I hate accidents (except when we went from friends to this)

Джейк подталкивает Чонсона к их общему гостиничному номеру и подмигивает Сонхуну перед тем, как закрыть дверь. Джей что-то ворчал себе под нос, когда они вошли, но потом внезапно остановился.       — Что? — спрашивает Джейк, потому что старший, кажется, застыл. Он заглядывает через плечо Пака и…       — О... Там только одна кровать.       — Ну, по крайней мере, она двуспальная, — оптимистично говорит Джейк, пожимая плечами и проходя мимо Джея, бросая куда-то свою сумку. На самом деле, он не новичок в том, чтобы делить постель вопреки своим первоначальным мыслям.       — Что? Я не могу спать рядом с кем-то! — Джей жалуется и резко роняет свою сумку, когда Шим садится на кровать.       — Ой, да ладно, мы поместимся. Чонсон надувает губы, не двигаясь ни на дюйм. Тот факт, что он на самом деле не дуется нарочно, кажется Джейку смешнее и симпатичнее, и поэтому он заканчивает тем, что хихикает.       — Йа, перестань смеяться! Нам нужно связаться с нашими менеджерами, — говорит Джей и немедленно достает свой телефон из одного из карманов.       — Ты уверен? Они, наверное, всю ночь ищут новый съëмный дом, — заявляет Джейк, лёжа на кровати. Чонсон останавливается на полпути к прокрутке своего телефона и смотрит на него. Шим пожимает плечами, и старший, наконец, уступает с тяжёлым вздохом. — Иди сюда, Джей, ты увидишь, что на самом деле всё не так уж плохо. Старший неохотно подходит к Джейку, пока тот не оказывается сбоку. Шим перекатывается на одну сторону кровати, чтобы освободить место, и, снова вздохнув, Джей, наконец, забирается на кровать и плюхается рядом с Джейком на живот. Джеюн сияет, глядя на невозмутимое лицо Пака.       — Ты слишком близко, — жалуется Джей. Джейк слабо смотрит на него.       — Всё в порядке!       — Это не так! Я не могу так спать!       — О, ты такой ребёнок. Мы же не будем спать, глядя друг на друга! Ты же знаешь, мы будем закрывать глаза!       — Я не ребёнок! Тьфу! Прекрасно! — Джей наконец сдвигается с места, хотя и неохотно, и приподнимается. Он идёт за своей сумкой и садится на пол, чтобы распаковать вещи.       — Дуешься, — дразнится Джейк, и Чонсон усмехается в ответ. Он действительно любит дразнить старшего. Шим не ожидал, что открытие людям, которые важны для него, будет таким. Джейк всегда счастлив, когда он со своими мемберами. Просто невозможно не повеселиться с ними. И даже когда им всем приходится нелегко, – им нелегко вместе, и это убеждает Джейка в том, что он не одинок. Что его мемберы не одиноки. Он всегда старается изо всех сил быть рядом с другими, и ему нравится знать, что он может быть им полезен. Хисын – один из самых талантливых людей в мире. Если не во всей Вселенной. Ли по-настоящему талантлив и, кажется, делает всё с лëгкостью, но на самом деле он проливает кровь, пот и слëзы, чтобы добиться таких результатов. Хисын пользуется его величайшим уважением, и Джейк смотрит на него снизу вверх. Всякий раз, когда их старший ведёт себя мило по отношению к Шиму, он всегда потакает ему. Так они с Хисын каким-то образом сделали привычным есть рамëн почти каждый вечер. Сонхун – его лучший друг. Другого варианта назвать его нет. Джейку очень нравится Сонхун. Пак всегда был рядом с Джеюном, и хотя он знает, что между их талантами и навыками существует огромная пропасть, Сонхун никогда не принижал его. Бывший фигурист всегда поощряет друга, и Джейк дорожит им, делая всё возможное, чтобы утешить первого или просто быть рядом, когда он нужен Сонхуну. Сону всегда будет занимать особое место в его сердце как человек, с которым он исполнял «Crown». Если хорошенько подумать, то Джейк с Сону через многое прошли. Оба новички в жизни стажёров, когда только начинали, и даже сейчас, когда являются айдолами. У них не было такого опыта, как у других, когда дело доходило до пения или танцев. В результате они объеденились, стали опорой друг для друга – всегда доверяют и дают обратную связь, преисполненные решимости не позволить своему короткому периоду обучения помешать себе и команде. Сону поражает Джейка во многих отношениях, и Шим жаждет учиться у него. Он также очень милый донсэн, который не колеблется, когда дело доходит до протягивания руки помощи. Чонвон... Джейку очень нравится Чонвон. Больно смотреть, как он берёт на себя роль лидера, но никто в команде не подходит для этого лучше него. Хисын – кандидат, но их старший помогает им по-другому. А Чонвон всегда был зрелым ребёнком. Несмотря на то, что Джейк старше его, Ян всегда кажется хëном между ними двумя. Когда Чонвон не дурачится, у него есть эта аура, которая заставляет Джейка доверять ему всем сердцем. Но когда он ведёт себя на свой возраст, он самый милый человек на свете. Ни-ки, ах, Джейк так им гордится. Серьёзно. Если бы он мог выставлять напоказ их макнэ, он бы это сделал. Джейк поражён им. Несмотря на то, что у Ни-ки также короткий период обучения, никто не может усомниться в его таланте к танцам. Как бы Хисын и другие хорошо ни танцевали, никто и близко не стоит рядом с их макнэ. Ни-ки танцует так, словно дышит. Естественно. Он танцует так, как должен танцевать всю оставшуюся жизнь. Джейк ему очень завидует и воспринимает младшего как источник вдохновения для совершенствования. Ни-ки также очень озорной, и Джейку это в нём нравится. А тут ещё Джей. Если бы Джейк выбирал одно слово для описания Пака, то оно было бы «милый». Джей очень милый в глазах Джейка. И он даже не собирается этого скрывать. Это не такая привлекательность, как у Сону, который очень хорош в этом, или как у Чонвона, который естественен. Джей просто очень... милый. И это всегда заводит Джейка, потому что Чонсон крутой, развязный и красивый. Но даже когда Джей надевает свою кепку задом наперёд, и его лицо похоже на яйцо, Джейк всё равно считает его милым. Или когда Пак внимательно слушает, что говорят другие, и в конце концов надувает губы, одновременно кивая. Такая привлекательность Джея как раз по душе Джейку. Его также очень забавно дразнить, потому что он просто принимает это как должное. Джейку он очень нравится.       — Перестань пялиться и принимайся за работу. Я не хочу уснуть поздно из-за того, что ты ходишь по комнате, — ворчит Джей, не поднимая глаз.       — Как ты это заметишь? На тебе будут наушники с шумоподавлением и эта нелепая маска для глаз, — дразнит Шим.       —Я почувствую это, я уверен, — Джей свирепо смотрит на него. Джейк смеётся себе под нос, шепча: «Мило». Он решает дать старшему (всего на семь минут) передышку и, наконец, встаёт, чтобы забрать свою сумку. Устраивается рядом с Джеем и начинает распаковывать вещи.       — Хисын-хëн очень сердито посмотрел на меня, когда я согласился поменяться комнатами, — говорит Джей через некоторое время. Джейк фыркает. — В самом деле! Я сразу же отвëл взгляд. Но как я могу сказать «нет» этим двоим?       — Ты имеешь в виду, как сказать «нет» Чонвон-и, — поправляет Джейк. Ни для кого не секрет, что Джей очень любит Чонвона. Чонсон также очень близок и с Сону, и с Ни-ки, но когда дело доходит до физической привязанности, то Чонвон однозначно был любимчиком Джея.       — Ты не видел попытку Сонхуна с щенячьими глазами. Я думал, мне будут сниться кошмары. Поэтому мне пришлось сдаться. Джейк смеётся над этим.       — И да, я действительно не могу сказать «нет» Чонвону, — признаëтся Джей. Шим поворачивается к нему и размышляет, стоит ли ему озвучить свои мысли или просто оставить всё как есть. — Что? Джейк пристально смотрит на него.       — ...Что? — повторяет старший. Неважно.       — Раньше я думал, что у тебя романтические чувства к Чонвону, — заявляет Джейк, готовясь к реакции другого. Он и Джей могли бы быть близкими друзьями (даже лучшими друзьями), но они были хорошо знакомы недолго, в отличие от Чонвона, Хисына или того же Сонхуна. Но всё же Джейк хотел проверить, правильно ли он подумал. Джей моргает, глядя на него.       — Я? В Чонвона? — Чонсон выглядит смущённым. Так что Джейк может ошибаться. — Э, да. Я просто... — а теперь у него нет слов. Он размахивает руками в каких-то неизвестных жестах, затем сдаётся, понурив плечи. — Извини.       — Но что заставило тебя так подумать?       — Ты просто относишься к нему по-другому, вот и всë, — Джейк пожимает плечами, пытаясь закрыть тему. Он идиот, раз открыл свой рот. — В любом случае-       — Я отношусь? И как ты узнал? Джейк тяжело вздыхает. Дело в том, что Джей, как только за что-то берётся, не отпускает это дело, пока не будет удовлетворён.       — Я наблюдаю за всеми вами, когда ничего не делаю, — отвечает он. Это правда.       — И ты почему-то подумал, что у меня есть романтические чувства к Чонвону? — недоверчиво спрашивает старший. Джейк вздыхает.       — Да. Извини. Я не знаю, откуда взялась эта мысль. Тебе, наверное, такое даже в голову и не приходило, — извиняется Джейк. Если подумать, он действительно не знает, когда начал так думать о Джее и Чонвоне. Он не может вспомнить. Джейк мысленно пожимает плечами и продолжает распаковывать вещи. Он просто рад, что Джей не злится. Видишь? Вот почему ему нравится Джей.       — Так ты..?       — Что?       — Колышешься по этому поводу? Джейк моргает, глядя на Джея, в замешательстве. А потом… Ох.       — А, ты имеешь ввиду это. На самом деле, меня это не волнует, — честно отвечает Джейк. Это правда. Честно, ему всё равно. Вообще, обычно он сосредоточен на своих школьных занятиях, а потом на тренировках, так что у него не было времени задумываться над этим. Но если он подумает об этом сейчас, ему правда плевать. Особенно после Сонхуна и Чонвона. Это не совсем справедливо с его стороны так думать, когда он целовал только девушек. Но когда он представляет, что целуется с мальчиком... Он совсем не возражает. Может утвердит своё мнение, однажды поцеловавшись с одним. Чего не будет ещё очень долго. Всё в порядке. С Джейком всё в порядке. Тем не менее, должно быть, приятно быть либо Чонвоном, либо Сонхуном прямо сейчас... Подожди, почему он вообще думает об этом.       — Круто. Меня это тоже не особо волнует, — говорит Джей, не глядя на него. Джейк улыбается этому. После этого они замолкают. По крайней мере, Джейк теперь точно знает, что он думал неправильно. Джей, вероятно, считает, что Чонвон такой же очаровательный, как и все остальные.       — Хотя раньше я был влюблён в Хисын-хëна. И Ëнджун-сонбэнима тоже. И во всех BTS-сонбэним, — спокойно говорит Джей через некоторое время.       — Я почти уверен, что такое было с каждым, — смеётся Джейк.       — Разве это не было бы странно? Я имею в виду, что Хисын-хëн – мой друг. Остальные – сонбэнимы, это нормально смотреть на них снизу вверх. Но Хисын-хëн... — Джей умолкает. Джейк смотрит на него.       — Кто не восхищается Хисын-хëном? Я уверен, что все в группе это делают. Даже во время I-Land, хëн был тем самым человеком, который со всем обязательно справлялся. Думаю, что это нормально. Я тоже восхищаюсь им. Джей надувает губы и кивает. Джеюн пристально смотрит на него. Он выглядит так, как будто размышляет, но не уверен, говорить это вслух или нет.       — Или ты имеешь в виду, что хочешь держать его за руку и целовать?       — ТОЛЬКО НЕ ТАК! — Джей свирепо смотрит. Джейк смеётся. После этого они снова замолкают. Джейк подумывает над тем, чтобы зайти за Хисыном и поесть с ним рамëна быстрого приготовления, но есть вероятность ранней утренней съëмки, а они не хотят быть опухшими. Джейк чувствует себя неловко из-за того, что надеется, что их менеджеры не найдут новый арендуемый дом немедленно (для них, должно быть, это тяжело), но он действительно хочет просто бездельничать со своими мемберами без ограничений и страха сделать что-то не так перед камерами. Джей наконец заканчивает и встаёт, чтобы потянуться.       — Я пойду в душ первым, — говорит Чонсон.       — Нечестно! Давай так, как мы обычно всё решаем! — Джейк жалуется. Они должны сыграть в «камень-ножницы-бумага».       — Почему бы и нет? Но ты ещё не закончил, — дерзит Джей, уперев одну руку в бедро. Джейк сердито смотрит на него, а затем откидывается назад, пока не оказывается лежащим на спине на кафельном полу, широко раскинув руки.       — Я так устал.       — Тогда заканчивай быстрей, чтобы ты мог принять душ, а затем лечь спать. Я иду первый- Внезапно раздаётся стон. Джей делает паузу, и Джейк поднимает голову достаточно, чтобы посмотреть на старшего. Чонсон слегка наклоняет голову в замешательстве.       — То, что было... Ты что-нибудь слышал? — спрашивает старший. Шим поджимает губы, чтобы не улыбнуться. Он почти уверен, что звук доносился из соседней комнаты. Хм, это звучит как Сонхун, но он не хочет говорить об этом Джею и заставлять последнего ломать стену, отделяющую следующую комнату. Поэтому Джейк невинно качает головой, широко раскрыв глаза.       — А что? Ты что-то услышал?       — Хм. Я подумал... Неважно, — наконец говорит Джей и смотрит в стену. Джейк садится и снова начинает распаковывать вещи, качая головой. Что задумали эти двое? Что ж, он доверяет им обоим. И на самом деле это не его дело. Им повезло, что Хисына нет в этой комнате.       — Что ты думаешь о Сонхуне и Чонвоне? — внезапно спрашивает Джей, всё ещё приклеенный к месту.       — Э-э-э... Они трудолюбивы и талантливы, — честно отвечает он. Старший поворачивается и свирепо смотрит на него.       — Я имею в виду то, что эти двое вместе, — уточняет старший, как раз в тот момент, когда другой звук просачивается сквозь стены. Джейк чувствует, как его лицо краснеет.       — Э-э...       — Ты и дети, кажется, уже так спокойно к этому относитесь, так что мне интересно, не слишком ли я остро реагирую. Я имею в виду, конечно, я могу понять ту часть, где Чонвон-и помогает Сонхуну с... кормлением и всем прочим, потому что, честно говоря, я почти уверен, что мы сделали бы то же самое для любого в команде. Но... Я знаю, они не встречаются или что-то в этом роде, однако разве они уже, типа, не вместе, или это тайна?       — Я думаю да, — Джейк пожимает плечами. Было бы странно, если бы они не встречались.       — Как ты относишься к этому? Это не... странно?       — В смысле странно?       — Я имею в виду, не странно «странно», — Джей стонет. — Ну это, ах, я не знаю, как описать это словами, — он продолжает закрывать лицо руками. Джейк даëт ему собраться с мыслями и продолжает распаковывать вещи. Он просто рад, что в другой комнате стало тихо. Джей какое-то время молчит, и Шиму хочется, чтобы он снова заговорил. Как бы сильно он ни любил своих мемберов, он не желает слышать, чем они занимаются в своих комнатах наедине.       — Я думаю, я просто имею в виду, что это странно, потому что у меня не было ни малейшего представления. Серьёзно, когда ты и другие рассказали мне, я не мог понять, как пропустил это. Мы тусуемся каждый день, — наконец говорит старший, с ноткой разочарования в голосе. Для такого человека, как Джей, который полагается на логику, должно быть, действительно неприятно пропускать что-то настолько очевидное прямо перед собой.       — Мы действительно должны позволить им это. Они хорошо это скрыли. У Чонсона, в отличие от остальных (скорее всего Джейка), есть свой собственный мир. Он без проблем общается с остальными и даже проводит с ними время (ужины, походы по магазинам и всё такое). Но он тоже может прятаться в их комнате, если у него есть что-то, чем он одержим. Например, изучать французский, смотреть абсурдные документальные фильмы или читать не менее абсурдные книги. Он жаждет знаний и может провести целый день не двигаясь с места. Так что в этом, на самом деле, нет ничего удивительного, что он пропускает что-то, происходящее прямо перед носом, когда всё его внимание сосредоточено на другом. И он, вероятно, даже не предполагал, что кто-то мог бы встречаться с мембером группы. Не то чтобы Джейк тоже.       — Нет, я имею в виду, что я пропустил это. Ты, Хисын-хëн, Сону и даже Ни-ки что-то да замечали. Просто не могу понять, как я ничего не видел, — признаëтся Джей.       — Дружище, ты слишком много на себя берёшь, — шутливо говорит он, решив разрядить обстановку. В последний раз Джей был так расстроен из-за себя во время I-Land, и Джейк не хочет возвращаться к этому. К своему ужасу, Пак начинает дуться (непреднамеренно), выражая печаль и отвращение к себе на своём лице. Ещё один стон разносится в воздухе, но Джейк игнорирует его, предпочитая встать и подойти к другу. Не поймите его неправильно, надутый Джей – милый Джей, но не такой. Он не хочет дискредитировать другого, зная, как сильно Пак гордится своими знаниями.       — Эй, я не это имел в виду, — начинает он, подходя ближе. Джей отворачивается, всё ещё поджав губы и пытаясь выглядеть безразличным. Он с треском проваливается.       — Всё в порядке. Наверное, ты прав. Я слишком много себе позволяю. Я бы, наверное, не заметил этого, даже когда...       — Эй, Чонсон-а, — тихо зовёт он и слегка тянет его за руку. Это имя всё ещё чужое для его языка, но он практиковался называть друга так. Старший снова пытается отвернуться, но Джеюн снова тянет его за руку, ровно настолько, чтобы он это почувствовал.       — Что, — говорит Джей, его лицо не выражает ничего, а глаза пустые.       — Не делай этого. Мне очень жаль. Я не это имел в виду, — извиняется он, теребя нижнюю губу. Он искренне чувствует себя плохо. Джей – один из его самых любимых людей в мире, даже если он не признается в этом с дулом пистолета у виска. Меньшее, что он хочет сделать, это расстроить парня, живя с ним в одной комнате. Ему могло бы быть очень весело с Джеем, даже если он пропустит вечер поедания рамëна с Хисыном и Ни-ки. С Чонсоном легко разговаривать. Он одного возраста с Джейком, и у них много общего.       — Эй, — пытается он снова и опускает лицо, чтобы попытаться поймать взгляд старшего. Как и ожидалось, Джей отворачивается, поэтому он пытается вновь, преследуя лицо другого, пока рука друга не толкает его в лоб.       — Разве ты раньше не слышал о личном пространстве? Ты у меня перед носом, — говорит Джей своим обычным фальшиво раздражённым тоном. Джейк улыбается, не останавливаясь.       — Это идея, — отвечает он и продолжает приближать своё лицо, пока Чонсон, наконец, не смягчается. Последний прекращает попытки вырваться и невозмутимо смотрит на него сверху вниз, в то время как Джейк заглядывает ему в лицо, слегка присев. Внезапная близость заставляет Шима остановиться, вглядываясь в черты другого человека. Он никогда раньше не видел Джея так близко. В его голове вспыхивает тот единственный раз, когда им пришлось встретиться лицом к лицу во время съëмок «Given-Taken», но это расстояние было ничем, по сравнению с тем, что было прямо сейчас. Всё, что он может видеть, – это маленькое, но угловатое лицо, обрамлённое тёмными волосами. Его корни были недавно подкрашены для их камбэка, и на нём не было надето очков. Находясь так близко, Джейк может понять, почему некоторые энджини одержимы им. Он необычайно красив. Джей стоит в нескольких сантиметрах от него, и его глаза не выражают никаких эмоций, когда он смотрит на Джейка сверху вниз. Он только выглядит скучающим и нетерпеливым. Джейк отказывается отступать. Он ласков по натуре и любит физический контакт, хотя немного неловко показывать эту сторону своим товарищам 02-лайна, потому что у них одинаковый возраст. Тем не менее, он не отодвигается и просто моргает, глядя на другого.       — Мне очень жаль, — говорит он как можно искреннее. Он не привык быть таким, особенно с Джеем, так как они обычно спорят или прикалываются, но он не позволит своей маленькой шутке омрачить их динамику отношений.       — Я сказал, всё в порядке, не так ли?       — Это не нормально. Ты расстроен. Я же вижу.       — Но не на тебя.       — И всё же-       — Забудь об этом. Серьёзно. Я переживу это, — Джей заканчивает, сжимая его плечо, прежде чем отвернуться. Джейк позволяет своим рукам упасть с того места, где он держал чужую руку. Он не должен настаивать на этом, он знает. Но не может удержаться от желания подтолкнуть другого на большее ещё немного. Это то, как он ведёт себя с Джеем. И поэтому обхватывает рукой предплечье старшего и снова тянет его, в этот раз чуть сильнее. Он не ожидал, что Джей споткнётся об ногу. Джейк немедленно тянется, чтобы поймать другую руку Пака и стабилизировать, и останавливает его падение собственным телом.       — Эй! Всë заканчивается тем, что лицо старшего нависает над ним, едва на расстоянии вытянутой руки, с выражением неприкрытого удивления на лице. Джейк открывает рот, чтобы что-то сказать, но чувствует движение у своей груди. Он смотрит вниз и понимает, что Джей тяжело дышит рядом с ним. Внезапно он слишком остро ощущает тёплое дыхание у своего приоткрытого рта и свою собственную крепкую хватку на руках старшего. Джейк быстро моргает, чувствуя, как его затылок согревается от неожиданной близости. Он планирует отодвинуться и высвободить друга. На самом деле, он бы так и сделал, но потом заметил любопытный взгляд Джея, наблюдающий за губами Шима. Какая-то мысль крутится на задворках его сознания, и прежде чем он успевает дважды подумать об этом, Джейк уже сокращает небольшое расстояние между ними. Это был едва ли поцелуй. Они даже не закрыли глаза. Но Джейк чувствует тëплые потрескавшиеся губы напротив своих; чувствует сбитое дыхание Джея между их губами. Носы почти соприкасаются, и Джейк слегка наклоняет голову, чтобы они не столкнулись, но тут он внезапно ощущает холодный воздух, а Чонсон выбегает из их гостиничного номера.

***

Что за чëрт. Они с Джейком поцеловались. Нет, Джейк поцеловал его! Он ничего не сделал. Он просто... был там. Какого чёрта.       — Ты не против подождать немного? Мне нужно принять душ. Джей поднимает глаза после того, как глядел в одну точку, и складывает локти на колени. Он видит перед собой Сонхуна, отвратительно потного и без рубашки.       — Сонхун-хëн, кто там? — голос Чонвона внезапно доносится из ванной.       — Это Джей! Он сказал, что они с Джейком поцеловались- АЙ!! Старший ничего не может сделать, его щеки горят, из-за вновь вспыхнувших воспоминаний об этом. Его ступня болезненно ноет после того, как ударила ногу Сонхуна.       — Стены тонкие, как бумага! Заткнись! — он шипит.       — Я просто говорил Чонвон-и. Ой, это правда больно, — жалуется Сонхун со слабым блеском в глазах, массируя ногу. Чонсон принюхивается, а затем морщит нос от неприятного знакомого запаха, исходящего от одного из его лучших друзей.       — О Боже, от тебя пахнет спермой. Уходи, — говорит он. Сонхун закатывает глаза.       — Я собирался принять душ, прежде чем ты грубо прервал меня, — напоминает младший. Джей должен был пойти к Хисыну. Но после вздрагивает при мысли об этом.       — Джей-хëн и Джейк-хëн поцеловались? — голос Чонвона исходит из ванной, в нём нет ни малейшего удивления или чего-то ещё. Он звучит так, будто просто убеждается, что услышал правильно.       — О боже, — он, по правде говоря, смущён, и у него горит лицо.       — Джей-я, я быстро, — Сонхун коротко похлопывает его по плечу, прежде чем направиться в сторону душа. — Чонвон-а, я вхожу. Дверь ванной комнаты открывается, и Сонхун без колебаний входит внутрь. Джей краснеет, понимая, что они будут принимать душ вместе. Он потирает затылок, чувствуя себя неловко по совершенно другой причине. Он не позволяет своим мыслям блуждать, но даже звук бегущей воды не помогает. Если бы Джей был в гораздо лучшем психическом состоянии, то не допустил бы этого в своё дежурство, но его мысли витают повсюду с тех пор, как он вышел из их с Джейком комнаты. Он всё ещё может чувствовать давление. Чонсон щипает бедро, в надежде успокоить свои мысли, достаточно сильно, чтобы боль не исчезла даже после того, как отпустит кожу. Джей закрывает глаза и глубоко дышит, сосредотачиваясь на боли. Он отказывается думать о том, что произошло. Старший не хочет иметь дело с чем-то, что не может решить самостоятельно. Это будет бессмысленно. Что ему нужно сделать, так это поговорить с самим Джеюном. И тогда он сможет думать о них нормально. А пока он просто... будет держаться подальше и постарается сам не паниковать. Джей считает себя психически сильным, но у его физического тела собственный разум. Это раздражает, даже когда он этого не хочет. Ему нужно лучше тренировать своё тело. Думая об этом, Чонсон, наконец, выпрямляется. Он видит смятое состояние постели на другой кровати и морщит лицо. Образ двух его мемберов, сплетённых вместе, мелькает в его голове, и он быстро трясёт ею, чтобы избавиться от этого, ненавидя нарастающий жар на своих щеках и шее. Часть его всегда будет хотеть убить Сонхуна за то, что он даже подумал о том, чтобы пить кровь Чонвона, но рациональная часть его мозга знает, что этого хочет их молодой лидер. Чонвон всегда был сильным, и он действует своим умом. Если это то, что он считает правильным и логичным, то Джей может смириться с этим. До тех пор, пока он не подумал... о кое-чём непристойном. По типу факта о том, что они принимали душ вместе. Джей хмурится и напрягает слух. Всё, что он слышит, – это бегущая вода. Хорошо. Что ж, Чонсон будет раздражён, если окажется, что он сидит здесь в панике, а его лучший друг предпочитает целоваться со своим (не)парнем, чем слушать его. Джей позволяет своему разуму на пару минут отвлечься от тривиальных вещей. Он не думает ни об одном из своих мемберов группы, потому что под ними он имеет в виду Джеюна; он не думает о нём, пока собственное тело не начнёт сотрудничать с разумом. Если он краснеет от одной лишь мысли о своём друге, то что случится, когда они будут разговаривать лицом к лицу. Джей предпочёл бы, чтобы его застрелили. Ему не приходится долго ждать, потому что через несколько минут Чонвон и Сонхун выходят из душа, одетые в гостиничные халаты, с полотенцами на головах.       — Джей-хëн, — приветствует Чонвон, выглядя очаровательно с мокрыми волосами, падающими на лицо.       — Привет, — Чонсон слабо кивает в ответ.       — С тобой всё в порядке? Джей проводит рукой по лицу, вздыхая. Он правда не понимает, всё ли с ним в порядке. Он злится? Он не уверен. Или он потерян? Он всё также не имеет понятия.       — Ну, не думай об этом слишком много. Я оставлю вас с Сонхун-хëном сегодня вечером. Я поселюсь в комнате с Джейк-хëном, хорошо? — говорит Чонвон, роясь в своих вещах в поисках сменной одежды. Джей сразу же чувствует себя плохо. Это первый раз за долгое время, когда эти два голубка наконец-то могут остаться наедине. Последние месяцы были беспокойными, и все дразнили их поодиночке. Они даже спросили Джея ранее, могут ли они поменяться местами, а сейчас...       — Нет, я… простите. О боже… Вон-а, ты не должен... — он начинает вставать и в его голосе слышно сожаление. Он не может поверить, что настолько эгоистичен.       — Джей-я, садись. Мы разговариваем. Чонвон всё ещё будет здесь утром, — прерывает Сонхун, надевая футболку и бросая одну из своих Чонвону.       — Он прав. Послушай хëна. Оставайся здесь, — соглашается со старшим Чонвон, надевая футболку Сонхуна. Джей поджимает губы, чтобы не выпячивать их (он не дуется, чëрт возьми) и опускается обратно на кровать, на которой сидел. Чонвон ободряюще улыбается ему, показывая большой палец вверх.       — Хён, позаботься о нём, — говорит их лидер Сонхуну, пока сокращает расстояние между ними двумя и целует, встав на цыпочки, прямо в губы своего (не)парня. Джей замирает при виде этого зрелища. Он быстро отводит взгляд, но поцелуй заканчивается так же быстро, как и начался. Чонсон пытается смотреть куда угодно, только не на пару, но встречается взглядом с Сонхуном, который с вопросом изогнул в его сторону бровь.       — Это не было неприлично, — говорит Сонхун. Джей закатывает глаза, хотя его сердце бешено бьётся. Неужели ранее они с Джейком выглядели также?       — Ах! Остановись, мозг! — Джей кричит вслух, чтобы остановить мысли. Чонвон вздрагивает от громкого звука, прижимая руку к груди.       — Ты напугал меня, Джей-хён.       — Пожалуйста, не кричите, стены тонкие, как бумага, — повторяет Сонхун слова Джея, вытирая волосы полотенцем, а затем поворачивается к лидеру. — Высуши волосы перед сном. Чонвон корчит ему рожицу, и Джей наблюдает, как тёплая улыбка расплывается по лицу Сонхуна. Он бы испытывал отвращение к вопиющему проявлению фаворитизма (Чонвон чаще всего всегда является причиной этой улыбки), если бы он не вëл себя так же, когда Чонвон непреднамеренно ведёт себя мило. Он успокаивается, закатывая глаза.       — Спокойный ночи, — Чонвон протягивает руку и ненадолго сжимает талию Сонхуна, прежде чем подойти к Джею и быстро обнять его. Чонсон обвивает одну руку вокруг талии лидера и прижимает голову к его животу, делая глубокий вдох. Младший осторожно гладит по волосам, а затем отпускает. Старший почти сразу скучает по теплу. Лидер наконец покидает комнату, и Джей готовится к предстоящему разговору. Он вдруг колеблется в тишине комнаты. Серьëзно, о чëм он думает? Они с младшим знакомы давно, но Сонхун и Джейк – лучшие друзья. Прямо лучшие, закадычные друзья. Может, ему и вовсе не стоило приходить сюда. Может быть, Джейку следовало быть здесь вместо него. Подожди, Шим вообще переживает по этому поводу? Или это односторонняя паника со стороны Джея? Эта мысль раздражает его. Он не может быть единственным, кто теряет здравомыслие из-за этого. Но Джейк целовался до этого. Со многими. Может, это что-то обыденное для него? Это нормально в Австралии? Конечно, поцелуй между двумя друзьями мог бы быть платоническим приветствием в США, но это практикуется не так часто, как это изображают неамериканцы. Джей, по крайней мере, не знает никого в Сиэтле, кто целовал бы своего друга в губы в знак приветствия, хотя он знает, что они существуют. Так ли это работает в Австралии? Может быть, концепция платонических поцелуев пришла из Австралии. Его внутренний монолог грубо прерывается потной футболкой, брошенной в лицо.       — Прекрати это. Я слышу, как крутятся шестерёнки в твоей голове, — говорит Сонхун, нахмурившись, и садится на другую кровать напротив него. Джей смотрит вниз на футболку в его руке и осознаёт, что она принадлежит Чонвону. Младший быстро выхватывает еë из чужих рук.       — Я переосмысливаю всё это, — Джей решает быть честным.       — Удачи с этим. Мы говорим об этом.       — Я серьëзно. Может быть, это не так уж и важно, но я делаю это таковым, — настаивает он, игнорируя неприятное ощущение, которое приходит с этой мыслью. Его лучший друг бросает на него непонимающий взгляд.       — Чонсон-и, поцелуй – это большой шаг. Особенно между друзьями. Особенно между друзьями мужского пола.       — Не называй меня так. И меня не волнуют такого рода вещи...       — Какие? — Сонхун прерывает. — Чонсон-а... — младший раздражённо закатывает глаза. Он не может поверить, что они разговаривают меньше минуты, а он уже близок к тому, чтобы сойти с ума.       — Нет, я имею в виду, которые из них тебя не волнуют? — уточняет. Джей хмуро смотрит на него и пытается вспомнить его предложение. А.       — Я имею в виду, — он использует свои пальцы, чтобы процитировать и обозначить кавычки в воздухе, — «между друзьями мужского пола». И Джейк тоже. В любом случае, это то, что он сказал, — ему не нужно было включать Шима в это предложение, он не знает, почему это сделал, но уже слишком поздно брать свои слова обратно. Сонхун поднимает брови, глядя на него с интересом.       — Почему ты так на меня смотришь? Ради бога, у тебя есть парень. Тебя это не беспокоит?       — Не переводи стрелки на меня. Очевидно, что это меня не беспокоит. Может быть, если бы это был не Чонвон, тогда да, я был бы обеспокоен и, вероятно, испытывал бы экзистенциальный кризис. С другой стороны, ты, я думал, будешь более... — собеседник замолкает, прищурившись. Джей закатывает глаза. — Подожди, тебе когда-нибудь нравился Чонвон-и? Он стонет и раздражённо хлопает себя ладонью по лбу.       — Почему все спрашивают меня об этом? Нет!       — Что насчёт Хисын-хëна? Джей бросает подушку ему в лицо. Сонхун хихикает.       — Я смотрел на него снизу вверх. Это совсем другое, — смущённо поясняет Чонсон. Вот почему ему не стоило приходить к Пак-чёртову-Сонхуну.       — Что бы ни заставляло тебя спать по ночам, Пак Чонсон, — самодовольно говорит Сонхун, откидываясь на спинку кровати и поддерживая свой вес рукой. Боже, что Чонвон нашёл в этом надоедливом придурке? Старший закатывает глаза, кажется, в энный раз за этот час. Второй ухмыляется.       — Хорошо, теперь, когда мы установили, что тебя не волнуют такие вещи…       — Фу.       －...Давай вернёмся к тому факту, что да, это важно. Поцелуй – это большое дело.       — Это не обязательно должно быть так. Может быть, для него это ничего не значит, — настаивает Джей.       — Мы этого не знаем.       — Он целовался со многими. По крайней мере, с двумя точно, — бормочет старший. Сонхун подражает ему, надувая губы. Джей закрывает глаза и молится о внутреннем покое. Он слышит неповторимый смех Сонхуна, без сомнения, тот издевается над ним. Если Чонсон в конечном итоге убьёт этого мудака, Чонвону лучше простить его.       — Хорошо, хорошо. Не убивай меня сейчас. Я постараюсь быть серьёзнее. Перестань быть милым, — говорит младший, всё ещё хихикая. Джей закрывает лицо ладонями и беззвучно кричит.

***

Джейк наблюдает, как дверь захлопывается, и он остаётся в тишине. Шим моргает. И снова моргает. Он только что... поцеловал Джея? Стоп. Нет, нет, нет. Он мотает головой. Этого не может быть. Он прикасается пальцем к губам, по-видимому, ошеломлённый, а затем быстро убирает, когда понимает, насколько неловким было это действие. Подождите. Он правда поцеловал Джея. Одного из своих лучших друзей? Его мембера? Джея, блять, Пака?!       — Боже мой, — с нарастающей болью в голове, Джейк бормочет, пытаясь осознать происходящее. Он хватается за голову и садится на их кровать: глаза широко раскрыты, он не верит в произошедшее. Шим пытается вспомнить, что произошло. Они просто были здесь, стояли. Джейк пытался извиниться. И Джей был явно расстроен. А потом его лицо оказалось... прямо перед ним. Так что, Джейк просто приблизился и... Он резко встаëт, чтобы прервать эту мысль, тряся головой, как будто хочет физически избавиться от неё. Это была случайность. Правильно? Это была случайность... Верно. Поэтому ему просто нужно извиниться.       — Правильно, Джейк. Просто извинись, — говорит вслух, рассеивая ненужные мысли. Он встряхивает руками и слегка подпрыгивает на ногах, чувствуя, что только что закончил разминку. Он делает глубокий вдох и задерживает его на несколько секунд, достаточно долго, чтобы почувствовать, как горят его лёгкие, но Шим не отпускает. Он ощущает, что его сердцебиение замедляется. Некоторое время назад это были гонки. Сердцебиение мчится с тех пор, как он сел на кровать и понял, что только что сделал. Джейк, закрыв глаза, мотает головой. Он наконец переводит дыхание, наслаждаясь спешкой, которая на мгновение отвлекла его. Когда он открывает глаза, Шим чувствует, что может мыслить яснее. Ладно. Он просто извинится, и они оба оставят это в прошлом. Да. Им не нужно анализировать то, что произошло. Это была просто случайность. Ага. Хорошо. Джейк хрустит костяшками пальцев, затем вытягивает предплечья и сразу же чувствует себя нелепо. Он не собирается сражаться с Джеем. Он просто... извинится. Он морщится от этой мысли. Как они пришли к этому?       — Возьми себя в руки, Шим. Поехали. Нет времени лучше, чем сейчас. У-у-у! Дверь открывается, и Джейк издаëт (не мужественный) визг, падая обратно на кровать и удивлëнно хватаясь за грудь. Ни-ки поднимает брови, глядя на него с порога.       — Йа, Ни-ки! Перестань пугать своего хёна, — он кричит, а сердце всё ещё бьётся слишком быстро.       — Я постучал, хотя… — их макнэ начинает лгать (серьёзно), но его предложение заканчивается визгом, когда чья-то рука бьёт его по затылку, будто наказывая… Ни-ки угрюмо ворчит, потирая голову, когда дверь открывается шире. Хисын заглядывает прямо за макнэ, одной рукой держась за дверной косяк над головой Ни-ки, а Сону выглядывает за их плечами, стоя на цыпочках.       — О господи, ребята, — выдыхает Джейк; его первоначальная паника возвращается и обретает новые краски. Остальные сразу же распознают его состояние и стекаются внутрь, оставляя дверь открытой и засыпая вопросами, которые мозг Джейка отказывается обрабатывать. Хисын оказывается рядом с ним первым, и Шим тут же хватает старшего за руку своими обеими и утыкается в неё лицом. Он крепко зажмуривает глаза и наслаждается комфортом, как будто может впитать его прямо из ткани.       — Хён? Что случилось? — в отчаянии спрашивает Сону, его кисти блуждают по спине, рукам и плечам Джейка, словно он проверяет наличие каких-либо физических повреждений.       — Джеюн-а, ты в порядке? Может, нам позвонить менеджерам? — спрашивает Хисын, проводя свободной рукой по затылку Джейка. Шим качает головой в ответ на его вопрос.       — Джейк-хëн? — Ни-ки опускается на колени рядом с ним и зовёт тихим, явно обеспокоенным голосом.       — Я в порядке, в порядке, — наконец выдыхает Джеюн, слегка вздрагивая, и поднимает голову, чтобы посмотреть на всех троих. — Извините, что заставил вас волноваться, ребята, со мной всё хорошо, правда.       — Хён, ты выглядишь не очень хорошо, — возражает Сону.       — Да, ты выглядишь потрясённым. Джейк делает глубокий вдох и отпускает руку Хисына, отодвигаясь от него. Старший отпускает его, хотя и неуверенно.       — Я просто... — он замолкает, задаваясь вопросом, должен ли сказать им.       — Просто..? — с любопытством подсказывает Ни-ки. Джейк проводит рукой по волосам, ёрзая и смущаясь. Он чувствует, как горят его щёки, и решает открыться.       — Я поцеловал Джея! — в конце концов он громко кричит и тут же зажимает рот рукой.       — Что... — растерянно спрашивает старший.       — …Прости, что?! — в ответ кричит Сону.       — АХХАХАХ!! — чуть ли не задыхается Ни-ки.       — Я имею в виду, это было случайно! — Джейк сразу же опоминается, увидев их реакцию. — Ну, не совсем случайность, но и не специально! Ни-ки смеётся ещё громче и падает на пол, в то время как Сону и Хисын ошеломлëнно смотрят на него.

***

      — Так ты хочешь сказать, что поцеловал его под влиянием момента? Джейк торжественно кивает. Они все успокоились после первоначального шока (кроме Ни-ки, который теперь развалился на кровати; плечи его трясутся от беззвучного смеха), и Джейк наконец объяснил, что на самом деле произошло.       — И всë-таки, почему ты поцеловал Джей-хëна? — спрашивает Сону, всё ещё не веря своим ушам. — Я имею в виду, я понимаю, что вы, ребята, говорили о каких-то вещах, но зачем целовать его?       — Он запал на Джей-хëна, —хихикает их макнэ, и Джейк хлопает его по бедру достаточно сильно, чтобы он застонал от боли.       — Да не запал я на него! Как я уже сказал, он просто был... там. А потом это просто случилось. Теперь он, наверное, сходит с ума, и я действительно не хочу раздувать из этого проблему.       — Ты сходишь с ума, — поправляет Хисын. Джейк замолкает и тяжело вздыхает, потому что, да, он сходит с ума.       — Но... ты же на самом деле не хотел его целовать, верно? Как ты уже сказал, это просто случилось. Получается... если бы с тобой был кто-то другой, ты бы всё равно закончил тем, что поцеловал его? — Сону звучит неуверенно, задавая вопрос. Ни-ки давится, наверняка представляя себя на месте Джея.       — Ну, — задумывается Джейк и представляет себе кого-то другого. Первый, кто приходит в голову — Сонхун. А потом Шим сразу же вспоминает страшное пустое лицо Чонвона, когда тот злится на них. Джеюн качает головой. — Вероятно, не Сонхун или Чонвон... — он замолкает, обведя всех взглядом и поняв, что все они выглядят напуганными перспективой того, что Джейк поцелует любого из них.       — Ладно, ладно, давай не будем этого делать. Факт в том, что это был Джей, — говорит Хисын, и все они кивают в знак согласия. — И ты на самом деле не собирался его целовать? Значит, ты не питал и не развивал к нему никаких романтических чувств, типа…       — Хён! — Джейк стонет.       — Так это не похоже на Сонхун-хëна и Чонвон-хëна? — Ни-ки перебивает, и Джейк смотрит на него, моргая. — Тогда просто извинись.       — Я как раз собирался это сделать, — старший бросает взгляд на макнэ. Сону слегка хихикает. Джейк кивает, чувствуя, что проблема решена. Он планировал извиниться до того, как пришли ребята, но до этого Шим просто сходил с ума. Теперь, когда Джеюн рассказал об этом, он понял, что в этом нет ничего такого, и, наконец, успокоил свои нервы.       — Ты прав. Я должен просто извиниться. Сону кивает в знак согласия. — Джей-хëн, вероятно, просто хочет объяснений, и если ты скажешь, что это было просто под влиянием момента, он поймёт, и у вас, парни, всё будет хорошо. Сону прав. Это же так просто.       — Кстати, тебе это хоть понравилось? Все стонут в унисон, кроме Ни-ки, который, конечно, задал этот вопрос.       — Йа, зачем ты спрашиваешь? — Сону встревает с раздражённым лицом.       — Мне любопытно, — отвечает Ни-ки, пожимая плечами.       — Ты всегда задаёшь самые странные вопросы, — говорит Хисын, выглядя устало.       — Ты хотел сказать правильные вопросы, — поправляет их макнэ, шевеля бровями. Джейк бы рассмеялся, если бы не чувствовал себя таким несчастным и смущённым. — Ну, Джейк-хëн, тебе хотя бы понравилось? Джейк стонет: «Нет, Ни-ки. Мы едва ли соприкоснулись губами».       — Ц, получается без языка. Это даже не поцелуй. Сону поворачивает своё искаженное в отвращении лицо к Ни-ки, и тот подмигивает ему. Ким давится, прежде чем сказать: «Ну, я не знаю, волнуют ли Джей-хëна подобные вещи, но это был его первый поцелуй». Джейк чувствует, что его мысли останавливаются. О, чëрт.