Быть сестрой героя

Дамблдор быстрым шагом шел мимо пустой гостиницы и нескольких домов. Часы на соседней церкви уже показывали полночь. —Скажи мне, Гарри, — начал Дамблдор. —Твой шрам… он ещё болит? Гарри бессознательно поднес руку ко лбу и потер отметину в форме молнии. —Нет, — признался он, — и я думал об этом.— Мне казалось, что теперь, когда Волдеморт снова стал таким могущественным, он будет болеть постоянно. Я взглянула на Дамблдора и увидела чересчур довольное выражение лица. —Я же думал иначе, — сказал Дамблдор.— Лорд Волан-де-Морт наконец осознал, насколько опасен доступ к его мыслям и чувствам. Похоже, что теперь он использует окклюменцию против тебя. —Ну, я не жалуюсь, — пробормотал Гарри. —А что насчет тебя, Александра? Я вздрогнула. Директор никогда не обращался ко мне по имени. Всегда говорил Гарри и «мисс Поттер». Что же поменялось? Вряд-ли он настолько воодушевился приготовленным мной зельем для Долгопупсов. Но чего он тогда добивается? —А что насчёт меня?—я притворно нахмурилась.—Мысли и чувства Волан-де-морта, как вы говорите, я никогда и не видела. Это было правдой. Я не видела Волан-де-морта. Пока нет. Только Тома Реддла. Мы свернули за угол, миновали телефонную будку и автобусную остановку. Гарри снова покосился на Дамблдора. —Профессор? —Да, Гарри? — Э… а где именно мы находимся? —Это, Гарри, очаровательная деревня Бадли Бэббертон. — И что мы здесь делаем? —Ах да, конечно, я вам не рассказал, — понял Дамблдор. —Я потерял счет тому, сколько раз я говорил это за последние годы, но нам снова не хватает одного сотрудника. Мы здесь, чтобы убедить моего старого коллегу выйти с пенсии и вернуться в Хогвартс. —Но причем тут мы, сэр? —О, я думаю, мы найдём вам применение, — неопределенно отозвался Дамблдор, и я нахмурилась. Это всё было очень странным. Чересчур странным. Мы двинулись вверх по крутой узкой улице, застроенной домами. Все окна были темными. Странный холод окутал нас с ног до головы. Я крепче сжала палочку в кармане и подумала о счастливых воспоминаниях, чтобы отогнать прохладу, пробежавшую по моим костям. Я узнала её. —Профессор, почему мы не могли просто аппарировать прямо в дом вашего старого коллеги?— спросил Гарри, и я фыркнула. —Потому что это было бы так же грубо, как выбить парадную дверь, — сказал Дамблдор. —Вежливость требует, чтобы мы предлагали собратьям-волшебникам возможность отказать нам во входе. В любом случае, большинство волшебных жилищ магически защищены от нежелательных аппараторов. В Хогвартсе, например... — …вы не можете аппарировать никуда внутри здания или на территории, —инстинктивно закончил Гарри. —Гермиона рассказала мне. —И она совершенно права,—кивнул директор.—Нам опять налево. Гарри продолжал задавать вопросы, а я крепко держала палочку и оглядывалась по сторонам, наблюдая, чтобы никто не подкрался к нам со спины. —Сэр, я видел в «Ежедневном пророке», что Фаджа уволили… —Верно, — подтвердил Дамблдор, свернув на крутой переулок. —Его сменил Руфус Скримджер, который раньше был главой управления мракоборцев. —Он...вы думаете, он подходит для ... всего этого?— неуверенно спросил Гарри. —Интересный вопрос, — задумался Дамблдор. —Он, конечно, способный. Более решительная и сильная личность, чем Корнелиус. Думаю, это к лучшему. Мы приближались к небольшому аккуратному каменному домику, расположенному в саду. —Приготовьте палочки и следуйте за мной, — тихо приказал Дамблдор. Он открыл ворота и бесшумно пошел по садовой дорожке, а затем очень медленно толкнул входную дверь, подняв палочку. —Люмос. Кончик палочки Дамблдора вспыхнул, озарив светом узкий коридор. Слева была открыта еще одна дверь и мы не раздумывая вошли туда. Перед нами открылась сцена тотального опустошения. У наших ног лежали разбитые настенные часы, их циферблат треснул, а маятник валялся чуть дальше, словно упавший меч. Пианино стояло на боку, клавиши были разбросаны по полу. Рядом были заметны обломки упавшей люстры. Перья бывших подушек сочились из порезов на боках. Дамблдор поднял палочку еще выше, так что ее свет падал на стены, где по обоям было разбрызгано что-то темно-красное и клейкое. Небольшой вдох Гарри заставил нас с Дамблдором оглянуться по сторонам. —Отвратительно, правда?—тяжело сказал он. —Да, здесь произошло что-то ужасное. Дамблдор осторожно двинулся на середину комнаты, внимательно изучая обломки у своих ног. Гарри последовал за ним, а я двинулась к стене с похожим на кровь веществом. На ощупь, кровь была холодной, значит, её пролили не в ближайшее время. Однако с текстурой что-то было не так... Она была слишком густой для человеческой крови. Честно говоря, это было больше похоже на дракона. —Может быть, произошло нападение и… и его похитили, профессор? —предложил Гарри. Я поджала губы, глядя на пятна, разбрызганные по стене. Разрыв артерии мог бы легко привести к столь сильному выбросу крови, но человек был бы мертв. И я не думала, что Пожиратели Смерти были достаточно любезны, чтобы унести тело жертвы. У них не было причин что-либо делать, кроме как оставить его валяться на полу. Значит, если это были не Пожиратели, то... По моему лицу расползлась широкая ухмылка. Да, теперь мне действительно хотелось познакомиться с тем, кто здесь живёт. Я с любопытством взглянула на чересчур красивое для этого места кресло, и Дамблдор, перехватив мой взгляд, с некоторым удивлением кивнул. —Я полагаю, Гарри, что он до сих пор где-то здесь,—признался директор и, не говоря больше ни слова, тыкнул своей палочкой в заинтересовавшее меня кресло. —Добрый вечер, Гораций,—поприветствовал Дамблдор, снова выпрямляясь. Челюсть Гарри отвисла. Там, где долю секунды назад было кресло, теперь сидел на корточках неимоверно толстый, лысый старик, массировавший низ живота и щурящийся на Дамблдора обиженными и слезящимися глазами. У меня тоже отвисла челюсть, но совершенно по другой причине–я узнала этого человека! Это был Гораций Слизнорт–бывший преподаватель Зельеварения в Хогвартсе. И помнила я о нём не только из воспоминаний профессора Снейпа, но и Тома Реддла... —Не было необходимости так сильно втыкать палочку, это больно, — проворчал он, поднимаясь на ноги. —Что выдало меня? —Мой дорогой Гораций, — сказал Дамблдор, выглядя удивленным, — если бы Пожиратели Смерти действительно нанесли тебе визит, то над домом висела бы Темная Метка. Волшебник прижал пухлую руку к своему огромному лбу. —Тёмная метка, — пробормотал он. —А я знал, что что-то упустил. В любом случае у меня не было времени, я только успел закончить обивку, когда вы вошли в комнату. Я указала на пятна на стене. —Извините, — перебила я.—Это кровь дракона? Мужчина удивлённо перевел взгляд на меня. —Да, всё верно. А вы молодец, мисс. Вдруг он заметил шрам на лбу у Гарри, и ахнул так, что кончики его усов зашевелились. —Это,—сказал Дамблдор, подвигаясь вперед, чтобы представить нас,—Гарри и Александра Поттеры. Гарри, Александра, это мой старый друг и коллега, Гораций Слизнорт. Слизнорт повернулся к Дамблдору с проницательным выражением лица. —Так вот как ты планировал меня убедить? Что ж, мой ответ–нет, Альбус. Он протиснулся мимо Гарри и меня с видом человека, пытающегося противостоять чересчур сильному искушению. —Полагаю, мы можем хотя бы выпить? —поинтересовался Дамблдор. —Вспомнить былое... поговорить о настоящем. Слизнорт колебался. —Хорошо, но только один бокал, — нелюбезно отозвался он. Мне вдруг стало интересно, сколько бесплатных напитков получил директор, приглашая себя в гости к другим людям. Дамблдор улыбнулся нам и направил к креслу, мало чем отличавшемуся от того, который совсем недавно изображал Гораций. Судя по его взгляду в момент жеста, мы поняли, что должны привлекать к себе как можно больше внимания. Я слегка нахмурилась и взглянула на удаляющегося за бокалами Горация. Я почти не сомневалась, что желание Дамблдора заполучить его в качестве преподавателя не имеет ничего общего с нехваткой учителей. Похоже, директор подозревает, что Слизнорт обладает некоторой информацией, касаемо Волан-де-Морта. И я даже знала, какой. Единственное, чего я пока не понимала, так это потребность в нашем присутствии здесь. Слизнорт не похож на бешеного фаната знаменитого Гарри Поттера. Но в чем тогда дело? —Ну, как ты поживаешь, Гораций? — спросил Дамблдор, окинув предложенный напиток мимолётным взглядом и не притронувшись к нему. Неужели Слизнорт решил что-то ему подлить? —Не очень хорошо, —несколько разочарованно ответил Слизнорт. —Слабые ноги, одышка, ещё и ревматизм. Не могу двигаться, как раньше. Ну, этого и следовало ожидать. Старость. Усталость. Я старик, Альбус. Уставший старик, который заслужил право на спокойную домашнюю жизнь. —Ты еще не так стар, как я, Гораций,—заметил Дамблдор. —При всём уважении, сэр, но есть ли кто-нибудь?—мягко спросила я, и Гарри фыркнул. Сам Слагхорн заметно подавил ухмылку, а Дамблдор склонил голову в знак признания. —Ну, может быть, тебе самому стоит подумать о пенсии, —прямо предложил Слизнорт. Его уставшие глаза заметили раненую руку Дамблдора. —Я вижу, что реакция уже не та, что была. —Ты совершенно прав, — безмятежно согласился Дамблдор, откинув рукав и обнажив кончики обожженных почерневших пальцев.—Я, несомненно, медленнее, чем был. Но далеко не всегда это плохо. На этих словах он поднялся с кресла и, вопреки надеждам Слизнорта на уход, направился в туалет. Загадочный волшебник наконец обратился к нам. —Не думайте, что я не знаю, почему он привел вас двоих, — резко сказал он. Слезящиеся глаза Слагхорна вновь скользнули по шраму Гарри, на этот раз осматривая остальную часть его лица. —Ты очень похож на своего отца. —Да, мне говорили, —отозвался Гарри. —Кроме твоих глаз. У тебя… —Глаза моей матери, да, я в курсе. Гарри слышал это так часто, что находил это немного утомительным. —А у тебя всё наоборот, —ничуть не смутившись сказал Слизнорт мне.—Копия матери, а глаза отца. —Я слышала,—выдавила доброжелательную улыбку я. —Конечно, у учителя не должно быть любимчиков, но она была одной из моих. Ваша мать, —добавил Слагхорн в ответ на вопросительный взгляд Гарри. —Лили Эванс. Одна из самых умных ведьм, которых я когда-либо встречал. Жизнерадостная, очаровательная девушка. Я говорил, что ей следовало бы быть на моем факультете. Но в ответ получал лишь дерзкие усмешки. —А какой факультет был вашим?—поинтересовался Гарри. —Я был главой Слизерина, —ответил Гораций. —Ох, — быстро продолжил он, увидев выражение лица Гарри и погрозив ему пальцем, —не вини меня за это! Полагаю, ты будешь гриффиндорцем, как и она? Вы оба? —Вообще-то, сэр, я слизеринка, — поправила я с легкой ухмылкой, увидев, как глаза волшебника загорелись. — Неужели?—переспросил он с интересом.—Обычно члены семьи принадлежат к одному факультету. Хотя... на самом деле далеко не всегда. Взять, к примеру, Сириуса Блэка. Я видел, про него недавно писали в газете. Бедняжка, кома–это дело серьёзное. Я почувствовала себя так, как будто невидимая рука скрутила мои кишки и крепко сжала их. —Вся семья Блэков была на моем факультете, но Сириус оказался на Гриффиндоре! Жалко–он всегда был талантливым мальчиком. Мне, конечно, чуть позже достался его брат, Регулус. Но заполучить весь набор было бы просто феерично! Он говорил как увлеченный коллекционер, цену которого перебили на аукционе. И я наконец поняла, зачем мы понадобились Дамблдору. Он рассчитывает на то, что Слизнорт не сможет устоять от перспективы заполучить в свою коллекцию Национального Героя Британии и его сестру, которая, к тому же, учиться на Слизерине. Что ж... это может сработать. —Да...хорошее было время,—на тяжёлом выдохе сказал Слизнорт.—Не поймите меня неправильно, но благоразумный волшебник в такие моменты держит голову опущенной. Я бы очень хотел принять предложение Дамблдора, но занять должность в Хогвартсе прямо сейчас было бы равносильно публичному заявлению о моей преданности Ордену Феникса! И хотя, конечно, члены Ордена храбрые и замечательные, уровень смертности всё-таки слишком высок. —Вам не обязательно вступать в Орден, чтобы преподавать в Хогвартсе, —возразил Гарри, не сумев сдержать нотку насмешки в своем голосе. Он не понимал страха Слизнорта, в отличие от меня. Разумеется, страх не повышал волшебника и в моих глазах, но он прекрасно объясним. Ни один нормальный человек не хочет умирать. —Я считаю, что педагогический состав в большей безопасности, чем большинство людей, пока директором является Дамблдор. Он ведь единственный, кого когда-либо боялся Волан-де-морт,—задумчиво вставила я. Слизнорт, вскрикнув от услышанного имени, мгновение или два смотрел в пустоту, казалось, обдумывая мои слова. —Ну да, это правда, что Тот-Кого-Нельзя-Называть никогда открыто не вступал в сражение с Дамблдором, — неохотно пробормотал он. —И я полагаю, что, поскольку я не присоединился к Пожирателям Смерти, Тот-Кого-Нельзя-Называть вряд ли может считать меня другом... и в этом случае я вполне был бы в большей безопасности, находясь немного ближе к Альбусу... —Это даже не считая магической защиты Хогвартса,— продолжила я. —Большинство директоров укрепили её за время своего пребывания на должности. Теперь, чтобы прорваться в Хогвартс, потребуется не что иное, как целая армия. Дамблдор вернулся в комнату, и Слизнорт подпрыгнул, как будто забыл, что тот находился в доме. —О, вот ты где, Альбус. Тебя не было очень долго. Расстройство желудка? —Нет, я просто читал маггловские журналы, —отозвался Дамблдор. —Очень люблю вязать. Что ж, мы достаточно долго злоупотребляли гостеприимством Горация. Думаю, нам пора уходить. Ничуть не желая подчиниться, Гарри вскочил на ноги. Я встала чуть медленнее, поставив поднос на стол. Слизнорт, казалось, был озадачен. —Вы уезжаете? —Да, уезжаем. Кажется, я зря сюда приехал. Мне тебя не убедить. —Зря? Слизнорт выглядел очень взволнованным. Он крутил толстыми пальцами и ерзал на кресле, наблюдая за тем, как Дамблдор застегивает свой дорожный плащ, а Гарри– молнию на куртке. —Спокойной ночи, профессор, —добавила я, завершив череду долгих прощаний и последовав за Гарри и директором по коридору. Мы достигли входной двери, когда позади нас послышался крик. —Хорошо, хорошо, я сделаю это! Широкая хитрая ухмылка медленно растянулась по моему лицу. Получилось. Дамблдор повернулся и увидел запыхавшегося Слизнорта, стоящего в дверях гостиной. —Ты готов выйти из пенсии? —Да, да, — нетерпеливо фыркнул Слизнорт. —Это меня жутко раздражает, но да. —Замечательно, — воскликнул Дамблдор, сияя. —Тогда, Гораций, увидимся первого сентября.

***

—Могу ли я задержать вас ещё на пару минут, мисс Поттер?—попросил директор, стоило нам вернуться на площадь Гриммо. Я скептически взглянула на него. —Мне кажется, мы провели достаточно времени вместе, профессор,—холодно ответила я. —Это касается вашего декана,—добавил Дамблдор, и я сжала зубы. Он знал, что после такого я не откажу. —Я вся во внимании,—саркастично бросила я и облокотилась на дверь. —Дело в том, что в последнее время у нашего дорогого профессора Снейпа прибавилось много хлопот,—неспешно начал он.—Я был бы очень признателен вам, если бы вы согласились варить хотя бы часть зелий для Ордена вместо него. Я выразительно выгнула бровь. Нет, ну он издевается? Только ради этого он устроил концерт любви, ласки и добродушия в мою сторону? —Не спешите с отказом, мисс Поттер,—предостерег меня Дамблдор.—Я ведь тоже могу вам в чем-то быть полезен. Подумайте над этим,—посоветовал он и развернулся к выходу. Но вдруг я остановила его. —Что с вашей рукой? Директор многозначительно взглянул мне в глаза. —Я думаю, если вы сами найдете ответ на этот вопрос, то это принесет вам намного больше удовольствия.