"Безнадёга"

- Привет, - и щека жалит щёку, а в темноте влажных собачьих глаз моего брата прячется беспокойство за меня. Пожалуй, я бы много отдала, чтобы суметь ему рассказать о своих проблемах так же свободно, как раньше, в детстве… - Я, собственно, на пять минут только – тебя повидать. Как ты? - Как видишь. В институт спешу. - О, мне в ту же сторону. Ты не против? - Питер, конечно, нет. Мог бы и не спрашивать. - Ну мало ли. Я иногда к тебе и подходить боюсь – куда-нибудь чешешь, такая деловая… Выросла, что ли? - Брат, ну это даже не смешно. - Прости. Он говорил искренне, когда признался, что боится меня. Так вот какое впечатление я произвожу на людей, что даже брат родной меня обходит за тридевять земель… Был ли он у меня в гостях хоть раз? А, нет, был, целых два раза – вместе с родителями, правда. Сам он ко мне не заходит, и даже Корнелия его с собой не берёт. Может быть, из-за этого?... Ох, как бы я хотела поговорить с ним по душам. Но я чувствую себя немой, и поэтому молча смотрю в глаза. - Что-то случилось? - Нет, с чего ты так решил? - Взгляд у тебя больной. Да и вообще… - Ох, Питер, я знаю. Правда, со мной ничего не происходит. Даже слишком, наверное, ничего. - Мама там за тебя беспокоится. - Правда? - Угу. И Корнелия, очень. Просила меня на тебя повлиять, но ты вон какая вымахала… На тебя повлияешь, конечно! - Прекрати меня демонизировать. Что она тебе сказала? - Да ничего, собственно… Ничего такого, чего бы я не увидел сам. Вы с ней рассорились? - Не с ней. С ней как раз мы по-прежнему дружим. - Вилл? - Угу, немного. - Слушай, ты меня прости, я понимаю, что это такое, когда от всего мира тошнит… Но только ты не замыкайся, ладно? Ко мне подходи, если что. Я никому не скажу, ты знай. - Хорошо, брат, спасибо. Конечно же, я не подойду. И даже не думаю об этом. Какая же я стала отвратительная. Брат вот готов ради меня через ураган пройти, чтобы только мне помочь, а я молчу. И даже не пытаюсь сказать ему, что со мной что-то не так… хотя я никогда в этом не признавалась, никому. Ни ему, ни девчонкам, ни даже себе. Со мной не может быть что-то не так, я же сильная, как все… - Ты обещаешь, что будешь рассказывать мне? - Извини, обещать не могу. - Ну Тарани! - Но я постараюсь, правда. - Тарани, - его голос стал нравоучительным и сердитым, - ты должна доверять мне и не замыкаться в себе. Иначе выйдешь в окно, а маме придется расследовать твое дело. Представляешь, каково ей будет? - Такого не случится, обещаю. - Ну хоть и на том спасибо. - Ты классный брат, Питер. - Да ладно, - усмехнулся как-то по-особенному горько он. Ведь и действительно классный, девчонки всегда мне завидовали, какой хороший у меня брат. Питер. Братик мой хороший. - В институте проблем никаких? - Ни с чем. - Уверена? - Точно. Лучшая на потоке всё же. - Ну хорошо. Недаром всё же на бюджет умудрилась поступить. - Ну да. Так что никаких проблем. И тут Питер резко остановился, притянул меня к себе и крепко обнял. Я не удивилась, продолжала стоять, и лишь здравый смысл подсказывал мне, что сейчас надо бы его обнять в ответ, чтобы брат не беспокоился… Я и обняла, но слабо, несильно. Он по-собачьи зарылся носом мне в плечо и произнёс, не отрывая лица, так что расслышать его было трудно: - Правда, я очень боюсь за тебя. Обещай мне, что будешь обо всем рассказывать, ладно? - Хорошо, хорошо, брат, как скажешь. - Если кто тебя обидит – укажи на него пальцем, и я его покусаю. - Ладно, Тотошка, только отпусти. А не то мы оба с тобой опоздаем. Он нехотя отпустил меня, и я выдавила из себя слабую улыбку. Нет, ну какой же у меня классный брат. А я – стерва и полная дура, вот. - Тебя проводить? - Как хочешь, но тут уже недалеко, я сама дойду. - Ладно, как знаешь. - Ну…. пока? - Давай, до скорого. И только после прощания он отпустил мою руку и побрёл в сторону своей работы. Я смотрела на его спину без всяких эмоций, думаю, что надо бы позвонить домой и успокоить родню. Достаточно соблюдать ряд нехитрых манипуляций, чтобы всех привести в нормальное состояние, и никто не додумался спросить у меня, что же я чувствую на самом деле. А вот с Питером такое не пройдёт, и это меня тревожит. У них с Корнелией эта черта вообще общая, одна на двоих – какая-то почти собачья интуиция, понимание того, что что-то происходит, и совсем не так, каким оно пытается казаться. Они хорошая пара. Не то что мы с Найджелом в своё время.