Широко закрытыми глазами

Мне необходимо было знать, что происходит. Я потянулся к повязке, пытаясь сорвать ее. Просто так это сделать не удавалось, а шум драки продолжался. И тут я услышал, как кто-то упал, вслед за этим был звук упавшего металла. Кое-как стянув повязку, я в ужасе готов был уже увидеть, как на меня надвигается этот гад. В этот момент я как никогда молился о том, чтобы мой маньяк оказался сильнее. Я честно боялся, что ему навредили. Но когда я стянул повязку с одного глаза, то увидел лишь его спину. Да, это был тот самый, тот самый мужчина, что снился мне. Он стоял спиной, а почти у самых его ног лежал один из тех парней. Он еще возился на полу, пытаясь сжаться. Рядом валялся кусок арматуры. Когда мой спаситель наклонился за этим куском железа, у меня замерло сердце. В страхе поднял на него глаза тот парень. - Никто не смеет трогать его, - хриплый голос, полный ненависти. Он поднял арматурину и со всей силы ударил по голове парня. В груди все замерло, я боялся дышать. И так разбитое в кровь, лицо парня теперь слабо дернулось. Я почти слышал этот слабый хруст. Из пробитой головы текла кровь, смешиваясь с черными волосами и стекая в бородку. Футболка с надписью "Кавказ - сила" была в пыли, грязи и крови ее обладателя. А он сам лежал, пустыми глазами глядя вперед. Я был почти уверен в том, что он мертв. И с холодным ужасом понимал, что остальные, наверное, тоже мертвы. Меня бросило в дрожь. Слепой, мертвый взгляд был направлен на меня, словно бы я мог как-то спасти этого парня. Казалось, что, умирая, он пытался протянуть ко мне руку. Перед глазами потемнело. Последнее, что я увидел, теряя сознание, было то, как мужчина медленно оборачивался в мою сторону. Казалось, что я падаю. И я даже почти осознавал, что это так. Я терял сознание и не мог ничего с этим поделать. Ужас от происходящего еще стоял перед глазами в лице того парня. Его остекленевшие глаза не хотели покидать голову. *** Когда я очнулся, то даже не сразу понял, что это было. Точнее, мне все это казалось просто сном. Но о том, что это не сон, свидетельствовал один главный факт - я снова был связан. Только на этот раз я видел. Лежать на животе было не слишком удобно, особенно учитывая то, что мои руки снова были прикованы к спинке кровати. Хотя бы подушка была подложена достаточно удобно, а на моем носу явно было что-то. Ах да, мне же его умудрились разбить. Но, на мое счастье, он уже не так сильно болел. Впрочем, все остальное тело ныло и еще помнило все те гадости, что с ним проделали. А перед глазами были металлические прутья обычной кушетки, такие в общежитиях стоят. Могу лишь сказать, что на этой кушетке было несколько удобнее. Но что самое неприятное, происходящее не так сильно беспокоило, как должно было бы... Я смирился. Я действительно смирился с тем фактом, что снова в тех же обстоятельствах. Почти в тех же. И пока я, разглядывая блеклые обои, думал по этому поводу. Радовало хотя бы то, что теперь у меня не были закрыты глаза. И все же в таком вот положении лежать было особенно неудобно. Но от мыслей меня отвлек практически знакомый до боли звук открывающейся двери. Интересно, за каким хреном мне не завязали глаза, если я могу смотреть только на чертовы прутья и стенку? Точнее, кусок стенки. Повернуть голову не удалось, мешали собственные руки, да и было несколько лень. Вот честно. Я просто устал. Просто очень устал от всего этого и почти уже смирился. Хотя, не почти. - Как ты, малыш? - Хриплый голос, только теперь более болезненный. Кажется, будто слова даются ему с трудом. Я слышал его шаги. Слышал, как он подходил ближе к постели. - Тело ноет, все болит. И руки затекли, - я отвечал спокойно, вздохнув. Окончательно уставший бояться и делать бесполезные вещи. Наверное, судьба у меня такая. Один раз сбежать мне удалось, но в этот раз, похоже, чуда не случится. - Ничего, скоро все заживет. Я принес несколько мазей, они облегчат боль. Кровать жалобно скрипнула. Он сел рядом. Как всегда холодная, рука легла мне на спину. Смирился. Да, я просто смирился. - Почему на этот раз ты не завязал мне глаза? - я спросил даже почти скучающим тоном. И ведь факт, меня не слишком это волновало. Но, чисто из дани любопытству, я должен был спросить. - Ты видел меня. Я так и не понял, вопрос это был или утверждение. Но, похоже, он не был уверен в своих словах. Интересно, когда же я успел изучить этого мужика? Даже не знаю. Его рука гладила меня по спине. Ах, да, еще один факт, который пока что радовал - я был в одежде, и в этот раз тоже. Хотя, как мне кажется, скоро меня лишат подобной привилегии. И раз уж такая пьянка, то почему бы и не поговорить об этом? Слишком красноречиво меня сейчас гладят по спине. Рука уже стала спускаться к пояснице. - На этот раз ты меня все-таки изнасилуешь? - это было сказано с обреченностью, которую я и не думал скрывать. Смысл? - А тебе бы хотелось этого? - вопрос звучал с интересом. И, честно говоря, это даже заставило меня задуматься. - А разве тебе важно мое мнение? - Вздохнув, я все же решил подумать над вопросом. А на самом деле, насколько я против того, что может случиться? Впрочем, это ведь случится, и я это осознаю. Иначе просто не может быть. Но где-то глубоко в мыслях я даже отметил тот факт, что хотя бы из благодарности за свое спасение... Стоп! Какая к черту благодарность за спасение?! Он же просто снова затащил меня к себе в логово! Меня снова поймали и скрутили, превратили в раба! Просто игрушку для утех! Какого черта я должен быть ему благодарным?! Но гордость вместе со здравым смыслом несколько поутихли. Хотя в других обстоятельствах я бы взбунтовался. Ненадолго запала хватило. - Мне важен ты, - это было сказано даже как будто с нежностью. Если этот скрипучий голос вообще способен ее передавать. А рука тем временем уже опустилась на мою задницу. Я было напрягся, но потом просто уткнулся головой в подушку, пытаясь глубоко вздохнуть и расслабиться. Но я должен был спросить, должен был узнать. - Если ты сделаешь это... со мной, ты отпустишь меня? Должен ведь я был попробовать. Просто попробовать спросить. - Предлагаешь послушание платой за свободу? - И, судя по этим заинтересованным ноткам, у меня появилась небольшая надежда. К тому же, к своему же стыду, мне постепенно начинало нравиться то, что он меня лапает. Все же он действительно спас меня. Он убил тех скотов, позаботился о моем здоровье. И... Ради меня никто никогда не бросался на других. Никто до этого не был действительно моим защитником. Даже Кир, будучи вполне атлетического телосложения, легко мог наложить в штаны при виде гопоты. Он, скорее, помогал уходить, убегать. Но никто никогда еще не заступался за меня настолько... самоотверженно. И знаете, я... Я всегда мечтал о том, чтобы со мной был действительно мужчина. В конце концов, как гей, имею я право мечтать о мужчине? Действительно мужчине. Сильном, мужественном, который бы защищал, делал ради меня всякие безумные вещи. Думаю, многие девушки бы меня поняли. И тот шаг, что он сделал, тот самый ужас, то самое мое спасение... Все же это действительно было самым удивительным, что когда-либо делали ради меня. И, как ни крути, это изменило его облик в моих глазах. Хотя как я могу говорить об облике, если даже не видел его лица? Вместо ответа я лишь приподнялся, согнув ноги в коленях. Было не слишком удобно, наручники все же вещь не самая приятная. Удобнее положив голову на подушке, я чуть прикрыл глаза. - Если ты правда любишь меня, то хотя бы раз покажи это как все нормальные люди, - это было сказано почти с мольбой. Я не знал, так это или нет, пусть бы он даже посмеялся надо мной. Мне плевать. Я просто хотел сказать это и сказал. Но не услышал в ответ смеха.