Курс на свет

      Вокруг царила предновогодняя суета. Всё было украшено гирляндами, снежинками, елочными игрушками и другими символами этого праздника. Стася ждала Новый год только из-за каникул, ведь уже знала, что будет праздновать одна. Без Тимы и мамы, потому что в эту ночь она будет работать.       К сожалению, так случалось довольно часто, поэтому для Стаси это не стало новостью. Когда она была младше, то праздновала у бабушки, но потом в деревню перестали приезжать её ровесники, а проводить время в компании пенсионеров было скучно. Поэтому Стася решила, что будет устраивать себе праздник сама.       Она часто стала засиживаться в кабинете химии, её тянуло туда. Было нелегко это признать, но Стася знала, что означает такое поведение. Она влюбилась в учителя, который по совместительству варит наркотики. Замечательное комбо. Было страшно от того, что Стасю не так сильно смущало то, чем занимается Александр Сергеевич. Не останавливала и разница в возрасте в 7 лет.       Единственным плюсом этих чувств являлось то, что она начала учить химию. Благодаря этому Стася смогла получить четвёрку за полугодие. Хотя этому факту радовалась больше мама, чем она сама.       Зачем-то хотелось впечатлить Александра Сергеевича своими знаниями. Как будто в один момент он воскликнет: «Поздравляю, ты теперь знаешь мой предмет и сможешь варить меф, поэтому стань моей девушкой!» Тем более учитель был знаком с её мамой, так что можно считать, что свадьба уже в кармане.       Но Стася понимала, что это очень наивные надежды. Наверное, в глазах Александра Сергеевича она была глупой семнадцатилетней школьницей, которая свалилась ему на голову ещё одной проблемой. «Но ничего, осталось всего полтора года страданий», — повторяла Стася, как мантру.       Хотя, наверное, в этой влюблённости нет ничего удивительного. Как-то на просторах интернета она прочитала, что если вы хотите понравиться девушке, то нужно прокатиться вместе на американских горках, потому что страх сближает. Химику повезло, с его жизнью никакие особенные свидания не нужны.       Наступило 31 декабря, проводив маму на работу, Стася отправилась пересматривать «Гарри Поттера». Когда это надоело, то на улице было уже темно. Побродив по пустой украшенной квартире, она решила, что нужно приготовить оливье. Стася пошла в ближайший ТЦ, чтобы купить недостающие продукты.       Людей была куча, все закупались, будто на год вперёд и в спешке выбирали подарки. Стася сразу узнала силуэт человека, идущего навстречу. Сердце тут же ускорило ритм. И пока она пыталась понять, что делать: сбежать или поздороваться — то Александр Сергеевич уже заметил её, поэтому вариантов больше не осталось.       — Здравствуйте.       — Привет, с наступающим! — улыбнулся он.       — Спасибо, Вас тоже. С семьёй всё-таки отмечаете или как я? — спросила Стася, вспомнив последний разговор.       — Да, решил один, чтобы оставшиеся праздники посвятит делам, — произнёс химик, а она кивнула, понимая, где он планирует провести эту неделю.       Они вместе вышли на улицу, и Стася как бы невзначай сказала:       — Как-то грустно встречать Новый год одной.       — Да, есть такое. Но мы можем встретить его вместе, — усмехнулся учитель.       — Это как-то странно.       — Да пофиг, если честно.       — Ну да, в этом году были вещи и постраннее. Только у кого соберёмся? Я просто сейчас хотела делать оливье, — она потрясла пакетом.       — Можно у меня его сделать, только нужно купить ещё парочку ингредиентов.       Они зашли в другой магазин и направились к Александру Сергеевичу. Когда он снял куртку, то Стася в шоке уставилась на него.       — У Вас всё это время были татуировки? — она подошла ближе и, не удержавшись, провела пальцем по его руке.       — Да, — учитель посмотрел на неё, как на умалишенную.       — Я Вас просто никогда не видела без рубашки, ну то есть в футболке, — протараторила Стася, смутившись и переводя взгляд на комнату, в которой явно чего-то не хватало. — У Вас нет ёлки? Серьёзно?       — У тебя сегодня прямо день великих открытий.       — Надеюсь, оливье всё исправит, — вздохнула она.       Пройдя на кухню, Стася увидела в вазочке для фруктов мандарины и сказала:       — Хотя бы не всё так потеряно.       Она стала рыться по указанным Александром Сергеевичем ящикам в поисках нужной посуды, ведь ему было лень самому всё достать.       — Может, уже на ты перейдёшь? — усмехнулся он.       — Вы вообще-то всё ещё мой учитель.       — Ты уже готовишь в моём доме, так что, думаю, можно.       — Ну да, Саша, — Стася неловко засмеялась, — Господи, как это странно звучит.       Пока в кастрюлях кипела вода с картошкой, морковью и яйцами, она сказала:       — Давно хотела спросить, зачем Вам, то есть тебе вообще работать учителем? Неужели для души?       — Я не стал увольняться с работы, чтобы не вызывать подозрений. Ведь был бы безработным, но при этом смог бы платить за квартиру, бензин и даже не умер бы от голода через месяц. Единственное, что я купил — машину, и то приходиться говорить тем, кто интересуется, что плачу кредит, с которым периодически помогают родители. Даже отсюда не стал съезжать или что-то менять из-за страха, хотя я в принципе тут только сплю, да и ваши домашки проверяю. Поэтому стараюсь больше вкладывать в лабораторию и безопасность, а там уже как пойдёт.       — То есть ты пока не планируешь бросать это дело?       — Если честно, не знаю. Вряд ли я выдержу долго в моральном плане. Всё время, кажется, что слишком много людей знает о том, чем я занимаюсь, и кто-нибудь сдаст меня, особенно те 3 урода. Поэтому, думаю, когда эти мысли станут слишком навязчивыми, то я завяжу.       — Это не стоит того, — сказала Стася, а Саша в ответ лишь развёл руками.       — Так, почисти и нарежь картошку и яйца, а и ещё огурцы, — попросила она, а сама принялась за другую половину продуктов.       Остались последние штрихи: добавить зелёный горошек, соль, перец, майонез — и шедевр был готов. Положив его остывать в холодильник, Стася посмотрела на часы. До Нового года было ещё много времени, а свой основной план она уже выполнила.       Было странно видеть Александра Сергеевича, который неожиданно превратился в Сашу, таким домашним. А ещё она постоянно пялилась на его почти забитые рукава. Но то, что она теперь могла обращаться к нему на ты, грело её влюблённое сердце.       Подумав, Стася включила новогоднюю музыку, чтобы добавить соответствующего настроения. И достала полностью готовое оливье, которое, конечно, оказалось вкусным, ведь нужно было хорошо постараться, чтобы испортить этот салат. Саша тем временем вытащил бутылку шампанского и разлил его по бокалам.       — Кажется, это один лучших Новых годов, — подумав, Стася добавила, — хотя провести его со своим учителем химии звучит довольно грустно.       — Тогда страшно подумать о том, какие праздники у тебя были раньше.       — Мне тоже.       — В каком смысле? — спросил Саша.       — Ну, когда отец жил с нами, то для него это был отличный повод напиться, а когда он пьяный, то становиться агрессивным. Отец ушёл, когда мне было 11, но из-за этого до сих пор не очень люблю праздники. Поэтому самый лучший Новый год у меня был с друзьями.       — У меня также, хоть это и семейный праздник, но тут всё зависит от родственников, мои просто тоже не подарок, — он как-то горько усмехнулся.       — Их не выбирают, поэтому чаще всего, как бы это странно не звучало, вы оказываетесь совершенно чужими людьми.       — Да, так и есть.       Они продолжили говорить, потягивая шампанское при тёплом свете тусклой лампы на кухне, а затем плавно переместились на диван. Стася периодически смотрела на губы Саши, но она не знала под чем ей нужно быть, чтобы решиться на столь опрометчивый поступок.       Но в один из таких моментов их взгляды встретились, и Саша, поддаваясь порыву, внезапно приблизился и осторожно коснулся её мягких губ своими. Застыв от неожиданности, Стася ответила не сразу. Постепенно его движения стали увереннее, и Саша углубил поцелуй. Она почувствовала руки на своей талии, и по позвоночнику прошёлся разряд тока. Воздуха стало не хватать, и Стася отстранилась, всё ещё ощущая его горячие губы и то, как горят щёки.       Она чуть испуганно смотрела в карие глаза напротив, пытаясь собрать в кучу мысли, которые роились в голове, словно пчёлы.       — Это было ошибкой, — медленно сказал Саша.       — Что, прости? — возмутилась Стася. — Ты пригласил меня к себе, попросил перейти на ты, поцеловал, чтобы сказать, что это была ошибка?       — Это неправильно, ты ещё школьница, и я не хочу, чтобы ты попала из-за меня в ещё большие проблемы.       — Зачем тогда это всё? Почему только сейчас ты вдруг решил стать таким осознанным? — последнее слово она произнесла с издёвкой.       — Потому что ты мне нравишься, но я понял, что не могу позволить этому зайти дальше.       — Сначала определись, чего ты хочешь, а потом уже давай надежду, — сказала Стася, всеми силами пытаясь сдержать слёзы.       Она быстро оделась, заприметив алкоголь, пока Саша продолжал напряжённо сидеть на диване. Стася в обуви прошла на кухню (ему не привыкать) и, схватив 2 бутылки, рванула к двери. В этот момент Саша встал, видимо, заподозрив что-то неладное, и увидел происходящее.       — Стой, кому говорю! Не надо делать глупостей! — крикнул он, выбежав на лестничную клетку в одних носках, и выругался, понимая, что упустил её.       Стася выскочила на холодный зимний воздух и продолжила бежать до тех пор, пока в лёгких не закончился кислород. Оказавшись в одном из дворов, она обнаружила, что забыла телефон, но у неё не было ни малейшего желания возвращаться обратно. Сейчас она жалела о том, что не сдержала своё обещание: никогда не переступать порог его квартиры.       Из-за несправедливости этого мира она села на ближайшую скамейку и открыла ключами бутылку вина.       — Худший Новый год, — вздохнула Стася, припоминая свои недавно сказанные слова.       «Какая же я дура», — размышляла она теперь про себя, решив не быть городской сумасшедшей, которая разговаривает сама с собой.       Стася уже успела подумать, что её чувства взаимны. Так и было, по словам Саши, но так ведь не поступают с любимым человеком. Находиться рядом с ним, и правда, не лучшая идея, но она хотела этого вопреки здравому смыслу. Никто не просил Сашу решать за неё.       Стася чувствовала себя брошенной, использованной и чертовски наивной. Самое худшее, что может сделать человек — дать надежду, а потом по абсолютно идиотской причине отобрать. Если бы Саша сразу не подпустил Стасю слишком близко к себе, то она бы не ощущала себя так, как сейчас.       После выпитой бутылки Стася не почувствовала облегчение, а скорее наоборот ещё большую ненависть и отчаяние, с которыми она не знала, как справиться. Хотелось отомстить или покалечиться, чтобы он винил себя. Но затуманенным разумом Стася всё-таки решила отправиться домой и, возможно, выпить вторую бутылку уже шампанского. Но встав со скамейки, она поняла, что ей на сегодня хватит.       В этот момент рассыпался искрами первый залп салюта. Пошатываясь, Стася вышла из-за дома для лучшего обзора.       — С Новым годом, — прошептала она, смотря на двоящиеся в глазах разноцветные огни в небе, и направилась в сторону дома.       Уже засыпая, Стася услышала настойчивый стук в дверь. Промелькнувшая мысль заставила её с трудом подняться. Она замерла, борясь с идущей кругом тёмной комнатой, и посмотрела в глазок. Это был Саша. Стася открыла дверь, приняв презрительное выражение лица.       — Ты забыла телефон, — произнёс он, протягивая устройство. — Я зайду? — в ответ она лишь кивнула, взяв свою собственность.       — Ты как? — с нотками беспокойства спросил он, осматривая Стасю с ног до головы.       — Нормально, — проворчала она.       — Иди сюда, — сказал Саша, пытаясь обнять.       — Не прикасайся больше ко мне, — произнесла Стася, отодвигая его руки, но через некоторое всё-таки сдалась, и позволила обнять себя за плечи. — Не надо решать за меня, ясно?       — Даже если так будет хуже для тебя?       — Я сама знаю, что для меня будет лучше, — продолжила она упрямо.       — Хорошо, — сказал Саша, поглаживая её по спине.       — Волновался? — вдруг хитро произнесла она, заглядывая в глаза.       — Да, — честно признался он.       Стася слишком устала, чтобы анализировать произошедшее. Она просто была рада, что Саша волновался за неё, даже если утром он опять уйдёт, прикидываясь святым человеком. Стася легла на кровать, потянув за собой Сашу. Вдвоём было немного тесно, что заставляло прижиматься к друг к другу, но это был скорее плюс, чем минус. Она всегда мечтала заснуть в объятьях любимого человека, и вот это стало реальностью, которая постепенно растворялась в темноте ночи.       Стася проснулась от головной боли, лёжа на груди у Александра Сергеевича. В окно ярко светило солнце, а она обнаружила, что даже не переоделась. Повалявшись какое-то время в постели, она попыталась встать, при этом не разбудив Сашу, но миссия была успешно провалена.       — Доброе утро, — зевнув, сказал он.       — Не могу сказать то же самое.       — А-а, — насмешливо протянул Саша — кстати, ты должна мне 2 бутылки.       — У меня есть только одна, — кивнула Стася на ту, что так и осталась стоять на столе.       — Так ты выпили всего одну?       — Я быстро пьянею, — кинула она и направилась в душ в надежде на то, что ей станет лучше.       Они сели завтракать в неловкой тишине. Стася не знала, как вести себя после того, что произошло вчера, поэтому, не выдержав, спросила:       — Что будет дальше?       — В каком смысле? — не понял Саша.       — Между нами, — сказала она, размышляя о том, что по сути никаких их нет.       — Я много вчера думал об этом. Не хочу подвергать тебя опасности, но, знаешь, когда ты сказала, что я решил за тебя, то понял, что это правда. Думаю, мы можем попробовать, к чему бы нас это не привело.       — Вряд ли от этого наступит ледниковый период, так что не переживай, — не веря в реальность происходящего, произнесла Стася. — За это нужно выпить! А вообще я просто не хочу, чтобы мама случайно нашла эту бутылку, а тебе не отдам принципиально.       Выкинув мусор, Стася открыла все окна, чтобы убрать запах алкоголя. Избавившись от всех улик, они с Сашей плюхнулись на кровать, обнимаясь и разговаривая о том, как их отношения могут отразиться на учёбе и работе. Но вдруг в квартире раздался писк домофона.       — Мама, — сказала Стася, в панике вскакивая с постели, — она не должна была вернуться так рано!       Схватив в прихожей его вещи, Стася кинула их в шкаф, а обувь поставила под кровать, куда уже успел спрятаться Саша. Она спустила плед до самого пола, в тот момент, когда ключ уже поворачивался в замочной скважине. Сделав вдох-выдох, чтобы успокоиться, Стася пошла встречать маму, пытаясь всеми силами держаться так, будто не прячет учителя химии в своей комнате.       — Привет, ты сегодня рано, — начала она.       — Привет. Помнишь, я Лену подменяла, когда ей нужно было с дочкой уехать в другой город? — дождавшись кивка, мама продолжила, — она сегодня вышла на работу, как только отошла от Нового года. А то знает, как мы все устали ездить на вызовы, в эти дни даже не поспишь, — утомлённо сказала она.       Стася вернулась в свою комнату, напряжённо слушая шаги за дверью и давая понять Саше, что его присутствие осталось незамеченным. Но ещё было необходимо, чтобы учитель в том же духе покинул квартиру. Вариант сделать это через окно был сразу отметён. Стася со своими короткими волосами Рапунцель не была, а делать канат из постельного белья и всего остального было жалко. Да и скоропостижной смерти Саше она тоже не желала. Так что пришлось ждать, пока мама уснёт, чтобы по-человечески выйти через дверь       Правда, произошло это не скоро, и лежать на холодном полу ему посчастливилось ещё пару часов. Когда наконец в комнате мамы всё затихло, и Стася убедилась в том, что она действительно спит, то учитель вышел из своего укрытия, и они направились к входной двери. Звук замка никогда не казался таким громким, как сейчас. Шёпотом попрощавшись, он скрылся в темноте подъезда. А Стасе пришлось вновь поворачивать ключ, боясь услышать из соседней комнаты: «Что ты там делаешь?»