Алёнка и Тёмные Царства. Ледяное сердце.

      Стоило горожанам это услышать, как сущность подозрительной девушки перестала их волновать. Они в панике разбежались, точно за ними гнались волки. Алёнка не сразу осознала, от чего началась такая суматоха, пока над её головой не пронеслась огромная тёмная тень, и она не вспомнила, где уже слышала имя Сирин. Это тот злой сказочный, из-за которого пропадают люди. Который питается жизненными силами…       Вот попала!       Инстинктивно схватив проклятую вазу, Рыжова бросилась искать укрытие. Птица спикировала с неприятным свистом воздуха, и Алёна под действием адреналина, совершила отчаянный прыжок за палаточный прилавок, и съёжилась там.       Всё хорошо. Он слишком большой, он не заглянет сюда. Она в безопасности, главное быть тихой.       Раздался испуганный визг и рыдания. Кто-то молил не трогать его сестру.       Что же она делает? Она должна помогать людям, а не прятаться как трусиха!       Глубоко выдохнув и собрав всю свою браваду, выскочила наперерез кошмарной птице.       — Оставь её в покое! — Прокричала она, заслонив собою девочку-лисичку.       Сирин отпрянул, но не из-за страха, а из-за неожиданности. Прошло много сотен лет с тех пор, когда кто-то бросал ему вызов. А ведь это даже не богатырь и не чародей, всего лишь тощая девчонка.       — Так-так, самоубийственное геройство ныне снова в чести? — Хихикнул он. — Кем будешь ты, несчастная глупышка?       Алёнка подавила, колотящую её дрожь. Она понадеялась, что бедная девочка догадается убежать, пока этот монстр будет с неё ухахатываться.       — Я — принцесса Алёнка, Наследница огненных магов, Спасительница Сказочного Мира и Борец с Тёмными сказками! — Сказала она, стянув с головы платок.       Она вложила в эти слова всю ту силу, какую смогла собрать и это прозвучало внушительно. Но в душе она не чувствовала того, чего говорила.       И всё же, вид едва уловимой дрожи птицы и громкий «ох» толпы отдались в её душе волной теплоты. Возможно ей и не выиграть этот бой, но ей удалось его напугать. Возможно удалось спасти маленькую девочку. Не так уж плохо для неудачницы.       — Наконец-то мы встретились, принцесса Алёна! — Пафосно сказал Сирин. — Жаль, что незнакомство наше продлится не долго, так как сейчас ты умрёшь!       Алёнка сжала кулаки, призвав ободряющее ощущение огненной лавы под кожей. Погибать, так с фаер-шоу.       — Может быть, но сперва я сделаю самую большую курицу-гриль в мире! — С вызовом прорычала Алёнка и запустила во врага потоком огня. Его это ранило, но не сильно. Сирин хлопнул крыльями, и образовавшийся поток ветра сбил девушку с ног, но девушка тут же вскочила и начала создавать огненные стрелы. Сами они получились идеальны, но вот с меткостью вышли проблемы, в цель попали только три из семи.       Сирин ударил девушку крылом, так, что та улетела и покатилась кувырком.        «Блин, больно!»        С трудом приподнявшись на локтях и подавив головокружение, Алёна увидела разбегающихся зевак, до сего момента с интересом следивших за боем, листья сорванные с деревьев потоком ветра и медленно приближающейся птицы с человечьим лицом, на котором расцвела алчная улыбка, предвкушающая победу.       — Прощай, Спасительница, которую не кому спасать. — Пропел Сирин и занёс над девочкой лапу с острыми когтями.       Алёнка зажмурила глаза, приготовившись к боли и вероятно смерти. Времени, чтобы зажечь огонь не хватало, возможно, можно будет заставить его об неё обжечься, но удара не избежать.       Послышался птичий крик. Рыжеволосая открыла глаза и увидела, что нижняя часть существа покрылась льдом, заставив огромную лапу застыть в полуметре от неё. Сирин дёрнулся, пытаясь высвободиться, но стоило ему освободить лапу, как в него полетели булыжники.       — Её есть кому спасать! — Раздался девичий крик.       Сирин и Алёнка обернулись на голос и увидели двух девушек в масках и облегающих костюмах с лёгкой бронёй. Одна была облачена в фиолетово-сиреневую расцветку, другая в голубо-белую. Волосы их были подобраны под капюшон.       — Закуски к основному блюду прибыли. — Ухмыльнулся Сирин.       — Давай, Алёнка, вместе! — Крикнула фиолетовая.       Принцесса вышла из ступора и направила руки на чудовищную птицу. Она боялась, что в своём состоянии ей не удастся сосредоточиться, но огненные сферы послушно направились к Сирену, не успела она даже сформулировать мысль. Это как в страхе ударить кого-то рукой или ногой. Вы не думаете об этом, это на уровне безусловного рефлекса или инстинкта. С другой стороны во врага полетели ледяные стрелы, а завершил всё это ураган, поднявший в воздух и бросивший в Сирена, всё что не было прибито к земле: камни, уличный мусор, товары, а то и целые палатки. Ой-ёй, торговцам это не понравиться.       Птица разъярённо прокричала и взмахнув крыльями поднялась в воздух. На этот раз Алёнка не упала, такое чувство будто воздух за её спиной уплотнился.       — Пока что, можете жить. Но когда мы встретимся в следующий раз, вы умрёте. — Пафосно бросил Сирин, в попытке спасти свою гордыню.       Волшебница огня выдохнула. Наконец-то это закончилось.       Голова стала тяжёлой, словно туманной, и Алёнка упала на колени. Она так устала, так испугалась, и все эти чувство резко сбились волной облегчения, погрузив Алёнку куда-то в прострацию, из которой её выдернули в реальность крики толпы. Сначала ей показалось, что у неё под ухом взорвали хлопушку, так громко аплодировали и кричали люди, особенно рьяно ликовали два лиса-оборотня. Девушка бестолково оглядывалась, первые секунды не понимая, кто эти люди и почему они хлопают.       — Поднимайтесь принцесса. — Сказала фиолетовая героиня протягивая Рыжовой руку.       — Варя? — Тихо, чтобы не услышали лишние уши спросила Алёнка.       Та кивнула.       — Привет, Алёнушка. — Подошла к ним, очевидно, Снежка.       — Извини за то, что я наговорила. — Попросила прощения Варя. — Я была слишком резка. И, если ты не против, предлагаю работать с нами вместе.       — А я-то что, я только за. — Нервно усмехнулась Алёнка. — И прости меня тоже. Я знаю, что я не то, что вы ожидали.       — Отлично. Тогда отойдём подальше от посторонних, нам нужно вам кое-что рассказать.

***

      Маша просыпалась тяжело. Её охватила такая усталость, что всё на что ей хватило сил — открыть глаза. Она себя чувствовала просто ужасно. Нос был так забит, что ей приходилось дышать через рот, она не могла заставить себя пошевелиться, горло болело так, что когда она сглатывала слюну, было ощущение будто она задевает сотню заноз. Даже думать было тяжело, мысли как беспокойные муравьи разбегались и не желали собираться в кучу.       Она лежала на чём-то мягком и чем-то мягким накрыта. В комнате было темно, видно, уже ночь. Дриада разглядела силуэты большой люстры, стола, кресел и нескольких шкафов. Похоже, это жилая комната, притом, очень знакомая.       Хлопнула дверь, Маша вздрогнула и попыталась встать, но её тут же уложили обратно и накрыли одеялом по самый подбородок.       — Лежи-лежи. — Сказала тёмная фигура, в которой Марья по голосу узнала Корвина.       Девушка попыталась, что-то сказать, но из горла вышло только задушенные хрипы.       — Ничего не говори. Ты потеряла сознание, к тому же, у тебя температура тридцать девять. Стоило бы отвести тебя к врачу, но сдаётся мне я тебя быстрее вылечу.       Разумеется, воронов и дриад лечили разные врачи, и, как правила на прислугу те не тратили особо средств или стараний. Обычно, если кто-то из дриад в замке заболевал, то они либо умирали, либо выздоравливали скорее с божественной помощью, чем врачебной. Иногда удавалось вымолить возможность спуститься вниз, в лес, к дриадам-знахаркам, которые действительно могли помочь. Но это очень редко. Те кто видят и слышат, то что происходит во дворце, не должны его покидать. Королевская семья не хочет, чтобы то, что они скрывают за его стенами, просочилось наружу.       — Матушке сказал, что хочу попрактиковаться в зельеварении и отправил тебя за ингредиентами. А сюда, кроме тебя никто не заходит, так что не волнуйся. — Сказал Корвин, усаживая дриаду в вертикальное положение и поднёс к её губам кружку, придерживая затылок. — Вот, выпей.       Маше было немного стыдно, что она была так слаба, что ей нужно было пить с рук, как маленькой, ещё хуже стало, когда она не смогла самостоятельно сделать даже этого. На третьем глотке триада закашлялась и отвар оказался на одеяле и её ночнушке.       Ворон терпеливо подождал, пока она прокашляется, достал платок и вытер ей лицо и шею.       — Ничего страшного. Я сейчас новое принесу.       Когда лекарство было выпито (судя по вкусу, это было жаросбивающее зелье), Машу снова уложили и укрыли одеялом.       — Спи.       Этого можно было и не говорить. Едва гудящая голова дриады коснулась подушки, как её сознание отключилось.