Сборник драбблов по лисам

Эндрю любил их каждодневную рутину. Он любил засыпать вместе. Он любил просыпаться вместе. Но особенно Эндрю любил выходные дни, когда им ненужно было никуда спешить. Он любил те ленивые субботние утра, когда как будто даже в самом воздухе витает умиротворение. И Нил каждый раз, заряжаясь этим ощущением, обязательно настаивал сам приготовить им завтрак. Эндрю обожал наблюдать за ним в эти интимные моменты, полные уюта и тепла. Дома Нил неизменно утопал в слишком широкой для него в плечах верхней одежде Эндрю, поэтому его вид у плиты только в одной его уже застиранной футболке и боксерах, расслабленно пританцовывающего под одну из тех ничего не значащих песен по радио — всегда посылал что-то безумно теплое, почти горячее, прямо Эндрю под ребра. В такие дни Эндрю не мог оторвать от Нила свой взгляд. Тихонько каждый раз любуясь этой прекрасной и по-своему удивительной картиной, прислонившись к дверному косяку кухни. Пока Нил конечно же его не замечал и, одарив почти ослепляющей искренними чувствами улыбкой, не требовал свой обязательный утренний поцелуй. Их выходная рутина всегда начиналась с объятий у плиты, когда Эндрю подходил и вжимался в чужую спину так, как будто никогда не сможет насытиться этой близостью, пока Нил старательно обжаривал им на завтрак яйца и бекон, иногда мягко поглаживая, сцепленные на своей талии, пальцы. И Эндрю всё ещё никак не мог поверить, что это действительно его реальность. Что у него есть их общее «это». Что у него есть, так удивительно его, Нил. Но в глубине своего пылающего сердца Эндрю уже знал, что «это» теперь с ним навсегда.