Любовь с доставкой на дом

Чонгук громко ругается и включает дворники. Погода как в той пословице про плохого хозяина и собаку. Льет как из ведра уже вторые сутки. Его драндулет по самое пузо в лужах тонет. Кеды — насквозь, джинсы мокрые до колен. Ярко-желтый дождевик не спасает совсем, потому что еще и ветер вдобавок. Хорошо, что остался последний заказ. И тогда можно поехать домой с чистой совестью, принять теплый душ, заварить огромную кружку чая и, закутавшись с головы до пят в махровый халат, сесть за комп. В голове Гук прокручивает свой последний проект. Профессор по видеопроизводству попался хитросделанный — так и норовит вогнать студентов в состояние ступора и депрессии, заставить рыдать в голосину и рвать на себе волосы, осознавая полное отсутствие таланта. Однако Чонгук не из робкого десятка. Не зря он самый перспективный по мнению преподавателя. Идея не нова, но исполнение… Гук надеется поразить всех и окончательно выделиться на фоне остальных студентов. За размышлениями Чонгук наконец-то слышит долгожданное «Ваше место назначения находится справа». Гук косится на небольшое одноэтажное здание, серое и безликое. Оно смотрится как инородное тело среди аккуратных, ухоженных домиков, в окружении которых стоит. Забор обшарпанный, с облупившейся краской, двор зарос травой, а дорожка, ведущая к крыльцу, с глубокими выбоинами, словно после бомбежки малокалиберным оружием. Выходить из машины совсем не хочется. Пока он дойдет до крыльца, промокнет насквозь и извозится в грязи. Как бы еще не навернуться! Чонгук косится на огромный пакет, до отказа набитый продуктами, и понимает, что быстро бежать не сможет при всем желании, но делать нечего. Вылезает из салона, натянув капюшон дождевика, огибает своё доисторическое насекомое и хватает с пассажирского сиденья доставку. Три раза поскальзывается на местами выломанной брусчатке, но все же до входа в дом добирается без происшествий. Нетерпеливо стучит, буквально вжимаясь в дверь, хотя даже это не спасает от крупных капель, сыплющихся с затянутого темными тучами неба. Козырек над крыльцом совсем крохотный, а ливень ко всем прочим прелестям еще и косой. С силой лупит Чонгука по спине. Парень так же отчаянно колотит кулаком в дверь, но за ней тишина. Чон задумывается. Доставка оплачена. Обычно в таких случаях принято оставлять посылку перед входом, но Гук понимает, что это не тот случай. Во-первых, под таким дождем все вымокнет. Во-вторых, половина продуктов заморожена. Пара часов, и их можно будет выкинуть. Еще три стука в дверь. Опять тишина. Ладонь сама ложится на ручку, прежде чем мозг успевает подумать. И, о чудо! Серая дверь поддается, скрипнув. — Доставка! — довольно громко сообщает Чонгук, заглядывая внутрь. В прихожей темно, и только тусклый свет из глубины дома оставляет надежду на присутствие тут хозяев. — Есть кто? Вы заказывали продукты! — чуть громче произносит Чон, несмело переступая порог. Здесь как минимум не льет на голову. — Простите, но тут замороженные овощи и полуфабрикаты. Их надо поскорее положить в морозилку. И снова тишина в ответ. Гук недоумевает. Время доставки заказчику сообщили. К тому же хоть какой-то свет выдает присутствие людей. Идеальное решение — оставить пакет здесь, у двери. В конце концов, он и так сделал больше, чем должен. — Я оставлю заказ тут, а вы поскорее уберите все в холодильник! — еще больше повышает голос и вдруг слышит шарканье, доносящееся из глубины дома. Смущенно опускает голову, когда в прихожую выплывает силуэт, и бормочет: — Простите, там такой дождь, а у Вас навес очень маленький. Я боялся, что продукты намокнут и испортятся. Он виновато вжимает голову в плечи и уже делает шаг за порог, намереваясь ретироваться, как слышит хриплый голос: — Выпьешь со мной? Гук вздергивает голову, но жмурится, когда яркий свет лампочки заливает помещение. — Что, простите? — недоуменно бормочет он, на что в ответ доносится: — Спрашиваю, тебе налить? Проморгавшись, Чонгук наводит резкость в глазах, мысленно ругаясь, что оставил очки в машине. Он не то чтобы слепой, но видит плохо, а линзы в последнее время старается носить как можно реже — глаза слишком устают. Гук щурится, чтобы рассмотреть хозяина дома, а когда ему это удается, даже жалеет. Перед ним довольно неопрятный мужчина. Подбородок и щеки до половины покрыты темной щетиной, редкой и от того неприятной на вид. Растянутые, явно не первой свежести спортивные штаны и застиранная некогда белая, а ныне серая футболка с выцветшим принтом известной группы. Босые ноги довершают образ, а сильный перегар дает понять, что стакан в руке хозяина дома далеко не первый за только начавшийся вечер, ведь еще даже не стемнело. — Простите, я не пью, — бормочет Гук, пятясь. Неряха (как про себя его называет Чон) вытаскивает из кармана купюру и, протягивая парню, двигается к двери. — Вот, возьми на чай. — Спасибо, я неплохо зарабатываю, — вздергивает нос Гук. — Серьезно? — хмыкает хозяин дома. — С каких это пор доставщикам подняли зарплату? — С недавних. Чонгук смотрит на незнакомца с презрением, отмечая ужасную прическу. По всей видимости, когда-то волосы имели яркий оттенок. Сейчас же они грязно-серого цвета, а некоторые пряди отливают мерзкой зеленцой. — Ну как знаешь, — хмыкает неряха и сует купюру обратно в карман, а Чон на этих словах вылетает за порог и несется к машине. Поскальзывается и таки валится на задницу под раздражающий смех. Оборачивается и хмурится, поскольку сейчас голос кажется ему подозрительно знакомым, только явно не вяжется с внешним видом стоящего в дверях человека. Гук негромко ругается, поднимается, кряхтя, и семенит к машине, внимательно глядя под ноги. Забирается в салон и облегченно выдыхает. Ну все, теперь поскорее добраться бы домой и отмыться. Причем и в прямом, и в переносном смысле слова. Недавняя встреча липким холодком проходится по спине, оставляя неприятное послевкусие на языке. И от нее хочется избавиться. Душ спасает, но лишь немного. Теплый чай и махровый халат - это, конечно, хорошо, вот только открытый проект так и висит без внимания, пока Гук переваривает последнюю доставку. Голос мужчины никак не выходит из его головы, заставляя напрягать память, вот только попытки сплошь неудачные. Тогда Чон решает воззвать к безотказному приему призыва вдохновения — просмотр любимых клипов однозначно поможет настроиться. Из множества плейлистов на Youtube Гук выбирает лирику. Приятная композиция сопровождается неторопливым видеорядом. Чон всматривается в изображение. Оно вообще не соответствует тексту, но настроение, колористика, подбор планов — все это создает филигранное обрамление песни. Чонгук просматривает еще несколько видео из плейлиста. Придирчиво анализирует, отмечая моменты, которые он поменял бы на месте режиссера и оператора. Их немного, но все же они есть. Где-то Гук взял бы другой план или немного поменял тональность, добавляя яркие акценты, чтобы разбавить серость. Он любит вот так раскладывать на составляющие чужие работы, особенно выискивать недостатки у именитых режиссеров. Хотя все это исключительно субъективное мнение, но Чонгук в роли критика чувствует себя прекрасно. Так ему даже больше нравится, чем создавать самому. По крайней мере, в те моменты, когда настроение у него хреновое. А сегодня оно хуже некуда. Когда сменяется очередной клип, список рекомендаций обновляется, и прямо под плейлистом появляется одно из тех видео, на которых Гук частенько зависает, а потому старается даже не смотреть. Но сейчас рука сама тянется к мышке, наводит курсор и щелкает. А взгляд утыкается в улыбающееся лицо любимого айдола. Тот смеется над шуткой другого мембера группы, и Чонгука будто током прошибает… Ну конечно! Как он мог не узнать?! Чон со всей дури хлопает себя ладонью по лбу и офигевает окончательно. Придвигается ближе, чуть ли не носом в монитор утыкается, не веря своим глазам. Человек на экране и незнакомец в обшарпанном доме… Нет! Это невозможно! В видео со съемок очередного выпуска развлекательного шоу, в котором участвуют мемберы группы, молодой красивый парень с искренней улыбкой и сверкающими глазами. В том старом доме — потрепанное жизнью существо, которое и человеком язык не повернется назвать. Вот только голос… Чонгук выдыхает, понимая, что час назад осуществилась его самая заветная мечта. Он познакомился с кумиром, по которому сох несколько лет с момента его дебюта, а может, и раньше. И в то же время обреченно признает, что вместо радости испытывает наибольшее разочарование за все свои двадцать два года. И имя этому разочарованию — Ким Тэхён.