Мудрая Сова и Звёздный Путник

      Романтика — понятие, Итэру отнюдь не чуждое. Каждый искатель приключений — это безнадёжный романтик, грезящий о сокровищах и славе или новых невиданных землях с экзотическими товарами и диковинами. Кто, как не путешественник, посетивший сотни других миров, мог это понять? Однако порою романтика настигает тебя там, где ты её не ожидаешь, хотя взаимоотношения двух людей — идеальная среда для её проявления. Фраза "Не хочешь остаться на ужин?" от Дилюка во время одного из визитов на винокурню всё равно застала путешественника врасплох. Так что тем вечером Итэр сидел за обеденным столом напротив владельца винокурни и пытался совладать с охватившими его восторгом и лёгкой паникой. И если первое чувство было вполне объяснимым, то второе назойливо не позволяло расслабиться: юноша возлюбленного не стеснялся, но это был их первый ужин наедине, даже Паймон оставила его после того, как Дилюк разрешил ей посетить кухню. Считай, новый этап конфетно-букетного периода, когда поведение становится раскованнее, а комплименты — откровеннее. В теории.       Поразительно, как обычный приём пищи преображается, когда ты сидишь лишь с любимым человеком, а не целой компанией, и хвала Архонтам, что у него хватало самообладания не выдавать волнения. Вполне возможно, что у Дилюка были какие-то планы насчёт работы из-за проблем с поставками сырья из-за нападения монстров, но он спонтанно решил посвятить вечер Путешественнику, и последнее, что Итэр бы хотел, это сделать что-то не так. Хотя, учитывая его удачу, он бы не удивился, если бы на винокурню упал метеорит или нечто в этом духе — то, что с появлением Итэра везде творится полнейший хаос, было известно чуть ли не всему Тейвату. По крайней мере, там, где он успел побывать.       Как финансовый магнат Мондштата, Дилюк имел богатый опыт разговоров на званый вечерах и ужинах, так что постепенно Итэр, вовлеченный в беседу, расслабился, да и было, о чём поговорить: владелец винокурни всегда внимательно слушал рассказы о путешествиях Итэра, не сколько из вежливости, сколько из искреннего интереса. А с шикарными блюдами и напитками из винокурни любая история становится лучше.       — Это что-то новенькое, — Итэр с любопытством посмотрел на бутылку в руках Дилюка. Он знал многие напитки, производимые на "Рассвете", однако такого раньше не видел, так что это либо новинка, либо из личной коллекции.       — Виноградный сок с лимоном и заоблачным перчиком. Обычный сок некоторые находят скучным, так что Коннор решил попробовать сделать что-то новое, — Дилюк приподнял бокал, разглядывая переливающуюся светло-розовую жидкость. — Он довольно острый, так что не думаю, что в Мондштате такое оценят.       — А я бы попробовал, — Итэр нагло, если не сказать, нахально заулыбался. — Меня острое не пугает.       Дилюк хитро прищурился:       — Пожалуйста, — и протянул руку с бокалом к лицу юноши, заставив того растерянно округлить глаза. Ему бы и своего бокала хватило бы.       "Флиртует, что ли?.."       А вот это действительно что-то новенькое. Не то, чтобы между ними не было флирта, но в такой обстановке это ощущалось так остро и интимно, что становилось не по себе.       Итэр прикрыл глаза и послушно прикоснулся губами к бокалу. Запах винограда и еле ощутимая острота перца ударили в ноздри, будто там было настоящее вино, а не сок вовсе, и юноша ощутил, как щёки запылали, словно его опьянили — Дилюк не сводил с него внимательного взгляда алых глаз. Это очаровывало.       В голову пришла внезапная идея, и от предвкушения предстоящей выходки сердце забилось словно сумашедшее. Итэр не был мастером в подобном, однако посмотреть на реакцию Дилюка было слишком заманчиво — возможно, дело в присущем любому путешественнику азарте. Юноша томно взглянул возлюбленному в глаза и нарочито медленно провёл языком по холодному стеклу.       Дилюк чертыхнулся и тут же отдёрнул руку с бокалом, чуть не расплескав содержимое, отчего Итэр вздрогнул от неожиданности. Кажется, он перестарался.       "Чёрт".       — Я-я… Прости, не знаю, что на меня нашло, — возможно, идти на попятную ещё не поздно, так что извиниться будет верным решением. Как бы обстановку не испортить сильнее. Конечно, Дилюк сразу уверил:       — Всё в порядке.       Однако взгляда его избегал, прикрыв рот рукой. Итэр давно запомнил эту привычку — мужчина явно был расстерян.       "Браво, просто браво".       И возникшая пауза никак не спасала положение.       Юноша судорожно пытался хоть что-то придумать, сказать что угодно, лишь бы эта тишина прекратилась. Сам виноват, полез со своим флиртом — похоже, нужно поучиться чему-то более изящному, подстать Дилюку. От осознания, как его поведение со стороны выглядело, захотелось нервно рассмеяться: рановато как-то такое проворачивать после осторожных поцелуев и прикосновений.       Звук отодвигаемого стула вернул Итэра в реальность и заставил внутри все похолодеть. Кажется, ужин окончен.       Дилюк почти не слышно приблизился, и юноша ощутил, как от стыда горят даже уши. Пришлось собрать остатки самообладания в кулак, чтобы посмотреть ему в лицо, и то, насколько оно было серьёзным, заставляло нервничать. И невольно залюбоваться.       — Итэр.       Путешественник вздрогнул. Никогда ещё Дилюк не произносил его имя так: шёпот, вкрадчивый и горячий, заставлял всё внутри скрутиться в узел, и жар волной прокатился по всему телу, от макушки до кончиков пальцев. В голове отчего-то мгновенно стало пусто.       — Да?       Мужчина положил руку на спинку стула и наклонился настолько близко, что между ним и Итэром было лишь несколько сантиметров. Путешественник невольно облизнул пересохшие губы.       — Могу я поцеловать тебя?       Дилюк всегда задавал этот вопрос, прежде чем осторожно, по-детски коснуться губами лица возлюбленного на их свиданиях — Итэр лишь смеялся, подставляя щёки и лоб под нежные поцелуи.       Так отчего сейчас это звучало настолько возбуждающе?       Мужчина охнул от неожиданности, когда Итэр впился ему в губы поцелуем — целомудренным, но жадным прикосновением губ — сминая в ладонях лацканы пиджака. Инициативу он перехватил мгновенно: юноша издал полувздох-полустон, когда чужой горячий язык проник ему в рот, а обтянутые в чёрные перчатки руки приобняли за талию, заставляя встать со стула, притягивая ближе. Так непривычно, но так естественно.       Когда Дилюк остранился, пытаясь перевести дыхание, Путешественник разочарованно вздохнул. Невыносимо хотелось большего, настолько, что то, как он льнул к возлюбленному, было на грани бесстыдства. И они оба это понимали.       — Пойдём наверх? — Итэр вспыхнул, хотя, казалось бы, куда больше, но от такого заманчивого предложения отказываться не хотелось.       — А ужин?       Не то, чтобы это его сейчас так волновало, но…       Дилюк лишь усмехнулся.       — Аделинда разберётся.       Наверняка завтра всё поместье будет в хаосе из-за возмущённой главной горничной, но сейчас это их волновало меньше всего.