Купидон без любви

В комнате воцарилась гробовая тишина. От столь неожиданного предложения у Антона, кажется, попросту снесло крышу, и он забыл, как дышать. Уж чего-чего, а такого поворота дел он никак не ожидал. «Видимо, в программе моей жизни действительно произошел конкретный сбой!» — только и мог подумать он сквозь мандраж, охватывающий его с ног до головы, как тут же получил легкий, едва ощутимый поцелуй, отбрасывающий все сомнения далеко на задний план. Крепко ухватив Вадика, он поднялся, чтобы уложить того на диван, но в его голове тут же пронеслось капризное: «В соседней комнате есть же кровать! Ах!» Верно слушаясь его внутренней просьбы, Тоха быстрым шагом покинул гостиную, усмехаясь тому, какой Вадик всё-таки привереда. Уже минуту спустя Антон уложил юношу на мягкие покрывала кровати, а сам отчего-то неуверенно навис над ним. «Может быть, ты меня поцелуешь?», — Вадик потянулся к застеснявшемуся гостю, обвивая его шею своими холодными руками, завлекая того в страстный поцелуй. Они чувствовали, что у обоих это не впервые, от чего Тохе облажаться совсем не хотелось, а рыжий парнишка и вовсе начал считать, что тот крайне нерешительный засранец. Нахлынувшие эмоции безумно и стремительно наполняли блондина, отбрасывая лишние сомнения и скромность. Словно разряд тока, мужчина почувствовал, как у него заметно потяжелело в районе паха, член и яйца словно налились жгучим свинцом, и он был больше не в силах сдержать свой стон, когда Вадик принялся плавно вести длинную дорожку своим языком по его. Пару мгновений небытия, и Тоха, не желая терять инициативу, подмял юношу под себя, страстно сжимая его за ягодицы сквозь тонкую ткань шорт. Рука рыжеволосого парня с шеи блондина соскользнула ниже, трепетно пробегаясь по плотной ткани его толстовки, останавливаясь на торчащем бугорке возбуждения. «И ты ведь меня хочешь, неужели боишься? Прошу, не медли, я ведь настаиваю», — подумал он, довольно урча от того, что у них обоих уже уверенно стоит, стоило лишь глубоко поцеловать Антона, не спеша, тщательно вылизывая своим длинным языком, как тот стал уверенно вторить его движениям, желая всё-таки перенять у младшего партнера инициативу. — Я безумно тебя хочу, — Тоха на мгновение оторвался от Вадика, чтобы перевести дыхание, а после начал осыпать его шею поцелуями. — Я, правда, очень хочу... это очень странное и непривычное мне чувство, намного сильнее, чем я знал ранее, — признался он. — Я тоже чувствую это, — чуть ли не молил Вадик, выгибаясь, подводя руку Антона к своему паху, — прошу, давай почувствуем друг друга сейчас. И действительно: ощущая напряжение партнера, Антон охнул, «как же до такого дошло», но тут же запустил ладонь под резинку его шорт, понимая, что остановиться уже не в силах, да и надо ли? Отсутствие там белья его даже немного удивило и подстегнуло. Парень осторожно выпустил стоящий член юноши наружу, а сам, улучив момент, скинул с себя пальто и стянул толстовку, представ перед своим партнером во всей красе своего накачанного торса. «О, мама миа…» — пронеслось в голове Вадика, и он тут же облизнул губы и кокетливо поманил парня к себе. При виде рельефных кубиков своего нерешительного, но очень привлекательного во всех смыслах партнера ему безумно хотелось убедиться в том, что он действительно «тот самый», раз уж впустил его в свою жизнь, поведясь на пиццу. Немедля сняв джинсы, Антон тут же вернулся в исходную позицию «поверх Вадика» и принялся целовать парнишку столь яростно и страстно, словно действительно отпустил все свои сомнения и страхи. «Живем лишь один раз!» — подумал он, смачивая ладонь слюной. Он ласково прикоснулся к дрожащему от возбуждения члену юноши, осторожно водя по всей его длине, дразня частые складки уздечки и щелку уретры большим влажным пальцем, вызывая у Вадика протяжной стон. «Ох… прошу»… — услышал Тоха в своей голове. С непривычки он тут же оборвал поцелуй, но, сразу же сориентировавшись, стянул с Вадика футболку и, получив одобрительный кивок на свой немой вопрос «могу ли я?», тут же перевернул парня на четвереньки. Это было крайне неожиданно для каждого из них. Своими большими и теплым ладонями он трепетно провел по бокам соблазнительного выдающегося в спине паренька и тут же резко стянул с него ставшие лишними домашние шорты. Взору Антона предстало гладкое чистое отверстие, сжимающееся в предвкушении. Он тут же нежно, едва касаясь, погладил округлые ягодицы, ведя пальцами ниже, к плотным бедрам, подрагивающим от столь невесомой ласки, а через мгновение вновь вернулся к пятой точке и не спеша начал приближаться к горячей расселине, вызывая у своего нетерпеливого партнера жалобные поскуливания. Судорожно сглотнув, моля, чтобы это было не сном, и он все делает правильно, Тоха раскрыл половинки в стороны и легко подул на дырочку, тут же умиляясь тому, как та в мгновенье туго сократилась. Весомая ладонь блондина опустилась чуть ниже, к поджатым яйцам, умело начиная перебирать их пальцами. Мгновение спустя он провел подушечками пальцев по короткому шву, оглаживая всю мошонку, и довольно улыбнулся, увидев, как с конца чужого члена потекла жидкая смазка. Вновь открыв своему взору светлую расселину, Антон принялся медленно вести шаловливым языком влажную полосу по всей ее длине, от чего Вадик тут же прикусил губу, едва сдерживая охи, он сильнее сжал в ладонях одеяло, что было под ним, стараясь запомнить каждое движение как можно острее. На мгновение мужчина остановился возле тугого отверстия и тут же, жарко выдыхая, начал мокро кружить кончиком языка по маленькому колечку, расслабляя его. Этот парнишка для него почти сладкий, такой приторный, что скулы к чертям сводит… Мимолетно двигая нижней челюстью, большими пальцами Антон раздвинул края мягкой и податливой от возбуждения дырочки, уверенно толкаясь внутрь острым кончиком языка, проникающим сквозь гладкие стенки так легко и глубоко, что даже сам поразился тому, как его там ждут. Пару мгновений помедлив, давая Вадику привыкнуть, услышал недовольный стон и почувствовал, как тот легонечко начал вилять бедрами, призывая к дальнейшим действиям. «Тебе ведь нравится?» — подумал Антон, с улыбкой на лице вспоминая его выражение лица, как только попал в эту квартиру. «Очень», — соглашаясь, кивнул юноша, готовый в этот момент признать все свои грехи, лишь бы тот сдвинулся с мертвой точки. Сгорающий от желания Антон сильнее надавил пальцами на его отверстие и проник глубже, нежно двигая языком внутри по скользким стенкам; те от наслаждения ощутимо сокращались, резко и часто, буквально засасывая глубже. Вадик вновь соблазнительно и нежно дразнил его своими стонами, всё-таки стараясь сдерживаться от более громких проявлений эмоций, охватывающих его сладострастными волнами. Чувствуя, что Антон начал ритмично толкаться в него все глубже, со стыдливой гримасой на лице юноша начал насаживаться на его лицо, вновь удивляя партнера. Хорошо, что тот не растерялся и одобрил его инициативу, поощряя её ласковыми поглаживаниями по дрожащим бедрам и коленям, которые от каждого толчка разъезжались в разные стороны все шире. В один миг язык парня оказался настолько глубоко, что Вадик вскрикнул, буквально вжимаясь в свою постель. В комнате было безумно жарко и душно, настолько, что увлёкшийся процессом Антон с явной неохотой отстранился, медленно собирая слюну с припухшей дырочки. Он сочно чмокнул губами нежное отверстие и, играясь, начал его вылизывать, дразня, а после вновь толкнулся внутрь. «Боже, ты так хорош!» — мысли Вадика пронеслись в его голове, придавая большей уверенности в себе и своих действиях. Тоха медленно и плавно перевел горячие ладони на тонкие бок парнишки, а после резко скользнул к торчащим соскам и грубо сдавил их кончиками пальцев. — Тоха! — чуть ли не со слезами на глазах выкрикнул парнишка, которого все еще твердо удерживали поперек живота, не давая двинуться в сторону ни на единый сантиметр. Язык в податливой дырочке приносил юноше несравнимое удовольствие, и он был близок к тому острому удовольствию на грани с тупой болью, и это безумно сводило юношу с ума. Антон царапал бусины его сосков, зажимая их в тиски, и, словно извиняясь за то, что не встретил его ранее, старался лизать парня внутри еще тщательнее. Разгоряченный Вадик протяжно застонал, чувствуя, как с его члена в очередной раз течет целая струя смазки. Борясь со своим безудержным желанием, чувствуя, что партнер почти готов, Антон резко перестал терзать излишне чувствительные соски и схватил верхушку члена парня, начиная быстро ее натирать. В его ладони звонко хлюпала выделившаяся влага, и Вадик от всех окружающих его звуков едва ли не потерял сознание, тут же кончая в настойчивую ладонь. Довольно улыбаясь, Антон тут же покинул его растянутое отверстие и резко перевернул юношу на спину, чтобы слизать его сперму, он принялся осыпать влажными поцелуями член. Парень уверенно взял его в рот до самого основания, вынуждая Вадика задыхаться от неожиданности и руками закрыть раскрасневшееся лицо. Умелый язык скользил по всей длине члена, дразня уздечку, обводя вены, и юноша вскоре почувствовал, что готов продолжать, это же заметил и его партнер, отсасывая в весьма неудобной ему позе, извернувшись на коленях. Старания Тохи были настолько хороши, что парнишка прикусил свою ладонь и вновь застонал, желая поскорее ощутить его член внутри себя. Помимо всего прочего, безумно хотелось открыть все окна в квартире настежь, вдохнуть свежего воздуха, набрав полные легкие. Но своими ласками Тоха буквально посадил его на привязь возле себя, и Вадик сейчас готов был отдать ему все, что имеет, просто за то, чтобы быть с ним целую вечность. Тело юноши, подобно оголенному проводу, моментально реагировало на каждое касание бурной дрожью, поощряя нежно целующие головку его члена губы. — Не хочешь уже трахнуть меня? — застенчиво прошептал Вадик, чувствующий, будто Антон специально оттягивает этот момент. Едва усмехнувшись, Антон со звонким чмоканьем отстранился от столь увлекательного занятия, смотря партнеру прямо в лицо, что тот вновь спрятал в своих ладонях от столь резкого высказывания. Этот жест лишь умилял, Вадик в его глазах сейчас казался таким невинным, а тот в свою очередь сквозь пальцы рассматривал пошло выглядящего блондина, подмечая его растрепанные в разные стороны волосы и опухшие покрасневшие губы. Юноша тут же облизал вмиг пересохшие губы при виде того, как Тоха поспешно вытирает стекающую по подбородку каплю слюны тыльной стороной ладони. Немного засмущавшийся Антон бережно перевернул Вадика и склонился над его ухом, наконец-то ответил: — Глупый вопрос, — прошептал он, нежно целуя и потягивая мочку его уха, а после переходя к шее. «Смазка и резинки в первом ящике тумбочки справа», — Вадик дал ему наводку, не решаясь произнести это вслух, и Тоха послушно отправился в указанном направлении. Взяв все необходимое, парень удивился тому, что презики как раз его размера, но да ладно… Он тут же открыл тюбик смазки и запачкал ею свои пальцы, после чего навис над юношей, лукаво улыбаясь. Еще мгновение, и один из его пальцев проник в пылающее отверстие, от чего юноша тут же прогнулся в спине, запрокидывая голову. — Ах! — вскрикнул Вадик, чуть ли не задыхаясь от пронизывающего его наслаждения, и тут же нетерпеливо поддался навстречу движениям, опаляющим его изнутри. Пылкое желание уже изрядно мучило обоих, но Антон старался быть сдержанным, чтобы не причинить боль, он осторожно толкался, понимая, что Вадик готов. Парень нежно и страстно поцеловал своего возлюбленного, проталкивая в него уже и второй, а после третий палец, довольно улыбаясь тому, как его принимает чужая плоть. Еще мгновение, и он дотронулся до долгожданного комка простаты. Запрокидывая голову назад, Вадик громко выкрикнул его имя и начал толкаться бедрами вперед и назад. Уже не в силах сдерживать рвущийся наружу напор желания, Антон вытащил из юноши пальцы и громко шлепнул ладонью по его бедру. С досадой оторвавшись от мягких губ, Тоха вновь взял смазку и квадратик с презервативом, дрожащими пальцами начиная смазывать отверстие парня, уже готовое и жаждущее вторжения. Он зубами — осторожно, чтобы ненароком не порвать содержимое — высвободил защитку и умело раскатал по члену, томно вздохнув от пошлой картины разгоряченного юнца под ним. Собрав излишки смазки с его попы, Антон распределил их по всему стволу. Когда томительная подготовка была окончена, он решительно пристроил головку к долгожданному отверстию, слыша лишь торопливое биение их сердец, и одним толчком вошел на целую треть. — Ах! — Вадик, вытаращив глаза, вскрикнул от пронзающей его тело боли. — Сколько в тебе? Сантиметров двадцать? — Плюс-минус, — пожал плечами Антон, — прости, сейчас будет лучше. — Угу, — уверенно кивнув, Вадик отвернулся и, закрыв глаза, постарался расслабиться еще сильнее. Осыпая шею юноши горячими поцелуями, Антон продолжил входить в него, но уже более осторожно, нежно водя подушечкой указательного пальца по краям растянутой вокруг него дырочки, размазывая густое кольцо собравшейся там смазки. — Ты очень тугой, — судорожно усмехаясь, прошептал Антон. — Безумно… — Он уже проник в эту пылающую жаром плоть до самого основания и легко покрутил бедрами на месте, позволяя юноше привыкнуть к своим размерам и ощущению наполненности. — Тебе неприятно? — Вадик обернулся назад, смотря в его глаза так потерянно и невинно, что Тоха расплылся в улыбке. — Мне очень приятно... — он вновь накрыл его пухлые губы своими, играясь с язычком, отвлекая мысли от неприятных, но уже практически растворившихся ощущений. Нежно ведя по извивающейся под ним спине, Антон схватил юношу за ягодицу и медленно начал двигаться, вызывая у Вадика страстный приглушенный стон. В его глазах будто горел огонь страсти, а тело двигалось все быстрее, губы трепетно осыпали нежную шею поцелуями. Парнишка вновь вздрогнул, когда партнер сжал бусины его сосков в тисках пальцев. От боли, остро граничащей с умопомрачительным удовольствием, Вадик закрыл глаза и начал ответно толкаться в такт движениям старшего партнера. Ощущения, испытываемые ими, с каждой новой фрикцией становились все острее. Антон придержвал юношу за талию и, поддаваясь его напору, ускорил ритм. Он врывался в парнишку со звучными шлепками яиц о его уже влажный зад и безудержно стонал вместе с Вадиком, когда уперся головкой о простату. Подхватывая юношу под бедра, реже насаживая его на себя, парень быстро вдалбливался в твердый комок, от чего тому начало резко не хватать воздуха, и он жалобно стонал от каждого нового толчка. Обвив ладонью собственный член, Вадик начал надрачивать его в такт основным движениям, наполняющим его, чувствуя, что вот-вот его резко окатит безумной волной наслаждения. Еще несколько безудержных фрикций, и они оба, задыхаясь от приближающегося оргазма, одновременно кончили. Вадик — от грубой стимуляции простаты и очередных шлепков по попе; Антон — от того, как дырочка вокруг него сильно сжалась в один миг, что он едва ли видел что-либо, находящееся вокруг. Парнишка вновь прогнулся в пояснице, сдавливая свой член у основания, помогая себе спустить все без остатка, пока партнер все еще толкался в его судорожно сокращающееся отверстие. Окончательно насладившись процессом, Антон отстранился и, сняв презерватив, отбросил его. На душе было так блаженно, так прекрасно, словно он в этот момент он переродился подобно фениксу и готов к новому витку в своей жизни. — Я, — Антон, тяжело дыша, повалился рядом с Вадиком, — безумно счастлив, что всё-таки нашел тебя… — Мне тоже сейчас хорошо, — улыбнулся Вадик, тыльной стороной ладони вытирая пот с его лица. — Если хочешь, можешь уснуть. Оставайся у меня, — парнишка приподнялся на локте и нежно поцеловал блондина в кончик носа. — Угу, — только и вымолвил умотавшийся за день мужчина, прикрывая от усталости глаза, мгновенно засыпая. Немного полежав рядом с ним, убедившись, что тот действительно спит, Вадик бесшумно поднялся с кровати, укрывая своего партнера одеялом. Он обошел кровать, лениво потягиваясь, следя за Антоном — спит. Присев на мягкий ковер, подобрал презерватив, засунул туда два пальца и зачерпнул немного спермы, а после наклонился под кровать, доставая оттуда какую-то странную, наверняка достаточно древнюю, весьма пошарпанную и толстую книгу темно-синего цвета с золотым переплетом и голубым треснувшим камнем по центру. Воспользовавшись закладкой, парень тут же открыл нужную ему страницу и сразу же обтёр запачканные пальцы о свободное от красных записей место. В мгновение ока там, где ещё минуту назад ничего не было, появились довольно странные символы, но на этот раз окрашенные в зеленый цвет. С облегчением вздохнув, он дотронулся до области сердца, безудержно улыбаясь. Он был безумно рад и счастлив, а главное спокоен. «Слава богу, что это он… Как же я устал от этого проклятья!» — подумал Вадик, пряча свою реликвию обратно. Немногим позже, приняв теплый душ, удовлетворенный Вадик выключил всю технику и освещение и, взяв покрывало из шкафа, улегся радом с Антоном, продолжая радостно улыбаться. Его глаза сияли так, словно сегодня был лучший день в его жизни, да что греха таить, таковым он и был! «Как бы было глупо и обидно, если бы он меня не нашел. Зря я так его отшил тогда. Боялся», — думал он, прежде чем провалился в глубокий сон.