Песнь моря

Прошло 10 лет с того момента, как семья Салли прижилась у морского клана. Это их дом… Ао’нунга готовили к тому, что вскоре он станет правителем этого клана. Старшим детям Салли и Тоновари было уже 25 лет. Вспоминая смерть Нетейама никто не плакал. Все его помнили как любимого сына и храбреца, который пожертвовал своей жизнью. Всегда лез в огонь, чтобы спасти брата и сестёр. Ло’ак плыл на илу после охоты. Он поймал не то, чтобы плохую и не то, чтобы хорошую добычу. Возвращаясь домой он заметил толпу, которая собралась на берегу. Выйдя из-под воды он подошёл к соплеменникам и увидел Ци, что так горько плакала, а затем и Ао’нунга, который пытался успокоить сестру. — Тоновари мёртв! — Эта новость потрясла всех. Но тяжелее всех было Ронал и младшему ребёнку в семье. Из рук выпала добыча и оружие, которым пользовался лесной юноша. Поспешив он направился к Цирее. Когда он подошёл к ней, то увидел не ту, что полюбил когда-то: милая девушка с вьющимися волосами и глазами цвета океана, а сейчас перед ним уже взрослая женщина рифового клана, которая оплакивала своего отца. Его сердце сжималось от боли, которую он разделял с любимой. — Мне жаль, Ци… — Ло’ак прижал её к себе одной рукой, а затем другой обнял её. Сыну Джейка Салли хотелось, чтобы его возлюбленная успокоилась, чтобы ей стало легче. Постепенно лесной на’ви увёл дочь покойного вожака на то самое место, где когда-то она призналась ему. — Послушай меня, Цирея, — начал Ло’ак, — вытри слёзы. Они ни к чему. — После этих слов он взял её за руки и посмотрел прямо в кристально чистые глаза. Лесному хотелось уберечь свою любимую Ци от всех проблем, что окружили её со спины в этот несчастный день. — Я тебя вижу… — Нахлынула ностальгия. Когда-то молодая Цирея говорила это большому лесному на’ви, на фоне с которым она была совсем маленькой (имеется в виду — миниатюрная). Ло’ак обнял любимую и дал понять, что она не одна.