Гештальт

2033 г. — Слушай, может, сходим в «Парадайс» сегодня вечером?— предложил Эрен.— У меня там зарезервирован вип зал и есть несколько красивых девочек. Кроме прочего, в этом кармане…— он постучал по внутреннему карману своей куртки.— … есть то, что тебе понравится. — Эрен, у меня проблемы с самоконтролем, ты знаешь. Я не хочу употреблять психостимуляторы, пока у меня есть все возможности их получить,— нахмурившись ответила Микаса.— И сейчас у нас очень много работы с предстоящим проектом.  — Да забудь ты. Мы так и не отметили твое назначение, и впереди два дня выходных. А после того, как примешь эту чудо-пудру, клянусь, сама сможешь спроектировать мост,— посмеялся парень.— Тебе нужно развеяться, и мои новые подруги тебе помогут.       Аккерман сурово смотрит на друга, пока его улыбка становится все шире.

***

      На часах полночь, когда Эрен и Микаса заходят в элитный ночной клуб. Проходят мимо толпы молодежи, чтобы пройти в свое ложе, где их уже ждали две брюнетки и одна блондинка модельной внешности и стол, набитый алкоголем и закусками. — Надеюсь, ты не разучилась пить, подружка,— Йегер весело потер ладони. — Словно я когда-то умела,— отшучивается японка.— Ты провел им инструктаж? Они подписали бумаги? — Конечно-конечно, дорогая, не переживай об этом,— взяв ее за плечи, и заведя в комнату, сказал Эрен.       Начали они с алкоголя, и впятером закончили бутылку виски, когда Эрен достал пакетик. — Стартуем?— с заговорщическим тоном произнес он.       У девушек, что были с ними, загорелись глаза от вида заветного порошка. — Я не думаю, что мешать это с алкоголем - хорошая идея,— продолжала отнекиваться Аккерман. — Блять, тебя как всегда надо уговаривать,— раздраженно прорычал парень.— Эй, ты,— обратился он к светловолосой из гостей,— Сними юбку и приляг на диван животом вниз. — Меня вообще-то Энни зовут,— недовольно говорит девушка, но выполняет указания, и расстилается на диване. — Как бы там ни было - поторопись,— грубо приказал он, и встал со своего места, направившись туда же.       Присев у оголенной пятой точки модели, он шлепнул ее, и присыпал на нее порошок. — Ну же, Микаса, давай по-старинке,— сделав пару дорог, сказал Эрен.       Когда девушка произнесла свое имя, что было таким же, что и у знакомого нам всем человека, у Микасы произошел какой-то триггер, что вернул ее на десять лет назад, в период, когда она впервые попробовала эти вещества. Она послала все к черту, и подошла к другу. Прочистив нос, она вдохнула несколько жирных дорожек. Брюнет посмеялся, и сделал себе такую же порцию, которую сразу же вынюхал.        К трем часам ночи почти все в зале были обдолбаны. — Ну, Микаса, мне пора,— раскладывая вещи по карманам, сказал Эрен. — Эй, а с ними мне что делать?— указывая руками на ластящихся к ней девочек, недоуменно спросила японка. — Этого я знать не хочу. Трахай до утра, поговори о жизни,— понятия не имею. — А ты что?— возмущено проговаривает она. — Это твой праздник, и это все я сделал для тебя,— он раскинул руки. — Энни я заберу с собой, а этих двух отправь домой. Они даже на ногах не стоят,— холодно ответила Микаса. — Эй, почему!? Мы что, недостаточно красивые?— в унисон возмущались обделенные. — Блять, успокойтесь. Держите и собирайте манатки,— Эрен бросил каждой по паре граммов вещества, и собрался уходить. — Эрен,— окликнула его Аккерман.— Спасибо.       Парень мягко улыбнулся и отсалютовал подруге, подозвав охранников, которые позже выволокли девушек.  — Пошли,— властным тоном бросила японка оставшейся девушке, которая быстро засобиралась, не выронив ни единого звука.       Из черного выхода они прошли к уже ожидающей их машине. Девушки сели на заднее сиденье.  — Передай мне бумаги из бардачка,— обратилась к своему шоферу директриса, и тот поспешил выполнить приказ.— Подпиши эти бумаги, Энни,— передав их своей спутнице, не глядя сказала она. — Что? Я же и так кипу бумаг подписала до вечеринки,— недовольно пробурчала юная девушка, смотря на свою «клиентку». Микаса же ничего не отвечала, и лишь сурово смотрела на нее, и Энни лишь тихо цокнула, принимаясь читать очередные соглашения.— И вообще, я не Энни. Меня не так зовут. — Я знаю,— безразлично говорит Аккерман.— Нужна же хоть какая-то иллюзия конфиденциальности в вашем…— она оглядела девушку возле себя.—…ремесле. Но это бессмысленно с клиентами вроде меня, где нужна юридическая гарантия. Ты, наверное, новенькая. — Нет!— почему то такое замечание оскорбило девушку.— Я знаю все тонкости этого бизнеса. Это твой друг сказал мне представляться как «Энни». Что-то в голове перемкнуло. «Сукин сын»,— выругалась про себя девушка, но выражение лица ее осталось невозмутимым. — Ты не хочешь узнать мое настоящее имя?— девушка подписала предложенные бумаги и передала их Аккерман. — Не волнует,— Микаса вскользь прошлась по договору, и удовлетворенно его закрыла, передав обратно водителю.  Модель тихо цыкнула, — А кто такая Энни? — Тебя не касается,— холодно отвечает та. — Ты выбрала меня, потому что только мне удалось представиться этим именем?— начав работу, руки блондинки потянулись к шелковой рубашке заказчицы. — Потому что ты единственная не принимала эту дрянь,— коротко отрезала она, перехватив чужую ладонь.— И придержи руки и вопросы пока мы не приедем.        Через пятнадцать минут они уже вошли в вестибюль отеля. Персонал не задавал никаких вопросов, и только приветствовал почетную гостью. Она поднялась на четырнадцатый этаж, и прошла дальше по коридору в последний номер.  — Располагайся,— учтиво произносит азиатка, несмотря на все предыдущие грубости. Из тумбочки она достает два экспресс-теста, и протягивает один из них наемнице. — Что это? — Тест на ВИЧ. — Но все мои медицинские справки были в личном деле. Ваши юристы их проверяли. — Уж прости, но я параноик, так что просто собери свою слюну и меньше пререканий,— Микаса провела тестом между губой и десной. — Тебе повезло, что твой друг хорошо платит, иначе я не стала бы терпеть эти унижения,— с гневом она смотрела на японку, проводя те же действия. — Конечно не стала бы,— впервые за весь вечер улыбка проскользнула на лице директора, а слова ее так и сквозили сарказмом. — Анна. — Что? — Меня зовут Анна. Не хочу, чтобы ты выкрикивала «Энни» после очередного оргазма,— играючи произносит она. — Интересно,— снова ухмыляется Аккерман.— Анна, не будем терять время, ожидая результат теста. Прими пока душ в гостевой ванной. И смой всю краску с лица.       Сама Микаса также пошла в душ, и вышла раньше девочки. В банном халате она проверила результаты, что оба были отрицательными, и немного внутренней гармонии прибыло с ней. В ее сейфе лежало несколько конвертов с одинаковыми суммами, и она достала один из них, положив на край стола. Азиатка налила себе еще виски, и увидела на столике журнал, которому она недавно давала интервью. Начав читать статью о себе, самом молодом генеральном директоре «Хизуру», настроение немного поднялось. И фотографии были неплохими. Тогда и вышла Анна, прикрывая переднюю часть своего тела белым полотенцем. — Поздравляю, у тебя ВИЧ,— попивая напиток, спокойно произносит Аккерман. — Шутница ты так себе,— язвительно отвечает пришедшая, слегка улыбаясь.— Зуб даю, ты говоришь так каждой. — А мне кажется, довольно забавно. И остальным кажется так же,— смеется девушка.— На столе лежит твой гонорар и мой тест, чтобы ты удостоверилась. — Да я уверена, что такой дотошный человек как ты, никогда не заразится инфекцией,— она выбросила тест в мусор.— Я удивлена, почему ты не заставила меня облиться антисептическим средством. — Тогда уж лучше алкоголем, чтобы слизывать было приятнее,— осушив свой стакан, ответила Микаса. — А это зачем?— взяв конверт в руки, спросила Анна.— Твой друг и так щедро заплатил нам. — За «унижения», что тебе пришлось пережить,— саркастично улыбнулась девушка.— Запомни, Эн… Анна: лучший секс - безопасный секс. Ты хочешь что-то выпить?       Девушка удивленно приподнимает брови, и кладет конверт обратно на стол. — С чего же наша железная леди сменила гнев на милость?— грациозно приближаясь, спросила молодая особа. Заметив журнал в ее руке, она издала еле слышный смешок.— Себя увидела, вот и радуешься? С твоим гонором, я уверена, будь у тебя шанс, ты бы трахнула саму себя,— встав напротив нее, и отодвинув чтиво в ее руке вниз, Анна заглянула в ее глаза. — Не буду врать, это моя мечта. Это так заметно?— с прищуром спросила Аккерман. Девушка тихо посмеялась, — Я буду красное сухое вино.       Брюнетка отстраняется, и спешит наполнить бокал своей гостье. Она протягивает сосуд, полнившийся рубиновой жидкостью, который та принимает, и в одночасье вливает в себя. — Можно еще? — Не так люди обычно пьют Шато О-Брион,— шокировано проговаривает себе под нос Микаса, заливая еще одну порцию. — Лей побольше,— уговаривает ее блондинка. — Слушай, девочка, мне не жалко, но я не хочу, чтобы ты обблевала здесь весь номер. Что с тобой? В клубе ты не так пила. — Что? Ничего. Мне просто понравилось это вино. Как там его? Шатобриан?— снова залпом осушив бокал, неуверенно проговаривает девушка. — Шатобриан - это стейк. Но не суть. Ты прежде спала с девушкой? — Конечно. Пачками,— истерично отвечает она. — Слабо верится. Скажи правду. Я ненавижу, когда мне врут. — Ладно…— сдалась Анна.— Я никогда не была с девушкой. И в принципе, ты была права, я новенькая. Ты - мой первый клиент,— с толикой грусти в голосе сказала она.— Но я смогу доставить тебе удовольствие, обещаю. Я смотрела «the L world», «Оранжевый - хит сезона», и прочее старье,— судорожно произносит девушка. — Тебе так нужны деньги?— спрашивает Микаса. — Да.  — Ты, вроде, не употребляешь. Зачем тебе? — Я хочу перевезти свою младшую сестру в Германию. Она живет в России с родителями. Они плотно торчат,— уведя взгляд в пол, сказала девушка.— Мне повезло, что я поступила сюда на учебу, и у меня появился шанс выбраться из той дыры, но она еще совсем ребенок. — Сколько тебе нужно? — Нет, мне не нужны эти клишированные повороты из старых фильмов, где богатый главный герой, услышав о проблемах обездоленной замарашки, озолачивает ее, и жили они долго и счастливо. Ты не Ричард Гир, а я не Джулия Робертс. — Да, ты права. Ричард Гир не такой сексуальный…— который раз за вечер Микаса без стеснения оглядывает чужую стройную молодую фигуру.—…да и тебе до Джулии далековато,— блондинку это замечание оскорбило, но она лишь нахмурила брови.— И никакого «долго и счастливо». Я просто хочу помочь тебе как знаменитый филантроп. К тому же, я рада, что твое поколение еще смотрит классику,— Аккерман снова открыла свой сейф, и достала еще четыре конверта.— Здесь 10,000 евро. Этого хватит? — Д-да…— мешкаясь отвечает Анна.— Что мне сделать, чтобы… — Ничего,— прерывает ее Микаса.— Можешь идти. Я буду полной уродкой, если позволю тебе остаться. Не пятнай свою честь, Анна. Лучше выходи из этого дела,— предвещая скорый отход ко сну, девушка наливает в свой стакан еще двойную порцию виски, и занимает место в кресле, продолжая читать журнал.        Типография уже канула в лету в 2033 году, но Микаса оказалась человеком, которым боялась стать спустя года. Человеком старой закалки. Поэтому в своем номере всегда ожидает свеже распечатанный новый номер диджитал изданий.        Анна еще около десяти секунд не движется с места, все так же придерживая свое полотенце. Она смотрит на Аккерман, ожидая подвоха, но та продолжает внимательно осматривать себя на страницах еженедельника с самодовольной улыбкой. Девушка медленно берет конверты, все также не сводя глаз с японки. — Ты уверена?— робко спрашивает блондинка. — Ты еще здесь?— поднимая взгляд с чтива, она сверлит им русскую, и следом тянется к телефону, связывающий номер с ресепшеном, и просит администратора заказать такси. — Слушай…— снова начинает Анна, и Микаса шумно вздыхает. — Ты точно новенькая, раз не знаешь, что в той сфере, куда тебя занесли перипетии жизни, не принято так много разговаривать. Пусть это будет твой первый и последний урок, а теперь ступай. Иначе сама будешь платить за ожидание такси. — …Может переспим?— предлагает младшая.       Аккерман на секунду оступается, и странно смотрит на спутницу, пока снова не укрывается за глянцевой бумагой. — Я же сказала, ты ничего мне не должна. Проваливай. — Да я это поняла. Но я просто хочу тебя. — Очень смело говорить такие вещи, не владея никаким опытом,— отложив журнал на подлокотник, сказала брюнетка.— Хочешь, чтобы я еще и учила тебя удовлетворять женщин? А ты ненасытна, Анна,— усмехнулась она, встав со своего места.— Может, мне все же стоит называть тебя «Энни»?— Микаса подошла к девушке и взяла ее за плечи.       Мелкая дрожь пробила тело блондинки, когда ее глаза упирались в ключицы и часть груди, видимой из под халата, но в следующий момент азиатка развернула ее на 180 градусов, и все также держа сзади за плечи, повела к выходу: — Радуйся. Ты первая девушка, которую я лично провожаю. — Стой-стой,— брыкаясь в ее руках, ей удалось снова развернуться к ней лицом.— Дай мне хоть шанс,— схватившись за ворот ее халата, практически вымаливала Анна.— Если тебе не понравится, я сразу уйду. — Знала бы ты, как жалко ты звучишь,— сбросив руки с чужих плеч, обреченно сказала Аккерман.       Она взяла девушку за запястье, и потащила обратно в спальню. Японка допила свой виски и села на край кровати, оперевшись руками, и выжидающие посмотрела на русскую: — У тебя есть пять минут, чтобы меня заинтересовать. Я за пять минут могу заставить девушку кончить.        Анна сглотнула ком в горле и скинула свое полотенце, обнажив красивое тело. Микаса без особого интереса оглядела его, выдавив лишь слабую улыбку. Девушка неуверенно подошла ближе, и села на колени брюнетки, руками обвив ее шею и завлекая в поцелуй. Губы Аккерман были влажными, но искусанными, выдавая ее нервную натуру, и на них чувствовалась горечь только выпитого алкоголя. Анна подметила, что целовать девушку гораздо приятнее, чем парней, и как бы ей ни хотелось продлить этот момент, она вела расчет времени, и перевела свое внимание на часть тела, прежде возбудившую ее, и принялась покрывать тонкую шею и плечи влажными поцелуями, постепенно спускаясь к ложбинке меж грудей.       Сейчас уже Микаса наблюдала за ее действиями с неким интересом, откинув голову и челку, что мешала обзору. Когда девушка добралась до части тела, скрытой все еще запоясанным халатом, она подняла свой взгляд на японку, что с легкой ухмылкой и приподнятой бровью смотрела на нее. Она решила не кобениться и развязала пояс, распахнув элемент одежды. Несколько секунд девушке понадобилось, чтобы восхититься спортивным телосложением директрисы, и еще несколько, чтобы разглядеть два тату на ее теле. Одно из них находилось под правой грудью, и являлось дугообразной надписью «mi casa su casa». Это была игра слов, и полагаю, в тот период, когда азиатка била ее, она находила это очень забавным. А русской девушке было еще смешнее читать это. Второе же тату, что было набито внизу ее живота, прочесть она не смогла, ведь оно представляло собой надпись на японском. «いらっしゃいませ» — Что это? — Ошибка молодости,— брюнетка снова встряхнула свои волосы. — Что это значит? — «Добро пожаловать».       Анна коротко кивнула, и встала с партнерши, отталкивая ее назад на жесткий матрас. Она нависла над ее грудью, и приблизилась к вершине, обхватив ее губами. Впервые дыхание азиатки сбилось, ведь грудь была ее самым чувствительным местом. Проведя те же манипуляции со вторым соском, она продолжила свое «погружение», ведь время поджимает. Проведя дорожку поцелуев по плоскому животу, она спускалась к заветному месту, куда приглашала надпись.        Сказав на русском «спасибо за теплый прием», Анна положила ноги Аккерман себе на плечи, и начала неуверенными движениями языка стараться доставить партнерше удовольствие. Микаса, скрестив руки на груди, пыталась своими скудными познаниями русского языка понять фразу девушки, но из дум выводят постоянные рваные движения по поверхности всех ее внешних половых органов. Ее лицо заметно напряглось и она дергалась от каждого касания клитора, исполненного с излишним давлением. Глаза японки особенно расширились, когда она резко ощутила в себе два пальца. — Так все, закончили,— вскочив на локтях, протараторила Микаса высоким тоном. — Ты кончила?— глазами олененка смотря на брюнетку, поинтересовалась Анна, и протолкнула пальцы глубже.       Аккерман сощурила глаза от неприятных ощущений и приподняла брови. — Ты из меня бибабо сделать хочешь?— дрожащим голосом выдавила она, прикрыв руками глаза.— Вытащи…— глухо произнесла она. — Что? — Вытащи свои пальцы из моей вагины!— не выдержав, вскипела она, и младшая с испугом тут же выполнила просьбу. — Тебе больно? Я же все делала как в фильмах,— с волнением начала она. — Что ты за фильмы смотрела? Лесбийский ремейк «Секретарши»?— саркастично спрашивает старшая, смотря на девушку. — Вроде бы, в одном из них было что-то с секретаршей. Как ты узнала? Я думала, лесбиянки не любят лесбийское порно,— наивно говорит Анна, и Микаса смотрит на нее с каменным лицом, редко моргая, а после снова откинулась на простыни.— Тебе не понравилось?— виновато смотря в пол, спрашивает она. — «Не понравилось» - это довольно мягкое описание того, что я чувствую,— серьезно произносит Аккерман. — Я поняла. Прости,— печально проговорила русская, и встала с пола, подобрав оттуда полотенце. Брюнетка снова громко вздохнула, и поднялась вверх к спинке кровати. — Иди сюда. Анна обернулась, и как щенок подбежала к краю кровати.  — Садись. Блондинка присела на матрас, вызывая еще один мученический стон азиатки. — На мое лицо, тупица. «О господи помилуй»,— снова на русском произносит девушка, и все же перекидывает одно колено через голову Аккерман и смотрит на нее между своих ног сверху-вниз. Та с каким-то раздражением смотрит в ответ, и опускает свои руки на ее бедра, и устраивается удобнее. В считанные секунды Анна закрывает свой рот рукой, чтобы не издать стон, который мог бы разбудить других посетителей отеля, и шире раскрыла глаза в немом удивлении. Парни раньше делали ей куннилингус, но это было более схожим с тем, что она продемонстрировала минутами раннее. Постепенно она убрала руку ото рта, и начала тихо постанывать, двигая бедрами в такт ловким движениям языка Микасы. Одну руку она положила на верхушку изножья, а вторую на руку девушки, слегка сжимая в моменты высшего наслаждения. И вот спустя пару минут, когда ладонь начала сильнее сжимать чужую, а стоны и движения бедер становились более оборванными, Микаса остановилась. Блондинка с мольбой посмотрела на нее, но та безжалостно прокомандовала. — Вставай.       Девушка неохотно последовала указу, и снова перебралась на одну сторону через Аккерман, и тут же была повалена на спину, оказываясь под брюнеткой, что прижимала ее руки по обе стороны от головы, в то время как ее колено находилась между ног русской, не сильно прилегая к промежности, и к сожалению, этого трения было недостаточно для долгожданной разрядки.  — Микаса,— протягивает младшая.       Она оказалась проигнорированной, и вместо ответа, Микаса приблизилась к ее уху, и обвела языком раковину, вызывая табун мурашек по телу младшей. Она и не догадывалась, что ее уши столь чувствительны. Она в принципе оказалась куда чувствительнее чем обычно в руках японки. Языком она провела мокрую дорожку вдоль по шее, и слегка прикусила ее, вызвав слабый стон. Не зацикливаясь на этом, она опустилась к груди, лаская языком один из сосков, и пальцами - другой. Анна старалась как можно ближе приблизиться к колену, что не давало ей покоя, но чем ближе она спускалась, тем дальше перемещалась нога. — Прошу, Микаса… — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — Спустись ниже,— мученически выдавливает младшая.       Длинные пальцы Аккерман легко касаются клитора, а это действие уже заставляет блондинку выгнуться в спине.  — Не хочу,— капризно отвечает брюнетка, и убирает руку на талию девушки, до боли сдавливая кожу.       Микаса переставляет свою ногу по другую сторону от девушки, и теперь сидит на ней. Анна сжала свои бедра, стараясь хоть таким образом заполнить болезненную пустоту, но японка грубо раздвинула их обратно. — Действительно ненасытна,— замечает девушка, и прикладывается ртом обратно к шее блондинки, пока рука наконец медленно спускается к изголодавшейся части тела по плоскому животу.        Она полностью прикладывает ладонь к губам, и средним пальцем проводит между ними от влагалища до клитора. Девушка под ней обнимает ее за плечи и томно вздыхает, уже боясь показывать свое расположение, ибо боится, что Аккерман снова отступит. Микаса возвращает палец обратно ко входу и слегка надавливает, когда Анна слегка впивается ногтями в ее спину. Аккуратно брюнетка вводит его внутрь, наблюдая за реакцией партнерши, чье тело было все еще напряжено. — Все хорошо?— шепчет в ухо азиатка.       Младшая расслабилась, и распрямила свои пальцы, убирая острые ногти. Внутренние стенки тоже немного разжались, и это послужило ответом для Микасы. Она начала медленные и ритмичные движения пальцами внутри, и наслаждалась тихими стонами русской. Она поцеловала девушку в ключицу, и продолжила, большим пальцем параллельно стимулируя клитор. — Еще,— прошептала блондинка.        Аккерман ускорила темп, но и этого девушке было мало. Тогда брюнетка вставила еще безымянный палец, и ногти, покоившиеся на ее спине, снова вжались в кожу. Она на секунду остановилась, когда Анна притянула ее ближе к себе. — Грубее,— вымолвила она, и у Микасы уже не осталось ни сил ни терпения играть с девушкой. К тому же, ей не терпелось увидеть ее лицо на пике ощущений.        Она поднялась и свободной рукой сжала предплечье девушки, упираясь на него. Ее движения из плавных и нежных стали грубыми резкими и быстрыми толчками. Она буквально вдалбливала свои пальцы в девушку, которая закрывала рукой свой рот, чтобы сдержать крики удовольствия. Ее глаза были закрыты, и на ресницах можно было заметить влагу. Микаса пристально смотрела на ее лицо а потом на груди, двигающиеся в такт движениям ее руки.  — Убери руку, здесь толстые стены. Тебя никто не услышит кроме меня,— спокойно произнесла брюнетка, но Анна продолжала подавлять звуки.— Я сказала убрать руку,— чуть более злобно повторила она.— Я хочу слышать твой голос. Убери свою руку, или я уберу свою,— пригрозила она, остановившись внутри, и это возымело эффект.        Девушка сжала простыни под собой, чтобы как-то обуздать свои ощущения. Микаса тихо хмыкнула, и с новой интенсивностью задвигалась в ней, наслаждаясь развязными стонами как своей наградой. Спустя минуту ноги девушки задрожали, а рука сильнее вжались в постель. Аккерман остановилась, когда ощутила как стенки сжали ее пальцы, слегка пульсируя, а глаза ее смотрели в чужие, закатывающиеся от удовольствия. Рот блондинки был приоткрыт, и она издала последний, самый сладкий стон. Тогда, японка, с чувством выполненной задачи, вышла из нее и снова набросив на плечи халат, ушла в ванну ничего не сказав. Анна могла только смотреть ей вслед, восстанавливая дыхание.       Микаса помыла свои руки и еще раз за вечер умыла лицо. Вернувшись в спальню, на комоде она взяла свой порт сигар и посмотрела на гостью. — Куришь?— она вставила одну из палочек в рот и указала на нее. — Редко. — Будешь? — Да.       Девушка поднялась на ватных ногах, также облачившись в махровый халат, и вышла к брюнетке на небольшую террасу с видом на город. Уже рассветало, и это было одно из самых красивых зрелищ, что видела русская. — Красиво, да?— Микаса вытряхнула лишний табак из тонкой сигареты и предложила ее девушке, которая коротко кивнула в знак согласия.— Устала? — Есть немного,— обняв сидящую японку сзади, произнесла Анна. — Тогда можешь переночевать в соседнем номере. Код - 1405. Не стесняйся просить у обслуживания все необходимое,— выдохнула вместе с дымом Аккерман. Блондинка убрала руки с плеч девушки и вопросительно посмотрела на нее.— Или я могу заказать тебе такси до дома. — Но я думала… — Я не сплю с людьми в одном помещении,— отрезала на полуслове Микаса. — Я сделала что-то не так? Или ты типа храпишь во сне? Мне все равно,— с дрожью в голосе спрашивает девушка. Брюнетка оборачивается и смотрит на нее странным взглядом. — Глупые вопросы, Анна. Не задавай их,— строго проговорила она. — Но я хотела продемонстрировать тебе то, чему ты меня научила…— с надеждой в голосе говорит младшая. — Я вымотана и мне не до этого, так что, прошу, довольно,— она вернула свой взор на простирающаяся город.— Позволь мне насладиться рассветом. — Может, мы обменяемся контактами, и как-нибудь повторим?— робко произносит Анна. — Если у меня возникнет желание повторить - я с тобой свяжусь,— не глядя на собеседницу, отвечает девушка. — Я понимаю, Микаса, но ты мне правда понра…— блондинка снова оказалась перебитой. — А вот и оно,— обреченно выдохнула Аккерман.— Если ты пытаешься завербовать меня в свою сахарную мамочку - зря силишься,— перейдя на повышенные тона, вспылила она.— Спешу огорчить, но я не вижусь с девушками вроде тебя больше одного раза. А сейчас, думаю, тебе стоит уйти. — Вроде меня?!— возмущенно спросила русская, выбросив недокуренную сигарету на холодный кафель.— Я думала, то, что было между нами, произошло по обоюдному согласию и взаимному желанию, а не договоренности. Я думала, ты не считаешь меня одной из девушек на ночь. — Все взаимоотношения - договоренность и сделки, Энни,— нарочно выделив последнее слово, процедила Микаса.— С чего ты взяла, что ты особенная?— она бросила на нее взгляд через плечо и затушив свою сигарету в пепельнице, встала из кресла и направилась обратно в номер. Азиатка связалась с администрацией отеля: «Прошу, поменяйте постельное белье в 667-ом номере. И закажите такси ко входу. Спасибо.»,— не отводя взгляд от расстроенной гостьи, говорила в трубку брюнетка. — Если у тебя были силы на секс, уверена, их хватит на то, чтобы добраться до дома,— оперевшись руками на столешницу, на которой был телефон, сказала она.— Провожать не буду. — Ты так жестока,— подытожила Анна.       Микаса разочарованно и злобно посмотрела на младшую, а затем горько усмехнулась. — Который раз уже убеждаюсь, что люди не понимают хорошего отношения к себе. Бери деньги жестокого человека и проваливай, девочка.       Брюнетка который раз за вечер плеснула себе в стакан горячительную жидкость, и направилась обратно на балкон.       Спустя пять минут, докурив еще одну сигарету, она услышала звук закрывающейся двери, а затем одного из членов персонала, который принялся обновлять белье.        Микаса вернулась в номер, в котором ничего не напоминало о недавнем присутствии гостьи. Она облегченно вздохнула, и посмотрела на часы. Без пятнадцати минут семь утра. Брюнетка отправила Райнеру сообщение:

«Можешь отправить конкурсантам условия третьего тура в полдень.»