По велению судьбы

      Хотелось кричать. Хираи было тяжело воспринимать то, что происходит с ней. Она не то, что не любит свою мать — она её боится. Её реакция всегда непредсказуема, и не поймёшь, угодишь ли ты ей в этот раз или нет.       В квартире, где Хираи прожила всё детство, было много правил: не шуметь, всегда выполнять домашние обязанности. Задания такие как: вытереть пыль, пропылесосить. Но было одно самое главное, и никто его не нарушал — в кабинет Мицуко не под каким предлогом не разрешалось входить. Если что-то случалось, то нужно просто постучать. А так сам кабинет почти постоянно закрывался на ключ. Акико младшая всегда сидела на полу рядом с дверью и размышляла, почему же ей нельзя входить.       Но с возрастом ответ пришёл сам. Документы. В один из дней — когда Мицуки не было дома — кабинет был открыт. Хираи долго пыталась разубедить себя, но интерес взял вверх, и, открыв дверь, девочка попала в просторную комнату. На столе лежали какие-то возможно, важные бумаги с текстом, которые так интересно было рассматривать, но Акико ничего не понимала.       Это был первый и последний раз, когда Хираи была в кабинете матери. И это случилось десять лет назад. Сейчас же Хираи практически ничего не знает о своей матери. Отца она не видела с девяти лет. Именно в этот момент, когда Дэйки умер, Мицуко теперь будто цветок, который завял. Частая улыбка, которая украшала молодую мать постепенно пропала. Женщина с головой окунулась в работу, но не забывала о своём ребёнке. Частый контроль для Мицуки был нормой — нельзя гулять допоздна, зато можно делать уроки. «Ты обязана учиться на отлично, ведь тупиц никуда не берут. Хочешь жить на помойке?»       Хираи боялась этого. Боялась такого исхода событий. И каждый день, после уроков, маленькая девочка перебегала домой, и вместо того, чтобы идти гулять с подружками, садилась за учебники. Даже будучи взрослой, двадцатилетней девушкой, она всегда всё учила. Предметы с каждым годом всё усложнялись, и понимать материал становилось всё сложнее и сложнее. Но Хираи Акико не хочет сдаваться. Она будет бороться до последнего.       Так думала Хираи. Всегда. Каждый грёбаный день, у неё в голове прокручивались фразы Мицуки. Они её мотивировали не падать в грязь лицом.

***

      Какучё поставил последнюю коробку на ламинат. Проблема с квартирой решилась быстрее, чем думал парень. У Хайтани есть несколько квартир в Роппонги, и большей частью они не пользуются. Ран всё таки узнал, что в старую квартиру Хитто попасть не может, и любезно согласился отдать одну из своих. Да и сам Хайтани хотел загладить вину перед товарищем. Когда Какучё попал в колонию после больницы, его встретил Саус — разговор был не из самых приятных, что в конечном итоге привело к избиению и поражению. «А сдал меня Ран», — Какучё вздохнул и пошёл на свою новую кухню.       В живую, квартиру Хитто увидел только после заселения в неё. У того и мысли не было, что место, которое он может назвать «домом», будет плохим. Так и на что ему жаловаться? Он должен радоваться, что у него попросту есть место жительства.       Рукав толстовки закатился и показалась метка. В виде карпа. Какуче всегда её закрывал. Толстовки, повязки. Чем угодно, лишь бы её никто не увидел. Хитто боялся, что могут найти его соулмейта. Раньше него. Парень не хочет потерять ещё одного человека. Он не хочет потерять свою судьбу.

***

      Хираи кажется, что лучше бы она вообще не поступала в университет. Пошла бы работать куда угодно, лишь бы не просиживать штаны на парах от скуки. Хоть выбирала университет Акико, сама выбирала профессию, но это оказалось сложнее, чем думала Хираи. Но отчисляться она не хочет. Ей осталось доучиться два года, и бросить дело на пол пути она не сможет. «Ну если бы я и отчислилась, то получила бы трёх часовую лекцию, на сколько я безответственная».       Хираи держалась из последних сил, чтобы просто не достать телефон и не позалипать в игрушки, которые были встроены в устройство. Она поглядывала на Риндо, который без сомнения совести сидел в телефоне, но все-таки что-то записывал.       Хайтани всего за неделю стал звездой в университете. Многие девушки с потока бегали за ним, пытаясь привлечь внимание парня. Но Риндо не обращал на них никакого внимания. Хайтани было просто невыносимо слышать возгласы девчушек, которые то и дело подкладывали различные записки с признанием в любви.       Это заставляло Акико частенько задумываться: "Как можно так быстро влюбиться и подкидывать признание в любви? У них соулмейтов нет?" Но Хираи не жалела тех девушек — ей было жалко свою одногруппницу, которая по совместительству ещё и староста.       Со второго дня обучения в университете у Риндо будто голову снесло, драки в течение дня стали для него нормой. Что не день, то он не обходится без слухов: «тот красавчик» снова подрался с очередным парнем. А бедной старосте приходилось отвечать за этого недоумка. Да и профессоров Риндо не жалел. Так он сломал руку преподавателю за то, что тот сделал ему замечание. «Он держит в страхе почти весь факультет».       Вот и очередная пара подошла к концу, и только Хираи вышла из аудитории, как её схватили за руку и отвели за лестницу, которая была очень близко. Ей закрыли рот ладонью. Акико страшно. Она пытается вырваться из хватки «похитителя».       —Да не ори ты, — голос знакомый, повернувшись, Хираи убедилась в этом. — Этот диалог нужно скрыть от лишних ушей.       Хираи очень удивилась, когда Риндо, взяв её за руку, повёл девушку в направление к кабинетам. Подойдя к одному из них, Хайтани прислонился ухом к двери, и даже не повернувшись к Акико лицом спросил:       —Шпилька есть?       Конечно есть. Иначе бы её пучок давно распался. За своим внешним видом юная леди следит очень тщательно. Её рубашка всегда была чистой, штаны без складок, причёска аккуратна. Но дома, в её комнате, в отдалённом углу стоит стул, на который были сброшены какие-то вещи, до которых руки так и не доходили, чтобы разобрать их.       Достав из причёски одну шпильку, которая была так необходима Хайтани, она молча передала её. Молодой человек, начал вертеться рядом с замком, и Хираи тут же поняла, что хотел сделать Риндо. Через пару минут и нескольких матов светловолосого ребята попали в кабинет. Хайтани любезно пропустил Акико вперёд и сам зашёл следом, попутно закрывая за собой дверь.       —Почему мы не могли просто выйти на улицу или отойти в укромный уголок? — Хираи села на парту и внимательно посмотрела на юношу, — Зачем такие сложности?       Риндо подошёл к ней и сел за учительский стол, доставая пачку сигарет и зажигалку. Подойдя к окну, он открыл его и, поджигая сигарету, начал свой монолог:       —Я не пылаю жаждой, чтобы нас подслушали, так ещё от меня одногруппницы отлипнуть никак не могут, будто жвачки, — фыркнув, парень сделал затяжку, — Надеюсь, я ответил на твой вопрос. А теперь перейдем к теме. Медлить я не хочу, поэтому скажу сразу. Я знаю твоего соулмейта.       Хираи была в шоке. Её затрясло изнутри от удивления и страха. Может, Риндо Хайтани приведет её к своей судьбе? К соулмейту, о котором она так мечтала. А если соулмейт её не примет? У Акико сбилось дыхание, руки не слушались свою хозяйку: дрожали и иногда дëргались; ноги обмякли до такой степени, что девушка не смогла бы даже встать с парты. С каждой новой мыслью, которая посещала голову Хираи, её сердце билось всё быстрее.       Риндо заметил, что со знакомой что-то не так. Потушив сигарету и выкинув её в окно, парень подошёл к Акико и посмотрел ей в глаза, и увиденное его напугало. Её зрачков почти было не видно — вот, до какой степени они сузились. Со лба стекали капли пота. Не уж то он простыми словами довёл одногруппницу до такого состояния? Он не понимал, что делать. Звать ли ему помощь?       —Эй, успокойся, всё будет нормально, — Хайтани понимал, что такие слова явно никого не утешат, но это всё, что было в словарном запасе парня на данный момент.       Риндо будто забыл, что вообще существуют слова. Однажды — в далёком детстве, он сам испытал подобное состояние, когда увидел впервые труп. Хайтани младший с ужасом в глазах смотрел на мёртвое тело, которое начинало гнить. Лежало оно довольно давно, и мальчика удивляло, как его до сих пор не нашли? А напуганный старший брат пытался увести Риндо и также успокаивал его, теми же словами. Но тот опыт оставил неизгладимый след на маленьком Риндо.       Быстро достав из кармана прямых штанов телефон, Хайтани начал что-то искать. Пальцы с большой скоростью перебирали кнопки, пытаясь удержать телефон. Риндо уже сам начал переживать, смотря, что Хираи становиться ещё хуже, чем было.       Тем временем телефон работать не хотел. Будто специально, нажимая на кнопки, они не появлялись. Громкое «Сука!» привлекло Акико. Та посмотрела на него, но ничего сказать не смогла. Ком в горле не давал Хираи произнести ни единого слова. Руки всё также подрагивали, однако дыхание начало потихоньку приходить в норму.       Риндо, немного подумав и посмотрев на телефон, у которого нет сети, положил его в карман. Руки вдруг тянулись к девушке, и та оказалась в его объятиях. Хайтани не хотел смотреть на Акико, которая была очень напугана, как и он сам.       Риндо уважал Какучё Хитто, за его силу. Хираи Акико за ум. Хайтани практически каждый день наблюдал, как молодая девушка, которая сидела впереди него, не очень охотно, но с большой уверенностью отвечала на вопросы преподавателя. Но у этих двоих была одна черта характера. Они всегда помогут тем кем дорожат, чтобы не случилось.

***

      В кабинете душно — так думала Хираи, пока она не поняла, что её обнимают. Её прижали прям к чужому телу, которое было очень тёплым. Немного покрутив головой, её выпустили из рук. Риндо всё также продолжал стоять и смотреть на неё.       Акико вспомнила, что в самом начале разговора с Риндо, тот открыл окно и закурил, а жарко ей потому, что она в рубашке, поверх которой надета достаточно тёплая жилетка, не позволяющая ей замёрзнуть по дороге домой. Так ещё можно добавить её эмоции, которые вдруг выплеснулись наружу. «Давно такого не было...»       Ну, как давно — такого не было никогда, насколько помнила Хираи. А ещё некоторые моменты девушка совершенно не помнит, и это пугает Акико. Какие-то моменты из детства она помнила очень размыто, туманно, а о некоторых вообще не знала, лишь слышала мельком из уст Мицуки.       —Тебе полегчало? — голос Риндо прозвучал очень громко, отчего Акико чуть подпрыгнула, а Хайтани пристально посмотрел в глаза Хираи, — Давай тогда отложим этот разговор на потом.       Договаривал Риндо, почти выйдя из аудитории. Хираи слезла с парты, достала мини зеркальце и посмотрела в него. Немного припухшие, красные глаза. Акико вздохнула. Это ещё хорошо, что на её лице только это.       Когда девушка застегнула рюкзак, Риндо уже не было. И вправду не хочет привлекать внимание, поэтому девушка тяжко вздохнула и пошла к выходу.

***

      Печаль сменилась на злость, когда Хираи поняла, что произошло днём в университете. Она же могла узнать про соулмейта, а из-за того, что Акико очень сильно перенервничала, ничего у неё не вышло! Мысли путались, а Хираи пыталась игнорировать странный голос в своей голове, который так и кричал, что в скором времени должно что-то случиться. Шестое чувство подводило редко, как и появлялось, поэтому Акико начала переживать. Может, это из-за того, что у неё был «нервный срыв», которого она ожидала?       Девушка также была взволнована и возмущена, когда после окончания последней пары ей позвонила мать. Она сказала, о необходимости отнести продукты в дом Мицуки, при настоятельно порекомендовала Хираи выполнить её просьбу, так как сегодня она уйдёт в ночную смену и времени у неё на это не будет. Девушка решила не спорить с матерью.       Запасные ключи всегда лежали в маленьком отсеке портфеля, поэтому, поставив два нелёгких пакета и достав ключи, Акико вставила их в замочную скважину и открыла дверь.       —Я пришла!       Но никто не ответил. Только настенные часы тикали, что раздражало Хираи. Разувшись, Акико начала ходить по квартире. Пакеты юная леди занесла на кухню и начала разбирать их. После того, как все продукты были разложены по своим специально отведённым местам, Хираи закрыла холодильник и решила подойди к кабинету Мицуки. Мало ли вдруг женщина ещё не ушла, и она просто её не слышит? Хотя, чтобы не услышать крик Хираи, человек должен очень плохо слышать. Постучала один раз. Тишина. Постучала второй раз, но уже чуть-чуть применив силу. И опять тишина. На третий раз Хираи со всей силы пнула дверь. Дверь открылась.