Мари: Искушенная.

Она услышала за дверьми хохот и разговоры. Гости прибыли. Она спасена. Облегчённо выдохнул, Мари подумала о том, что ей крупно повезло. Ей стоит прекратить эти игры с огнем. Неосторожность может привести к непоправимому. Тогда Кир ее точно накажет и запрет в той ужасной комнате, если она лишиться своей невиновности. Ей не хотелось бы почувствовать на коже его изделия для пыток. Это того не стоит... Зачем рисковать собой ради каких - то Суиманов? Он даже ей не симпатичен. А Мари поняла, что симпатия ей важна в таких нюансах. Уж учительница ее поведала. Поправив на себе платья, Мари сделала вдох, будто погружается в воду и вышла к гостям. Все уже собрались в зале и покрывали лестью хозяина места. Суиман увидев ее, демонстративно подошёл к ней и пригласил на танец. Стиснув зубы, Мари поклонилась и приняла руку. Суиман прижал ее к себе и она сказала ему: - Вы опять делаете мне больно. - Ох, не больнее, чем вы мне своими дурацкими играми. - Вы даёте себе отчёт, что мой опекун граф Кир? - Я уже говорил ранее, я никого не боюсь. - А стоило бы.- Мари поспешно добавила:- Я больше не приду к вам и больше не желаю видеть вас. Вы олицетворение всего- то, чего я ненавижу в мужчинах. Грубый дикарь.- Суиман усмехнулся и выбросил ей в лицо: - Вы слишком много о себе возомнили Мари. Мне просто хотелось позабавиться, но оказалось то и в забавах вы точное бревно. Я больше вас не потревожу. Вы не вызываете желания. Только смех. Идите дальше играть в свои куклы.- Суиман поклонился и отклонился сию минуту и навсегда. Мари не ожидала, что так легко отделается от него и что он молниеносно найдет ей замену. Он поклонился следующий даме и закружил ее в танце. Их неприлично громкий смех раздавался по всему залу. Мари понимала, что все это, чтобы задеть ее и в какой-то мере у Суиман это удалось. Впервые ее гордость не потешили, а задели. Вот, первая правда и урок жизни- не заменимых людей нет. Или точнее- женщин для мужчин. Они клянутся в любви и преданности, а на следующий миг уже прижимаются к другой. Вот так вот все просто в их мире. Мари не сразу услышала как ее окликнули. Она обернулась и смотрела сквозь собеседника. Это был слуга, который ее сопровождал на бал, один из многочисленных слуг Кира. Он скромно повторил, поклонившись: - Не желаете ли...- Мари не дав ему окончить, взяла бокал из его рук и залпом все выпила. В груди она ощутила жгучую боль. Вот как все на самом деле? Любовь не существует? Есть только похоть и потакания мужским желаниям? А как же женщина? Как же ее желания? Мечты? Кто она в этом мире? Есть ли у нее вообще какой- то вес в обществе? На ее глаза навернулись слезы. Мари искренне прошептала: - Уведите меня, пожалуйста, отсюда... - Госпожа...- неловко пробормотал молодой человек, оглядываясь. Несмотря на то, что он все это делает по просьбе Таиля, чтобы Никель присматривал за Мари, ему все равно было страшно оступиться. Чувство, что за ним наблюдают, не покидало. Молодой человек сопроводил Мари домой. Она чувствовала себя плохо от унижения. Суиман был единственным, кто сопроводил ее взглядом и триумфально улыбнулся, перед тем как она покинула поместье. Как унизительно, ей даже никто из мужчин не предложил помощи. Только какой-то мальчишка. Мари, все ещё была не в себе. Она сидела на краю своей кровати, пока Никель неловко встал перед ней и будто ждал дальнейших указаний. Но она молчала. Тогда он тихо спросил: - Как вы себя чувствуете? Может быть вам чего-то принести? - Неужели это так?- она бормочет под нос и бегает глазами, принимая жестокую правду.- Неужели Кир прав? Любви нет?- она поднимает глаза на Никеля, который неловко стоит перед ней склонившись. Ее практически щенячий взгляд полностью обезоружил его.- Неужели.. я никогда ее не познаю? Неужели меня никогда не будут любить? - Госпожа...- он тихо начал.- Вам не стоит так...- Мари всхлипнула и разрыдалась. Тогда растерянный Никель сделал не позволимое. Утешал ту, на которую не осмеливается даже взглянуть мужчины ранга выше. Наверное именно это поспособствовало со стороны Мари сделать того же. Запреты настолько давили в веках, что она отчаянно смотрела в темные глаза молодого мужчины перед ней. Сознание говорило немедленно отпрять, но он так напоминал Мадлена сейчас. Того кого о любви она тосковала. Эта любовь... Она ведь как фантом, Мадлен... Он всегда в ее сердце, но его никогда нет рядом. А так хотелось бы. Ей казалось, только Мадлен умел любить. Она помнила, как он смотрел на Лизу. Как бы Мари хотелось бы освободиться от оков и познать его любовь. Чистую. Не порочную. Мари прошептала чуть слышно, охваченная желанием хоть как-то приблизиться к заветному желанию, к Мадлену: - От одного поцелуя же ничего не случиться...- И неожиданно придвинувшись к Никелю поцеловала его. Глаза мальчишки округлились, но в скоре прикрылись от ему тоже ещё не изведённому наслаждению. Ведь он тоже был неискушенным невинным мальчиком, которого подобрал Кир и сделал одним из своих слуг. Они оба были неопытны в любовных делах и от этого испытывали трепет от любого прикосновения. Мари заманила его в сети, из-за непреодолимого отчаянного желание познать любовь. Никель стал чем-то подобным любовником. Это было сложно провернуть, учитывая его положение. Но им удавалось с украдкой встречаться в ее ложе, предаваясь ласкам и поцелуям. Его язык проникал в запрещённые трепещущие губы и лоно, от чего Мари испытывала тот самый взрыв наслаждения л котором верещала учительница. Никель в ответ тоже получал ласки от ее нежных рук, которые заставляли его беспомощно молить и просить: - Госпожа... только не останавливайтесь...- он хрипло молил, чувствуя, что разрядка вот- вот нагрянет. В та ин моменты они, хотя бы на пару мгновений, могли забыть о том, кто они, и кто им что запрещает. Это сближало их. Запреты, не понимание общество. Наивность и неопытность. По ночам Мари часто задавалась вопросом- почему люди так усложняют жизнь. Да и вампиры тоже? Почему так много "нельзя" и так мало "можно"? Кто придумал эти глупые правила? Вот, сейчас она получила наслаждение и подарила его в ответ. Что в этом плохого? Ведь ей и Никелю хорошо. Но все же трепетный роман длился не долго. Таиль застал Мари, которая выходила из укромного уголка, где жил Никель. А застал он, благодаря одному приблеженному человеку, который сдал их с потрахами. Таиль сначала поверить не мог, но стоило только кинуть один взгляд на нее, как он все понял. Ее учащенное дыхание, припухшие губы. Таиль уже и так догадывался, но сегодня просто подтвердил догадки. Мари упала перед ним на колени и молила не рассказывать хозяину, но тот холодно ответил: - Поднимайтесь, госпожа. Она понимала, что наказание не миновать. Мари думала, что идёт на что-то подобное смертной казни. Прибыв в имение Кира, Мари уже привычно готовилась представлять хозяина красивым молодым мужчиной, но в этом не было надобности. Он вошёл в обеденный зал лёгким шагом, снимая с себя плащ. Он подал его Таилю и тот поклонившись взял вещь. Видимо был на приеме, пришлось преобразиться. Ничего не говоря, Кир привстал перед Мари, задрав бровь. Она поклонилась опустив голову и практически прошептала: - Господин... Он кивнул на стол. - Присаживайся. Мари поспешно взялась за юбки и села напротив. Разговор казался спокойным. Мари оживилась. Может быть Кир все- таки простит ее? Не накажет? Может он поймет? А Может Таиль не рассказал. Кир улыбнулся и сказал слуге: - Принеси нам выпить. То самое, что Таиль привез сегодня. Слуга кивнул. Бокалы оказались на столе. Мари посмотрела на кубок украшенный железными розами. Жидкость казалось странной, но Кир сказал: - Пей . Она сделала глоток и тут же начала давиться от железного привкуса. Ее губы окрасились алым. Руки задрожали. Она приложила пальцы к губам и те тоже в скоре окрасились. Кир ухмыльнулся и сказал: - Ты вся. Грязная. Вытрись.- он кинул небрежно в ее сторону платок. Она наклонилась и начала нервно вытираться. Напряжение росло. Тишина повисла в воздухе. Кир щёлкнул пальцами и спросил слугу, который уже склонился над ним: - Ужин готов? Тот кивнул. Кир в это время взглянул на Мари и сказал: - Столько лет. Я учил тебя. Ростил. Чтобы ты стала моей преемницей. Чистой. Непорочной. Но... Ты ослушалась. - Господин... Кир поднял руку, говоря этим, что она не имеет права его перебивать. Мари не давали слова. - Помнишь ту ночь? Когда ты впервые нарушила правила?- Кир спросил. Как же ее можно забыть? Он убил того невинного священника на ее глазах. Молодого, ни в чем не повинного. Она до сих пор видит его в своих кошмарах. Слуга суетился над серединой стола и положил на него поднос с серебряным колпаком. Кир продолжил: - Помнишь, что я тебе сказал тогда? Помнишь... Вижу по глазам, что помнишь. И я, в отличие от тебя, держу свои обещания.- Кир вновь щёлкнул пальцами. Слуга открывает крышку и Мари чувствует моментально позыв тошноты, затем зверский страх. Такой испытывает только лань перед волком. Она вцепляется пальцами в свое кресло. На подносе лежала голова Никеля. Кир вкрадчиво издевательски рассказывал: - Я оторвал его голову собственными руками, но предварительно выпустил всю кровь, которая у тебя на губах, дорогая. Мари вырвало прямо на пол. Кир в это время подскочил и оказался молниеносно рядом с Мари. Он схватил ее больно запястье и заставил смотреть на голову, которую держал в руке. Он скручивал руку и взяв ее за шею протолкнул к полному с "угощением". - Ну что? Не поцелуешь его на прощание? Своего любимого. - Ты монстр! Ненавижу тебя! Ненавижу!!!- Мари кричала, что есть сил, морщась от боли и ужаса. Озверевший Кир опрокинул ее на стол. Поднял юбки и неожиданно вонзился в нее. Он прорычал ей в шею обнажая клыки: - Ну что? Кто лучше?- Но к его удивлению вампир ощутил препятствие. Мари кричала от боли, но ему было плевать. Он был зол, как никогда. Предательница. Она должна получить урок. Должна. Он не может сейчас отступить, Мари должна понести наказание, за то что ослушалась его. Вонзившись, озлобленный Кир углублялся, в нее жадно. Мари пыталась вырваться, царапала его, била в грудь, орала, но все без честно. Когда это все закончилось, Кир вновь схватил ее и впился в ее шею. У нее не было сил, но как только клыки вонзились она истерично прокричала: - Нет!!! В ту ночь она лишилась всего. Любви. Человечности и женское хрупкое естество, которое берегла для любимого. Кир уничтожил ее в одночасье. Когда все закончилось, увидев ее отрешенный взгляд, вампир кинул на обнаженное тело свой плащ и удалился прочь, не проронив и слова. Свернувшись кулачком на столе, Мари беззвучно начала рыдать. Она выглядела беспомощной, как никогда ранимой. Мари уснула и пролежала так до глубокой ночи как блюдо на столе, среди горящих свечей. Но она не подозревала, что ее ждёт в последующий час. В скоре ее начало скручивать от боли. Ее тело умирало. Мари чувствовала, что ее организм меняется. Когда она уже потеряла сознание, молодая женщина ощутила спасительное тепло на губах. Облизнув губы с последних сил, она ощутила прилив силы и жадно открыв рот беззвучно просила еще. Ещё этого сосуда жизни. Мари подскочила и широко раскрыла глаза. Перед ней стоял Кир, который надрезал запястье, из которого капала свежая теплая кровь. Со взглядом полным ненависти, она смотрела на хозяина, но жажда была сильнее гордости. Она испытала кровь, напоминающая лаву. Ее будто больно пить, но в то же время невозможно остановиться. Кир поморщился, но ничего не сказал. Только когда она уже как пиявка всосалось, он строго призвал: - Хватит. Все. Хватит Мари. Мари!- ему пришлось оттолкнуть обнаженную молодую женщину и та облизывая губы, продолжала разозлено смотреть на него. Она прошипела: - Что ты сотворил со мной? - Нет, это ты сотворила с собой. - он тыкнул практически в ее нос.- Ты не оставила мне выбора. Все должно было быть по- другому. Теперь же да будет так. Завтра мы поженимся. - Ч- что? Что ты несёшь старый урод!- она прошипела. Страх покинул ее. Она уже не думала, что говорит и что творит. Ей было все равно. Этот монстр забрал у нее жизнь уже во второй раз. Кир понимающе молчал. Мари засмеялась - Хм. Вы перепутали последовательность действий, хозяин. Сначала жениться, и только потом... Брачная ночь. Кир ничего не ответил. Опомнившись, что произошло, она спрыгнула со стола, прикрываясь его плащом. С ней произошли ужасные вещи, но почему она чувствует себя так... Хорошо? Что это все значит? Она даже не побрезговали взять кубок с кровью на столе, но только сделала глоток и ей стало плохо. Боже... во что она превратилась? Пьет кровь возлюбленного? Она взглянула в сторону и вспомнив, что с Никелем сотворили, зарылась ладони. Она повторяла: - Ненавижу. Ненавижу! Ненавижу!!!