Слепец, беглец и одна попаданка

      Помня об обещании, данном Шуанхуа, А-Цин зашла в оружейную лавку и после недолгого торга разорилась на мешочек самой мелкой пудры и кувшинчик масла для полировки. Оставалось надеяться, что вредный сноб останется доволен. Лавка была не так чтобы первоклассной: мечи и кинжалы обычные, для простых людей, но вроде бы качественные. Впрочем, выбирать не приходилось — лавка была единственной на весь город И.       В похоронный дом она буквально вбежала, сразу крикнув:       — Яньянь, я вернулась, сейчас такое рас!.. — договорить она не успела, чуть не впечатавшись в Сяо Синчэня. Корзинка едва не упала, но Сяо-гэ успел ее перехватить.       — Так нашего гостя зовут Яньянь? — мягко спросил гэ, одним плавным движением ставя корзину, подхватывая ее и помогая удержаться на ногах. — Он не представился.       — Да сразу видно, что характер у него не очень, — нервно фыркнула А-Цин, вцепившись гэ в ханьфу, и смутилась, когда в ответ раздался раздраженный хмык.       Она аккуратно выглянула из-за Сяо-гэ и, сразу напоровшись на недобрый прищур сидевшего за столом Сюэ Яна, спряталась обратно. Хорошо, что она мелкая еще, Сяо Синчэнь ее удачно закрывает…       Устыдившись, А-Цин тут же выступила вперед и, подбоченившись, спросила:       — А ты лекарство пил?       Сюэ Ян скривился, но кивнул, не отрывая от нее горящего каким-то странным огнем взгляда.       А-Цин склонила голову набок, сбитая с толку… имя не понравилось? Вдруг накатила нервозность. Едва удержавшись от того, чтобы не показать язык, она шмыгнула носом и полезла в рукав, начиная тараторить:       — Гэ, я тебе купила, точнее, Шуанхуа купила… Да где же оно?.. А, вот! Я ему обещала масло за то, что он мне помог разрубить гробы. На! И пудра вот.       — А-Цин, не следовало… — мягко проговорил Сяо Синчэнь, но улыбнулся и взял протянутое, благодарно кивнув. — Ты хотела что-то рассказать?       — Да, — резко кивнула она, схватила гэ за запястье и потащила к столу. Усадив его на лавку, она прилепила кривовато начертанный, но работающий талисман собственного изготовления к чайнику, спохватилась, что не налила в него воду, тут же набрала из ведра воды, предварительно отлепив талисман, закрыла чайник, снова прилепила талисман и наконец активировала его. Воцарилась тишина.       Брови Сяо-гэ все это время медленно поднимались вверх, Сюэ Ян просто с интересом наблюдал за ее метаниями. А-Цин вдруг смутилась, и стало еще более неловко и нервно. Действительно, чего это она распереживалась… Все нормально.       По канону.       Божечки, спаси и помоги, дай сил и терпения все исправить! Мысленно помолившись неизвестно кому, А-Цин нервно улыбнулась куда-то между заклинателями и села, положив руки на стол.       — Так. В городе неспокойно. Тебя ищут, — посмотрела она на Сюэ Яна и увидела, как насмешливая ухмылка, с которой он наблюдал за ее суетой, пропала. Он ощутимо напрягся, но тут же скривился от боли. — Судя по всему, Ланьлин Цзинь. Ты им чем-то насолил?       Сюэ Ян скривился еще сильнее и огрызнулся:       — Тебя это не касается, малявка.       Ну, кто б сомневался. Однако попытаться стоило.       — Мелк-кха-кха… — закашлялся он, но в итоге все-таки сумел закончить: — В дела взрослых лезть.       Голос бы сиплый, грубый, и у А-Цин мелькнула мысль: а как он должен звучать на самом деле?       — Это ты, что ли, взрослый? — возмутилась А-Цин.       Сюэ Ян усмехнулся пакостливо и самодовольно кивнул. А-Цин опешила, Сяо Синчэнь, позабавленный, мягко улыбнулся.       — Не нужно спорить, — попросил он. — Наш гость и правда старше.       — Ах!.. — пораженно ахнула А-Цин, неприятно удивленная тем, что поддержку оказали не ей, но тут же вспомнила, как тут заморачивались с почитанием предков и вообще старших, и малость успокоилась.       — Вот так, мелочь, — просипел Сюэ Ян и довольно посмотрел на Сяо-гэ, и А-Цин опять разошлась:       — Ты!.. Когда я спросила, ты сказал, что на хвосте никого не приведешь, а ты!.. — запальчиво начала она, но сразу замолкла, когда ее руки коснулись прохладные пальцы Сяо Синчэня. — Ладно. Это неважно.       Хотелось высказаться, выплеснуть возмущение, но толку от этого не будет. Взяв себя в руки, она глубоко вдохнула, чувствуя остаточный запах полыни и немного — сырости, и сказала:       — Ну, можно сказать, что нам повезло. Оказалось, местные не любят заклинателей, потому что раньше державший эти земли орден облажался…       — А-Цин, — мягко укорил Сяо-гэ, не любивший, когда она ругается или выражается.       А-Цин замахала руками, ей не терпелось рассказать, что было на рынке.       — Ладно-ладно, я поняла! В общем, они привели за собой нечисть с ночной охоты. Прямо в город! Из-за них много людей погибло… — она шмыгнула носом и закончила: — Так что, как ни странно, нас не выдали. Может, и дальше не выдадут. Повезло, что ты, гэ, даос, а не из великого ордена.       Сюэ Ян подавился смешком и снова раскашлялся. Сяо Синчэнь потянулся к нему, но стоило ему положить ладонь Сюэ Яну на спину, как тот дернулся и чуть не свалился с лавки. А-Цин закатила глаза и встала, чтобы сделать чай.       — Гэ, а помнишь того яо на пасеке? У нас меда разве не осталось? — спросила она. Мед, который им тогда дали в оплату, был очень ароматным и вкусным, немного горчил на языке и отдавал травами. Но ей даже понравилось. Да и при лихорадке полезно.       — Да, — кивнул Сяо Синчэнь. — Но он должен быть у тебя.       — Точно! — спохватилась А-Цин и стала доставать свои мешочки, выкладывая их на стол после проверки. Сюэ Ян с любопытством следил за ней и в этот самый момент напоминал кошака. Малость покоцанного, с рваным ухом, такого… уличного драчуна. Хитрые глазищи слегка щурились, брови приподнялись домиком, губы изогнулись в ухмылке — так и хотелось протянуть руку и погладить. Вот только было бы очень легко получить когтистой лапой по руке… А то и вовсе без нее остаться.       Помотав головой, А-Цин поразилась, какие глупости в голову лезут, и продолжила изыскания. Наконец она достала заветный горшочек, закрытый промасленной плотной бумагой в несколько слоев и обвязанный веревкой.       — О, вот и мед!       Как раз закипел чайник, и она достала полотняный мешочек с травами, которые нравились гэ. Они сами собирали их и сушили. Заварив в чайнике сбор с жасмином, А-Цин ополоснула ложку, прикинув, что нужно купить еще… или сначала поискать в мешочках? Вообще, было бы неплохо провести ревизию, вдруг там что полезное завалялось, а она и не помнит?       — А-Цин? — раздался нежный голос Сяо Синчэня, и она растерянно заморгала.       — Задумалась, — сказала А-Цин и вдруг широко зевнула, едва успев прикрыться рукавом. — Надо ложки купить, гэ, миски и полотна на простыни, еще одеяло и расческу, наверное. У него вообще ничего нет.       — Купим, — кивнул Сяо Синчэнь. А-Цин удовлетворенно кивнула, видя, как настороженно смотрит то на нее, то на Сяо-гэ Сюэ Ян. Изнутри пробрала дрожь от этого взгляда, но А-Цин старательно подавила ее, подышав на счет и представляя, как ци медленно перетекает по кругу, от ступней вверх, по спине, через голову вниз, через грудь и живот завершает круг в нижнем даньтяне. Вроде бы полегчало.       Спохватившись, что так и стоит с ложкой, она встряхнулась и села за стол, протянув ту Сюэ Яну.       — На, чистая.       Сюэ Ян вопросительно приподнял бровь. А-Цин решила, что надо спросить как-нибудь ненароком, как он так делает, и сквозь новый зевок невнятно проговорила:       — Мед и отвар, пей, — и подвинула к нему горшочек.       Сюэ Ян скривился, глядя на горькое лекарство, и резко проглотил, скривившись еще больше, попробовал мед, но кажется, тот ему не зашел… Проглотив еще пару ложек, он отодвинул от себя горшочек и недовольно глянул на нее.       — Ну и гадость же. Горькая отрава.       — Ну ты и привереда! — возмутилась А-Цин, потянув к себе горшок, но тут Сюэ Ян вдруг прижал ее руку к столу, почти до боли, а другой потянул горшочек обратно к себе. И смотрел так… с вызовом. — Эй! — повелась она на провокацию и потянула горшок на себя. Сюэ Ян беззвучно засмеялся, но почти сразу скривился и схватился рукой за ребра.       — Не нужно спорить, — вдруг попросил Сяо Синчэнь и полез в широкий рукав, доставая оттуда кулек с конфетами. — А-Цин, ты забыла у меня.       — Мм, — машинально промычала она. Нашлась пропажа. — Действительно забыла.       Сюэ Ян с подозрением уставился на кулек, а даочжан уже положил перед ними по конфете.       — Эй, а почему ему первым?       — Он гость, — мягко ответил Сяо Синчэнь и успокаивающе погладил ее по голове. А-Цин сразу почувствовала себя лучше и довольно улыбнулась.       Сюэ Ян тем временем недоверчиво косился на конфету… А потом быстро развернул и сунул в рот, расплываясь в усмешке. И смотрел на нее так, с вызовом. А-Цин моргнула и медленно подвинула ему конфету по столу.       — Ладно уж… раз ты гость, да и еще и ранен, так и быть, можешь съесть мою долю, — протянула она, старательно глядя в сторону. Но краем глаза все-таки успела увидеть, как Сюэ Ян быстро разворачивает и сует в рот вторую конфету.       А-Цин исподтишка смотрела на прижмурившегося от удовольствия Сюэ Яна, и ей почему-то захотелось плакать… Независимо шмыгнув носом, она повернулась к Сяо Синчэню и спросила:       — Гэ, что мы теперь будем делать?       Сюэ Ян насторожился и буквально впился взглядом в даочжана.       — Я должен вернуться в поместье и разобраться с призраком, — ответил Сяо-гэ. Лицо из расслабленного стало строгим. Он приподнял подбородок, поджал губы и слегка нахмурился.       А-Цин тоже свела брови.       — Я думала, ты уже разобрался…       — Дело оказалось несколько сложнее, чем я подозревал, — начал Сяо Синчэнь. — Дух погибшей девушки сильно озлоблен и, думаю, на это есть причины.       — Ты считаешь, что виноваты те, кто живут в поместье? — тут же зацепилась за его формулировку А-Цин.       — Возможно, — неопределенно ответил Сяо-гэ и тут же переключился, не желая развивать тему: — Учитывая, что здесь появились заклинатели из Ланьлина, вам двоим стоит остаться здесь. Я наложу охранную печать…       — Стой! — встрепенулась А-Цин. — Мне нужно сходить на речку постирать, поможешь? Это быстро, — тут же добавила она.       — Хорошо, — после секундного раздумья кивнул даочжан. — Ты готова идти сейчас?       — Угу, — кивнула А-Цин, уже снова роясь в мешочках. Собрав в один все, что требовало стирки, накопившись за долгий переход перед городом И, она вышла во двор и собрала оставшиеся вещи. Вернувшись, она услышала, как Сяо Синчэнь мягко уговаривает «Яньяня» отдохнуть, чтобы лучше восстановиться.       — Мы не оставим тебя, — закончил Сяо-гэ и улыбнулся.       Сюэ Ян, весь напрягшись, недоверчиво смотрел на него, но как только заметил ее, сразу же расплылся в широкой и совершенно фальшивой улыбке. Щеки смешно выпирали от конфет. А-Цин поджала губы, чтобы не засмеяться, но кивнула, подтверждая слова Сяо Синчэня.       — Да. Будет жалко, если труды Сяо-гэ пропадут даром, так что ложись и спи. Когда спишь, быстрее выздоравливаешь.       И вот тут Сюэ Ян охренел. Он явно видел, что они настроены серьезно, и также явно А-Цин видела, что он ошеломлен, и смущен, и не знает, что думать. Кажется, для него никто никогда такое не делал…       Прохрипев что-то невнятное, он встал, задев коленкой стол, зашипел от боли — Сяо-гэ хотел помочь, но Сюэ Ян зашипел рассерженным кошаком и ухромал в комнатку, где вскоре и затих.       — Пойдем? — улыбнулся Сяо-гэ, поворачиваясь к ней.       — Ага… — задумчиво протянула А-Цин.       Когда они вышли со двора, даочжан сам закрыл дверь в воротах и наложил печать. Воздух колыхнулся рябью, уплотняясь, и все стало как прежде, но А-Цин четко ощущала защиту вокруг похоронного дома.       — Гэ?       — Думаю, искали его.       — Не, ну я тоже так думаю, но… — А-Цин замялась, не зная, стоит ли озвучивать, что защита Сяо-гэ больше похожа на клетку или нет. — Ты думаешь, что он сбежит?       Сяо Синчэнь непонимающе приподнял брови, но тут же покачал головой и поправил ее:       — Это защитная печать, изнутри выйти возможно, а вот внутрь попасть можем только мы с тобой.       А-Цин задумчиво промычала, не зная, что сказать, Сяо Синчэнь вдруг спросил:       — Опиши нашего гостя?       — Ну, красивый… — начала А-Цин. — Худой, видно, что тренированный, явно заклинатель. Дикий какой-то, настороженный. Наверное, в жизни много всякого дерьма хлебнул. Хотя, учитывая, как его избили…       — А-Цин, — привычно одернул Сяо-гэ, но она в ответ только виновато вздохнула.       — В общем, ясно, что времена у него не очень. Его обокрали, получается, потому что вся одежда распорота, а еще он спрашивал про меч, шпильку и цянькунь. Думаешь, искали что-то?       Сяо Синчэнь кивнул, поджимая губы, и как-то так повел плечами, что сразу стал выглядеть суровым и неприступным. Повеяло холодом — Шуанхуа, реагируя на настроение владельца, выпустил свою морозную ци.       Для Сяо-гэ орден Цзинь был не то чтобы врагом, но где-то близко, ведь они оставили в живых Сюэ Яна, а потом этот суд… и все, во что это в итоге вылилось.       Не желая думать по новой про сложившуюся ситуацию и еще меньше желая чувствовать вину и вариться в собственных мыслях, А-Цин спросила:       — Давай, если все будет нормально, зазимуем здесь?       Сяо Синчэнь чуть не сбился со своего размеренного шага.       — Почему ты предложила?       — Ну, если те придурки не вернутся, — Сяо-гэ страдальчески вздохнул, но А-Цин не стала извиняться. Придурок — даже не ругательство. — Пока этот Яньянь выздоровеет и восстановится, уже осень наступит, а куда по распутице под дождями шататься? Зато если здесь останемся, то успеем перекрыть крышу, запастись припасами и утеплить стены. Надо только мох найти и речного мелкого песка насушить.       — Хорошо, — улыбнулся Сяо Синчэнь, и тут они как раз приблизились к реке — раздался характерный звук текущей воды. Они еще какое-то время шли молча, так никого и не встретив. Эта окраина города действительно была заброшена, только щерились пустыми проемами окна и двери да иногда ветер гонял под ногами обрывки бумаги.       — Выглядит, конечно, безрадостно, — протянула А-Цин, осмотрелась и поежилась. Несмотря на шум текущей воды, вокруг было слишком тихо и оттого тревожно. — Странное место… Может, стоит все-таки поискать другое? — пробормотала она вполголоса, оглядываясь.       — Время для принятия решения еще есть, — мягко улыбнулся Сяо-гэ. — Тебе тревожно, потому что здесь странный фэншуй.       — В смысле? — не поняла А-Цин, фэншую Сяо-гэ ее пока еще не учил.       — Осмотрись, — предложил Сяо-гэ и остановился. Они как раз вышли за условную границу города и начали спускаться к реке. А-Цин замерла и повернула голову к даочжану:       — А что искать?       — Ты поймешь, — загадочно ответил Сяо Синчэнь и невозмутимо замер.       А-Цин вздохнула — кажется, гэ решил, что сейчас самое время для очередного урока.