Несуразная

      Инуи смотрит на сидящую перед ним на земле девчонку, которая со своей, кажется, привычной глуповатой улыбкой глядит на него, сложив ручки на коленях, и кое-как удерживает себя от желания вздохнуть в голос. Во-первых, он не должен терять лицо, когда вокруг всё ещё толпятся Драконы — их, вообще-то, разогнал босс, но мальчишки не особо горели желанием расходиться, надеясь на продолжение «шоу». Во-вторых, он не хочет, чтобы его дурацкая родственная душа поняла, что ещё чуть-чуть, и его терпение лопнет. Она раздражает его, несомненно, но если он потеряет самообладание, то она догадается, что может таким способом действовать ему на нервы в каких-нибудь одной ей известных целях.       С другой стороны, он ведь уже предупредил, что если Нагата продолжит в том же духе, то о сближении с ним может и не мечтать. Для неё ведь это важно. Хотя не то чтобы у неё есть шансы…       — Хорош глаза лупить, — грубо бросает он, складывая руки на груди. — Вставай, тебе уже пора.       — Не могу, — Саори качает головой, и её улыбка становится неловкой. — Инупи-кун, я, кажется, юбку порвала.       Парень закатывает глаза и с недовольным видом складывает руки на груди.       — В чём проблема? Дома зашьёшь.       Но девушка снова качает головой и опускает взгляд, смутившись ещё сильнее.       — Я её там порвала.       Сейшу не видит себя со стороны, но готов поклясться, что у него дёргается глаз. Да как так-то? И вот эта недотёпа — его родственная душа? Чёрт, похоже, в прошлой жизни он очень сильно провинился перед кем-то, иначе за что бы Судьбе его ещё так наказывать?       Одно радует — навряд ли она станет на столь видном месте делать заплатку и выбросит этот аляпистый кусок ткани.       — Ну и что с тобой делать?.. — Инуи всё-таки вздохнул и, потянувшись к пуговицам на своей длинной форменной куртке, начал быстро расстёгивать их. Он скинул её с себя и обошёл родственную душу сзади. — Поднимайся, — приказал он и добавил, чтобы пресечь ненужные вопросы: — Никто не видит.       Девушка кивает и, чуть постанывая от неприятных ощущений, аккуратно поднимается на ноги. Сейшу вскользь окидывает её зад взглядом. На тонкой юбке в районе пятой точки действительно зияет округлая дыра — это не считая множества маленьких дырочек, которые располагаются ниже — и из неё выглядывает обтягивающая чёрная ткань с узором в виде розовых сердечек. Бельё такое же нелепое, как она сама.       Отмахнувшись от посторонних мыслей, он небрежно роняет куртку ей на плечи, и Саори чуть покачивается от неожиданной тяжести. Она сама поправляет её, натягивая получше, и поворачивается к соулмейту лицом. Инуи понимает, что теперь она была одета в две куртки, а потому выглядела ещё более глупо.       Нет предела совершенству.       Девчонке стоило бы сказать ему спасибо, но она почему-то смотрит на него выжидающе, слегка щуря зелёные глаза, и молчит. Инуи не понимает, чего она от него хочет, и ему не нравится, когда на него смотрят так пристально. А она даже не просто смотрит, она как будто изучает, пытается заглянуть внутрь него и разглядеть там что-то. Всё ещё надеется наладить с ним отношения. Дура.       — Что ещё? — не выдерживает парень.       — Ноги болят сильно, — жалобно бормочет она, надув губы. — Кожу, наверно, содрала.       Инуи с недоумением выгибает бровь.       — И что ты предлагаешь?       Нагата пожимает плечами, мол, не знает. Ну да, конечно. Знает она всё, это же предельно просто. И Инуи тоже знает, что она задумала.       — На спину тебя посадить? — он презрительно фыркает. — Может, ещё на руки взять? Не хочешь?       Девчонка начинает сиять лицом.       — Хочу! — радостно восклицает она, словно не замечая издёвки в его голосе. Ну прямо как ребёнок, ей-богу.       — Тц! — парень раздражённо цыкает и на мгновение отрывает от неё взгляд, чтобы оглядеться. Его подчинённые продолжают украдкой, не без интереса наблюдать за ними. Как ни странно, мальчишки любят собирать сплетни не меньше девчонок, даже если они янки.       Инуи громко выдыхает и поворачивается к родственной душе, затем чуть приседает и бурчит:       — Ладно, садись. Только быстро.       Саори решает не медлить и сразу залезает ему на спину. Он подхватывает её под коленками и выпрямляется, а затем быстро несётся вглубь дворов, уходя с главной улицы и попутно спрашивая у девушки адрес. Оказывается, живёт она совсем недалеко — может, поэтому так легко обнаружила их базу.       Сейшу надеется, что сможет быстро разобраться с этой проблемой. Он надеется, что родственная душа будет молчать на протяжении всего пути. И, разумеется, он надеется, что больше такой сюр не повторится.       Кажется, Сейшу пора начать привыкать, что Нагата — синоним не только слова «нелепость», но и «непредсказуемость».

***

      — Инупи-кун? — девушка неосознанно обдаёт тёплым дыханием его ухо, но, к счастью для соулмейта, не замечает, как он чуть вздрагивает под ней.       — Инуи, — поправляет он, — не Инупи. Инупи — это только для своих.       Верно. А Саори ему «не своя». Но когда-нибудь она ведь станет ею, правда?       — Инуи-кун, я ведь раздражаю тебя?       — Не то слово, — сухо реагирует Сейшу, даже не думая сглаживать углы.       — Тогда почему ты вступился за меня?       Он надеялся, что она не станет акцентировать внимание на этом происшествии. Но несуразная девчонка очень дотошная и вряд ли поверит в простую отговорку. Хотя у Сейшу и той не было.       — Только не думай, что я сделал это ради тебя, — холодно бросает он. — Если бы босс тебя избил, ты бы нажаловалась на нас своему братцу-копу. А нам проблемы с легавыми не нужны.       — Эй! Я не ябеда! — с обидой в голосе восклицает Нагата. Парень только усмехается, мол, ну да, конечно, так он ей и поверил. Но его родственная душа на этом останавливаться не собирается. — Ты очень жестокий, Инуи-кун.       В ответ ничего не следует.       — А ещё холодный, как ледышка.       Тишина.       — Но это ничего! Зато ты сильный, раз смог остановить удар своего босса! — довольно выдаёт Саори. Сейшу, услышав такое, просто закатывает глаза. А ещё он очень рад, что не видит её лицо в данный момент, как и она — его. — А ещё я думаю, что ты милый.       Но соулмейт снова нагло игнорирует её. Саори недовольна. Саори хочет вывести своего угрюмого слушателя на диалог.       — Инуи-кун, как давно ты в Чёрном Драконе?       Ничего.       — Инуи-кун, у тебя есть друзья?       И снова.       — Инуи-кун, какие девушки тебе нравятся?       Ноль реакции.       Нагата устало выдыхает и роняет голову, доставая лбом почти до самой его ключицы. Он демонстративно игнорирует её, как будто и не слышит вовсе! Неужели она ему настолько омерзительна?       От Инуи вкусно пахнет корицей и отдалённо мёдом. У него тёплые руки, которые крепко держат её под бёдрами, с красивым рельефом, который хорошо видно, потому что на нём сейчас футболка без рукавов. Спина у него широкая, тоже тёплая. И девушке почти приятно быть вот так близко к нему. Неприятно только, что она слишком отчётливо чувствует, какая тяжёлая у него аура и как он пышет недовольством. И всё из-за неё.       Может, Саори просто зашла не с той стороны? Она снова поднимает голову и смотрит вперёд, прислушиваясь к удивительно размеренному дыханию соулмейта.       — Инуи-кун, тебе когда-нибудь говорили, что ты похож на щеночка?

I don't like the way you talk to me Saying you can talk to me however you like I know that ain't right I don't like the way you talk to me Saying you can talk to me however you like I know that ain't right Everything you say make me look the other way I don't wanna know so I'ma let it fade Baby I got issues but I love myself (Baby I got issues but I love myself) Talk — Salvatore Ganacci

      Неожиданно Сейшу резко убирает руки от её бёдер и замедляется. Потеряв опору, Нагата роняет ноги и почти падает на него, продолжая держаться за его плечи. Инуи чуть ли не брезгливо дёргается, и девушка предусмотрительно отстраняется. Наконец и она слышит чужую песню в своей голове.       Музыка звучит стильно, современно, но она не совсем в её вкусе. Да и текст ей не особо нравится. Он даже через песню намекает, насколько ему отвратительна их связь и сама его родственная душа. Ему не нравится, как она разговаривает с ним?       Парень поворачивается к ней и задирает подбородок, глядя на неё свысока.       — Я смотрю, тебе уже лучше. Дальше идёшь пешком.       Саори обиженно дует губы, сложив руки на груди.       — Ты сказал, что я должна перестать терпеть твои оскорбления. Так чем ты недоволен?       Он недоумённо выгибает бровь.       — Я недоволен? Не неси чушь.       — Но я слышала! — и Нагата топает ногой, совершенно забыв о саднящих ранах.       Ах, точно. Как же он мог забыть об особенности их «сакральной» связи душ? Теперь даже к музыке надо относиться с осторожностью, а то эта ещё услышит и примет на свой счёт. Может ведь даже начать искать какой-то скрытый смысл! С неё станется.       Инуи оглядывает её с ног до головы. Маленькая несуразица сжимает кулачки, хмурит бровки и смотрит на него своими зелёными-зелёными глазами так тоскливо! Без улыбки видеть её почти странно. Он думал, что она к её лицу приклеена.       Ему кажется, что девчонка вот-вот уронит свою маску святой простоты и глухой невозмутимости и расплачется. А Инуи с детства терпеть не мог женских слёз. Потому что действуют они на него не очень… хорошо.       Не зря же говорят, что женское оружие — слёзы?       Только Нагата не знает об этом, конечно. Да и не нужно ей это. Не хватало ещё, чтобы она взяла себе это знание на вооружение, как один из способов манипулирования им.       — Хочешь разжалобить меня? — парень презрительно фыркает. — Не надейся. Хотя, — он усмехается с издёвкой, — может, тебе слёзы даже пойдут. Я где-то слышал, что слёзы страшных украшают.       Саори шмыгает носом. Ей обидно — правда, обидно. Вообще-то, ей часто приходится слышать оскорбления в свой адрес, насмешки, издёвки, но она стойко принимает их с улыбкой на лице. Потому что ей всё равно на тех людей. Но ей не всё равно на своего соулмейта, а потому горче слышать от него грубость вдвойне.       Она снова шмыгает и сильнее хмурится, пытаясь таким образом взять себя в руки. Если она покажет свою слабость, Инуи точно не станет её уважать. Нагата не хочет портить и без того неустойчивые отношения с ним. Похоже, ей придётся очень сильно постараться, чтобы стать ближе к нему.       Девушка трёт глаза руками и снова улыбается, только грустно и менее уверенно.       — Прости, Инуи-кун, — хотя она не до конца понимает, за что извиняется. — Идём дальше? Мы почти пришли.       Инуи качает головой. Она снова глотает обиду, лишь бы он не ушёл. Но, может, оно и к лучшему.       Он засовывает руки в карманы и молча кивает. Нагата встаёт рядом с ним с уже полностью высохшими слезами. Дальше они идут почти в тишине.

***

      Саори приводит его ко двору небольшого многоквартирного дома. Инуи мысленно отмечает, как вокруг тихо и спокойно, чисто. Вообще-то, янки часто в подобных местах ошиваются, но, видимо, конкретно этот двор обходят стороной. Уж не из-за её ли брата?       Слёзы на лице девушки совсем высохли, и улыбка снова выглядит нормальной, как будто и не исчезала. Она тыкает пальцем наверх, глядя на него, и говорит:       — Нам на третий, — речь, несомненно, идёт об этаже.       Он складывает руки на груди и косится на собеседницу.       — Мне обязательно подниматься с тобой?       Нагата удивляется.       — А как я ещё верну тебе куртку?       Он пожимает плечами.       — Можешь скинуть, я поймаю.       Девушка хихикает, прикрывая рот рукой.       — Инуи-кун, у меня меткость ни к чёрту! — она машет рукой в сторону лестницы и улыбается шире. — Ну же, идём.       Они поднимаются на третий этаж, и, пройдя мимо нескольких дверей, останавливаются. Саори поворачивается к нему лицом, складывает руки в замок перед собой, её улыбка становится смущённой.       — Спасибо, что проводил, Инуи-кун.       Слишком громкое слово для такого действа, но парень решает не упоминать об этом лишний раз.       — И за куртку спасибо.       — Ага, — бурчит он, — не за что, — протягивает ей руку, чтобы она вернула вещь. — Давай, и я пошёл.       Саори кивает и начинает расстёгивать пуговицы. Неожиданно дверь в квартиру распахивается, заставляя её вздрогнуть. На пороге дома стоит парень чуть младше тридцати, в футболке и спортивных штанах, с зачёсанными назад чёрными волосами. Инуи догадывается: это Нагата-старший.       Всё-таки она брюнетка.       Брат Саори сердито хмурится, растянув губы в тонкую линию, переводя взгляд с незнакомого мальчишки на девушку.       — Мало того что ты взяла вещдок без спроса, — произносит он, пристально глядя на младшую сестру, — так ещё и с Чёрным Драконом успела где-то пересечься?!       — Нии-чан, не ругайся! — Саори улыбается ему, стягивая с себя чужую куртку. — Инуи-кун просто проводил меня. Он уже уходит.       Девушка отдаёт одежду соулмейту и немного наклоняется, чтобы поклониться и ещё раз поблагодарить его за помощь. Она напрочь забыла о некрасивой дыре на юбке, которая теперь стала видна брату. И, конечно же, фантазия молодого полицейского, искренне беспокоящегося за свою сестру, рисует в его голове самые страшные изображения.       — Что это?! — восклицает Нагата-старший, приподняв на мгновение свободный край юбки. Он отодвигает сестру в сторону и наступает на мальчишку, а затем хватает его за грудки и грубо встряхивает. — Что ты сделал с Саори?!       Инуи это не нравится. Он не привык к такому отношению и не собирается позволять ему так себя вести. Он хватает оппонента за плечи, намереваясь оттолкнуть от себя, но тот, на удивление, остаётся стоять на месте. Сильный полицейский, так ещё и высокий, почти как Тайджу.       — Ничего я с ней не делал, — недовольно цедит Сейшу. — Она сама упала.       Да, сама. За исключением того, что ему пришлось её толкнуть, но об этом история тактично умалчивает.       — Неужели? — шипит противник в ответ. — Так упала, что порвала юбку точно на заднице?       — Ну кто же виноват, что у тебя сестрица недотёпа? — парирует Инуи.       — Следи за языком!       — А то что?       — Ну хватит! — тут в перепалку вмешивается «виновница». Она встаёт рядом с ними и отталкивает брата от соулмейта. — Нии-чан, Инуи-кун тут ни при чём! Я правда сама упала, а он меня защитил.       — Защитил? — брат сразу цепляется за важное слово и взволнованно окидывает Саори взглядом. — Что случилось? На тебя напали?       — Да стал бы на неё кто зариться… — бурчит Сейшу, отвернувшись — и тут же получает затрещину от парня. Нет, ну это уже ни в какие ворота. Не долго думая он в развороте наносит тому удар точно в челюсть, почти повалив не ожидавшего атаки Нагату. Но и тот не остаётся в долгу и кидается на него, намереваясь сделать подсечку; полицейский не ожидал, что у какого-то дерзкого янки окажется столь хорошая реакция.       Саори ошарашенно наблюдает за тем, как два близких — один в большей, другой в меньшей степени — для неё человека мутузят друг друга. Это несерьёзная драка, конечно, но ей всё равно не нравится, что их знакомство началось вот так. Это же даже хуже, чем было у неё самой с Инуи!       Но она не рискует вклиниться между ними. Понимает, что тоже может по лбу получить. И даже если брат вовремя среагирует и попытается увести её из-под удара, то Инуи, вероятно, заморачиваться не станет — скажет, что она сама виновата. Возможно, даже будет прав.       Но надо же что-то сделать, правильно?       — Нии… Нии-чан?.. — неуверенно зовёт девушка, а затем набирает в лёгкие побольше воздуха и кричит: — Нии-чан, не трогай его, он мой соулмейт!       Нагата перехватывает летящий ему в лицо кулак и в шоке оборачивается на сестру.       — Он твой кто? — потом снова смотрит на вырывающегося Инуи. — Твой соулмейт — член Чёрного Дракона?       Саори кивает, прижимая кулак к груди, где быстро-быстро билось сердце. Её брат отпускает противника и с шумом выдыхает, качая головой. Сейшу с недовольным видом фыркает, поправляя на себе форму.       — Боже, звучит, как чья-то несмешная шутка, — комментирует Нагата-старший и косится на янки. — Ну ты это, извини, если что. Хотя за языком тебе следить не помешало бы. Тем более если речь идёт о твоей родственной душе.       Тот издевательски хмыкает, отвернувшись, и идёт в сторону лестницы, бросив напоследок:       — Пошёл ты, — а зачем бурчит себе под нос: — Дурная семейка…