а люди любят… (!)

«Бесы», Дайте танк (!)

      В комнате темно, неуютно, и Дженни от этого пугается ещё сильнее. Почему ей никто не верит? Разве она выглядит так, будто может кому-то врать? Будто она могла выдумать такое?       Она никогда не хотела привлекать к себе лишнее внимание, не хотела быть объектом чьих-то шуток и насмешек; она просто хотела хоть кому-нибудь рассказать о том, что она видит каждый раз, стоит только огненному мечу скрыться за горизонт, стоит только тьме перейти границы крохотного городка. Но в итоге все не понимают о чём она твердит и говорят, что она просто сошла с ума.       Конечно, Дженни ведь – интроверт и социопат, она просто так не может объяснить, а её словам просто так, на слово верить не могут. Девочка же не дружит ни с кем, не выходит гулять с одноклассниками, сидит в своей комнатушке и читает книжки, которые задали по литературе, горько вздыхая и поглядывая на свои, недавно только купленные, до которых руки никак не дотянутся, потому что времени никак нет на них.       Школьница с кровати не вылезает, забралась туда ногами, натянула по самую голову одеяло в надежде, что оно её укроет, спасёт, даст нужную поддержку, и обнимает плюшевого друга, который с ней вместе смотрит в глаза страху.       Мама уже думает о том, чтобы отвести любимую дочь к школьному психологу, может быть, он найдёт выход из ситуации, подскажет, как правильно нужно вести себя с девочкой, которая постоянно твердит, что, как только миссис Ким выходит из комнаты, на неё глядят странные глаза из дальнего угла.       - Мама, мама! – чуть ли не плачет Дженни, - я думаю это бесы! Конечно, это бесы… Кто же ещё может так смотреть!       А женщина только трёт устало переносицу и мягко улыбается, пытаясь найти подходящие слова:       - Милая, тебе просто кажется. Никаких бесов не существует. Тебе ведь скоро семнадцать, а ты говоришь такие вещи…       - Но, мама… - Дженни плакать хочется – ей вновь не верит даже самый близкий человек, - но я не вру! Они есть, просто ты их не видела…       - И ты их тоже не видела, - строго обрывает миссис Ким дочь, смотря ей в глаза, - давай, выходи из комнаты и садись ужинать, сейчас должен и папа прийти с работы…       Женщина из комнаты выходит, закрывая за собой дверь, и Ким вздрагивает – осталась один на один с этими любопытными глазами, которые выглядывают и следят за ней каждую ночь. Они пока не видны, видимо, слишком трусливы появляться, ведь взрослый только-только ушёл, но пройдёт время, и Дженни их заметит снова.       Мужской голос слышится в глуби дома, и девочка выбегает быстро-быстро, чтобы встретить отца и сказать ему тоже самое, что говорила и вчера:       - Папа, я опять их сегодня видела, я не вру!       Мужчина на такое только улыбается, смеётся и добрым голосом говорит:       - Опять меня разыгрываешь?       «Да, именно, всю неделю», - думает про себя Дженни и злится.       Взрослые никогда не увидят смысл в её словах про этих бесов, поэтому Ким просто вздыхает, кивает отцу и садится за стол.       Идти в комнату так страшно, но нужно – уроки никто ведь не отменял. И вот Дженни плетётся нехотя в маленькую комнату, пробегает мимо злосчастного угла, хватает учебники и забирается с головой на кровать. Так точно безопаснее будет. Так чувствуется защита.       Любимая игрушка в виде кота рядом, и Дженни ощущает облегчение в районе груди. Но вдруг слышится какой-то шорох, звук удара и «Ой-ой-о-о-о-ой!», пропитанное болью, такое бывает только тогда, когда мизинцем ударяешься о тумбочку.       Дженни пугается, глаза зажмуривает, старается не дышать, чтобы этот бес понял, что она совсем не боится и что её вообще здесь нет, что комната совсем пуста и человека, которого он может съесть (в голову Ким только такой исход приходит), он не найдёт.       - Эй! – шипит за её спиной кто-то, - я же знаю, ты здесь…       - Здесь никого нет! – пищит девочка. – Уходи!       - Как грубо! – обиженно произносит существо. – Я же только подружиться хотела…       Дженни выглядывает, а перед ней высокая милая девушка стоит, на её голове какая-то смешная красная кепка, а длинные тёмные волосы падают на плечи. Незнакомка топчется на месте: видно, как ей, бедной, неловко и, наверное, отчего-то стыдно.       - Это ты?.. – спрашивает Ким, не веря своим глазам (трёт их рукой, вдруг ей только кажется).       - Что я? – не понимает девушка.       - Это ты выглядывала из того угла, - кивает в сторону шатенка, с интересом разглядывая стоящего перед ней человека. А человека ли? С виду – да, а на самом деле кто стоит перед ней?       - Я, - смущённо отвечают ей. – Меня Лиса зовут, кстати. Прости, что я тебя пугала, я хотела просто с тобой познакомиться, ты мне понравилась… Очень понравилась…       - Я…       - Дженни, я знаю, - перебивает её Лиса. – Я боялась с тобой познакомиться. Вдруг я тебе не понравлюсь… я же… не человек.       Слова даются девушке сложно, Ким видит это, и ей от этого как-то легче – девочка, стоящая у её кровати, так похожа на неё, такая же стеснительная, молчаливая. На её месте Дженни поступила точно так же бы: сидела бы в тени и находила бы в себе силы заговорить и, наверное, даже не нашла бы. А Лиса храбрая, Лиса переборола свой страх.       - Ты не против со мной дружить? – осторожно спрашивает бес, и Дженни слегка улыбается, потому что ей никто никогда такого не говорил. И она кивает, потихоньку выходит из своего убежища, но близко к Лисе не подползает, однако взглядом показывает, что ей разрешено присесть на кровать рядышком. На что у той счастливая улыбка расцветает на губах, и она садится, подбирая под себя ноги.       - Мы можем с тобой поиграть! Хочешь? Я просто совсем не знаю, как дружить… или ты можешь мне что-нибудь рассказать…       Громкий смех перебил девушку, и Лиса с недоумением глянула на свою новую подругу, не понимая, чем вызвана такая реакция на её слова.       - Ты существуешь! – восклицает Дженни. - А мне никто не верил. А ты настоящая! Ты живая… и ты есть…       Лиса смущённо кивает, не зная, что ей ответить на такое.       - Я могу тебе почитать… - бормочет Ким. – Мне просто нужно доделать эту литературу. Хочешь послушать Достоевского?..       Лиса вновь кивает, но уже активнее, удобнее усаживаясь на кровати, придвигаясь к школьнице ближе, но не нарушая её личную границу.       - Знаешь, - как-то говорит Дженни Лисе, когда они вместе лежат на мягкой кровати и смотрят фильм про балерин, - я думаю, нет ничего страшного в том, что ты бес или демон, или ещё какое-то существо. Ты намного лучше многих людей. Ты добрее, ты мягче, и ты хочешь со мной дружить. И мне с тобой интересно, намного интереснее, чем с моими одноклассниками… И, знаешь, мне кажется, все мы в какой-то степени бесы.       - Мне тоже с тобой интересно. У меня никого нет кроме тебя, - шепчет ей Лиса, обнимая юное тело крепче и укладывая голову на белое плечико.       Шапка, которая одета на голову демона, колит щёку Дженни и та хмурится, тянет руку, чтобы снять, но осторожное прикосновение и тихое «Не надо» останавливает её.       Ким хочется задать ответный вопрос, но она держит его в себе, у неё ещё будет время, а пока она в ответ обнимает своего беса и улыбается теплу чужого тела, чувствуя какой-то трепет в душе.       Лиса ей нравится. Нравится как-то не как друг, нравится по-особенному, до бабочек в животе, которые летают там, кружат, стоит только девушке улыбнуться ей, сжать её руку, легко чмокнуть на ночь в лобик.       Дженни догадывается. Дженни боится. Снова. Потому что такие чувства Лисе, наверное, и не нужны. Ну и что, что та всего-то на два года старше; ну и что, что она всегда верно ждёт Ким со школы в надежде послушать её голос и крепко обнять, поиграть в видеоигры, посмотреть фильмы, почитать книги или же просто поболтать на какие-то совсем не важные темы, на какие-то глупые, даже бессмысленные, поспорить с ней.       - Лиса, - не выдерживает шатенка, - а почему ты всегда в этих красных шапках, кепках… Тебе же неуютно…       - Но тебе же нравится красный…       - Это же не значит, что ты должна постоянно ходить в головных уборах этого цвета…       - Хм, - задумалась демонесса, - тогда завтра надену чёрную…       - Не в этом дело! – вспылила Дженни, подпрыгивая на кровати. – Зачем ты вообще их носишь? Я же вижу, как ты постоянно хочешь их снять! Я не понимаю…       - Тебе не понравится то, что ты там увидишь… - бормочет Лиса. Слова её задевают Дженни за живое, и она глубоко вздыхает, не сдерживаясь:       - Да как мне может не понравиться, если ты мне нравишься!       Бес на неё удивлённо смотрит, пытается найти во фразе то, что она хочет.       - Ты говоришь о…       - Да, - твёрдо произносит Ким. – Чёрт возьми, да. Ты мне нравишься как девушка, как бес, как кто там ещё, не знаю. Довольна?       Лиса слышит это, улыбается ярко; искры из глаз у неё наружу вырываются. Она видит, как Дженни злится на неё из-за этих нелепых шапок.       - Подойди поближе, малыш, - нежно произносит бес, - не забывай, ты мне дорога, и ты мне тоже нравишься. Я не хотела обидеть тебя, но обещай, что не закричишь, хорошо? – и одним движением снимает убор с головы. А там… рожки. Милые небольшие рожки. – Потрогай мою голову – там рога…       И школьница трогает, аккуратным движением поглаживает их, боится, что её демону может быть неприятно. Лиса сидит на кровати, пока Ким стоит между её ног и чуть ли не мурчит, потому что другой рукой девушка зарывается в мягкие волосы.       Дженни громко смеётся, потому что только в её комнате мог поселиться очаровательный бес с красивыми рожками, в которого она так сильно влюбилась.