Протокол К

Кэтрин проснулась из-за телефонного звонка. Девушка приоткрыла глаза и яркий экран ослепил ее. Кэт прищурилась и пыталась прочитать контакт. Она увидела, что звонит мама. Стало не по себе. Теперь нельзя было ее игнорировать, прошло слишком много времени. — Алло? — сонным голосом ответила Кэтрин. — Почему ты мне не отвечаешь? — прозвучал крик мамы. Кэтрин мгновенно убрала телефон с уха. — Сегодня приеду к тебе, — быстро ответив, она повесила трубку. Кэтрин побежала собираться и в спешке даже не было времени думать о Ходже. Его не было два дня! Кэтрин отгоняла такие мысли, хотя зачем она торопится? Можно было спокойно собраться и поехать. Но Кэтрин хотелось быстрее посидеть там и вернуться обратно. В «родной» дом возвращаться не желала. Девушка припарковала машину и сердцебиение снова участилось. Вспоминая то, чему учил ее Сэм, Кэтрин глубоко дышала. «Зачем я приехала?» — думала Кэтрин, когда шла к дому. Она вздохнула, а затем открыла дверь. Мама вышла в коридор и кинула на дочь недовольный взгляд. Кэтрин просто стояла у двери и все воспоминания стали возвращаться к ней. — Что стоишь? Проходи, как будто не у себя дома. Внутри была напряженная атмосфера. Кэтрин шла на кухню и при этом слышала в своих мыслях крики, обидные слова и скандалы. Она в основном молчала и пыталась защитить себя. От ударов Кэт не сопротивлялась, но повзрослев, стала давать отпор. Она чувствовала страх и тревогу. Хотелось прижаться к Ходжу и спрятаться от этих воспоминаний. Невольно Кэтрин вспоминала школьные времена.

***

Кэтрин отлетела в другую сторону и приземлившись лицом, почувствовала что-то мягкое. Это был ее рюкзак. Из-за значков, висевших на нем, она поцарапалась лбом. Девочка хотела так и остаться лежать. Кэтрин думала, что наконец-то она рухнула на что-то мягкое, а не твердое. Все тело болело. Силы покидали ее. Кэтрин закрыла глаза и немного расслабилась. Дети смеялись и выкрикивали неприятные слова в ее сторону, которые она уже не слышала много раз. Кто-то взял Кэтрин за волосы и потащил к себе. Она даже не сопротивлялась. Просто не было сил и смысла. Кэтрин хотела умереть. Она чувствовала, что не выдерживает. Кэтрин несколько раз ударилась разными частями тела. Будет много синяков и придется возможно снова зашивать одежду. Все тело ломило, силы окончательно покинули ее. Неужели это конец? Кэтрин очнулась на полу. Почувствов сильную головную боль, она приоткрыла глаза и поняла, что находится в мужском туалете. Кэтрин так и лежала минут десять, пока ей не стало легче. Девочка аккуратно встала и увидела, что ее рюкзак немного порван, а значки сломаны. Кэт подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Теперь она расплакалась и обратно села на пол. Кто-то открыл дверь и Кэтрин обернулась. Они вернулись, чтобы добить ее? — З-здравствуйте... — тихо сказала Кэтрин и почувствовала ком в горле. Она встала с пола и снова кинула взгляд на зеркало. «Хватит реветь» — подумала девочка, снова обвиняя себя. — «Это ты виновата. Ты провоцируешь всех своей слабостью. Какая же ты жалкая. Да лучше б ты сдохла!». — Кэтрин, тебе лучше пойти домой. Мы уже рассказали твоей маме... — говорил учитель, но она его быстро остановила. — Угу, хорошо... — ответила Кэтрин и взяла свой рюкзак. Хотелось еще больше плакать. Нет, хотелось именно кричать от боли, от своей слабости. Но она сглотнула ком в горле и пошла в сторону выхода. С трудом Кэтрин дошла до дома. Она сразу же пошла в душ, хотя хотелось просто лечь в кровать и плакать. Вместо этого, Кэтрин сдерживала эмоции. Единственное, что получалась - это злиться на себя. Кэтрин постоянно говорили, что во всем виновата она и никто больше. Девочка снова не понимала, что делать. Попробовать позвонить папе? Он не будет ее слушать, скажет, что это все мелочи. Кэтрин некуда идти. Она подняла голову и смотрела на потолок. Чувство вины усилилось и Кэтрин потянулась к лезвию. Она чувствовала сильную эйфорию и было так приятно. Один порез и станет легче... Их стало еще больше. Однако ее это не волновало. Теперь Кэт ничего не чувствовала, не видела, не слышала. Она была в своем мире. Кэтрин становилось легче. Так и прошло несколько минут. Эйфория ушла и Кэтрин взглянула на свои руки, которые были в крови. Она лишь выдохнула и подумала, что обычные люди такими вещами не занимаются. И все же Кэтрин считала, что такая привычка абсолютно нормальная. Девочка вытерла кровь и даже не стала обрабатывать раны. Ее не волновали последствия. Сейчас Кэт чувствовала спокойствие и это было важнее всего. Вот только приходилось скрывать шрамы от мамы, которая уже их видела. Но зачем-то Кэтрин их прячет. Ради приличия. Она даже была удивлена, что мама не накричала, той было все равно. Наверное, у родителей должна быть другая реакция. Кэтрин просто усмехнулась из-за ситуации. Она вышла на кухню, достала хлопья и молоко. Аппетита не было, но Кэтрин ела по привычке. Если бы мама не заставляла есть, она этого и не делала бы. Кэтрин считала себя толстой и некрасивой. Она была очень закомплексованной. Кэт не нравилось в себе абсолютно все. Она хотелось просто исчезнуть. Кэтрин часто думала о суициде и даже пробовала, но все попытки не были успешными. И прокручивая все эти угнетающие мысли, действительно есть абсолютно не хотелось. Кэтрин сидела так несколько минут, пока не услышала как мама открывает дверь. Она сняла пальто и положила ключи на тумбочку, зашла на кухню и увидела свою дочь. — Наверное ты уже знаешь, — тихо сказала Кэтрин и посмотрела на маму с какой-то надеждой. Может, в этот раз она ее защитит? Или мама снова будет кричать, обвинит и не поможет? Хотя она несколько раз обещала, что будет делать наоборот. У них были не просто плохие отношения. Напоминали самые настоящие качели. Кэтрин даже не знала, чего ожидать от нее. Девочка давно не ждет внимания от мамы, но хотя бы помощь. — Почему ты не можешь дать отпор? — раздраженно спрашивала мама. Кэтрин просто молчала. Она не хотела драться. Кэтрин пыталась давать отпор, а потом поняла, что просто физически не сможет сделать это. Ее били мальчики и иногда девочки. Их всегда было много, шансов справиться было очень мало. Тем более, если защищаться, удары будут намного сильнее предыдущих. Да и Кэтрин уже привыкла, ведь легче потерпеть. — Да что с тобой не так?! — мама взбесилась от молчания Кэтрин. Она дала пощечину дочери. Мама продолжала кричать на нее, а Кэтрин просто слушала. — Тряпка. — Знаю, — ответила Кэт. Не выдержав, она ушла из дома и пошла гулять. Кэтрин хотела выговориться, но вспомнила, что просто некому. Весь вечер девочка гуляла под дождь, смотря на осенние улицы, украшенные к Хэллоуину. Она мечтала, чтобы у нее был близкий человек, который мог бы защитить. И чтобы Кэт могла с ним сбежать от реальности, причинявшая только боль.

***

Мама считала, что детей надо воспитывать в строгости. Поэтому не понимала, какую боль причинила Кэтрин. И не хотела осознавать. Было бесполезно спорить или доказывать правоту. Кэт никогда не хотела возвращаться в детство. Оно ассоциируется не с самым лучшим временем. Хорошие воспоминания можно по пальцам пересчитать. У нее была жизнь в постоянном страхе. А с Ходжем стало намного легче. Она впервые чувствовала такую теплую любовь и огромное счастье. В детстве все было иначе. Кэтрин считала, что взросление - это возможность обрести безопасную жизнь, сбежать из этого дома в прекрасное будущее. И не ошиблась. А новую семью хотелось оберегать и спрятать от всех людей... Но что делать, если отношения с Ходжем начинают рушиться от своих же рук? — О чем ты задумалась? — мама подошла к дочери и обняла. Кэт стало неприятно от ее прикосновения. А вопрос отвлек девушку от размышлений. — Кэтрин, я тебя не узнаю! Почему ты так холодно относишься ко мне? — Я заметила, что ты всегда говоришь мне, что я отстраненная. — усмехнувшись, Кэтрин прошла в гостиную, проигнорировав объятия мамы. Она продолжала витать в облаках, вспоминая Ходжа и, размышляя, как можно с ним поговорить. — Кэтрин! — Что? — раздраженно спросила она. — Ты не берешь трубку, не отвечаешь мне, мы редко видимся, — голос мамы стал тише. — Это Ходж на тебя так влияет? Глаза девушки расширились от удивления. Затем она натянула улыбку, больше получилась нервная. Она ничего на это не ответила. Мама начинала злиться. — Почему ты воспринимаешь меня, как врага?! — Да что за бред? Я была занята. Мы же виделись... — Кэт задумалась и не могла вспомнить последнюю встречу. Они действительно давно не общались. Кэтрин пыталась избегать ее, а теперь пора было поговорить. — Кхм, да, давно не виделись... — она признала свою ошибку. — Мне обидно. — Мне тяжело здесь находиться, знаешь ли... Я не знала, чего от тебя ожидать. Ты могла быть хорошей, а потом могла сделать что-нибудь такое, что перечеркнет все хорошее отношение к тебе. Поэтому я лучше буду далеко от тебя. Кэтрин не обращала внимание на то, что с каждым словом мама злилась сильнее. Девушка не успела договорить как почувствовала, что ее ударили по лицу. Затем в Кэтрин что-то кидали, крича при этом: «Ты считаешь, что я плохая мать?», вместе с другими оскорбительными словами. Испугавшись, Кэтрин по привычке убежала в ванную и заперлась там. Она только сейчас поняла, что произошло. К горлу подкатил ком, стало тяжело дышать. Ей было страшно, прямо как в детстве. Кэтрин так и знала, что не стоило приезжать. Вспомнив пару ситуаций из детства, она пустила пару слез. Но быстро успокоилась, чтобы девушку не было слышно. Кэтрин чувствовала боль по всему телу. Скорее всего, будет много синяков из-за вещей, которые летели в нее. С каждой секундой страх усиливался. Хотелось рассказать все Ходжу и чтобы прямо сейчас он обнял ее, защитил. Кэтрин взяла телефон, чтобы позвонить ему, но мама могла все услышать. Та, кстати, так и осталась в гостиной. В детстве в такие моменты Кэтрин боялась выходить, иначе ей снова могло влететь. А бывало так, что мама сама приходила к девушке и начала устраивать новый скандал. Кэтрин все-таки позвонила Ходжу. Он не ответил. Слушать гудки дальше не хотелось, поэтому она решила собраться. «В чем дело, я ей отпор что ли дать не смогу?» — разозлившись, подумала Кэтрин. Она все-таки вышла из ванной. Мама кричала, что она не благодарная дочь, но Кэтрин не реагировала. Просто молча шла к выходу, но ей помешали. — Ты никуда не пойдешь! — Пойду! Отпусти меня! — Кэтрин вырвалась от мамы. Она взяла куртку и пыталась выбежать. Но мама схватила ее за капюшон. — Да что ты от меня хочешь? Кэтрин почувствовала очередной удар и сильную злость на маму. Все эмоции, которые копились так долго, решили вырваться. Кэтрин сжала руки в кулаки и начала бить в ответ. — Ты больше не сможешь поднять на меня руку! Хватит меня бить! — кричала Кэтрин. С каждым ударом она теряла контроль. Несмотря на то, что Кэт было тяжело дышать, силы не уходили. Мама перестала сопротивляться, а просто закрыла себя руками. Для нее это было очень неожиданно, хотя Кэтрин срывалась так несколько раз. Выдохнув, девушка отошла и пыталась понять, что вообще произошло. Мама потянула дочь к себе и обняла ее. Кэтрин уже не удивлялась этому, очередные качели. Мама что-то говорила, извинялась, но девушка не слышала ее. Кэтрин как в тумане дошла до машины и поехала домой. Тревога никуда не девалась. Ей было не по себе, было страшно и немного неловко за свое поведение, а тело до сих пор болело. По щекам текли слезы. В один момент неожиданно потянул низ живота. Снова приступ. Ей срочно надо было домой. Она стала набирать Ходжу. Он снова не отвечал. Она немного разозлилась, но быстро успокоилась. Не было смысла на него обижаться. Кэтрин нашла в себе силы и с болью доехала домой. Но она не пошла к себе. Кэт знала, что никого дома нет, поэтому пошла к Сэму. Он открыл дверь и увидел, что подруга не в самом лучшем состоянии. Кэтрин согнулась от боли и ее глаза были красными. Скорее всего, она много плакала. Кэтрин вся затряслась. Сэм повел ее к дивану. — Я скучала... — тихо проговорила Кэтрин и смотрела в стену. — Зачем? — улыбнувшись, спросил Сэм. — Просто. — Как там твой муженек? — Его нет уже два дня примерно. — она раздраженно вздохнула и немного помолчала. — Прости, я такая нервная. — Имеешь право. Прости, но Ходж начинает меня раздражать. Почему нельзя поговорить, вместо того, чтобы так поступать? — Я сейчас у мамы была... — Кэтрин резко сменила тему. Сейчас Ходж волновал ее не так сильно. — Все хорошо? — Неа. — Она ничего тебе не сделала?! Повисла долгая пауза. Затем Кэтрин нервно усмехнулась, прерывая тишину. Она думала, что ответить Сэму, чтобы он не переживал. Хотя уже бессмысленно, ведь друг и так это делает. — Что уж мелочиться... — Кэтрин закатала рукава блузки и услышала долгий свист Сэма. — Не только на руках, по телу тоже синяки есть, скорее всего. Но я не буду раздеваться, кхм... — Она? — спросил Сэм и Кэтрин кивнула. — Знаешь, я никогда не поднимал руку на женщину, но твоя мама меня агрессивно переубеждает в моих принципах. — Все в порядке, мы помирились. — После того, как ты чуть не умерла?! — А что мне еще делать? — Кэтрин приподняла бровь. — Ну да, прости, не подумал, — сказал Сэм. — Я так рада, что повзрослела. Больше никто не поднимает на меня руку. — Кэтрин закатила глаза, вспоминая некоторые ситуации. В детстве в нее могли, например, швырнуть еду. Все из-за того, что Кэт не хотела есть. Или дать подзатыльник так, чтобы в ушах звенело. Просто из-за того, что она не так решила домашку. — Изверги! — Сэм нервно задышал, чтобы успокоиться. — Что случилось? — Не очень ценю таких людей, прости. — Каких? — Которые решают все силой и не могут сдерживать себя. — Хороших родителей мало. — усмехнувшись, ответила Кэтрин. Сэм вместе с ней нервно рассмеялся. — Зато у нас есть что-то общее. — Ну да, правда, не то общее, что хотелось бы иметь, — продолжал нервно смеяться Сэм. — Иногда кажется, что либо я себя убью, либо она меня. По крайней мере, мне так казалось, когда мы жили вместе. Мама не может себя контролировать, а я устаю из-за этого. Уже не первый раз такое, хотя уже не живем вместе. — выговаривалась Кэтрин. — Так... Сейчас просто выдыхаем. — Да какой нахрен выдыхаем? — резко ответила Кэт. — Извини... — От мамы уже ничего не добиться - она живет в своем мире, ты в своем. — Ты прав. У тебя бывают флешбеки из детства? Тебя это не тревожит? — Если бы меня это тревожило, я бы не смог жить так, как живу сейчас... Только посмотри на меня - умен, красив, богат. Прямо девица на выданье, — рассмеявшись, ответил Сэм. Кэтрин улыбнулась, но быстро взгрустнула. — Я звонила Ходжу, а он не брал трубку. Думала, что он хотя бы оторвется от работы и поможет мне. Ладно, доехала сама. — Молодец, оставил жену с тещей. Кэтрин грустно улыбнулась. Было все же обидно, что Ходжа нет рядом. Кэтрин рассказывала, как потеряла контроль над собой и как ей неловко от этого. Девушка боялась говорить такое Сэму, вдруг он продумает, что у нее проблемы с головой. — Всегда, когда человеку плохо или больно в теле, он не может сдерживать себя. Это нормально. Кэтрин переваривала его слова, но пока что было тяжело. Сэм погладил ее по волосам и тихо спросил: — Если хочешь, могу включить рождественские песни и что-нибудь приготовить... — Хочу. — Ох, сейчас бы глинтвейна и снега. — Снег обещали, а его до сих пор нет. Может, сегодня выпадает? — Кто знает? — улыбнувшись, ответил Сэм. Вечером Кэтрин вернулась к себе и ждала Ходжа. Время тянулось, она очень хотела поговорить, так больше не могло продолжаться. Вскоре Ходж вернулся и Кэтрин побежала его встречать с работы. Он просто молчал и не особо реагировал на жену. Она побоялась тревожить мужа. Ходж пошел в душ, а Кэтрин не могла найти себе места. Она посмотрела в окно и увидела снег. Кэтрин не могла поверить в это. Несмотря на то, что снег давно обещали, все равно было рано. Кэтрин улыбнулась, взяла телефон в руки и увидела сообщение от Сэма. Он фотографировал первый снег и ловил новогоднее настроение. Кэтрин вспомнила сон, где было много снега и Ходж вел себя там странно... Она нахмурились и подумала о другом. Это просто сон. Через несколько минут мужчина вышел на кухню и начал делать себе чай. Атмосфера была напряженной. Кэтрин подошла к нему сзади и неуверенно начала говорить: — Я поговорить хотела. Может, это неприятная тема, но меня беспокоит твое состояние... — Кэтрин не успела договорить, как почувствовала, что Ходж ее немного оттолкнул от себя. Однако он не рассчитал силы и Кэтрин несильно ударилась ногой об угол стола. Она впала в небольшой ступор и удивлено посмотрела на Ходжа: — И что это только что было? — тихо спросила Кэтрин. Она была немного напугана, ведь Ходж никогда не был таким грубым. А ситуация с мамой больше добавляла тревоги. — Я устал, — громко, но спокойно сказал Ходж. От такого тона девушке стало неприятно. Ноги задрожали, она облокотилась об стену. Его холодный тон повторялся в ее мыслях. Поэтому Кэт закрыла уши, словно ребенок, и погружалась в себя. Сердце больно сжалось. Слезы предательски скатились по щекам, оставляя за собой мокрые дорожки. Она больше не могла себя сдерживать. Все внутри разрывалось на части. Она не могла дать отпор, не хотела... — Кэтрин? — Ходж подошел к ней, но боялся трогать ее. И правильно, Кэт оттолкнула его в ответ, когда он начал подходить к ней. Мужчина не мог узнать голос жены. Ей настолько было обидно. — Не трогай меня! — надрывая голос, закричала Кэтрин. «За что он так со мной?» — думала она, сползая вниз по стене. — «Нет, я заслужила.» — Кэтрин сразу же подумала, что виновата она. Девушка начала задыхаться от бессилия. Ходж больше не мог стоять в стороне и ждать, когда она угомонится. Он потянул ее за запястье, поднял на ноги и взял на руки. Мужчина сел на стул и посадил жену на свои колени. Девушка испугалась такой резкости, вдруг он вообще поднимет на нее руку? Кэтрин пыталась вырваться от него, но все было бесполезно, ведь Ходж намного сильнее. — Отпусти меня, я боюсь тебя... — Кэтрин чувствовала, что устала сопротивляться. Ходж ее не отпустит и будет долго держать. Постепенно Кэтрин успокаивалась и через какое-то время спокойно сидела в его объятиях. Ее взгляд был пустым. Кэтрин была разбита. Сегодня был тяжелый день. Ходж тоже думал о своем, не мог понять, что с ним произошло. Зачем он отталкивает ее от себя? Мужчина не узнавал себя. Он всегда оберегал свою жену. А сейчас происходило что-то странное в его поведении. «Я не смогу ее оберегать», — думал он. Ходж с грустью взглянул на нее. Ужасная ситуация... Ходж убрал прилипшие пряди волос Кэт за уши. Мужчина взглянул на ее ноги и увидел небольшой синяк. А Кэтрин игнорировала это и продолжала спокойно сидеть на его коленях. С успокоением пришли мысли, что она сама спровоцировала Ходжа. Не надо было лезть под горячую руку. — Извини... — неожиданно сказала Кэтрин. — За что? — искренне удивился Ходж. — Я спровоцировала, — тихо ответив, голос Кэтрин дрогнул. — Да хорош себя винить... Я взрослый, должен был себя контролировать. — Я люблю тебя... — тихо говорила Кэтрин. Ходж еще раз взглянул на ее тело и увидел другие синяки. — А они откуда? — мужчина вопросительно взглянул на жену и она ответила только одним словом: — Мама. — Ты приезжала к ней? — Да, сегодня... — Кэтрин вкратце рассказала о встрече. — Поэтому я и звонила. Не могла сама добраться до дома, но я в порядке. Кэтрин немного задумалась и пришла к выводу, что, может, оно к лучшему? Ходж не игнорировал впервые за эти дни. Кэтрин никак не могла привлечь его внимание. Она не знала способов, как это сделать. А Кэтрин так не хватало внимания за эти несколько месяцев... Она даже несколько часов не выходила из ванной. Кэтрин красилась, накручивала волосы (и себя тоже), чтобы выглядеть идеально. Она бежала к нему, когда он возвращался с работы. А муж никак не реагировал на объятия жены, на просьбы просто поговорить. «Как-то тупо получается...» — думала Кэтрин, чувствуя боль по всему телу. Не хотелось видеть своего отражения в зеркале, а точнее эти синяки. Ходж посмотрел Кэтрин в глаза. Он все время на работе думал о жене, но при этом несколько дней просто игнорировал ее. Кэтрин так долго ждала его и не заслужила такого отношения. Ходж снова взял жену за лицо, потянул к себе и нежно поцеловал в губы. Она ответила ему тем же. Мужчина взял ее на руки и пошел в комнату. «Он понял. Наконец-то он взял меня на руки». — усмехнувшись, подумала она. Его руки сжимали бедра девушки, доставляя Кэтрин неприятную боль. Из-за этого к ней резко пришел страх того, что Ходж может поднять руку. Сегодня он себя не смог контролировать, а что будет сейчас? Вместе с навязчивыми мыслями приходили воспоминания о человеке, который неоднократно бил ее. Однако Кэтрин не хотела думать об этом. Она пыталась отвлечься. Кэтрин мечтала вернуть прежние отношения с Ходжем. И хотела больше не чувствовать этот непонятный холод с его стороны. И Ходж сам не понимал, зачем так делает. Зачем он сейчас снимает с нее одежду и одновременно проявляет холод? Ходж дает Кэтрин ложную надежду на то, что все будет хорошо. Ответ на вопрос в голову не приходил. Знал только то, что он очень устал после работы, после этой ситуации и хотел расслабиться. Настолько, что не замечал, как становится некомфортно Кэтрин. Ходж напрочь забыл о ее страхе. Кэт все еще боялась резких движений. Ходж снимал с нее бюстгальтер, а она, дрожащими руками, с него футболку. Кэтрин не чувствовала никакого тепла, а наоборот. Она чувствовала сильный страх, который не хотела показывать даже себе. «Как можно бояться своего мужа? Мы уже делаем это не первый раз и он не будет тебя бить. Расслабься, Кэт!». — думала она. Кэтрин было неважно, больно или нет. Главное - он рядом. Ходж заметил, что Кэтрин странно сжалась, но та сразу сказала: — Нет, все в порядке, я тебе доверяю... — тихим голосом говорила Кэт. Она словмла себя на мысли, что боялась повторения истории с беременностью. А в глубине души как будто и хотела. Кэтрин так и не поняла. Ходж сжал ее колени и резко раздвинул ноги. За все время отношений Кэтрин забывала о своем страхе. Раньше она боялась заниматься сексом. Но сейчас страх снова вернулся к ней. И ничего с этим нельзя было сделать. Мужчина немного нахмурился, заметив то, что Кэт сжимается. Однако ничего не заподозрил и сильнее держал ее за ноги. Теперь Кэтрин стало еще страшнее. Появлялись мысли: «А вдруг он сейчас ударит меня?». И начала представлять, как этот страх сбывается. Девушка зажмурилась и в руках стиснула одеяло. И, чтобы не вызвать никаких подозрений, Кэтрин открыла глаза и сразу же почувствовала, как он вошел в нее. Девушка не ожидала, что все будет происходить настолько быстро и резко. Он даже не дал ей привыкнуть. Кэтрин вцепилась ногтями в его спину и лицом уткнулась в плечо мужа. Стиснув зубы, она пыталась не издавать болезненных звуков. Но Ходж услышал громкие стоны жены, похожие на крики. Кэтрин было очень больно и она понимала, что назад дороги нет. Теперь надо просто терпеть и переждать момент. Ее трясло. Кэтрин не было жарко. Она продолжала чувствовать холод и сильную боль. Такое было впервые. Они просто занимались сексом. Никаких ласк и прелюдий. Мужчина двигался в быстром темпе, который нравился только ему. И от каждого действия мужа боль нарастала. Кэтрин глубоко дышала, надеясь на то, что так станет легче. Она не сказала, что чувствует дискомфорт. И вдруг Кэтрин громко завыла от адской боли. Ходж услышал ее и увидел лицо жены полное слез. Он тихо выругался и резко отстранился. — Тебе больно? — с беспокойством спросил Ходж. — Нет... — тихо отвечала Кэтрин. — А если честно? — Нет! — громче ответила Кэтрин. Ходж все равно ей не поверил. — Да я потерплю... Не обращай внимания. — Не будешь, — сказал Ходж и встал с кровати. Переодевшись, он увидел кровь на постельном белье. Кэтрин тоже посмотрела на это место и испугалась. Никогда такого не было. А с недавней ситуацией кровь ей всегда будет напоминать выкидыш. Однако слез уже не хватает. В пустом взгляде Кэтрин можно было заметить страх. Она перевела взгляд на мужа и тот напряженно смотрел на постельное белье. Ходж взял жену за запястье и помог аккуратно подняться. Кэтрин встала на дрожащие ноги. Ее сразу же пронзила боль. Мышцы ныли из-за событий сегодняшнего дня. На коленях появились новые небольшие синяки. Она согнулась, лишь бы боль утихла. — Кэтрин... — тихо позвал Ходж, встретившись с ней взглядом. Кэт впервые в жизни увидела в его взгляде раскаяние. — Я ужасно виноват... Я проигнорировал тебя. Игнорировал, что ты вся сжалась. Я должен был остановиться в начале. — тяжело говорил мужчина, а она расплакалась снова. — Извини меня, я причинил тебе травму. Кэтрин просто потянулась к нему, ответ был понятен, а он прижал ее к себе. В мыслях Ходж чувствовал себя самым последним человеком. По пути в ванную он придерживал жену, а она сдерживала себя, чтобы не заныть. В душе Кэтрин была чуть ли не час. Она смывала всю усталость с себя. Голова кружилась и болела, хотелось спать. Еле дойдя до комнаты, Кэтрин увидела на кровати новое постельное белье. Она сразу же рухнула туда. Кэт взяла подушку и начала кричать в нее. Тело очень сильно болело. А мысли были забиты тем, что она снова все испортила. Настолько, что Ходж скорее всего пойдет спать в гостиную. Хотя он никогда не уходил от нее в другую комнату. От переживаний Кэт отвлекло уведомление, которое пришло на телефон. Это было сообщение от Сэма: — «Ты как?» — «В порядке, а что? — Кэтрин вспомнила, что все это время он был дома и мог слышать, что у них происходило.» — «Просто.» — «Ага, типа делаешь вид, что ничего не слышал?» — «Кхм...» — «Ладно, тело ужасно болит.» — «...» — «Не переживай, я в порядке. Спокойной ночи.» — печатала Кэтрин, а потом убрала телефон в сторону и уснула, ведь сил теперь не было. Ходж тем временем успел после жены пойти в душ. Он не понимал, что вообще происходит и ему не хотелось засыпать рядом с Кэтрин. Ходж больше не хотел причинять ей боль. И думал, что если он отстранится от жены, то так будет лучше.

***

Кэтрин проснулась посреди ночи, сама не понимая почему. Ее сразу же пронзила боль и пройдет она не скоро. Мышцы продолжали болеть. Кэт встала на ноги и поняла, что не может ходить. Она сначала тихо вскрикнула от боли, но вовремя успокоилась. Согнувшись, Кэтрин аккуратно продолжала идти в гостиную. Она не включила свет, ведь увидела, что Ходж спал здесь. Девушке стало неприятно, но эти мысли Кэтрин быстро отгоняла, в очередной раз, оправдывая его. Чувство вины никуда не исчезало. Она помотала головой, ведь не хотела сейчас переживать. Хотелось просто уснуть. Кэтрин села на диван, в котором спал Ходж. И вспомнила, что когда было очень страшно, она прижималась к нему. А Ходж просыпался и успокаивал Кэт. Сейчас этого так не хватало. Она легла с ним рядом, но Ходж спал, как убитый. Даже так Кэтрин хотела почувствовать от него тепло, которого не было. Уходить в комнату не хотелось, поэтому она так и уснула рядом с мужем.