Кислород

Ручка входной двери поворачивается, когда Ллойд заходит в прихожую, на автомате снимая ботинки. Помещение встретило блондина привычным холодом, тяжёлой, одинокой атмосферой. Его вновь никто не встречает. Он не злиться, просто хочет знать, где находится тот человек, кто полностью занял его сердце, пустил корни в разум, пришил к себе. Украла сердце парня, а теперь шатается чёрт знает где, чёрт знает с кем, лишь изредка появляясь... дома. Не этого Ллойд ожидал от съезда с любимым человеком, спустя трёх лет передружбы-недоотношений. Впервые переступая порог квартиры, блондин хотел стать ближе с Харуми, но получилось... наоборот. Совсем наоборот. Сейчас они дальше друг от друга чем за эти все четыре года вместе взятые. Она вновь и вновь ускользала, оставляя лишь длинный шлейф лаванды, а тот не мог пошевелить и пальцем. Страх потерять её вновь окутывал с головой, врывался в душу, выворачивая её наизнанку. Не оставляй меня, прошу... - Я дома! - надежда, такая маленькая потухла, увяла словно не политый вовремя цветок. Сумка падает на пол, но ответа не последовало. Ллойд понимает, что мир Харуми не крутится вокруг него и их отношений. Но чёрт возьми, почему в её мире не находится хоть капелька времени на Ллойда. Отсутствие Айстер стало для парня обыденностью. И он принимает это как должное. Не заслуживает - возможно. Любовь прошла - тоже возможно. Но тогда кто заслуживает? В кого ему превратиться, чтоб стать любимым, стать нужным? Ответа нет. Вариантов выхода тоже. Ллойд не устраивал сцен, упаси Боже. Зная взрывной характер девушки лучше просто промолчать. Такими темпами они перестанут разговаривать. Харуми появлялась дома всё реже и реже, и даже не предупреждает, куда уходит. Словно это было лишним. Ему казалось ещё немного - и блондинка начнёт ночевать в другом месте. Хорошо что до этого не дошло, а пока тот просто радуется каждой проведённой ночи. Каждая ночь может стать последней. Кто даст гарантию, что на этот раз мы заснём в одной кровати? Ллойд тихими шагами идёт на кухню, ставит чайник, при этом бросая взгляд на вазу с цветами. Азалья. Мягкий, хрупкий, вкусно-пахнущий цветок. Ллойд помнил, как они с Харуми перепирались, выбирая комнатное растение, но всё же остановились на этом варианте. Пальцы коснулись нежных, алых лепестков, чуть проводя по поверхности. Запах тут же заполнил ноздри, такой родной, сладкий, с некоторыми нотками грубости. Даже цветочек сейчас казалось приуныл, склонив лепестки гораздо ниже чем раньше. Ей словно не хватало тепла, которое несла Айстер за собой. Выключает чайник, после чего стягивает с себя верхнюю часть кимоно, оставаясь в майке. Предмет гардероба летит куда-то в угол комнаты, когда Ллойд устало падает на диван, растягиваясь во весь рост. Глаза прикрываются, пытаясь выбросить из головы все мысли о чём-либо. Получается плохо, как вдруг тот слышит, как в замке поворачивается ключ. Харуми дома. От радостной и живительной волны накатывает на Ллойда, когда он чуть ли не прыгает от радости. Ллойд тут же смотрит на дверь, ожидая того момента, когда девушка войдёт в зал. Но она не торопилась. В прихожей что-то шуршало, словно пакет. Гармадон вновь садится, сжимая подлокотник до онемения костяшек. Он отчаянно борется с желанием вскочить и броситься девушки в объятия, никогда больше не отпустив. Звуки исчезают. Блондин отчаянно хочет услышать звук приближающихся шагов, но вместо этого слышит лишь своё сбившееся дыхание и бешенный стук сердца, которое словно норовило сломать рёбра, вырвавшись наружу. Ладно, хватит. Тот сорвался с места, побежав к двери. Вместо этого, он видит тень на кухне. Блондин идёт неуверенно, но быстро. Пальцы толкают деревянную поверхность, когда Ллойд всё же видит Харуми. Та сидит в любимом кресле, улыбаясь кончиками губ. Стоит ему подойти на шаг ближе, как глаза Харуми открываются, и их взгляды пересекаются. Айстер широко ему улыбнулась, чуть склонив голову к плечу. - Недавно пришёл? - тихо спрашивает она, играясь с прядью светлых волос. - Нет, - мотает головой. - Прям перед тобой. Переодеться не успел. Она выглядит на удивление спокойной, умиротворённо, словно никаких проблем в её жизни не было и не будет. Это задевает. Будто только он переживает за их отношения. -Понятно, - говорит тихо, откидывая чёлку со лба. Ллойд не сразу заметил, как девушка сжимает подлокотник кресла, но когда изумрудные глаза всё же зацепились за эту маленькую деталь, лёгкая ухмылка тронула его губы. Девушка замечает улыбку, смотрит тому прямо в глаза. - Так и будешь сидеть? - спрашивает Ллойд, смотря в глубину тёмно-синих океанов. - Так и будешь стоять? - под стать спрашивает блондинка, но всё же поднимается с кресла. Харуми идёт медленно, лениво, словно растягивая шаги. Наконец подходит к парню вплотную, чуть сжимает плечо и с силой тянет на себя, отрывая от стены. Ллойд не сопротивляется, лишь подчиняется. Хоть Харуми была на несколько сантиметров ниже, сейчас она легко возвышалась над ним, словно издевалась. Зрачки её глаз расширены, когда та приблизилась лицом к Зелёному Ниндзя, как вдруг взгляд её посерьёзнел. - Ллойд? - зовёт тихо. Тот раздражённо вздыхает, надеясь, что это считается как разрешением. -Ллойд, - зовёт строже, впиваясь в кожу острым ногтем. - Поцелуй меня, - выдыхает тот, потянувшись к девушке. Мягкие, пухлые губы тут же накрывают жёсткие губы Ллойда. Та целует жарко, глубоко, будто стараясь вложить в эти прикосновения все свои чувства и душу. Тот льнёт к ней словно кот к послушной хозяйке, но внутри него тревога. Харуми никогда так его не целовала. Это было... словно в последний раз. Не бросай меня. Руки тянуться у кофте Харуми, приподнимая. Пальцы гладят нежную кожу живота, нежно обнимая. Останься... -Ллойд, - та останавливает его, отталкивая. Блондин не слушает, вновь потянувшись к ней. - Ллойд я не люблю тебя. Пожалуйста... Харуми мягко сжимает руку парня, переплетая пальцы, немо поддерживая. Блондин не чувствует вообще ничего, словно разом вырвали все эмоции. Это было хуже, чем в Сыновьях Гармадона - тогда Молчаливая произнесла эти слова с издёвкой, наслаждаясь его болью, а сейчас та просто падает перед ним на колени, всхлипывая, опуская голову. Её руки дрожат, но всё равно крепко держат пальцы Ниндзя, словно боясь отпустить. -Я...я не люблю тебя, - говорит быстро, без каких либо чувств, словно пуля, вылетевшая из пистолета. Ещё одна маска, ведь Ллойд видел капли слёз, медленно падающие на пол. - Но... я в хорошем смысле, - Харуми вновь поднимается, смотрит тому в разбитые от горя глаза. - Понимаешь... мы же не любим кислород... но мы им дышим, чтоб выжать. Мы не любим пить воду, но должна её пить. Ты - мой кислород, Ллойд. Я тобой дышу, но... Я не могу без тебя. Ллойд понимает, улыбаясь сквозь подступившие слёзы. Он кивает, лишь сильнее сжимая нежную кожу рук Айстер. - Не можешь. Именно из-за этого ты постоянно уходишь, не предупреждая, - отвечает парень. - Я ухожу, потому что ты не можешь со мной. Мы токсичны, Ллойд. Если ты этого не понимаешь, я тебе говорю, - Харуми виновато отводит глаза, поправляя его. - Откуда ты знаешь, могу я или не могу с тобой?! - он поднимает голос. Злость. На этот раз он действительно злиться. - Я потерялась, Грини. Я не чувствую себя. Не знаю, что люблю, что хочу. Не знаю даже, зачем я живу. Мне... мне тяжело. Возможно даже тяжелее чем прежде, - блондинка медленно говорит, подбирая слова, чтоб не задеть, а затем выпаливает. - Но есть одна вещь, которую я знаю - я не хочу тащить тебя на дно. - Я уже на нём. Харуми усмехается, касается плеча зеленоглазого, выводя узоры. Ноготок мягко выводит очертания линий, после чего она снова смотрит на него. - Без балласта всегда всплываешь быстрее, - словно ставя точку, произносит девушка. Но даже сейчас блондин слышит в её голосе еле уловимые нотки слёз. - Может я не хочу всплывать? - шепчет Ллойд, кусая губу. - Без тебя, не хочу. - Надо, Ллойди, - мягко говорит Айстер. - Нужно всплыть, чтоб встретится на поверхности. В голове вновь зажигается огонёк надежды, тот вскидывает голову. - Ты вернёшься? - Планирую, - туманно говорит девушка. - Но пока... мне нужно побыть одной. - А ты уверена? Что сможешь быть одной? - Мне тебя будет очень не хватать, но... - Я не о том, - Ллойд поправляет самого себя. - Сможешь ли ты всё это время быть... одной? Меня же ты... не любишь. Так где гарантия, что не полюбишь другого... или другую? Харуми усмехается, выводя второе сердечко на плече Ниндзя. - Свой кислород я ни на что не променяю, - говорит она, улыбаясь. - И у меня кое-что для тебя есть. - Подарок на последок? - Ллойд вскидывает брови. - Мне не очень нравится "на последок", а так можно сказать маленький презент. - Заинтриговала! - восклицает он, и удивляется внутри себя. Как же это он минуты назад был словно ходячим трупом, а сейчас легко её отпускает? Харуми вышла за дверь, и через считанные секунды вернулась обратно, уже с бумажным свёртком в руках. - Что это? - с интересом спрашивает блондин, когда та разворачивает обёртку. - Что? - Это меч моего отца, - тихо отвечает Айстер, улыбаясь. - Так же на нём я впервые тренировалась. Хотела, чтоб ты не забыл, что у тебя можно сказать осталась частичка моей души, за которой я обязательно вернусь. - Понятно, - лишь шепчет Ллойд, сглатывая.

***

- Я дома, - мягко произносит Ллойд, закрывая дверь. Харуми ушла из дома четыре месяца назад, так и не вернувшись, но всё же маленькая надежда теплилась в душе Ниндзя, согревая изнутри. Я очень скучаю, Руми. Мы пересекаемся. но у нас разные компании... Ты с Ванией и Коулом, я с Нией и Каем... В первое время мне невыносимо было смотреть на тебя без дикого желания обнять, прикоснуться. Это убивало изнутри, но я смирился. Со временем да. Лишь иногда сердце кровоточило, когда ты проходила мимо, даже не поднимая глаза. Снимает кроссовки, когда сумка резко падает у меня из рук. Выдох застрял где-то в горле, от чего Ллойд не может нормально ни вдохнуть не выдохнуть очередную порцию воздуха. Он видит азалии, которые стали выглядеть свежее, чем перед его уходом, а рядом с ними... Розы. Белые. Харуми всегда говорила - белые розы признак чистой, бескорыстной любви. Ллойда пошатнуло. Он с силой вцепился в дверной проём, когда увидел на кухонном столе тарелку с горячим супом, возле которого лежала записка. Трясущимися руками тот открывает её. На сложенном листке аккуратным почерком было выведено следующее: Приятного аппетита) Он бежит. Бежит, пересекая коридор, останавливаясь около спальни. Ллойд глубоко дышит, успокаивая бьющееся сердце, после считая до пяти, и открывает дверь. Белый водопад волос рассыпан на простынях, а сама Харуми крепко сжимала любимую толстовку парня, которую подарила сама. Спит. Непрошенные слёзы скапливаются в уголках глаз, когда тот их тут же стирает, прикладывая ладонь ко рту. Чувствует, как она трясётся. Умывается, чуть ли не сдирает с себя кожу, чтоб понять, что это не сон. Почти залпом выпивает стакан воды, переодевается, прежде чем снова вернуться в сонное царство. Ллойд подходит к кровати медленно, выискивая изменения в девушке. Аккуратно ложиться рядом, слегка притянув к себе, вдыхая такой родной аромат. Жизнь пришла на смену смерти. Харуми тут же напрягается, но прижимается к парню, зарываясь ему в плечо головой. - Я люблю тебя, Ллойд. Парень жмурится, прижимая к себе сильнее, но всё же приоткрывает глаза, когда прядка волос защекотала ему щёку. Она явно светлее чем раньше... - Я рад, что ты наконец полюбила кислород...