Купидон без любви

      Открыв двери, Антон не на шутку удивился, но не растерялся, когда в его лицо полетел «кулак любви» от безумно ревнивого молодого человека Дмитрия. «Капец! Он все-таки действительно когда-то обронил ему мой адрес в диалоге, или…» — Тоха не был глуп и понял, откуда ноги растут. Гость оказался весьма неприветливым и крайне яростным типом, махающим кулаками направо и налево, но спортивному телосложению хозяина дома противостоять было не так уж и легко, и уже через минуту яростных выпадов незваного гостя Антон перенял инициативу и приструнил мужчину, заломив обе руки за спину и прижав того к стене.       — Добро пожаловать, — усмехаясь над своими словами, Антон крепко держал строптивого мужчину, не уступающего ему по росту, но явно не занимающегося в спортивном зале все свое свободное от работы время, как некоторые…       — Димка! Он у тебя! Я знаю! — безуспешно рыпался, подобно загнанному зверю, парень, кипя злобой, ища подходящий момент, чтобы вывернуться и разбить этому мудиле нос.       Юноша с первых секунд со страхом осознал, что пришли всё-таки за ним, но понять, как он узнал его местоположение, не мог. Слыша звуки борьбы, он затаился на кухне, прикусывая указательный палец левой руки, моля, чтобы все обошлось.       — Я вижу твою обувь! — кричал гость. — Выходи, пока не стало хуже! — очередная попытка высвободиться из захвата была безуспешна. — Прикажи своему любовнику отпустить меня и решить дело по-мужски, шлю… — но договорить ему не дали.       Ладно бы дело касалось несправедливого оскорбления его самого, это Антон еще мог стерпеть, но когда речь шла о невинном и запутавшемся в себе парне… Этого позволить он никак не мог. Он схватил разъяренного парня за волосы и разок заставил того слегка поцеловаться со стеной, от чего у гостя потекла из носа кровь. Видя эту картину, на дрожащих ногах Дима с криком попытался оттащить Антона. Чувствуя страх за своего парня, не видя и доли сожаления или каких-либо эмоций у бывшего, он резко понял и осознал, кто ему действительно важен и нужен в этой жизни. С кем идти рука об руку до самой старости в любви и гармонии было его мечтой. а Антон… он действительно хороший и добрый парень, он еще встретит того самого. Даже после всего, что было между ними, он выслушал, заступился за его честь, правда, немного грубо, но и гость ведь не с фруктами к ним заявился.       Отойдя на шаг назад, отпустив корчащегося от боли мужчину, держащегося за нос, Антон повернулся к Диме:       — Я всегда знал, что друзья у тебя дерьмовые.       Крайний день рождения Дмитрия справляли как раз-таки на этой самой квартире, и среди приглашенных был тот самый Макс, у которого парнишка и провел прошлую ночь. Поэтому Антон, долго не думая, проанализировав все, тут же вычислил виновника этой «приятной» встречи.       — Как ты мог снова вернуться к этому… — кричал пострадавший, уже опасаясь и слово лишнее сказать в присутствии того, кто явно сильнее. — В любви мне признавался, а сам чуть что, сразу же ноги раздвигать к этому пошел! — Его пылкую речь остановила звонкая пощечина.       — Я действительно люблю тебя, — нахмурился Дмитрий. Его все еще заплаканное лицо говорило о том, что тот далеко не прав в своих изречениях, а решимость в глазах подтверждала правдивость только что сказанных им слов.       — Отлично, — потер руками Антон, — всегда мечтал о тройном махаче. Только давайте вы вдвоем объединитесь против меня, а то как-то иначе силы не очень равны будут, — предложил он, вызывая конфузную минуту молчания.       Эта фраза вогнала в ступор обоих гостей, давая пришедшему последним на этот праздник «любви» немного успокоиться и прозреть. Его парень явно плакал если не всю ночь, то половину точно. Красные опухшие глаза, впрочем, и сейчас были на мокром месте. Пришло осознание того, что он хотел обидеть его совсем не справедливо, да и обидел в принципе. Стоило бы узнать, что здесь происходит, Ведь он старше, значит, должен быть мудрее.       — Прости, малыш, — начал он, подойдя к Диме, обняв его, — я наговорил лишнего. Просто, когда узнал, что ты к бывшему побежал, голову потерял. Что ты здесь забыл?       — Артур, — всхлипывала он, — прости! После нашей ссоры и разговора с Максом я подумал, что будет лучше вернуться к Антону, но того, что я испытывал раньше, между нами уже нет, и он явно дал мне это понять!       — Вернуться!? — отстранился Артур, недоверчиво смотря ему в глаза, все еще не выпуская из объятий.       — Ну, это было на эмоциях! Я всю ночь не спал, рыдая! Лишь Максон подсказал хоть какой-то выход, сказал, что так мне удастся поставить тебя на место, и тогда это казалось мне действительно хорошим планом! Тоха не заставлял меня отчитываться, не запрещал носить облегающие вещи! Возвращался я домой тоже, когда хотел! Вот я и подумал, что, возможно, совершил ошибку, уйдя от него! Но уже здесь понял, что все это ложь и мне нужен только ты! Если хочешь, я и хиджаб надену, только не бросай меня из-за этого поступка, прошу тебя! — разревелся Дмима с новой силой, явно манипулируя, трогая за душу так, чтобы его бойфренд осознал свою вину.       — Ди, — он погладил парнишку по плечу, забыв о своей физической боли, переключаясь на моральную, — я ведь люблю тебя больше жизни! Понимаешь? Да я тебя потерять боюсь! Ты смысл моей жизни! Не переживу, если ты бросишь меня и переключишь свое внимание на кого-то еще!       — Но запирать меня в четырех стенах тоже не выход! Артур! В моем сердце лишь ты, и теперь я знаю это точно! — захлебывался слезами парень, винил себя за то, что был слишком импульсивен в принятии последнего своего решения, но, возможно, именно эта встряска была нужна их отношениям, чтобы расставить все на свои места и показать, что все решается разговорами?       — Прости меня, родной, — Артур вытер его слезы, — со мной тебе, наверное, тяжело было. Я жуткий эгоист и собственник, знаю. Я обещаю, больше это не навредит нашим отношениям, но и ты помоги мне. Подскажи, когда и что я делаю неправильно, а не закатывай сразу же истерики, и тем более не убегай больше, договорились?       — Хорошо, — едва просияв, тут же заулыбался парнишка, чувствуя, как на душе становится легче и теплее.       — Кхм… — прокашлялся Антон, опираясь о противоположную, слегка измазанную в крови стену, скрестив ноги и тщательно что-то рассматривая под ногтями. — Ребят, я, конечно, безумно счастлив и рад вашему воссоединению, — решил он все-таки напомнить о себе, пока те не стали целоваться и раздеваться прямо на его глазах, — но я бы хотел позвонить своей единственной и неповторимой, и был бы безумно рад, если вы продолжили где-нибудь в другом месте. И вообще больше не использовали мою квартиру в качестве места для «экзотических» свиданий.       Прикрыв рот, Дмитрий расширил глаза: он действительно позабыл все вокруг и был готов броситься на шею к своему любимому, расцеловать его и прижаться сильнее, моля о прощении, доказывая свою любовь и верность. Артур тоже почувствовал некую неловкость, он уже был спокойнее настроен к этому своеобразному, слегка странному парню, но его слова о том, что у того кто-то есть, давали ему больше надежности в том, что между этими двумя больше ничего и быть не может.       — Я слегка вспылил, извиняюсь, — немного стыдливо пробормотал он, — что набросился с кулаками, это неподконтрольные эмоции, надеюсь, понимаешь.       — Ой, ладно, — махнул рукой Тоха, — с кем не бывает, я ответил взаимностью, за что тоже приношу извинения, а теперь, когда все точки поставлены над «Й», — он начал махать им рукой, демонстрируя «кыш», — попрошу очистить помещение.       Слегка засмеявшись, Дима обулся и, держа своего парня за руку, не давая тому сказать что-то лишнее (а тот мог), покинул вместе с ним уже холодную к его присутствию квартиру. «Хорошо, что все так быстро и ладно разрешилось! — довольно подумал Тоха, с насмешкой вспоминая, какое прозвище дали ему в институте. — Купидон без любви. Тогда парни даже не подозревали, как верны будут их слова».       Убравшись в кухне и в прихожей, насколько это было возможно, парень вернулся к своему уже остывшему кофе. Желание работать куда-то улетучилось, а перед глазами стояла картина довольного, но заплаканного Димы и его, казалось бы, образумившегося ухажера с разбитым носом.       — Сумасшедшая парочка! Надеюсь, это была наша последняя встреча, — хмыкнул он, — и фотка его попалась в ленте неспроста же. Теперь-то они точно проживут друг с другом до самой старости…       Он допивал холодный напиток, думая, с какой бы стороны взяться за работу, как тут его отвлек телефонный звонок. Причина отложить все свои дела в дальний ящик нашлась сама собой. И надо признать, Антон был этому рад, ведь рабочий настрой он уже потерял.       — Приветик, моя единственная и неповторимая сестренка! Как твои дела, малышка?       — Привет, Тох, Ах… у меня все супер! Я ведь писала тебе, что мы снова дружим с Виком? И ко мне вернулось писательское вдохновение? — отвечала явно позитивно настроенная девушка.       — Очень за тебя рад. Может, мы сегодня погуляем с тобой, как в старые добрые времена? Расскажешь мне все, — предложил он, закрывая ноутбук.       — Ого, — удивилась собеседница, — какое неожиданное предложение! Я уже думала, тебя, затворника этакого, силком вытаскивать надо! Конечно, я согласна! Такой шанс на миллион выпадает!       — Ха-х. Вот и отлично, давай через час в том кафе, где мы обычно завтракали, — предложил он.       — Через три и договорились! А то у меня еще пары.       — Окей… я прогуляюсь тогда.       — С тебя обед и кино! — добавила тут же смекалистая девушка.       — Какое еще кино? — приподнял брови Антон, но вызов уже был завершен, от чего тот усмехнулся ее проворству, улыбаясь.       Его в край активная младшая сестра постоянно пыталась вытащить Антона из дома, но это удавалось лишь Косте и Андрею, и то не всегда. Наталья уже написала не одну историю о том, как некий парень соединяет влюбленные сердца, и в отличие от брата она не считала это проклятьем, роком и уж тем более банальной случайностью, а называла даром. Собственно, на который у нее уже образовались некоторые свои планы…