После уроков
26 марта 2023 г., 09:17
Арсений нервно проверяет время на настенных часах и тяжело вздыхает. До окончания урока оставалось минут десять, и мужчина сможет отпустить одиннадцатый класс, который счастливый потопает домой, в отличие от учителя. Попов ещё часа на два остаётся в школе, чтобы провести кабинет в порядок, заполнить журналы и проверить контрольные работы, часть из которых он всё равно заберёт домой. В такие моменты мужчина жалеет, что выбрал именно такую работу.
Мрачные мысли может отогнать только кудрявый любимый коллега, с которым Арсений точно встретится после этого урока и утащит в свой кабинет, чтобы попить чаю и пожаловаться на свою тяжёлую жизнь. А может, даже несколько сладких поцелуев у Шастуна удастся украсть, кто знает.
На лице расцветает блаженная улыбка, стоит только подумать о том, как он сможет провести время после урока. И на его счастье, по всей школе разносится до ужаса громкий звонок, от которого могла лопнуть голова. Звук по своей натуре неприятный, но радуются ему абсолютно все, кто находится в учебном заведении.
Старшеклассники сдают листочки и прощаются с учителем, который раз десять повторил: «До свидания». Уже за дверями слышится, как многие из них матерятся, обсуждают сложные задания из проверочной работы и весьма громко обзывают Попова за то, что тот внезапно выдал работу, к которой они не готовились. И всё равно, что он предупреждал их на прошлой неделе…
Но разве всё это важно, когда мужчину ждёт совместное время со своим возлюбленным, с которым он, по несчастью, разделял одну работу. В этом были плюсы и минусы, но всё же Попов не сильно рад тому, что работает с Антоном в одной школе.
Но сейчас ему не хотелось нагружать голову этими мыслями.
Мужчина поправил рубашку и поспешил выйти в коридор, перед этим заперев кабинет на ключ. На него в эту же секунду налетела куча школьников, которые торопились с уроков домой. Пробираться сквозь толпу мальков действительно было тем ещё увлечением для мазохиста. Но это стоило того, чтобы дойти до кабинета литературы, в котором слышался тихий, спокойный голос, что обычно будил его по утрам нежным и протяжным: «Арсю-юша».
Попов заглянул в приоткрытую дверь, и на лице невольно расцвела широкая улыбка. Антон Андреевич, несмотря на звонок, продолжал рассказывать детали биографии Пушкина для шестиклассников. И самое удивительное было то, что все дети до одного терпеливо сидели на местах и с интересом слушали учителя. Шастуну всегда удавалось увлечь людей своими речами, поэтому уроки литературы он вел превосходно, как никто другой.
Да и в это время Антон выглядел божественно. Свет из окон падал на его лицо, усыпанное веснушками, подсвечивал зелёные глаза, полные интереса и восторга от предмета, который он вёл. Кисти рук невольно вырисовывали странные движения в воздухе, поддаваясь импульсам эмоционального хозяина. На пальцах как всегда красовалось несколько колец, и все были подарены Арсением.
Попов, наблюдая за своей второй половиной, тоже начал носить украшения. Не то чтобы он хотел походить на Шастуна, но того заводили руки Арса с кольцами, и он так часто в этом признавался… Мужчина не смог сдержаться, и вот у него уже пять разных колец сложено в небольшой коробочке на полке.
Мужчина невольно залюбовался парнем и не заметил, как из кабинета начали выбегать маленькие ребятишки, которые так же, как и остальные, торопились домой поиграть в игры и набить животы домашним борщом. Они чуть не сбили его настырным потоком, но Арсению удалось удержаться на ногах, хотя выглядел он очень растерянно. Всё же шесть уроков с десятыми и одиннадцатыми классами не прошли бесследно.
Послышался тихий смех Антона.
— Уже караулишь меня? Что вам нужно, Арсений Сергеевич Маньяк? — хихикнул Шастун, опираясь руками на свой рабочий стол, заваленный бумагами и тетрадями, и с нежностью смотря на возлюбленного, который зашёл в кабинет.
— Чего это караулю? Не ты ли просил заходить к тебе после уроков? — усмехнулся Арсений, подходя к Антону ближе. Он уже хотел поцеловать любимого в лоб, ведь ужасно соскучился, но вспомнил о том, что кабинет не закрыт, а любопытные носы всегда могут сунуться к ним.
— Неужели не растерял последнюю осторожность за все эти уроки? — хохотнул Антон, замечая замешательство Арсения. Он неожиданно протянул длинные пальцы к воротнику мужчины и притянул его как можно ближе к себе.
— А вот если бы закрыл дверь, то я бы мог поцеловать тебя. Ведь я так соскучился по тебе за этот долгий день, Арс, — начал вкрадчиво шептать Шаст, намеренно прикусывая нижнюю губу.
Попов посмотрел на парня и стиснул зубы. Сам прекрасно понимал, что Антон дразнится, но это так ему нравилось. И он постоянно ему это позволял.
— Тош, сам ведь знаешь, что играешь с огнём, — тихо произнес Попов и нежно провел большим пальцем по нижней губе парня. — А ты сегодня заслужил поцелуй, любовь моя?
Мужчина с удовольствием наблюдал, как с произнесенной фразой в зелёных глазах Антона появились и начали танцевать чёртики. Он слишком хорошо знал Шастуна и понимал, на какие его слабости можно надавить, чтобы получить желаемую реакцию.
— Заслужу, если ты дверь закроешь.
И разве Арс мог противостоять? Он усмехнулся, слегка надавил и раскрыл губы Шастуна, с удовольствием наблюдая, как Антон краснеет. И вот он уже заметить не успел, как их обыденный для пары лёгкий флирт превращается во что-то большее.
Но продолжать игры с риском быть замеченными было нельзя.
Попов резко отстранился, вырвав из любимого удивленный вдох, и закрыл дверь. В коридорах уже затихло, прозвенел звонок, учителя разбегались по своим кабинетам, чтобы начать уроки. Арсений остался доволен сложившейся ситуацией.
Теперь они остались одни и никто бы не смог им помешать. Воцарилась блаженная тишина, и всё внимание Попова сконцентрировалось на Антоне.
Он вернулся к нему и наконец-то прижался к любимым губам, к которым мысли возвращались на протяжении всего дня. Каждый их поцелуй был таким же страстным, как в первый раз, прикосновения — нежными, а объятия — крепкими.
Арсений сжал узкие бедра любимого и приподнял его на руки, усаживая на край рабочего стола. В эту же секунду почувствовал, как кудрявая бестия желает отстраниться от него и, видимо, заворчать на то, что они могут помять его бумажки, но мужчина прижал Антона ближе и прикусил его нижнюю губу. Шастун простонал в поцелуй и слегка вздрогнул, а Попов не останавливался. Большими ладонями он сжал бёдра возлюбленного и развел их в стороны, вплотную прижимаясь к нему.
— Арс… Неужели мы… Неужели прям на работе, здесь? А вдруг кто-то зайдет? — взволнованно зашептал Шаст в губы парня, тяжело дыша от долгого страстного поцелуя и возбуждения, которое накатило неожиданной волной.
— Я закрыл дверь, Тош. Не беспокойся, мы быстренько, — с лукавой улыбкой зашептал Попов на ухо Антона, который ещё больше распылялся от его действий. — Я же чувствую как ты возбуждён, мы не можем оставить это просто так. Куда делась твоя смелость, дорогой?
Покрасневший Шастун неловко опустил взгляд, крепко сжимая ткань рубашки возлюбленного. Руки Арса до сих пор сжимали его бедра и уверенно пошли выше. Антон не мог оторвать глаза от этого зрелища, жадно хватая губами воздух.
Попов улыбнулся, замечая реакцию любимого, и положил ладонь на его стояк, который облегали серые брюки.
— До сих пор как кот наблюдаешь за моими руками. Хочешь, я помогу тебе с возбуждением, и мы на этом закончим?
Кудрявая бестия покраснела до кончиков ушей и начала тихо фыркать от возмущения.
— Ведь знаешь, как мне нравятся твои руки, и постоянно этим пользуешься, засранец, — бормотал Шастун, обнимая любимого и вплотную прилегая к его груди. — Хочу… Только быстро, Арс, прошу.
— Как грубо, Антон Андреевич, — хихикнул мужчина и вновь притянул лицо Антона для нового поцелуя.
Парень с жадностью отвечал, прикусывая губы Попова и углубляя поцелуй, чтобы сплести языки. Арсений же в это время пробрался руками под рубашку возлюбленного, мягко поглаживая низ его живота и бока. Медленно он опустился к брюкам и расстегнул ширинку. Антон в этот момент заёрзал на столе от нетерпения и пальцами зарылся в волосы на затылке Арсения.
Мужчина не стал его мучить, ведь и сам уже был на грани. Пальцами он провел по возбуждённому члену Шаста, который скрывала тонкая ткань боксеров. Парень дрогнул всем телом и тихо простонал в губы возлюбленного. Он уже порывался самостоятельно стянуть с себя нижнее белье, чтобы ничего не мешало, но Арсений строго одернул руки Шастуна.
— Я сам, — произнес мужчина, после чего, схватившись за резинку боксеров Антона, приспустил с него бельё.
Возбуждённый член слегка дрогнул, красная головка блестела от предэякулята, который активно выделялся и пачкал одежду кудрявой бестии.
Попов довольно улыбнулся, наблюдая за Шастуном в таком состоянии. Не медля он обхватил основание и начал не спеша двигать рукой. Большой палец Арсений положил на головку и начал её массировать, размазывая липкую смазку по ней.
Антон несдержанно простонал имя возлюбленного и тут же уткнулся носом в его плечо. Шуметь им было нельзя, ведь за тонкими стенами велись уроки, и, если кто-то услышит, оправдаться не удастся.
Попов слегка надавил на затылок парня, ткнув его в своё плечо и прижав ближе к себе.
— Тише, солнце. Я с удовольствием послушал бы твои стоны, но в другой раз, — шепнул Арсений и начал массировать член Шастуна, выбивая из него скулеж.
Антон вздрагивал при каждом движении руки мужчины, крепко сжав ткань рубашки на его спине и обхватив длинным ногами его бёдра. Зелёные глаза крепко зажмурилась, а губы сжались в тонкую линию, лишь бы сдержать голос.
Попов действительно был быстрым и не жалел чувствительного Антона. Он нарастил быстрый темп, но иногда намеренно замедлялся с целью растянуть удовольствие. Если бы не его крепкие руки, Шастун давно бы уже стал метаться по столу и упрашивать большего. Хотя парень и так пытался это сделать.
— Арс, Арс! Быстрее, прошу, быстрее! Я скоро, я… — как в бреду бормотал парень, выгибаясь в пояснице.
Попов шумно выдохнул и вновь сорвался на быстрые движения. Его возбуждение стало таким же явным, но удовольствие любимого человека стояло превыше всего.
И вот, когда Антон уже приближался к грани оргазма, а Арс умело к ней подводил, в деревянную дверь осторожно постучали.
Сначала пара даже не обратила внимания на этот звук, ведь они были слишком заняты друг другом. Но незваный гость не унимался и продолжил стучать уже более настойчиво.
Шастун испугано вздрогнул и посмотрел на Попова огромными глазами, полными удивления, а Арсений в ту же секунду обернулся к двери. Оба мужчины чувствовали, как страсть захватила их в крепкие объятия и не хотела отпускать, но ситуация вышла из-под контроля.
Антон, которого разморило от ласки и возбуждения, совсем растерялся и не понимал, что делать, в отличие от Арсения, который быстро отстранился и стиснул зубы.
— Блять… Солнце, одевайся скорее…
