Сделка

      Уильям приходит в себя, с трудом принимая вертикальное положение. Смаргивает остатки видения и старается сфокусировать взгляд на своих руках. Картинка отказывается складываться воедино, все плывет. Его новые рубиновые глаза наливаются холодным фиолетом.       –Ну здравствуй, – приветствует его Филипп и накидывает на него свою мантию. – Чуть позже приоденем тебя, не хотел пропустить твое пробуждение.       Уильям хмурится и пытается привыкнуть к ощущениям. Холодное тело мало того, что не слушается, так ещё и на вид слишком хрупкое, не такое каким он себя помнит. Это абсолютно чужое тело. В нём нет ни былого роста, ни мышц, вообще ничего нет от Уильяма.       Чувство жалости и беспомощности накатывают на него, а следом и немой ужас. Он не привык быть таким беззащитным. Холод сковывает все движения. Единственная положительная вещь из всего происходящего – это то, что невыносимая боль от сломанных суставов и гниющей плоти отступила.       –Что произошло? – сипло бормочет Уильям, дивясь собственному голосу.       –Титан подарил тебе новое тело, – восклицает безумец. – А я, как его верный слуга, помог в него переместиться.       –Ты сказал, что я стану прежним.       –Да, всё верно, раньше ты точно был живым. Я вернул тебе это состояние.       –Но ты достал тело из земли, разве я снова не мёртв? Ты обещал мне моё тело, а не это недоразумение!       –Нет, как раз наоборот! Кажется, кто-то запутался… Уильям, ты живее некуда, просто тело слегка не твоё, – Филипп торжественно разводит руками. – Убив того, кому оно раньше принадлежало, теперь ты живёшь за него.       Безумец приближается и внимательно рассматривает перерожденного. Начинает кружить вокруг него, снова бормоча какую-то ерунду про Титана, могильную землю и гримволкеров.       Впервые за долгое время Уильям ощущает, как кровь приливает к щекам. Быть снова живым очень странно, он отвык от всего этого. Сердце начинает биться быстрее и он не понимает, не помнит, как усмирить его. На что он вообще подписался? Это не он, это не его чувства, вообще всё не его.       –Обычно я жду, пока они не пролежат в земле лет тридцать, но этому не хватает буквально трёх, а может пяти лет, – Филипп перестает кружиться и останавливается напротив непонимающего человека. – Прости уж, не помню точной даты… Попробуй пошевелить пальцами, сжать кулаки или… Нет, не пытайся встать! Начинать нужно с малого.       Уильям слабо шевелит пальцами рук, однако выходит с трудом. Затем он пробует то же самое, но с пальцами ног. Спустя пару минут сгибает колени, расправляет плечи. Только подняться всё равно без посторонней помощи не выходит, поэтому он с хмурой миной принимает от сектанта руку помощи.       –Посмотрим, что из этого выйдет, – скалится Филипп. – Титан будет доволен!       –Шагай и не болтай, – фыркает Уильям, периодически наступая на ноги своему проводнику.       Так они ковыляют до самого золотого дворца.

***

      Множество вопросов терзали новоиспечённого гримволкера в течение нескольких дней нахождения в новом мире. Имело ли теперь значение прошлое? Сейчас оно казалось таким нереальным. Прежняя жизнь вспоминалась с большим трудом. Что вообще произошло? Это явно не сон. Сны не бывают такими затянутыми. Остался ли он прежним? Пребывая в чужом теле Уильяму казалось, что и его сознание переменилось, стало другим.       Чем больше Уильям задумывался об этом, тем паршивее себя чувствовал, что, конечно, было ему несвойственно оттого подтверждало догадку. От раздумий болела голова. Оставалось лишь отпустить происходящее и просто плыть по течению.       Сейчас Уильяма окружали светлые стены небольшой комнаты и огромное количество света из окна с решеткой. Лежа на мягкой постели, он мог спокойно дышать и разглядывать потолок.       Одна из вещей, которая сейчас его волновала, это жжение в запястье. Единственная боль, которая перешла с ним в новое обличье, наверняка скрывала в себе что-то важное. Вторая, невозможность покинуть это место. Прошло уже несколько дней с его перерождения. За это время Уильям научился нормально ходить и не терял сознание целых три дня. Однако Филипп продолжал держать его взаперти.       Сектант временами заглядывал к нему и мог подолгу разглагольствовать про своего всемогущего бога. Не забывал напоминать про великое благословение и повторял, что у Титана на Уильяма большие планы. Иногда он рассказывал про Кипящие Острова – так называлось это место. А еще, что он и Филипп должны очистить их от темной силы.       В один из таких визитов Уильяму надоело слушать.       –Может, вместо разговоров лучше покажешь Кипящие Острова?       Филипп опешил от такого вопроса и задумался.       –Ты еле на ногах держишься, – возразил он. – Придется тебя сопровождать, а у меня совсем нет на это времени.       –Ну так найди время! Естественно, мое тело будет слабым, я толком не двигаюсь, – восклицает Уильям, сердито жестикулируя. – Я до сих пор не могу отойти от происходящего. Мне нужно хоть чем-то заниматься, иначе у меня снова крыша поедет!       Конечно, был вариант попытаться вырваться из своеобразного плена через драку, однако сейчас силы точно не совпадали. Оставались переговоры.       –Ладно, но не надолго. Для начала выйдем в сад, – уступает Филипп. – Пошли.       Снаружи бушевал ветер, обманчиво яркое солнце практически не грело. За несколько дней сад успел превратиться из красочного места в унылое. Листья опали, трава поблекла. Садовники пытались привести его в порядок, однако безжалостный ветер мешал им.       –Гримволкеры постоянно мерзнут первый месяц своей жизни, наверное, ты не исключение, – запоздало подмечает мужчина, когда Уильям ëжится от холода. – Какая досада, придётся вернуться и…       –Мы только пришли, – резко перебивает его. – Никуда я с тобой не пойду, надоел.       Уильям шагает всё дальше и дальше от человека в мантии, не думая оглядываться. Он понимает, что сбежать не получится, но вот размять кости вполне. Только что-то идёт не так. После примерно четырёх пройденных метров правая рука немеет, заставляя остановиться. Затем напрягается от неприятного ощущения, будто тысячи маленьких иголок норовят отсечь ему кисть руки. Молодой человек останавливается, боль утихает, но лишь для того, чтобы нахлынуть с новой силой.       Уильям морщится и оборачивается назад. Филипп смотрит на него почти ласково, однако оскал на лице говорит сам за себя. Вся эта боль его рук дело. Она становится сильнее, почти невыносимой, вынуждая Уильяма вернуться назад.       –Кажется, я говорил, что нам придётся работать над твоими манерами, – преспокойно говорит мужчина. – Вот тебе первый урок: никогда не перебивай меня.       Иголки доходят до самого плеча. Уильям скрипит зубами. Теперь он непроизвольно дрожит не только от холода, но и от ярости, переполняющей его сознание.       –Я желаю тебе только добра. Титан рассчитывает на меня, но он также рассчитывает и на тебя. На нас возложена важная миссия, поэтому мы должны присматривать друг за другом.       Филипп сгребает остолбеневшего Уильяма в объятия, укрывая от ветра своей мантией. Второй с ужасом осознаёт, что как бы он не пытался извернуть руки, не получается как-либо его оттолкнуть или ударить. Словно какие-то невидимые силы уберегают безумца от любой малейшей попытки навредить.       –Можешь пытаться, но у тебя не получится, – внезапно наклоняется к самому уху Филипп. – В конце концов мы с тобой заключили не простую, а магическую сделку. Однако, если этот маленький грех поможет в очищении мира, думаю он будет оправдан, как и мы. Титан простит нас! С тобой всё точно должно получится…       Последние слова заглушает вой ветра. Он кладёт свою руку на плечи Уильяма, настойчиво уводя того во дворец.