Пленник

-Санджи очнулся, - без проявления эмоций ровным голосом сказал снайпер, появившись перед накама. Отправленный Чоппером оповестить о случившемся, он с пустым выражением лица смотрел на ликующую команду, не присоединяясь к её веселью и готовясь его оборвать. -Усопп, почему ты такой подавленный? Это же прекрасная новость! Наш Санджи-кун снова с нами! – со слезами радости произнесла Нами, не понимая странного поведения канонира. -Санджи ничего не помнит, - продолжил снайпер, сразу воцаряя тишину своими словами. Мугивары, застывшие в своих нелепых празднующих позах, посмотрели на канонира, предчувствуя нечто крайне плохое и с внутренним напряжением и содроганием ожидая дальнейших новостей. -Кроме одного, - договорил Усопп, с тяжёлым сердцем вспоминая недавний разговор в лазарете. -Санджи, ты же так шутишь, да? Решил проучить свою нерадивую команду? – немного замявшись, неуверенно спросил у кока снайпер, с затаённой надеждой смотря на блондина, и его вид красноречиво ответил Усоппу на его вопрос. Кок, не узнавая накама, смотрел на снайпера и врача, будто видя их впервые, и недоуменно озирался по стенам лазарета. Помещение было ему совершенно не знакомо, а тот длинноносый парень говорил так про это место так, словно оно было им всем родным. -Что со мной случилось? – произнёс Санджи, замечая обеспокоенные взгляды у опешивших незнакомцев и напрасно силясь сесть в кровати – тело ничуть не слушалось. Почему в нём во всём такая жуткая боль, словно его кто-то накануне раздавил? Почему так болит голова, а голос такой слабый? И почему так сильно болит там…между ног в том самом месте? В глазах кока блеснул дикий ужас, отражаясь на его лице паническим страхом. -Меня изнаси.., - зарождалось страшное предположение у блондина, когда его резко оторвали от собственных размышлений и догадок. -Санджи, тебя зовут Санджи! С тобой произошёл несчастный случай, тебя сильно ударили по голове, и поэтому воспоминания могут быть неясными или отсутствовать. Скажи, что последнее ты помнишь? – оленёнок спрашивал нервно и торопливо, заметив, что происходит с блондином, и не желая давать ему время, чтобы он понял кошмарную правду и сделал свои выводы. -Ничего… Воспоминаний нет, - заторможено ответил кок, с неподдельным испугом взирая на своих собеседников. -Он догадался, что с ним произошло, - пронеслось в головах Чоппера и Усоппа, в то время как Санджи усиленно старался взять эмоции под контроль и не высказывать такой боязни по отношению к этим неизвестным. Докторёнок сострадательно посмотрел на кока, будучи неуверенным в словах блондина о полном беспамятстве. Слишком специфическая боль не могла оставить их коку сомнений. И, возможно, лишь эти чудовищные отрывки, как самые пугающие, жуткие и въевшиеся в память, сейчас были в сознании Санджи, с таким страхом смотрящего вокруг себя и пытающегося отползти подальше к краю кровати, мелко подрагивая при этом. -О, нет, только не это! - вихрем пронеслось в голове Чоппера, с опасением подозревающего и предугадывающего, какие мысли сейчас посещают их кока. Усопп тут же был выставлен за дверь и послан предупредить остальных о беспамятстве Санджи, пока сам врач мягким и дружелюбным тоном пытался заверить блондина в том, что они его накама и бояться их не стоит. Попытки Чоппера особых успехов не приносили, кок вздрагивал при каждом резком движении оленёнка, с недоверием слушая о том, что он является членом пиратской команды Мугивары Луффи. -Мы совершенно не те, кому хочется легко доверять и среди кого хочется оказаться в таком положении, – обдумывая сказанное и смотря на настороженную реакцию кока, решил докторёнок, понимая, что мнительность и опасливость блондина оправданы. В каком же он сейчас шоке! Проснуться обессиленным, истощённым и беззащитным в окружении пиратов, будучи без памяти и ощущая мучительную боль во всём теле. Как им при таких обстоятельствах убедить Санджи доверять им? В лазарет тихо и аккуратно постучали, оповещая о прибытии остальной части команды. Кок сразу же взволнованно посмотрел в сторону двери, сверля её перепуганным взглядом и содрогаясь от испуга. Пришли другие пираты! Сердце блондина принялось бешено стучать, оповещая хозяина об опасности и советуя сбежать из рокового места. Санджи перестал дышать, ожидая появления других людей и существ, тщетно пытаясь сжать одеяло непослушными пальцами. -Не волнуйся, они не причинят тебе вреда и не тронут, – печально сказал оленёнок, с щемлением в груди взглянув на ужасающегося блондина и направляясь к дверям, чтобы впустить нетерпеливую команду. Но мугивары уже принялись сами кучей вплывать в лазарет, не сумев выждать, когда им откроет Чоппер, сгорая внутри от беспокойства и тревоги за своего кока. Появившаяся разношерстная и разномастная толпа нисколько не похожих между собой людей, скелета и киборга в дополнении к мохнатому говорящему существу заставила сердце кока остановиться на краткий миг, переживая сильнейший непреодолимый страх от понимания того, сколь чудовищно сильной должна быть эта команда, и сколь изнурённый и слабый он сам, чтобы хоть немного противостоять ей. Он ведь даже на постели сам сесть не может, о каком сопротивлении ему стоит думать?! Накама, скоро сгрудившиеся вокруг Санджи и навалившиеся на него, с потрясением заметили, как их кока, замершего и оцепеневшего вначале монолитной статуей, начинает колотить и трясти. -Санджи-бро, ты чего? Ты же уже знаешь, что тебя так зовут? – немного сконфуженно спросил Фрэнки, наблюдая за блондином. -Санджи-сан, мы вам не враги! – постарался, как можно авторитетнее заявить Брук, присоединяясь к киборгу в начавшейся беседе. - Я же говорил, что у Санджи сильный стресс, и он никого не узнаёт, - высказался ворчливо Усопп, заметив ошарашенные лица накама, до этого ещё думавших, что снайпер ошибся. -Кок-сан…, - не договорила Робин, осознавая, к чему сейчас приведут их действия. -Я успокою Санджи, только придержите его, чтобы он не поранился иглой, и я мог сделать укол! - прокричал среагировавший Чоппер. У кока вот-вот должна была начаться истерика, но его организм ещё слишком слаб, чтобы вынести такое, и слёзы отнимут у блондина все чуть поднакопленные силы, благодаря которым он только сегодня смог осознанно открыть глаза. Оленёнок принялся быстро готовить раствор для введения, пока Луффи с хмурым и каменным лицом в одиночку легко удерживал Санджи, поймав при этом тяжёлый взгляд своего старпома. Кок напрасно бился пойманной птицей, бессмысленно пытаясь выбиться из крепких капитанских рук, пока к нему приближался Чоппер с намерением ненадолго вновь усыпить едва ли не доведённого до помешательства блондина. Остальные в полном молчании отступили от больничной кушетки, тоскливо смотря на то, как Санджи невероятными усилиями стремился спастись, не признавая их и видя в собственных накама своих мучителей. Только Зоро остался стоять рядом с кроватью, продолжая смирять кока нечитаемым взором. У Санджи в глазах был дичайший страх, он чувствовал, как его покидают последние крохи сил, а поднять конечности становится невозможно. Кок не выдержал этого, и у него потекли слёзы, от чего он тут же прикрыл и крепко зажмурил глаза, чтобы не видеть ужаса, который над ним теперь совершат. Его плотно сомкнутые губы дрожали, он чудовищно боялся, что сейчас его вновь изнасилуют, явно пустив по кругу. Санджи, слабо сотрясаясь всем телом, закусил губу, чтобы не зареветь в голос. -Только, пожалуйста, не все за раз, - всхлипывая, с надеждой тихо попросил кок, приготовившись к своей участи и повторному надругательству, содрогаясь и думая при этом о том, что его переломанное и изувеченное тело снова это всё не сможет выдержать, как и его разум, столь предусмотрительно лишивший его всех прежних воспоминаний. Мугивары мрачной похоронной процессией покинули лазарет. Они не желали доводить Санджи до нервного срыва и уж точно не хотели услышать от отчаявшегося кока таких слов. -Санджи-кун в слишком нестабильном состоянии, - мягко обрисовала произошедшее Нами, как и все, уходя в горькие мысли о том, что им следовало быть значительно сдержаннее и пощадить психику кока от их неожиданного появления. -Санджи был таким с самого начала, когда проснулся и догадался о случившемся с ним, - безутешно добавил Усопп, понимая, что эта истерика, подстёгиваемая сомнениями и страхами кока, всё равно бы произошла при любой другой встрече блондина со своими позабытыми накама. Луффи всё ещё держал усыплённого кока в своих руках, словно ограждая его от надуманных им опасностей и сохраняя серьёзное и пугающе-сосредоточенное выражение лица. -Санджи поправится, – аккуратно отпуская блондина и захватывая с собой Чоппера, сказал капитан негромким, но уверенным голосом, решив что-то в своей голове и понимающе оставляя мечника наедине с коком. Зоро не двигался. Оставленный вдвоём с Санджи мечник окидывал взглядом бледное и исхудавшее лицо кока и его скрытую одеялом фигуру. Он позволит себе только одну слабость. Только один раз. Только сегодня в один миг после стольких мучительных и тревожных дней ожидания, когда кок в бреду не узнавал своих накама и молил их о помощи и спасении. Только сейчас, когда Санджи всё же очнулся и смог вернуться в мир живых. Зоро упал на колени и начал безудержно рыдать, прижимаясь головой к боку блондина и сотрясаясь всем своим могучи телом, боясь обхватить руками полностью перевязанного кока, чтобы не потревожить его. Ророноа так не выражал свои эмоции, даже когда умерла Куина, даже тогда слёзы лились не таким градом, а завывания не были такими громкими и безутешными. Как же он желал, чтобы кок погладил его сейчас рукой по голове! Как же он хотел, чтобы бровастый ласково и шутливо сказал, что газону не надо поливать самого себя, ведь это может сделать дождик. Или пусть он скажет, что глупое и бестолковое маримо вознамерилось наплакать себе личный океан для водорослей вместо существующего. Пусть скажет хоть что-нибудь, только не эту пугающую и обреченную просьбу, которая сокрушила одновременно всех мугивар, и от которой у мечника всё болезненно сжалось внутри, едва не подкосив его ноги раньше времени. Через время Ророноа поднял зарёванные глаза на кока, громко шмыгая переполненным носом, и, успокоившись, взял себя в руки. -Спасибо, что смог продержаться и смог очнуться, вернувшись к нам… Прости, Санджи, я сделаю всё, чтобы ты снова мог улыбаться и не бояться своей команды. Мы все сделаем всё, - искренне веря в отзывчивость и аналогичные чувства друзей, решительно произнёс Зоро, нежно и с трепетом проводя ладонью по впалым щекам кока. Они его восстановят, они смогут его излечить и поднять на ноги, возвращая к прежней жизни, и никому больше не позволят пошатнуть её. Ророноа покинул Санджи, не желая пугать его своим грозным присутствием, когда он проснётся, и тихо прикрывая за собой дверь, не думая о том, что насильно усыплённый кок всё равно не проснётся от посторонних звуков. -Санджи не проснётся до ночи, а может и до раннего утра, в любом случае он пока будет очень много спать, восстанавливая силы. Но всё же когда он придёт в себя на этот раз, он, наверняка, будет жутко голодным, он страшно истощал за всё это время, и ему потребуется еда. Санджи пока не сможет есть твёрдую пищу, поэтому нужно что-то жидкое и легкоусвояемое, - методично и неторопливо приговаривал Чоппер, аккуратно помешивая большой ложкой кипящий золотистый суп, - мясной бульон идеально подойдёт сейчас, он даст Санджи силы и поможет скорее встать на ноги. О случае в лазарете никто старался не говорить, слушая размеренные бормотания оленёнка, полностью отдавшегося делу приготовления пищи для их кока, стремясь таким образом уйти от грустных мыслей и погружаясь полностью в процесс, в который в итоге оказались вовлечены все мугивары. -А может этого сыпануть? Сразу всё? Нам ведь не жалко,– от всего сердца горя желанием помочь, поинтересовался Луффи, доставая целую пачку острейшего перца. -Нет! – тут же вскричали на него все, отвешивая вмешавшемуся капитану тумаки и подзатыльники. -Ты убить Санджи-куна хочешь? – заводясь и вскипая сильнее супа, спросила Нами, грозно потрясая своим хрупким женским, но таким сильным кулачком. -Я хочу, чтобы Санджи скорее поправился, - уныло протянул капитан, отстранённый подальше от плиты. -Мы все этого хотим, - поддержал Луффи Фрэнки, в этот же момент доставая какую-то коробку с неизвестными никому, кроме самого кока, приправами, - а, может, этого всего? Оно явно ценное и полезное, раз было так спрятано. Энтузиазм киборга, как и капитана, был тут же потушен, и она оба были выдворены с камбуза, сразу сталкиваясь с мечником с опухшими и покрасневшими глазами. Ророноа направлялся за необходимой ему сейчас выпивкой, не зная, что на кухне собралась вся команда. Парни неловко и смятенно уставились на него, понимая, что произошло. -Не ходи туда, они не дозволяют участвовать в процессе, - предостерёг Зоро Луффи, давая ему возможность избежать столкновения с накама в таком виде. Они, конечно же, не осудят мечника, искреннее присоединяясь к нему в его горе. Но всё же эти слёзы, наверняка, были только для Санджи, спящего и не ведающего об этом. Ророноа лишь благодарно кивнул своему капитану, разворачиваясь и направляясь обратно к лазарету, чтобы сторожить верным псом под дверьми покой своей любимой завитушки. Кока трясло. С наступлением темноты он пытался отбиться от насильников, лёжа на больничной койке на Санни. Санджи чувствовал чужие липкие прикосновения на своей коже, видел, как они на него глумливо и похотливо смотрят, как заглядывают в его испуганные и заплаканные глаза и пошло ухмыляются, снова нависая над ним и устраиваясь между его ног, которые вновь ломали, повторно причиняя чудовищную боль и грозя в скором времени совершить нечто ещё более ужасающее. -Не надо, хватит, прошу, не надо! Блондин надрывал в ночи глотку, плача и истеря. Но немного опомнившись, он сумел заткнуть себе рот подушкой и безудержно зарыдал, осознавая, что к нему пришли его призраки прошлого. Оставалось лишь надеяться на то, что остальные пираты его всё же не услышали, и он успел заглушить свой голос раньше. Зоро, до крови врезаясь в кожу ногтями, сжал кулаки, удерживая себя от того, чтобы прямо сейчас не броситься на помощь своему бровастому, спасая его от устрашающих гостей. Силой воли мечник сдерживал себя, понимая, что он сам сильнее напугает беспамятного кока, явившись перед ним ночью, чем бестелесные тени ночных кошмаров. Стоя за дверьми и слушая стоны блондина, смешанные с глухими рыданиями, Ророноа терпеливо ждал, когда звуки прекратятся, и Санджи забудется сном, даруя мечнику возможность зайти к нему и взглянуть на его измученное лицо. Только на рассвете Зоро прошёл внутрь, убеждаясь в том, что кок действительно на Санни, а не там, вдалеке от них потерянный и беспомощный. Лёгкими прикосновениями, едва касаясь прядей, Ророноа убрал взлохмаченные волосы со лба Санджи, с болью смотря на его зарёванное лицо. -Он недавно заснул, - тихо произнёс мечник, ощущая присутствие заглядывающего внутрь помещения Чоппера и спеша покинуть лазарет, за пределами которого его ждал также не спавший всю ночь капитан. Он нёс вахту вместе со своим старпомом, имея ответственность за каждого члена своей команды и чувствуя, что если он не защитит их и не спасёт, то этого не сможет сделать никто. Нами медленно и осторожно кормила с ложечки опасливого и шугающегося всех кока, проявляющего недоверие ко всем, но хотя бы уже не впадающего в неконтролируемую панику при встрече с другими накама. -Санджи-кун, Чоппер показывал тебе твою листовку? За тебя огромная награда, но вот фото к постеру тебя всегда злили, - мягко говорила навигатор, с недовольством и внутренней тревогой отмечая вымученный вид кока. Блондин, подозрительно косясь на еду, всё же принимал пищу, осознавая, что выбора у него нет, а чтобы вернуть силы, необходимо хоть чем-то питаться. Его руки не подчинялись ему, лишая возможности есть самостоятельно без сближения с кем-либо из пиратов, пусть даже это и будет прекрасная девушка с такими формами. -Вот видишь, ничего страшного не произошло, - сказала, закончив, Нами и потянулась салфеткой к губам кока, тут же вызывая у него перепуганное содрогание всем телом. Испуганными глазами смотря на навигатора, Санджи вспоминал ночных гостей, также тянувшихся к нему и надсмехавшихся над его безвольным положением. -Это только салфетка, - примирительно и ласково произнесла девушка, дружелюбно улыбнувшись и всё-таки сделав задуманное действие, когда блондин успокоился и унял волнение,- молодец, Санджи-кун, вот так правильно, не надо бояться. Укладывая кока обратно, Нами нежно погладила его по голове, стремясь показать, что дурных намерений у неё, как и у всей команды, нет, и никогда не может быть. Блондин отвечал ей сомнительным и недоверчивым взглядом, всё ещё терзаемый внутренними страхами по отношению к этим неизвестным людям и существам. -Санджи-кун, тебе необходимо много спать, - пыталась убаюкать кока навигатор, убеждая его закрыть глаза и говоря, что сон ему крайне необходим, памятуя в голове о том, что ночью блондин промучился с кошмарами, не сумев заснуть, - никто к тебе не придёт и не потревожит тебя, здесь ты в безопасности на родном корабле. Верно, прикрывай глаза. Ты, наконец, дома, Санджи-кун, и можешь спать, сколько захочется… Кок проснулся, ощущая на себе чей-то пытливый взгляд, немедленно пытаясь отползти и скрыться от его обладателя. Увиденного сразу после пробуждения Чоппера блондин боялся не меньше остальных, помня, что он может превращаться в здоровое человекоподобное существо. Поймав его пугливый взор, оленёнок со вздохом отошёл от кровати, заканчивая свой неутешительный осмотр. Санджи спал мало и очень беспокойно и нервно, с тех пор как очнулся, не давая своему организму и шанса на восстановление. Докторёнок понуро сел за стол, намереваясь заняться лекарствами, которые вопреки его ожиданиям не спасли кока от пугающих сновидений. -Санджи, я постараюсь создать что-нибудь новое для тебя, чтобы ты мог спать спокойно, - слегка улыбаясь, произнёс Чоппер, желая приободрить кока, - пока тебя будут кормить только Нами и Робин, чтобы ты не пугался парней и мог хорошо питаться. Здоровый сон и еда сейчас для тебя самое важное! Предречения Чоппера не сбылись, Санджи продолжить мучиться от ночных кошмаров, в очередной раз не имея возможности мирно заснуть. Этой ночью он снова был там. Кок спал изодранный на полу камеры, свернувшись в клубок и поджав под себя покалеченные, переломанные ноги. Он вжался в свой спасительный угол насколько это возможно, ощущая ужасающие разрывы в том месте и чувствуя каждый перелом, ноющий сильнейшей болью. Блондин неудачно пошевелился, шаркнув ободранной кожей о каменный пол, и зашипел, сжав зубы, тут же переходя на затяжные поскуливания и стоны. Не тревожимый никем, он в полной мере ощущал все раны и искалеченные места на теле, желая хотя бы ненадолго забыться беспокойным сном, чтобы уйти от боли и чувства позора. Но они пришли и на этот раз, нарушая его шаткий и нервный покой, протягивая к забившемуся в угол коку свои руки и вытягивая его из бесполезного укрытия. -Нет! – прокричал Санджи, плача и падая в истерике с кровати под звуки открывшейся двери. Возникший на пороге Зоро, ничего не произнося, подошёл к коку, поднявшему на мечника заплаканные глаза и попытавшемуся прекратить завывания. Удивлённого и поражённого неожиданным появлением пирата блондина подняли на руки и положили обратно на койку, накидывая сверху упавшее одеяло и беря в крепкое кольцо рук. -Отпусти меня, - тут же принялся слёзно и жалобно просить кок, рассчитывая, что молчащий мечник, если и не выполнит просьбу, то хоть что-то скажет, но Ророноа не издавал ни звука. -Прошу, - вновь повторил Санджи, ощущая, как начинает мелко подрагивать от чужого присутствия, и легкая дрожь постепенно перерастает в судорожные и крупные сотрясения всем телом. -Ты не там, дерьмо-кок, ты уже давно вернулся. Но даже если они придут, я сумею дать им отпор, и они не тронут тебя. Поэтому спи, бровастый, ты давно не спал. Твои мешки под глазами уже слишком заметны. Зоро сказал всё, что хотел, игнорируя дальнейшие мольбы и крики бровастика и не собираясь оставлять его одного. Кок должен быть ночью на Санни, а не в тех сырых катакомбах, провонявших ужасом и смертью. Завитушка должна чувствовать живое и родное тепло, защищающее её, а не холод и мерзость тех мест. Санджи напрасно ёрзал и бился, стараясь выбраться из железной хватки мечника. Зоро держал кока как в стальных клещах, ничуть не намереваясь отпускать его от себя. Осознавая, что шансов оказаться на свободе у него нет, блондин устало прикрыл опухшие глаза, намереваясь постараться провалиться в сон и не встретиться там с всегда поджидающими его кошмарами. Этого газона ему уже представляли, и хоть спать с ним блондину нисколько не хотелось, и пугал он его едва ли не сильнее всех остальных, его организм вконец вымотанный истерикой и бессонными ночами не мог больше сопротивляться, насильно забирая сознание кока, всё ещё похныкивающего от страха, в царство беспробудного и вынужденного сна. Санджи, наконец-то, мирно заснул ночью. Впервые за долгое время кок проснулся отдохнувшим и выспавшимся. Его всюду окружало уютное и приятное тепло, создающее вокруг него кокон безопасности. Лениво разомкнув глаза, Санджи увидел перед собой лицо сопящего капитана, по крайней мере, так ему сказали об этом неусидчивом пареньке. -Значит, сзади этот Зоро, - блондин понял, в каком положении он оказался, к своему удивлению не чувствуя ужаса от их прикосновений. Возможно, у его организма больше не осталось сил и ресурсов, чтобы бояться. Прижавшись со спины и закинув свои конечности на кока, Ророноа спал, будучи примотанным к Санджи руками Луффи. Решив, что нет ничего страшного в ещё одном лишнем часе сна, блондин с наслаждением прикрыл глаза, незамедлительно проваливаясь в такой необходимый его организму спокойный и безмятежный сон. Когда глаза Санджи закрылись, а дыхание стало размеренным и редким, две пары глаз, словно по команде, разомкнулись. Зажимая посапывающего с удовольствием блондина с двух сторон, они не спали уже давно, охраняя его покой и сон без криков и боли. Чоппер с радостью смотрел на Санджи, выглядевшего сегодня значительно лучше и сделавшего за одну ночь больший прогресс, чем за все предыдущие дни восстановления. Восторженный оленёнок носился вокруг кока, заливая его слезами и не веря в то счастье, что блондин, наконец-то, стал меньше пугаться прикосновений и явно начал идти на поправку. -Санджи, я так переживал за тебя, что как врач ничем не могу помочь, Санджии, - потонув в собственных слезах и прошмыгнув оленьим носиком, выговорил Чоппер, пока не зная о ночной вылазке из каюты двух своих накама, ушедших до прибытия оленёнка. Кок только недоуменно смотрел на веселящееся существо, которое было, по его словам, северным оленем, не понимая, почему его состояние так волнует это животное, как и прочих на этом корабле. Неужели они действительно его верные накама? Позднее Робин, придерживая для Санджи тарелку, с внутренним удовлетворением и довольством заметила, что его руки стали значительно меньше дрожать и трястись, что не могло её не радовать, вызывая улыбку и наводя на мысли о том, какие именно изменения произошли в постельном режиме блондина. Сон втроём продолжился в последующие ночи, и стоило коку даже всего лишь неудачно шевельнутся во сне, как в темноте сверкали открывшиеся глаза мечника и капитан. Сражаться с ночными монстрами Санджи стало их святым долгом. -Жаль убивать можно всего один раз, - как-то поделился своими мыслями Зоро, точно зная, что его капитан с ним согласен, и получая в ответ молчаливый и уверенный кивок головы. -Очень жаль, - вторил своим мыслям Ророноа, сжимая руки вокруг кока сильнее и чувствуя, как туже затягиваются канаты рук капитана. Санджи постепенно стал выбираться из лазарета. Гордо и с отвращением отказавшись от предоставленной Фрэнки коляски, чем вызвал у него град слёз от того, что их накама им всё ещё не доверяет, блондин предпочёл передвигаться самостоятельно с помощью костылей. Неуклюже и с трудом шагая с их помощью, кок осматривал палубу Санни, поражаясь размерам кораблям и той видимой любовью, с которой его явно создавали. -Да, этот корабль будущего короля пиратов я делал именно так! С гордостью и любовью! - громко заявил киборг, вопреки отказу продолжая таскать коляску следом за ковыляющим блондином, который хоть немного и оттаял по отношению к мугиварам, всё равно продолжал относиться к ним с опаской и отказывался от чрезмерной помощи, не подпуская их к своему телу лишний раз. -Санджи-бро, куда ты? – ловко перекидывая коляску в руках, поинтересовался Фрэнки, наблюдая за тем, как Санджи, прикладывая все возможные усилия, стремился добраться до камбуза. Они уже давно оповестили его о собственной должности на этом судне, с горящими глазами заявляя, что не встречали кока лучше и профессиональнее, чем он. -Ты лучший в мире кок! – так отдалённо знакомо и словно позабыто прокричал резиновый Луффи, вызывая в блондине табун мурашек и странные, неясные, но тёплые чувства. Теперь Санджи вознамерился воочию увидеть свою обитель, которую по рассказам этих сумасшедших и взбаламученных пиратов он любил и берёг больше всего, исключая, наверное, только женский пол. Кряхтя и едва переставляя незажившие ноги, блондин пытался дойти до камбуза, ощущая, как его силы утекают и заканчиваются слишком быстро, лишая его возможности добраться до заветной цели. -Заветное море! Олл Блю! - мелькнуло в его голове размытое воспоминание, словно из старых и давних времён, когда кок почувствовал, что он падает, не сумев удержать вес собственно тела на костылях и стремительно приближаясь к доскам Адамового дерева. -Будь аккуратнее, - строго сказал коку поймавший его мечник и затем обратился к плотнику, - Фрэнки, если ты его вывел, ты должен лучше за ним присматривать, он же так носом па палубе проедется! Зоро ругал киборга, удерживая на весу тело блондина, которого уже начинала бить крупная дрожь от такого контакта. Он беспомощно повис на чужих руках, не имея сил уйти и полностью находясь в чужой власти. Поморщившись, Ророноа помог Санджи восстановить равновесие, спешно после этого отходя от него на несколько шагов и пряча взгляд, наполненный болью и тоской. Когда завитушка перестанет страдать? Когда бровастый перестанет их бояться? Санджи лишь потупил взор вниз, неловко благодаря и вновь намереваясь отправиться на камбуз в одиночку. Даже если по ночам присутствие этого человека кока и успокаивало, то это происходило, только когда его разум затуманивался и уставал за день, отправляясь в сонное забытье по беспрекословному требованию раненого тела. Как же хорошо, что про это ещё не прознали остальные пираты и не решили приходить к нему всей гурьбой! Тогда каким бы утомлённым он не был с теперешним его слабым телом, он бы ни за что не заснул, наверняка, впадая в сильнейшую истерику от страха и испуга. -Я помогу, - безоговорочно и твёрдо сказал мечник, не слушая возражений кока и под мышку утаскивая сопротивляющуюся поварёшку на камбуз, - вот это твоё царство. Зоро отпустил Санджи, давая тому возможность самостоятельно передвигаться по камбузу и сдержанно наблюдая от дверей, как кок с изумлением в восторге осматривает своё законное место. -Здесь всегда такой порядок? – с неподдельным удивлением, немного по-ребячески улыбаясь от восхищения, спросил Санджи, поворачиваясь к мечнику и в открытую без страха смотря ему в лицо. -Да, - кратко ответил Зоро, чувствуя, как ему по сердцу будто ножом режут. Разве завитушка должна спрашивать у кого-то такие вещи о своём родном камбузе, с радостью ощупывая здесь всё, сохраняя при этом аккуратность и дистанцию, словно это всё чужое, а не его собственное? Разве эти ножи он сам не захватил с собой из Барати, и разве все эти кастрюли и сковородки не докупал сам лично, выпросив у ведьмы Нами свои кровные деньги, завоёванные в боях? -Ты всегда держись здесь всё в чистоте, - с нотками грусти произнёс Зоро, любовно смотря на хромающего по камбузу кока. Когда бровастый был здесь, на камбузе становилось уютно и привычно, будто это место являлось самым домашним и успокаивающим на корабле. -И этим вы меня каждый день травите? – сморщив нос, спросил Санджи, поднимая крышку одной из кастрюль, в то, что в этой команде не было толкового повара, он теперь охотно верил, допуская мысль, что этим самым поваром, возможно, являлся он сам, потому что приготовивший это месиво кулинаром точно не был. -Чоппер нас покарает, если ты возьмёшь в руки нож, - смеясь, сказал мечник, с мягкой улыбкой замечая азарт в глазах кока, повернувшегося на его слова, - но если ты продолжишь соблюдать режим и идти на поправку, то вскоре начнёшь готовить сам, а не есть наши супы. Блондин лишь расстроено надул щёки, ворча что-то про то, что они успеют отравить его быстрее, запуская этим своим живым и свободным поведением бабочек в животе обрадованного Зоро. -Сегодня мы проходим водные вихревые потоки! – объявила через несколько дней Нами, предупреждая всех не подходить к краю борта, потому что выбраться из таких течений самому практически невозможно. -Но у нас все держатся уверенно на ногах, кроме Санджи, а он сейчас должен быть в лазарете. Поэтому волноваться не о чем, - сказал сияющий от радости Чоппер, недавно торжественно объявивший команде, что Санджи стал восстанавливаться быстрее. Оленёнок больше не видел никаких проблем в жизни, широко улыбаясь и прикрывая от счастья глаза, даже не задумываясь над тем, что это за вихревые и водные потоки, о которых говорит девушка. Их кок уверенно и верно идёт на поправку, становясь живее с каждым днём и все меньше отшатываясь от своих накама, разве после таких восхитительных новостей что-то ещё может волновать и тревожить? -Но ведь Санджи-кун сейчас на камбузе с Зоро, - задумчиво протянула девушка, – хотя их я уже предупредила. Мечтательно-довольный и забывшийся Чоппер, недоумевая, посмотрел на навигатора, сохраняя на мордочке всё ту же блаженную мину. -Что значит Санджи на камбузе, он же в лазарете? – по-прежнему пребывая в прострации и расплываясь в улыбке, спросил докторёнок, непонимающе хлопая глазками, - камбуз? Чоппер ворвался на кухню с резко переменившимся настроением, обнаружив там готовящего блондина вместе с Зоро и травящим байки о своих похождениях Усоппом. Возмущённый оленёнок, который словно поймал преступника с поличным, тут же сменил обличье на человеческое. -Санджи, тебе нельзя напрягаться! С тебя ещё даже бинты не сняты! – доктор ругался, пытаясь утащить смеющегося кока с кухни. -Я знаю, знаю, поэтому я не готовил много! Чоппер, отпусти меня! Мне надо порадовать прекрасных меллорин. Чоппер, щекотно же! – барахтающийся в руках оленёнка блондин оправдывался, как мог, от души улыбаясь и хохоча, видя ошарашенное лицо докторёнка. Чоппер прекратил попытки утащить Санджи с кухни, радостно наблюдая, как смеётся кок. Неужели Санджи действительно так беззаботно смеётся в их присутствии, а не трясётся в сильнейшем ужасе, ожидая насилия? Под одобрительные слова и смешки снайпера оленёнок неловко и неуверенно захихикал, всё ещё сомневаясь в правдивости происходящего. А кок всё также лучезарно и жизнерадостно улыбался, заставляя сердце мечника цвести и пробуждая в нём старые привычки. Не контролируя себя и не осознавая, Зоро быстро приблизился к веселящемуся блондину, по-собственнически его обнимая и прикасаясь к его обожаемым губам своими. Половник выпал из рук Санджи, и Ророноа осознал свою чудовищную ошибку, видя, как рушится хрупкий и шаткий, недавно выстроенный мир в глазах кока. -Санджи, только сохраняй спокойствие! – поспешил вразумить мечник отшатнувшегося от него блондина, стоило ему расцепить руки. Но кок ничего не слушал, находя своё объяснение происходящему. Его всё ещё не окрепший разум, опасающийся и остерегающийся всего подозрительного, слишком быстро выстроил свои догадки, объясняя всё тем, что его команда его и замучила и потом решила выходить, чтобы всё повторить вновь. Санджи, строя всё более и более сумасшедшие предположения, покинул камбуз никем не удерживаемый. Останавливать блондина никто не рискнул, боясь своими насильными действиями испугать кока лишь сильнее. Его не восстановившееся и не зажившее тело вскоре вновь подвергнется всем тем ужасам и надругательствам, которые размытыми обрывками приходили к нему по ночам. Всё повторится, не давая ему шанс спастись. -Санджи-сан, на палубе очень опасно находится, мы проходим ужасные вихревые потоки, а ваши ноги ещё не окрепли, вам лучше вернуться в постель! – закричал коку заметивший его Брук с другого конца палубы. Но блондин лишь загнанно и дико посмотрел на музыканта, начавшего понимать, что в голове их кока происходит что-то безумное. -Санджи-сан, - как можно спокойнее и вразумительнее начал скелет, начиная приближаться к коку и осознавая щекотливость ситуации, - пожалуйста, вернитесь в лазарет. В голове блондина носился рой мыслей, ставший вдруг сводиться к одному отчаянному действию и его последнему шансу. Это идеальная, лучшая и единственная возможность, чтобы его не схватили, а если он погибнет, так он бы наложил на себя руки и здесь в мучительном ожидании предстоящего. Резко появившийся с камбуза перепуганный до смерти мечник, осознавший, что сейчас творится за бортом в неспокойных и бешеных водах, лишь укрепил в коке его желание, подстёгиваемое возникшими вслед за Зоро снайпером и врачом. Откуда-то поблизости стал доноситься взволнованный голос навигатора Нами и вроде бы чей-то ещё крик из мугивар. Это было чудовищно больно! Его разрывали раз за разом, не давая плоти ничуть зажить и срастись, раздирая её вновь и превращая в кровавые обрывки и лоскутки. Он так трясся от боли по ночам, скуля и моля об избавлении, боясь хотя бы чуть содрать и задеть едва запёкшуюся кровь на многочисленных ранах на теле. И эти слабые, слегка лишь скрепляющие и стягивающие края кожи коросты вскоре вновь обдирались, когда его протаскивали его по полу и возобновляли насильственные акты. Больно! Резкая, острая, пронзающая боль от проникновения в его изорванное тело вскоре вновь предстоит ему! Ноющие переломы, вывернутые кости, повреждённые внутренности повторятся вновь! И эти разрывы, разрывы, многочисленные вторжения в него сквозь подживающие, едва скрепившиеся за ночь коросточки, вторжения, превращающие всё в кровавую кашу и разворачивающие всё внутри него, будут снова! Разум кока отключился, заполненный пережитыми кошмарами, он за доли секунды вспомнил все испытанные ощущения и прошлую боль, словно это всё произошло только сейчас. Отчаянно желая избежать этого и чувствуя, как внутри сжимаются все органы, кок повернулся к краю борта. Воды океана охотно приняли прыгнувшее в них тело под надрывные и полные ужаса крики с палубы корабля.