Быть сестрой героя

Прошло около двух недель января, когда произошло кое-что, из-за чего мы с Гарри были менее чем довольны перспективой вернуться в школу. — Гарри, дорогой, — позвала миссис Уизли, заглядывая в их с Роном спальню. Они вдвоем играли в волшебные шахматы, а Гермиона, Джинни, Живоглот и я наблюдали за ними. Вернее, Гермиона наблюдала, а Джинни то и дело бросала миниатюрную игрушку, напоминающую мышь, из угла в угол, пытаясь заставить Живоглота преследовать его. Я в свою очередь просто лежала на кровати, закинув ноги на колени Гарри, и читала свои книги. —Не могли бы вы с Александрой спуститься на кухню? Профессор Снейп хочет поговорить с вами. Один из слонов Гарри вел ожесточенную борьбу с пешкой Рона, и он с энтузиазмом ее подстрекал. —Раздави её, раздави её, это всего лишь пешка, идиот. Я пнула Гарри в бок и положила книгу на полку. — Простите, миссис Уизли, что вы сказали? —Профессор Снейп сейчас на кухне, дорогая. Он хочет поговорить с вами. Рот Гарри открылся от ужаса. Он оглянулся на Рона, Гермиону и Джинни, которые уставились на него. Я закатила глаза. —Снейп из Хогвартса?—недоуменно переспросил Гарри. По правде сказать, его удивлению было оправданным. В этом доме профессор присутствовал крайне редко, пропуская даже бо́льшую часть собраний Ордена, не говоря уже об обычных днях. —Ага,— я усмехнулась.—Высокий мужчина с тёмными волосами, который передвигается, как летучая мышь, и грозится отравить всех и каждого,—поддразнила брата я. —Чего он от тебя хочет? — спросил Рон, когда миссис Уизли вышла из комнаты, выглядя при этом чересчур встревоженным. —Ты ничего не сделал, не так ли? —Нет! — возмутился Гарри, явно ломая голову над тем, что же могло заставить мрачного декана Слизерина явиться на площадь Гриммо по его душу. —Он не съест тебя, давай! —воскликнула я, хватая его за руку и вытаскивая из комнаты. На самом деле я была очень рада видеть Снейпа, но Гарри двигался так, будто шел на виселицу, поэтому мне пришлось тащить его вниз со всех сил. Минуту или две спустя я толкнула дверь и обнаружила Сириуса и Снейпа, сидящих за длинным кухонным столом и смотрящих в противоположные стороны. Царившая тишина была пропитана взаимной неприязнью. —Ну, здесь уютно, — саркастически бросила я, войдя в комнату и сев за стол рядом со Снейпом. —Рада вас видеть, сэр. Снейп кивнул мне. —Доброе утро, мисс Поттер. — Э-э, —неуверенно протянул Гарри, чтобы объявить о и своем присутствии. Снейп поднял голову. Его лицо было обрамлено завесой сальных черных волос. — Садитесь, мистер Поттер. — Знаешь, — громко сказал Сириус, откидываясь на спинку стула и обращаясь к потолку. —Я бы предпочел, чтобы ты не отдавал здесь приказов, Снейп. Видишь ли, это мой дом. —Я должен был увидеть вас обоих наедине, —оповестил нас Снейп, проигнорировав слова Сириуса и скривив рот знакомой ухмылкой.—Но Блэк… — Я их крестный отец, —произнес Сириус громче, чем когда-либо. —Я здесь по приказу Дамблдора, — напомнил Снейп, чей голос, напротив, становился все более и более тихо язвительным.—Хотя после последней вашей с ним встречи едва ли тебя это беспокоит, не так ли? Так чего же не вышвырнешь меня отсюда? Сириус предостерегающе зарычал и чуть не вскочил со стула. Именно в этот момент я решила, что неплохо бы вмешаться. —Знаете, когда мы жили у Дурслей, по вечерам из окна первого этажа разворачивалась очень увлекательная картина: ворона с чайкой делили место на дереве. Одна каркнет, вторая подхватит, и так до самого утра,—сказала я с наигранной мечтательной улыбкой.—Вот смотрю я сейчас на вас, и настольгия прямо с головой накрывает. Осознав смысл сказанных мною слов, волшебники бросили на меня два испепеляющих взгляда, но спор всё же прекратили. Гарри весело мне улыбнулся. Видимо, и он до сих пор помнит ночи, колыбельной во время которых нам послужил визг дерущихся между собой птиц. Натянув кривую ухмылку, Снейп обратился к Гарри. —Директор послал меня сказать вам, Поттер, что он хочет, чтобы вы вместе с сестрой изучали окклюменцию в этом семестре. —Этому ты ее учил? — недоверчиво переспросил Сириус. —И она позволила тебе? — Я ему доверяю, —немногословно ответила я, пожав плечами. —Извините, что изучать? — безразлично уточнил Гарри. Он повернулся ко мне. — Чему ты всё это время училась? Ухмылка Снейпа стала более отчетливой. — Окклюменция, Поттер. Магическая защита разума от внешнего проникновения. Малоизвестная ветвь магии, но очень полезная. Гарри был заметно потрясен. —И почему же я должен изучать окклю-э-э-э? — выпалил он. —Потому что директор считает это хорошей идеей, — спокойно ответил Снейп. — Вы будете получать частные уроки раз в неделю, но никому не расскажете, чем занимаетесь, и уж тем более Долорес Амбридж. Вы понимаете? —Да,—кивнул Гарри. —Кто будет меня учить? —Я,—односложно сказал Снейп с толикой обречённости в голосе. Если раньше Гарри выглядел просто потрясенным, то сейчас он явно был в ужасе. Он быстро оглянулся на Сириуса в поисках поддержки. —Почему Дамблдор не может учить Гарри?— агрессивно спросил Сириус. —Почему ты? —Я полагаю, потому что это привилегия директора – делегировать менее приятные задачи,—ядовито сказал Снейп. —Уверяю вас, я не умолял его об этой работе. Он поднялся из-за стола. —Я буду ждать вас в шесть часов вечера в понедельник, Поттер. Мой кабинет. Если кто-нибудь спросит, то вы берёте дополнительные уроки по зельеварению. Никто из тех, кто видел вас на моих занятиях, не станет отрицать, что они вам нужны. Он повернулся, чтобы уйти, как вдруг его остановил наш крёстный. —Подожди, — сказал Сириус, выпрямляясь в кресле. Снейп, повернувшись к нему лицом, усмехнулся. —Я очень тороплюсь, Блэк. И поскольку сегодня рабочий день, ты тоже должен торопиться. —Именно поэтому я перейду сразу к делу, — оповестил Сириус, вставая. Он был немного ниже Снейпа, сжавшего кулак в кармане плаща вместе с палочкой. — Если я узнаю, что ты используешь уроки окклюменции, чтобы доставить неприятности Гарри, то ты ответишь за это мне. Я закатила глаза. Ничем хорошим это явно не кончится... —Как трогательно, — усмехнулся Снейп. —Но вы наверняка заметили, что Поттер очень похож на своего отца? — Да,—гордо сказал Сириус. —Ну, тогда вы должны знать, что он настолько высокомерен, что критика просто отскакивает от него. Пока они не набросились друг на друга с кулаками, я предприняла несколько опасное для меня решение. Чересчур сильно оттолкнувшись от ножки стола, я вместе со стулом полетела на пол. Стоит ли говорить, что спорящие волшебники прекратили ругаться в эту же секунду и с разных сторон подлетели ко мне, помогая подняться с пола. Глядя на эту картину, Гарри заливался громким смехом уже в открытую. —Всё в порядке? Болит что-нибудь?—обеспокоенно спросил Сириус, пока Снейп отряхивал пыль с моей спины. —Только уши,—хмыкнула я, и два непонимающих взгляда устремились на меня.—Они страдают от ваших криков намного больше, чем моё тело от падения. Услышав это, Снейп громко фыркнул и отошёл от меня, а Сириус с усмешкой дал лёгкий подзатыльник.

***

Я медленно шагала в сторону библиотеки, глубоко погруженная в свои мысли. —П-с-с,—услышала я тихий зов, но проигнорировала его. —П-С-С,—спустя пару секунд он повторился, но уже в разы громче, и я всё же решила обернуться. Позади себя я увидела две рыжие макушки, высунутые из незнакомой для меня двери. Близнецы активно махали руками, привлекая внимание. Бросив несколько печальный взгляд на библиотеку, я все же зашагала к ним. —Что вам опять нужно?—устало спросила я, но близнецы вместо ответа лишь потянули меня в скрытую ранее комнату. Войдя внутрь, я распахнула глаза от удивления. В огромном сундуке напротив окна находилось несколько сотен живых розовых жаб, которые то и дело пытались выбраться из сундука, но сдерживающее заклинание не давало им этого сделать. —Как...это...что... вы,—никак не могла подобрать слова я. Увидев мою растерянность, близнецы громко рассмеялись. —Ты ведь не передумала мстить Амбридж?—ухмыляясь, уточнил Джордж. Я молча покачала головой. —В таком случае, эти крошки станут замечательным дополнением,—гордо оповестил Фред. —Я, конечно, в этом ничуть не сомневаюсь, но что вы собираетесь делать с этими жабами до мести? Они же умрут от голода. Близнецы переглянулись с широкой улыбкой. —Не парься, Рыжуля, всё схвачено,—подмигнул мне Фред. —Сириус пообещал их кормить,—кратко пояснил Джордж, и я приподняла брови, представив эту картину. —Не знаю, как вы до этого додумались, ребята. Но вы определенно гении!—восторженно проговорила я, склонившись над сундуком. В голове уже стояла картинка с будущей истерикой Амбридж. Ох, как же хорошо... —Если хочешь, то в добавок к жабам мы можем наколдовать крыс с бородой,—серьезно предложил Фред. Я перевела на него непонимающий взгляд. —Когда у Амбридж успела вырасти борода? —В замке есть ещё один человек, который посмел обидеть нашу Рыжулю,—заявил Джордж, и я округлила глаза. —Не говорите мне, что слышали наш разговор с Дамблдором на кухне... —Слышали-слышали,—активно закивали близнецы.—И неужели ты не думаешь, что он тоже заслуживает м-а-а-а-ленькой мести?—они уставились на меня с заговорческими ухмылками. Я задумалась. Конечно, Дамблдор был следующим человеком после Амбридж в Хогвартсе, который до жути меня раздражал, поэтому отомстить очень хотелось. Но в голове сразу же всплыли предостерегающие слова Снейпа. —Он определенно точно заслуживает мести,—согласилась я с близнецами, но тут же остановила их радостные возгласы поднятием руки.—Но не сейчас. Это было бы слишком подозрительно. Близнецы недовольно нахмурились. —Не дуйтесь, ребята. Всё самое интересное напоследок,—подмигнула им я и продолжила наконец свой путь в сторону библиотеки под громкое кваканье жаб.

***

Первым, что я увидела перед собой, стал чересчур сильно бурлящий котел. подойдя поближе, я узнала в нём зелье удачи–Феликс Фелицис. Позади котла также находилось огромное количество различных колбочек, наполненных всевозможными ингредиентами. Хм... интересно...значит, я в кабинете Зельеварения. Дверь неожиданно распахнулась и внутрь вошёл Том Реддл. Заметив меня он лишь подмигнул и положил мизинец ко рту, призывая хранить молчание. Обернувшись, я заметила пухлого мужчину, который возился с корнем варунетки. Неужели это и есть их профессор Зельеварения? Выглядит достаточно добродушным... Увидев вошедшего ученика, пухлый волшебник расплылся в приветливой улыбке. —Том, какая радость!—воскликнул он, и я удивлённо распахнула глаза.—Как давно ты ко мне не заходил. Что же привело тебя сюда после столь долгого перерыва? Реддлу почтительно склонил голову. —Сэр, я хотел спросить вас кое о чем. — Так спрашивайте, мой мальчик, спрашивайте… — Профессор Слизнорт, я хотел бы знать, что вам известно о… о крестражах? Услышав это, я нахмурилась. Зачем он пришёл со столь подозрительным вопросом к профессору, учитывая то, что в его любимой книге о крестражах написано предостаточно? Слизнорт уставился на него, рассеянно поглаживая толстыми пальцами ручку ножа. — Пишете самостоятельную работу по защите от Темных искусств, не так ли? Я мысленно фыркнула. Разумеется, крестражи не были включены в школьную программу, и Слизнорт явно должен был об этом знать. К чему этот цирк? — Не совсем так, сэр, — ответил Реддл. — Я наткнулся на этот термин, читая кое-что, и не вполне его понял. — Вам пришлось бы приложить изрядные усилия, Том, чтобы найти в Хогвартсе книгу, содержащую сведения о крестражах. Это материя очень Темная, Темная по-настоящему, — сказал Слизнорт. — Но вам-то, разумеется, известно о них все, сэр? Такой волшебник, как вы… Простите, возможно, вы не имеете права говорить об этом. Просто я понимаю, что если кто и способен о них рассказать, так это вы… Вот и решился спросить. Я усмехнулась. Конечно, я нисколько не была удивлена умению Реддла выуживать нужную информацию. Это первое, что учится делать каждый слизеринец. Особенно, если планирует захватить мир. —Что конкретно вас интересует, Том?—попался на удочку Слизнорт. —Процесс. —Ну, видите ли, вы раскалываете свою душу, — сказал Слизнорт. —И прячете часть ее в объект, находящийся вне вашего тела. После этого, если на тело кто-либо нападет или даже уничтожит его, вы все равно умереть не можете, поскольку часть вашей души остается привязанной к земле, неповрежденной. Профессор невольно поёжился, но Реддл не обратил на это никакого внимания. —Но как же раскалывается душа? — Посредством злого деяния, высшего деяния зла. Убийства. Убийство разрывает душу. Волшебник, задумавший создать крестраж, использует это увечье к собственной выгоде: он заключает оторванную часть души. — Заключает? Как? — Для этого существует заклинание, только не спрашивайте меня о нем, я его не знаю! — ответил Слизнорт, встряхивая головой, точно старый слон, которого одолели москиты. — Разве я похож на человека, который опробовал его? На убийцу? Я вновь усмехнулась. Всё же не так прост этот мужичок. И что-то мне подсказывает, что заклинание ему прекрасно известно. — Нет, сэр, разумеется, нет, — поспешно сказал Реддл. — Простите, я не хотел вас обидеть. — Что вы, что вы, какие обиды, — хмуро откликнулся Слизнорт. — Интерес к подобным вещам естественен… Для волшебников определенного калибра эта сторона магии всегда была притягательной. — Да, сэр, — сказал Реддл. — Я, правда, одного не понимаю… Мне просто любопытно, много ли проку от одного-единственного крестража? Не лучше ли, чтобы обрести побольше силы, разделить душу на несколько частей? Ну, например, разве семь не самое могучее магическое число... — Клянусь бородой Мерлина, Том! — возопил Слизнорт. — Семь! Неужели мысль об убийстве даже одного человека и без того недостаточно дурна? Да и в любом случае… разделить душу надвое — уже плохо, но разорвать ее на семь кусков!.. Я заметила, как Слизнорта начала бить крупная дрожь. Он явно не ожидал, что их разговор зайдет так далеко. —Разумеется, сэр. Это всего лишь научный интерес,—неспешно успокоил профессора Реддл.—И тем не менее, теперь этот разговор стал нашей маленькой тайной. Я наконец поняла, для чего Реддл вообще пришел к Слизнорту с этим вопросом. Он всего лишь хотел убедиться, что когда придет время Слизнорт будет слишком испуган, чтобы помешать ему. Моё тело пробрала дрожь, ведь Паркинсон я мстила с той же целью. Глаза Тома хищно блеснули и, не обращая внимания на испуганный вид Слизнорта, он покинул кабинет. Я побежала вслед за ним. —Ты действительно собираешься создать семь крестражей?—шокированно крикнула я ему вслед. Он резко затормозил и с нечитаемой ухмылкой взглянул на меня. —Да, и раз уж ты здесь, то у меня получилось.