спину, лишь ускоряя шаг. Наблюдая, как после каждого шага, на короткой траве остается след от ноги, переливаясь от светло-зеленого, до желтоватого оттенка. Дернув хвостом, задевая толстые листья, сын Салли замедлил шаг, прислушиваясь к шуму вокруг себя, прикрыв янтарные глаза. Тихий шелест листьев, шум крыльев насекомых, его собственные шаги, даже собственное сердцебиение. Нетейам… Резко открыв глаза, парень даже отпрыгнул назад, спотыкаясь о могучие корни, болезненно приземляясь на филейную часть тела. Подняв глаза, в очередной раз разглядывая Древо Голосов, Нетейам глубоко вздохнул, успокаивая быстро стучащее сердце. Каким образом он смог добраться так быстро, да еще и с закрытыми глазам – Тейам не знал, да и ответить на заданный вопрос не имел возможности. Неспеша поднявшись на ноги, нерешительно делая жест «Я тебя вижу», Оматикай подошел еще ближе, прикасаясь к коре. Подушечки пальцев уловили живое тепло, исходящее от древа, уши поймали даже без связи, спокойные голоса, звонкий смех, детей, женщин, мужчин… Взяв куру второй рукой, Тейам поймал пару светящихся лиан, открывая доступ оголенным нервным окончаниям, на мгновение замирая на месте. – Мне нужна твоя помощь… Сильванин. – Подняв голову, разглядывая темное небо, сквозь светящиеся ветви Древа Голосов, юноша создал связь, медленно садясь на землю. Слабый ветер колышет темные косички, когда остроконечные уши коротко дергались, реагируя на любой шум вокруг. Под опущенными веками двигались янтарные глаза, и парень невольно нахмурился, пытаясь сосредоточиться, ведь так делала сестра, ее учила бабушка, а она в свое время обучала этому Сильванин… Так почему сейчас ничего не работает? Почему она не слышит его мольбы и просьбы? От нервов и напряжения сердце невольно забилось быстрее, а тонкий хвост болезненно встретился с землей, издавая глухой стук. Резко открыв глаза, в надежде увидеть если не Сильванин, а хотя бы поменявшуюся местность, Нетейам был малость… Разочарован. Усердное медитирование и молитвы так и не дали свои плоды. Ни после десяти, ни после тридцати минут, он не увидел, не услышал и не почувствовал чье-нибудь присутствия. Медленно разрывая связь, Тейам тяжело вздохнул, опуская голову. Его единственная надежда на получение ответов полностью его проигнорировала… А может у него на самом деле действительно не было никаких способностей, а сны, как он и предполагал, были лишь кошмарами, когда голос – разыгравшимся воображением на почве волнения за младших брата, сестер и Паука? Неспеша поднимаясь с земли, чувствуя, как ноги уже изрядно подустали находится в одном положении, Тейам в последний раз обернулся на Древо, прощаясь с ним, даже не зная, смогут ли они когда-нибудь вернутся к нему, к своему клану… Вспоминая свой неудачный ночной поход, Оматикай заметно поник, опуская остроконечный уши. Его глаза уже не улавливали заросшую землю за горизонтом, высокие деревья и кусты и даже некоторых животных. Теперь впереди, за спиной, слева и справа была одна вода. Бескрайняя, опасная, со своими законами и обычаями. Конечно, если бы он двигался один, да и куда глаза глядят, он бы очень скоро погиб, не добравшись до места назначения. Из тяжелых раздумий его вывел Ло’ак, заметив уж слишком долгий взгляд старшего назад, а уже потом какого-то пустого в воду под ними, от чего даже дракон стал невольно поглядывать на наездника, подергивая крыльями и издавая пусть и тихое, но шипение. – Хей, брат, чего задумался? – Пытаясь держать планку хорошего настроения, средний сын уже бывшего вождя подлетел ближе к брату, вовремя останавливаясь, чтобы их Банши не столкнулись крыльями. – Да так… Ни о чем. – Проведя по шее рукой, задевая большое украшение, от чего оно несильно двинулось, однако быстро вернулось на место. Короткий прищур младшего заставил напрячься, но лицом, да и телом Тейам этого не показал, разглядывая Ло’ака в ответ, и спустя пол минуты, приподнимая брови, в немом вопросе. – Как думаешь… Куда мы летим? – Зачем-то понизив голос на уровне шепота, младший коротко повернулся в сторону летящих впереди родителей, наверняка думающих о чем-то своем. Проследив за его взглядом, Тейам ощутил волну дрожи, стоило зацепится за все еще мокрые щеки матери, вспоминая, как по возвращению назад, он стал свидетелем тяжелого прощания. Как его храбрая, сильная и стойкая, но одновременно с этим ранимая, стеснительная и любимая матушка не могла найти в себе силы подняться с пола, плача в плечо Мо’ат, прощаясь ночью, ведь утром это будет очень трудно и еще больнее. Резко отвернувшись, ведь глаза неприятно защипало, Нетейам сжал челюсть. – Не знаю… Куда-то далеко, чтобы Небесные люди не смогли найти нас и навредить нашему народу. – Вновь обернувшись назад, но лишь на долю секунды, пока в наушнике не прозвучал уставший голос отца, приказывающий подняться выше, ведь приближающийся ветер мог вызвать сильные волны, и риск не вовремя искупаться в соленой воде лишь возрос, остальные Икраны поочередно поднялись на уровень выше. – Это да… Может там будет хотя бы весело. – Вскинув голову, чтобы старший точно смог увидеть его ехидную улыбку, Ло’ак негромко хихикнул, дернув ушами несколько раз вверх и вниз. – Хах, с тобой точно не соскучишься, всегда найдешь проблемы на хвост. – Хихикнув лишь громче, от шипящего «Да пошел ты», от Ло’ака, Тейам почувствовал себя лучше, но лишь совсем немного. Внутри все еще кипела кровь и разрастался ураган, но на лице ничего так и не отобразилось. Лететь еще долго. Темная вода никак не хотела хотя бы на тон становится светлее. В ее глубинах таилась опасность, которую даже не увидишь, сколько не приглядывайся, вот и гадай, когда из-под воды выскочит какая-нибудь наверняка большая рыбина и проглотит всех пятерых летунов разом. Поправив темную накидку, что от порыва ветра слишком сильно раскрылась, Тейам прикрыл глаза, вдыхая морской воздух. Кири и Ло’ак коротко переглянулись, переговариваясь о чем-то своем, но время от времени продолжая кидать взгляды в сторону старшего. Уж слишком он… Наконец вода постепенно начала светлеть, проявляя своих морских обитателей, от мала до велика, ну или тех, за кого успели зацепится несколько любопытных пар янтарных глаз. Вот они наконец пролетают мимо выглядывающих из-под воды коралловых островов, небольших песочных с некой растительностью, а стоило поднять глаза выше, к изменившемуся горизонту, так начали виднеться более обширные территории песка, леса и все той же воды. Невольно опуская взгляд снова к воде, как раз в тот момент., когда что-то большое, тяжелое и бронированное спряталось за кораллами, поднимая песок, Ло’ак невольно поежился. Уж с кем, а этим нечто не шибко хотелось встретится в обыденное время. Громкий шум рога призвал народ Меткайинов собраться у берега, замечая приближающихся незнакомцев, верхом на неизвестных летающих рептилиях все ближе к их рифовому острову, вскоре вовсе приземляясь на песке. Шестеро лесных На’ви, столь необычные и отличающиеся своим строением и видом. Тонкие хвосты, руки, ноги, тела. На вид вообще хрупкие и легкие, только толкни и сломаешь. Страшные желтые глаза, смотрящие прямо в душу, а темноте наверняка еще и светятся, будто хищник какой, ведущий незаметную охоту. Одним словом – чужаки. Если, конечно, не слушать мозг. Спокойно проходя мимо столпившихся, что заранее замечали приближающегося сына вождя, Аонунг с неподдельным интересом разглядывал прибывших. Заметив, как двоя парней, полностью копируя походку и жесты своего отца, быстро подняли руки вверх. Они по большей части и заинтересовали внимательный взгляд первенца Оло’эйктана, а точнее один из них. На вид его ровесник, возможно старший, а то тот, что поменьше слишком напряженный, и смотрит то на отца, то на брата, пытаясь предугадать их действия и решая, как себя вести в столь новой для него ситуации. Небольшой корсет воина, выглядывающий из-под темной накидки, закрывающая плечи, спину и грудь, броня на ногах, как и у матери, практически полностью закрывающая ноги, что-то на лбу, видимо для глаз, и ожерелье на шее. Пока происходил столь детальный осмотр новичка, Рифовый Принц пропустил момент, когда, двое братьев мало того, что заметили его, так еще пропустил жест «Я тебя вижу» (Если честно, я не ебу, как его более покрасивше назвать, так что пусть будет так). Удивленный взгляд объекта недавнего осмотра мигом отрезвил рыбью голову, но отвернуться не позволил. Столь жуткие для большинства Меткайинов янтарные глаза не показались таковыми для Нунга. Конечно, удивительно и да, немного пугающе. Однако была в них какая-то нотка… Которую будущий вождь не мог, да и не хотел сейчас объяснять. Найдя в себе, силы отвернуться и сейчас, юноша на пару с другом обошли незнакомцев сзади, продолжая анализ. – Это что, хвост? – Ротксо издал негромкий смешок, указывая на дергающийся из стороны в сторону тонкий синий отросток с темным, миленьким пушистым кончиком. Аонунг, не меньше удивленный столь большим отличиям, не смог сдержать такой же смешок, краем глаза замечая, что обладатель хвоста, заслышав его обсуждения, очень скоро обернулся. Отрываясь от изучения хвоста, Меткайин невольно вздрогнул, встречаясь с обиженными желтыми глазами напротив. Выдавали обиду опущенный остроконечные уши и поджатые губы, от чего они вовсе становились тонкими и почти не видимыми. Похоже, безобидная шутка его друга задела новоприбывших, от чего стало неловко еще сильнее. Только Рифовый Принц открыл рот, чтобы извиниться за друга, как почувствовал легкий шлепок на своей руке. – Ротто, Аонунг, прекратите сейчас же. – Цирея материализовалась будто в воздухе, сокрушая брата и друга своим грозным видом, заставляя быть хотя бы чуточку серьезнее. Пока дочь вождя наводила порядок, из толпы показалась две головы, а буквально через пару секунд, пробравшись через взрослых, к подруге подошли еще две девушки. Переговариваясь практически одними глазами, Меткайины практически одновременно перевели взгляд с старшего лесного на младшего, чье внимание было отдано явно не им. – Привет. – Коротко ухмыльнувшись, Ло’ак махнул рукой девушкам, вызывая у всех троих улыбки, даже немного смущая. – Какой милашка. – Девушка, что пониже, шепнула старшей на ухо, прикрывая рот рукой, чтобы уши незнакомцев ее точно не услышали. Однако полученное сообщение не шибко понравилось собеседнице, и несильно стукнув подругу по затылку, сестры убежали ближе к подошедшему вождю. – Прекрати, Нетейам… «Нетейам» – пронеслось в голове будущего вождя, что продолжал даже после замечания сестры наблюдать за переменной эмоцией между братьями, а в особенности старшего. Вот и сейчас, тонкий хвост дернулся в сторону, несильно закручиваясь на подобие спирали, следом опускаясь вниз и уже там, периодически дергаясь в разные сторону. Тоновари переговаривался с Торук Макто, как услышал Нунг, тот самый, что раньше был Небесным человеком, а после войны с когда-то своим народом, собрался с другими кланами, отвоевывая свой дом. Аонунг, конечно же, мог бы послушать повнимательнее проходивший диалог между лесным На’ви и его отцом, однако бросил эту затею практически сразу после прошедшего мимо ушей просьбы об «Утуру» , будто бы загипнотизированный чужим хвостом. Вся эта абсурдность первой встречи казалась сейчас такой неправильной, а осознание что возможно они видятся последний раз дала толчок к действию. Позволив желанию извиниться перед обладателем золотых глаз взять вверх, Аонунг, решил привлечь внимание оного На’ви, попытавшись тронуть парня за хвост. Первая попытка не увенчалась успехом, ведь гибкий отросток молниеносно дернулся в сторону, стоило пальцам только его коснуться. Вторая попытка приобрела чуть больший успех, однако все так же мимо, ведь четырехпалая широкая конечность даже не успела толком за него ухватится, так же быстро теряя. Получилось только с третьей попытки. Успев мало того, что поймать, так еще и удержать хвост, морской На’ви лишь на мгновение успел обрадоваться, когда небольшая четырехпалая конечность довольно болезненно ударила по широким ладоням, высвобождая свою часть тела. Вздрогнув от неожиданности, Аонунг резко поднял голову, в очередной раз встречаясь с янтарными глазами новенького, в которых уже читалось небольшое напряжение. Он точно успел уже ему надоесть... Впервые Рифовый Принц поблагодарил Великую Мать не раз и не два, за то, что в данный момент рядом с ним не было рядом Тсахик. Ох, уж не понравилось бы ей поведение собственного сына, Ронал бы его на месте утопила, разок извинившись за неудобство, следом уволакивая труп первенца за ногу. Негромкий шепот в стороне заставил прислушаться и отвести взгляд. Несколько, если не десяток голубых глаз с непониманием наблюдали за действиями их юного будущего вождя. Негромко кашлянув, Нунг поспешил отойти, затевая бессвязный разговор о чем угодно с Ротксо, что так же был свидетелем удивительной реакции на другой вид, уж точно посильнее остального клана. Весь интерес обсуждения тут же прошел, стоило заметить неспеша приближающуюся Ронал, осматривающую Оматикаев. Поймав сначала хвост женщины, довольно небрежно проводя по всей длине рукой, Тсахик приблизилась к девушке, тут же замечая явные отличия. Резко поймав ее запястья, ладонями к себе, Ронал нахмурилась. Зрения ее не обмануло и это разозлило лишь сильнее. – Это не настоящие На’ви. – Громко сказала Тсахик, сильнее сжимая запястье, стоило девушке предпринять попытку вырвать руки. – Настоящие… – У Оматикайя даже сил не было спорить после долгого перелета и столь ненужного и непонятного для нее допроса, так еще и тыканья в ее “особенность” у всех на виду, не стесняясь в выражениях. В какой-то степени она так же являлась духовным лидером и подобное отношение вызывало волну напряжения. И не только у нее возросло напряжение. Нетейам, неотрывно наблюдая за мучениями сестры, и сам постепенно нагревался, от чего тонкий хвост задвигался в разы активнее, но Аонунг не придал этому особое значение. Эти хвосты будто самостоятельно двигаются, без воли хозяина. Однако Ронал на это не остановилась. Наконец отпустив запястья несчастной девушки, она быстро подошла к братьям, внимательными глазами находя следующую жертву. Хватая младшего за запястья, Тсахик подняла его руку, второй рукой расправляя его ладонь, для всеобщего обозрения. – В них течет кровь демона! – Собравшиеся вокруг Меткайины тут же зашипели, напряглись, когда Оматикай, чью руку использовали в данный момент для примера, в бессилие смог лишь опустить голову, прячась от чужих взглядом. Наступившую тишину прервало резкое шипение от старшего из сыновей Торук Макто, что, неотрывно смотря женщине в глаза, резко вырвал руку брата, тут же закрывая собой. Люминесцентные точки на мгновение вспыхнули, а глаза поменяли на пару секунд оттенок, становясь зелеными, что не прошло мимо духовного лидера Меткайинов. Негромко хмыкнув, Ронал повернулась к Тоновари, который уже преодолел половину путы, в попытке успокоить если не жену, то первое время спокойного Тейама. – Нетейам, что с тобой? – Джейк казался еще более нервным, чем собственные дети. Приблизившись к сыновьям, он довольно резко развернул старшего к себе лицом, без возможности опустить головы. – Какая муха тебя укусила? Перед тобой Тсахик… – Она сделала больно Ло’аку и Ки… Прости отец, такого больше не повторится… – Опустив уши, парень опустил глаза, поджимая уши. Он и сам не до конца понял, почему так сделал, просто надоело, просто не переносит издевательства над братом и сестрой. Потому что… Бывший вождь, бросив на младшего сына сочувствующий взгляд, мельком провел руками по макушкам обоих, когда Нейтири утащила в объятья дочерей. Остальной диалог прошел для старшего, как в тумане. Джейк что-то там сказал про усталость после перелета, нервозность и о воспитании, но Тейам не слушал, в голове начал звучать гул, а грудь неприятно защемило. Прерывистый выдох сорвался с губ, а к руке кто-то прикоснулся. Неуверенно обернувшись, Нетейам легко улыбнулся, даже как-то натянуто, чувствуя, как пальцы брата более уверенно перехватывают его ладонь, и тихо спрашивает: «Все хорошо?» Хотел бы он ответить, да сам не понимал, хорошо с ним или плохо… Поправив перекинутые через плечо сумки, Нетейам следовал позади, первоначально решая, что так проконтролирует, если Ло’ак вдруг не удержится на мягком мосте из-за прыгающей Туктирей, ну или из-за собственной кривоногости и баловстве, однако продолжая делать шаг за шагом, он понимал, что подобная идея была совсем не для этого. Его все еще тревожил несостоявшийся разговор с Эйвой, весь этот внезапный переезд, так еще этот взгляд Тсахик… Что-то явно произошло, ведь этот взгляд он узнает из тысячи. Складывалось впечатление, что Тсахик любого клана была способна сделать его. Это спокойный, но в то же время изучающий, лезущий прямо в голову. Таким взглядом его одарила Мо’ат, когда он рассказал о своем сне, вот только и обстановка была лучше, да и компания… Чудом не споткнувшись о, видимо, воздух. Тейам выпрямил спину, мельком оборачиваясь назад. Замыкал цепочку не то, чтобы старший сын Торук Макто, а скорее два плетущихся позади Меткайина, успевшие удивить, обидеть и разозлить, а ведь это только первый день. Ну как, лишь один прошелся по всем пунктам сразу. Стараясь не замедлять шаг, чтобы вовсе не отстать от семьи, Тейам уже хотел было отвернуться, как глаза будто бы резким лучом солнца обожгло. Висевший на шее сына вождя клык, Аонунг, кажется, его так зовут. Он казался очень знакомым, однако, Оматикай никак не мог вспомнить, где бы мог раньше видеть… Уже точно споткнувшись, но лишь чудом не упав, Нетейам решил бросить затею осмотра незнакомцев в пол оборота, так еще и во время движения, разворачиваясь к Меткайинам спиной, ускоряя шаг. Ему действительно повезло не получить повторного выговора от отца, стоило им наконец дойти до своего нового дома. Не было ни наказания, ни упреков, Ло’ака, к счастью, не тронули. Цирея, дочка вождя, вкратце объяснила примерный план занятий по становлению частью их клана, предупредив, что занятия начинаются уже с завтрашнего дня и лесным, чья жизнь только начинается ночью, следовало бы лечь пораньше, да и постараться в скором времени привыкнуть к новому режиму, а то совсем высыпаться не будут. Туки, свернувшись в подобие клубка уже поздним вечером, крепко спала, усыпленная материнскими колыбельными и ласками, когда старшие с трудом, но смогли уговорить прилечь немного позже. Уже с не таким интересом разглядывая комнату, которую Тейам делили с Ло’аком (в принципе, как всегда), Оматикай коротко глянул в сторону общающихся младших и отправившихся на боковую родителей, решил воспользоваться моментом. Осторожно приподнимаясь с насиженного места, старший Салли быстро вынырнул из маруи, совершая несколько опасливых шагов по мягкому мосту, в сторону песчаного берега, который заприметил еще к моменту прилета. Еще теплый песок грел ноги, а идущие со стороны воды прохладный соленый ветер обволакивал тело, на удивление гармонично соединяясь, создавая приятную атмосферу, которую Тейам смело мог сравнить со спокойствием, а если закрыть глаза, то возможно и… С домом? Ава’атлу, место, в котором проживает этот мирный клан, был красивым, конечно, но что такое светящаяся вода с приближением темноты? Когда уже вечером, в джунглях Пандоры просыпается другой, более яркий, красочный мир, созданный будто бы шаловливым ребенком, из разных оттенков и цветом… Им придется смириться, забыть о прошлом и жить настоящим, потому что так правильно и безопасно. «Салли всегда вместе» - с этим не поспоришь… – Нетейам! – Кири, окликнув брата уже раз так третий, наконец добилась его внимания, подходя вместе с Ло’аком к нему ближе. Оба выглядели чересчур задумчивыми и даже немного раздраженными. – Ну, кались. – В чем? – Нервозность пробежалась по спине, стоило вопросу только прозвучать. Хоть бы они спросили о чем угодно, но только не о происшествии… – Бро, мы не слепые. В чем дело? Почему ты по ночам еще дома бегал куда-то, а перед Тсахик вовсе чуть не взорвался! – Вскинув руками, средний сын Джейка подошел еще ближе, ловя в миг похолодевшие пальцы брата, предпринимая попытку согреть. – Твои глаза загорелись, а точки вспыхнули. Да, это продлилось всего мгновение, да и только слепой не заметил был. – У нас всегда глаза меняются от попадания на них солнечных лучей… А точки… У Ло’ака они тоже иногда блестят… – Тейам предпринял весьма неудачную попытку увернуться от ответа, с этими двумя просто невозможно спорить, однако тайну все равно не откроет. Лучше бы пусть о ней никто и никогда бы не знал… Даже он сам. – Не так, как у тебя. Да брось, что за глупости ты говоришь? Просто скажи, в чем дело. Мы же помочь хотим. – Невольно вздрогнув, стоило рукам старшего выскользнуть из хватки, Ло’ак заметно нахмурился, уже готовый перейти на ругань, если бы не сестра. – Нетейам, ты же знаешь, со мной спорить нельзя. Если не расскажешь нам сейчас, я расскажу свои догадки маме, а вот от нее ты вряд ли что-нибудь утаишь. – Скрестив руки на груди, девушка нахмурилась вслед за младшим, однако увидев, насколько сильно изменилось лицо Тейама, приобретая не то, чтобы страх, а целый ужас, быстро смягчилось. – Я чувствую… Что тебе очень плохо. Я начала чувствовать это совсем недавно, но… Мы очень за тебя боимся. – Уже куда спокойнее, ловя ледяную руку старшего, Кири зажала ее между своими, согревая. – Пожалуйста… Глаза неприятно защипало и в темноте это показалось куда лучше. Поджав и так тонкие губы, юноша резко отвернулся, от чего косички негромко зашуршав, ударились о его лицо. Тепло, исходящее от рук сестры, пыталось пробиться дальше, однако что-то внутри без боя совсем не давало проходу, и к сожалению, этот бой им было не суждено выиграть. – Нетейам… – Я вижу видения, Кири. – Резко прервав сестру, вызвав еще больший шок, на пару с братом, Тейам сделал вдох куда больше. – Мне снилось возвращение людей каждую ночь. Каждый раз показывало одно и тоже, поэтому были приступы. Мне было очень страшно, и я попросил бабушку не рассказывать о… Возможно моих способностях, но ведь это же бред, так ведь? Я не Тсахик, да и не должен был быть. Меня готовили стать вождем. Я хотел быть как отец… Вновь отпугнувшись, парень беззвучно выдохнул, чувствуя, как облегчение, так еще больше нервозности. Недолгий монолог не прервался ни одним лишним словом, вдохом и даже взглядом. Кири и Ло’ак просто не знали, что и сказать, для них это было так же… Удивительно. Первый, кто ворвался в личное пространство Нетейама был конечно же младший брат. Крепко стискивая в объятиях старшего, юноша еще больше за переживал, самостоятельно находя ответы на ночную лихорадку, что так мучала его старшего брата в детстве, а взрослые даже понять не могли, в чем дело и что с этим делать… Следующей была Кири и пусть она не любила телесный контакт, да и вообще старалась обходится даже без прикосновений, она видела, как сильно эти объятья нужны Тейаму, а ради него можно не только потереть, но и почувствовать приятное облегчением. – Мы всегда на твоей стороне, бро. Прошу, не держи в себе, лучше нам расскажи… – Неспеша отстранившись, отпуская подрагивающего от накатившихся нервов брата, Ло’ак широко улыбнулся, в шуточной форме стукнув острое плечо кулаком. – Пожалуйста, никому не говорите… Родители вряд ли рассказали и о твоих особенностях, Кири, но лучше… Если так продолжится и дальше. – Это глупо, но ладно… Тогда ты пообещай, что не будешь утопать в собственных проблемах в одиночку, ясно? Мать Тереза, то же мне. – Кири улыбнулась куда сдержаннее, но все так же искренне. – Обещаю. – Четырехпалые руки опустились на и так растрепанные макушки, ероша их лишь сильнее. А в голове пронеслось лишь короткое… – «Как же я не хочу обманывать вас снова…»