Победители и Проигравшие

      Лил дождь. Холодные капли монотонно разбивались о тёмный асфальт и стекались в бесконечные реки, покрывающие улицы ночного города. Сегодняшний день был тяжёлым для всех. Мало радости в обычном хмуром понедельнике. Может, конечно, кто-то и радовался сегодня, но уж точно не Герман. Ссора с лучшим другом, проваленное собеседование, отсутствие обеда из-за нехватки денег… Казалось бы, куда ещё хуже?       Промокшие насквозь кроссовки неприятно хлюпали. Надо же было именно сегодня забыть зонт. До дома оставалась буквально пара минут. Пара минут, которая возможно могла бы исправить положение. Волосы облепили лицо и направляли ледяные капли вниз к горячей шее, а затем под прилипшую футболку. Мимо проехала машина, не потрудившаяся замедлиться и окатившая парня грязной и холодной водой. Даже высокий рост не помог.       Есть хотелось страшно, но денег всегда хватало лишь на один небольшой пирожок из ларька у дома. Наверное, многих бы сломала подобная обстановка, но в этом парне было что-то необычное. Какой-то стержень и странная, порой граничащая с безумием, вера в светлое будущее. Каждый раз Герман засыпал с надеждой, что завтра всё изменится, но каждый раз всё оставалось по-прежнему. Ничего не менялось. Ему 23 года. Два года назад его и ещё несколько его товарищей отчислили из университета из-за какого-то случая, о котором он совершенно ничего не помнил. Он каждый день был вынужден подрабатывать где-то, чтобы банально не умереть от голода. Регулярно раз в месяц он слёзно упрашивал хозяйку квартиры не выгонять его из-за невозможности оплатить аренду. И каждый раз старушка, вздыхая, соглашалась, но при этом заставляла его помогать ей с хозяйственными делами. И он помогал. Каждый день выгуливал её старого пса, ходил в магазин за продуктами, мыл полы и посуду, стирал бельё… Многое из этого парень делал абсолютно бездарно, поэтому со стороны казалось, что старуха держит его у себя из жалости (он и сам, впрочем, так думал), но это было не так. Она видела в нём успешного человека. Талантливого художника и детектива. Частенько она находила в его комнате карандашные наброски и записи о раскрытых преступлениях. Герман всегда следил за криминальными новостями всего мира и проводил свои домашние расследования. Результат всегда был правильным и, тем более, получался раньше, чем у официального следствия, занимающегося этим делом.       Старушка Маргарет хорошо знала Германа и никогда бы его не выгнала из квартиры, но в этом никому бы не призналась. Парень жил у неё уже пять лет. Она никогда не показывала своей привязанности, не проявляла тепло, но в глубине души всегда была за него. Уже год Маргарет пыталась убедить Германа устроиться детективом. И наконец он решился. Сегодня было собеседование. Он его с треском провалил. Поэтому шёл домой намного позднее обычного. Полдня он просидел на лавочке в парке, тупо глядя в одну точку. Он понимал, что сегодня уже не успеет доделать ежедневные домашние дела, и Маргарет будет злиться на него в два раза сильнее. Это давило ещё больше.       Парень не заметил, как оказался возле ларька с небольшим остывшим рыбным пирожком в руке и уже без единой монеты в кармане. Он уже собирался съесть единственную свою еду за день, как вдруг карие глаза заметили маленького замёрзшего котёночка. Герман всегда отличался особым милосердием, поэтому сразу, без раздумий, разделил маленький пирожок на две части и одну кинул голодному рыжему комочку, а вторую закинул в рот. После чего подобрал малыша на руки и вошёл в подъезд пятиэтажки.       Подниматься на четвёртый этаж не хотелось, поэтому Герман уселся на ступеньку и положил котёнка себе на колени.       – К сожалению, малыш, тебе придётся остаться здесь, – проговорил он с грустной усмешкой, поглаживая мокрую рыжую шерсть. – Там огромный злой пёс. Он тебя точно не примет.       Котёнок потянулся, сделал пару оборотов вокруг себя, мило чихнул и стал играть с ниткой, торчащей из шва джинсов.       – Глупыш, – засмеялся парень. – Как же мы с тобой похожи…       Котёнок продолжал забавно баловаться, вскоре упал и стал играть с потрепанными шнурками. Герман молча смотрел на него, и тёплая улыбка не сходила с его лица. Он просидел бы так всю ночь и весь день. Забыл бы о всех проблемах и «друзьях»…       Кареглазый понимал, что если он просидит с этим малышом ещё дольше, то уже не сможет просто взять и оставить его. Парень окинул взглядом лестничную клетку и заприметил небольшую картонную коробку. Глаза его в миг засияли.       – Точно… Мы с тобой очень похожи! Я выжил среди собак, и ты сможешь.       Он рывком встал, подобрал с пола ненужную коробку и положил туда своего нового друга. Больше ничего не оставалось, так что Герман быстро зашагал на нужный этаж.       Кареглазый остановился напротив нужной двери и стал искать ключи в своих карманах, которые, кстати, были абсолютно пусты.       – Ну вот и третья причина злости Маргарет, – вздохнул он.       Тяжёлый груз сегодняшнего дня вновь рухнул на его плечи. Рука, тянущаяся к звонку, дрожала то ли от пронизывающего холода, то ли от всепоглощающего страха. Однако пронзительная трель в квартире всё же прозвучала, и с той стороны послышались торопливые шаркающие шаги. Щёлкнул замок. Колени парня немного тряслись по той же причине, что и рука, которая так и зависла у кнопки звонка. Другой рукой Герман прижимал к себе коробочку с котёнком. Он уже продумал, какие тарелки и сковородки в него полетят, когда откроется эта злосчастная дверь, просчитал, по какой траектории в него будут лететь ножи, а также куда и с какой скоростью нужно будет отойти, чтобы получить минимальное количество травм.       Дверь открылась. Парень зажмурился. Однако ничего в него не полетело.       – Ты чего тут фокусничаешь? – раздался вдруг немного скрипучий и до боли знакомый голос, принадлежащий Маргарет. – Ключи опять потерял? Ну заходи давай, чего глаза закрыл и стоишь тут как Статуя Свободы? Проходи, проходи, а то холодно. Тянет с улицы. Где носило тебя? Я ужин праздничный приготовила.       Германа как током прошибло. Он распахнул глаза и вошёл в квартиру, закрывая за собой дверь. Маргарет позволяла ему бесплатно жить с ней в одной квартире и пользоваться почти всеми удобствами, которые имелись, но никогда не кормила его, а уж тем более не готовила ему. Кареглазый снял мокрые потрёпанные кроссовки, поставил коробку на тумбочку в прихожей и медленно поплёлся к кухне.       – Ч-что? – растерянно произнёс парень, оказавшись на пороге светлого помещения, и, наблюдая за старушкой, которая уже стояла у стола и усердно перемешивала салат.       – Ну как что? Говорю, ужин приготовила. Праздничный. Не видишь, что ли? – Маргарет указала рукой на накрытый стол. – По случаю твоего устройства на работу.       Сердце Германа ушло в пятки. Конечно, он ведь не потрудился позвонить Маргарет и рассказать ей о своём провале.       – Ну чего опять встал? Голодный небось. Давай шуруй мыть руки и бегом за стол.       – Маргарет, я… – промямлил парень, и глаза его заблестели, а голос предательски задрожал.       – Очень рад. Да, я понимаю. Шевелись уже, потом поблагодаришь, – Маргарет взяла со стола тарелку с фруктами и быстро переместилась к раковине.       – Нет… Я… провалил собеседование, – выдал на одном дыхании кареглазый. – Меня не взяли. Извините… – закончил он еле слышно и опустил голову.       Маргарет развернулась и удивлённо на него посмотрела, а потом рассмеялась, чем очень удивила. Он поднял голову и уставился на неё слегка покрасневшими глазами. Герман никогда ещё не слышал, как старушка смеётся. Этот день продолжал удивлять.       – Если бы ты пришёл домой на пару часов раньше, сам бы смог прочитать вот это, – она подошла к подоконнику и взяла с него белый лист, сложенный втрое.       – Что это?       – Письмо из отдела. Ты и правда провалил собеседование, но они увидели в тебе то, что им нужно, поэтому решили тебя взять. Мобильника у тебя нет, поэтому они отправили письмо вдогонку. Принесли домой, а тебя всё нет и нет. Ну я и решила прочитать сама.       Парень слушал и не мог поверить в происходящее. С одной стороны, он думал, что старуха выдумала эту историю и подделала письмо, чтобы поддержать его, но с другой – он всегда помнил, как она к нему холодно относится, и уж вряд ли стала бы так стараться.       – Правда?..       – Ну сам посмотри, раз уж не веришь, – она протянула ему письмо, а потом повернулась к раковине, включила воду и стала тщательно мыть фрукты, которые и так уже были несколько раз вымыты.       Дрожащими руками Герман развернул листок и пробежался глазами по тексту.       – Ну что убедился? – спросила Маргарет, возвращая фруктовую тарелку обратно на стол.       – Да… – ошеломлённо проговорил кареглазый. На его лице тотчас же расцвела довольная улыбка.       – Шуруй мыть руки и за стол! – напомнила старушка.       Но тут в прихожей раздался звук падения и громкий лай. Герман и Маргарет настороженно переглянулись, ведь оба знали, что старый пёс Норман никогда так активно не лает, если нет действительно весомой причины. Кареглазый бросился на звук, а вскоре за его спиной возникла и хозяйка квартиры. Картина перед ними открылась такая: внушительных размеров немецкая овчарка рычит на лежащую на ковре картонную коробочку.       – Это ещё что такое? – вскрикнула Маргарет.       – Фу, Норман, отойди! Не трогай! – кареглазый подался вперёд, оттолкнул старого неповоротливого пса и взял коробку в руки.       – Герман, это что?       – Всё хорошо. Это просто маленький безобидный котёночек, – протараторил парень и открыл коробку, показывая старушке содержимое. Рыженький комочек рассматривал всё своими внимательными зелёными глазками и тоненько мяукал.       – Где ж ты его взял? – ахнула Маргарет.       – Подобрал. Он был под дождём. Совсем один. Я не мог его бросить. К тому же, мы с ним очень похожи, – Герман вытащил котёнка, поднял на уровень своего лица и широко улыбнулся. – Можно, пожалуйста, его оставить?       Эта картина выглядела нелепо. Маргарет снова расхохоталась. Оставить его разрешила, но сказала, что сама заботиться о нём не будет. Конечно это была очередная ложь, ведь ей тоже приглянулся этот малыш. Когда-нибудь она будет показывать свои настоящие чувства и намерения. Когда-нибудь, но не сейчас.       Возвращаясь на кухню, она напомнила Герману про остывающий ужин. Кареглазый оставил нового друга в своей комнате, помыл руки и пришёл за стол. Плохой день заканчивался хорошо. Завтра он пойдёт на новую и уже официальную работу. Но это завтра. Сейчас же он наслаждался вкусным ужином, приготовленным специально для него, и молился всем богам, чтобы произошедшее не оказалось сном.       Они будут беседовать ещё пару часов, а потом погасят свет в квартире и лягут спать. Утром она встанет раньше обычного, с заботой приготовит завтрак своему кареглазому сожителю, соберёт ему контейнер с обедом на работу, а вечером приготовит ужин. Просто так, без повода. Она осознает, как это приятно заботиться о дорогих людях. Точнее не осознает, а вспомнит. И теперь уже будет относиться к нему как к родному внуку. Он проснётся как обычно, удивится заботе и долго будет искать подвох. Погуляет с собакой, позаботится о новом друге. А потом с хорошим настроением отправится на новую работу. И встретит там Её…