Брак по расчёту

Ещё со времён, когда Чонгук-и был маленьким, за ним всегда бегали страшные дяденьки с большими странными штуковинами в руках, которые часто мигали и слепили глазки. Чонгук-и боялся, прятался за спину мамы или папы и плакал. Позже, когда мальчик немного подрос, мама с папой объяснили ему, что эти дяденьки ничего плохого ему не сделают, и бояться их не надо, но нужно вести себя прилично перед ними и не баловаться. А ещё через время Гуки узнал, что зовутся эти дяденьки репортёрами. Да, Чонгуку пришлось привыкать к нелёгкой звёздной жизни с младых ногтей. Но это не значит, что он привык. Все эти люди, сопровождавшие их с Тэхёном, которых нанял отец Тэ. Позиция, где Чонгук должен был взяться за тэхёнову руку и сохранять на лице сияющую улыбку во что бы то ни стало, очаровывая всех своей добротой, быть ярче вспышек фотокамер, которые мерцали тысячу раз за секунду. И вот, они входят в роскошный банкетный зал. Ни он, ни Тэхён не отвечали ни на один из многократных вопросов, которые выкрикивали настырные репортёры, пытавшиеся пробиться сквозь охрану. Но кто сказал, что полностью игнорируя, Чонгук не слышал вопросов, которые, как ни странно, в основном относились к Тэхёну, потому как виновником торжества являлся именно он. — Тэхён-ши, когда вы с мужем собираетесь лететь на Гавайи, как заявили ранее в интервью? Чонгук улыбнулся шире. Завтра. Даже если Тэхён не напомнил ему, младший сам до сих пор помнил это. Он даже напоминание на телефон поставил. — Тэхён-ши, поскольку вы оба женаты, есть ли какие-то большие совместные проекты или планы на будущее между вашей компанией и финансовой группой Чон? Чонгук по-прежнему улыбался, хотя не так уже хотелось это делать, как раньше. Ещё бы! Именно для этого мы и поженились, собственно. — Это правда, что Чонгук-ши забеременел до свадьбы? И делал ли он аборт за границей? Брюнет не знал, откуда поступил сей вопрос, но настроение парня резко скатилось под плинтус. Это был очень деликатный вопрос для Чонгука! Аборт?! Я вам не убийца! Парень еле заметно нахмурился и поднял взгляд на Тэхёна, стоявшего рядом и как прежде улыбавшемуся камерам. После этого Чонгук ещё больше скуксился и опустил голову. Старший совсем ничего не слышал. Тихий, судорожный вдох вырвался изо рта Чона, когда тёплая рука мужа перекочевала с его руки на талию. Парень крепко обнял Чонгука и прижал ближе к себе, опуская на него тёплый взгляд. Горячее дыхание Тэхёна касалось лица Чонгука, заставляя последнего постепенно заливаться краской и чувствовать жар, распространявшийся по всему телу. — Не обращай на них внимания. Я рядом. Не волнуйся. А затем Тэхён подался вперёд и почему-то соединил их губы в поцелуе. Быстром поцелуе, мимолётном, длящемся всего лишь секунду. Но Чонгук знал, каким бы быстрым этот поцелуй ни был, шустрые папарацци успели заснять тысячи кадров.

***

Многие политики, предприниматели, инвесторы, все самые важные и влиятельные личности окружили Тэхёна со всех сторон, и пытались каждый всунуть свой нос в его развивающийся бизнес. Ещё бы, а кто бы не хотел заключить многомиллионную сделку с компанией Тэхёна. В этот же момент Чонгуку начало казаться, что он находился не в своей тарелке. На такого рода мероприятиях он светился довольно часто, но на сегодняшнем он был впервые вместе с Тэ. К тому же, вечер был приуроченный именно Тэхёну, поэтому неудивительно, что всё внимание было прикреплено к старшему, и тот должен был уделять им столько же внимания в ответ, ни на капельку меньше. Чон же стоял возле Тэхёна, словно какой-то эскорт, живая кукла, наигранно улыбаясь и здороваясь со всеми подряд. — Хён, я пойду поищу Юнги, - прошептал Чонгук на ухо Тэхёну, не в силах больше терпеть эту пытку. Нет, Чонгук не злился на мужа за то, что он и слова ему не проронил за вечер, нет. Чонгук просто хотел дать Тэхёну больше свободы, хотел, чтобы старший успокоился и заполучил как можно больше деловых связей, сколько ему захочется. Это был звёздный час Тэ, и брюнет не хотел его нарушать. В конце концов, парень решил не давить на любимого, помните? — Ты уверен? Зал слишком большой, Гуки, тебе будет сложно найти Юнги. — Да нет. Я видел его только что. Враньё. Чонгук вовсе не видел Юнги, но он так отчаянно хотел скрыться куда подальше. — Тогда тебе будет трудно найти меня. Гуки помахал своим мобильным перед лицом мужа. — Я позвоню тебе. Встретимся где-то здесь, а может за пределами зала. Договоримся, в общем. — А что, если у меня сядет батарейка? Или ты потеряешь свой телефон? Тэхён сам не знал, почему так не хотел отпускать от себя Чонгука. Он не хотел, чтобы младший ушёл и оставил его прямо здесь одного среди всех этих искателей денег. Гук улыбнулся и нежно погладил Тэхёна по руке. — Хён, остынь. Не беспокойся. Должен быть какой-то способ найти меня. — Хорошо. Передавай Юнги привет от меня. И будь осторожен. Рыжий не был уверен, почему приказал Чонгуку быть осторожным. Но так подсказывали инстинкты.

***

Чонгук стоял возле длинного стола, накрытого множеством разнообразных блюд, представляющих национальную кухню всех стран мира. Скорее всего, организаторы банкета подали всякую всячину потому, что гости сегодняшнего вечера приехали со всего мира. Видите, насколько большой и влиятельной была компания Тэхёна? Хм… Что попробовать первым? — Ку-ку, милашка кареглазик, - отстойно подкатил некто за спиной Чонгука. Чонгук закатил глаза, прежде чем медленно повернуть голову к приставшему собеседнику. Я правда настолько привлекательный, что люди сразу начинают флиртовать со мной, когда Тэхёна нет рядом? — Мои глаза чёрн… - фраза оборвалась неожиданно резко, едва только брюнет увидел лицо парня, слишком близко стоявшего к нему. — Я знаю, что твои глаза чёрные, Чонгук-а. Я просто шучу! И парень громко засмеялся, яркая улыбка озарила всё его лицо. А Чонгук словно в землю врос, продолжая не веря пялиться на парня. — Ч-что… Как… Ты? - он никак не мог определиться, который вопрос задать первым. — Милашка. Чон Чонгук всегда милашка! Сюрприз! Сюрприз! Я теперь навсегда вернулся в Корею! Со своим папой. Так рад, что всё-таки поехал в этот раз вместе с ним, а то так бы и не увиделся с тобой! Парень подаётся вперёд и заключает Чонгука в объятия. Настолько крепкие, что голова последнего была резко прижата к чужой сильной груди. — К-кай… Я-я не могу ды-дышать… — Ой-ой! Извини, Чонгук! Я просто очень рад снова видеть тебя! Кай уменьшил хватку, но из объятий мальчика не выпустил. Люди начинали оборачиваться и кидать на парней странные взгляды, отчего твёрдый ком стал Чонгуку поперёк горла, который он попытался тут же проглотить. Ничего не замечающий Кай продолжал улыбаться, пристально рассматривая черты чонгукового лица. Боже. Как же он скучал по Чонгуку. Год без этого миловидного лица оказался для него настоящей пыткой. — Ну что, мой зайка! Как ты? Всё такой же малыш? Не говори мне, что ты до сих пор боишься оставаться один дома? Да? Ах… Ты для меня всегда будешь малышом! Почему ты здесь? Ты здесь один? — К-кай, можешь, пожалуйста, дать мне первым заговорить, прежде чем забрасывать дюжиной вопросов? Чона не волновало, что сейчас он мог показаться Каю грубоватым, но ему нужно было как-то отвлечь внимание всех этих людей на что-то другое, чтобы они забыли о паре и прекратили смотреть на них скоса. Более того, Чонгук был полностью осведомлённый, что на сие мероприятие были приглашены репортёры. Нужно было быть начеку и поступать благоразумно, успеть вовремя выкрутиться из ситуации, чтобы не пустить лживых слухов по всей стране, а может и за её пределы. — А, ну ладно, зай! Кстати, а почему ты совсем мне не улыбаешься? Ты не счастлив меня видеть спустя год разлуки? - Кай сложил руки на груди, продолжая буравить взглядом низшего парня. — Кай, пожалуйста, прекрати называть меня зайкой. Между нами больше ничего нет. Ты не можешь просто так звать меня этим прозвищем. Люди неправильно поймут. — Оу… Зайчик мой, ты стесняешься, что люди узнают, как я балую своего малыша? Чонгук неодобрительно цокнул языком. Этот Кай совсем не изменился. Ни на грамулечку. — Ну хватит уже, Кай. Между нами никогда ничего не было, нет и не будет. Кай просто смотрел на него, следил за мимикой, жестами, словами, и улыбался. Это было так похоже на Чонгука. Ух, как же он всё-таки соскучился по своему дерзкому, высокомерному, маленькому зайчику! Рука Кая самовольно нашла свой путь к смольным волосам Чонгука, пальцы зарылись глубоко-глубоко, наслаждаясь их шелковистостью, а потом взъерошили, заставив Чонгука недовольно мотать головой. Ситуация заметно ухудшалась. — Кай, я сказал прекрати! Мы расстались год назад, и я бы не сказал, что это было настоящее расставание, потому что мы с тобой нормально не встречались. Мы просто проводили время вместе, скрашивая скуку! Кай захохотал и ткнул пальцем в щеку Чонгука, потом ещё раз, и ещё раз, пока Чонгук разозлено не оттолкнул его руку от своего лица. — У-у-у, теперь мой зайка злится… Всё нормально. Мы можем начать всё сначала. — Нет, Кай! Не придумывай себе лишнего, чего на самом деле нет. Я ничего не хочу с тобой начинать. Ясно? Раскрыв рот, Кай наигранно ахнул, прикидываясь, что чонгуковы слова сильно задели его. На самом-то деле он давно привык к гукиному острому язычку, и никогда бы не опешил от его слов, что бы тот ни сказал. — Зай? Я думал, что мы всегда любили друг друга. Разве нет? Чонгук покачал головой в стороны. Боже. Пошли мне тонны терпения, чтобы я смог справиться с этим странным человеком! — Нет, Кай. Это была не любовь. На неё даже намёка не было. Лицо Кая исказилось в ухмылке, а тот детский, добрый образ был начисто стёрт, как будто и не было его вовсе. Чонгук нервно сглотнул. Это была единственной причиной, почему Чон общался с этим парнем — Кай всегда был слишком настойчивым, а Чонгук был слишком простым и добрым, чтобы противиться ему. — Ах, да ты что, правда? Скажи мне тогда, это для тебя «любовь»? В долю секунды Кай схватил Чонгука за руку и, резко притянув к себе, сомкнул их губы в поцелуе. Глаза Чонгука увеличивались в размерах. Наверное, такими большими они ещё никогда в жизни Чонгука не были. Разум был полностью затуманен. Кай целовал его. А он не знал, что делать, как будто его мозг дал сбой системы и отключился. В мгновение ока его окружил страшный шум и гам, ужасно давивший на ушные перепонки, по глазам били яркие вспышки фотокамер, направленных прямо на него. Каким бы огромным не был банкетный зал, сцена поцелуя каким-то образом привлекла внимание абсолютно всех присутствующих. Включая и внимание одного конкретного парня. Он даже не успел ничего предпринять и отстраниться от целующего его парня, когда краем глаза видел, как его муж небрежно пробирался сквозь толпу, грубо распихивая стоящих на его пути людей по сторонам. Он направлялся к нему. Чонгук вовсе не это имел в виду, когда говорил, что должен быть какой-то способ Тэхёну найти его. — Что ты делаешь?! Парой секундами позже Тэхён уже крепко держал Чонгука за запястье, будучи живым барьером между ним и Каем. Тёмноволосый знал, заданный вопрос относился не к нему, так как Тэ стоял к нему спиной и смотрел на Кая, мысленно расчленяя того на куски. Кай зашелся ехидным смехом. — Вы меня извините, сэр, но мне кажется, забирать от меня моего зайчика таким образом очень невежливо с вашей стороны, вы так не считаете? Руки Тэ силой сжались в кулаки, до побеления костяшек, до отметин-полумесяцев от ногтей на белой коже. Моего зайчика?! Какого, в сраку, моего зайчика?! — Это ты себе лучше скажи. Убого выглядишь здесь ты! Держись подальше от того, что принадлежит мне! Можешь считать это предупреждением. Пошли, Гуки. Тэхён круто развернулся и был готов утащить Гуки прочь, скрыться от чужих глаз, от репортеров, успокоиться и поговорить, наконец, но остановил его снова безудержный смех Кая, сопровождавшийся хлопаньем в ладоши. — Принадлежит вам? Зайчик вам не принадлежит! Кстати, я так и не узнал ваше имя, сэр. Думаю, я должен знать имя своего соперника. Тэ глубоко вдохнул и с каменным лицом обернулся назад. И если бы не камеры, снимающие их каждую секунду, он бы с радостью набросился на этого парня, сомкнул бы руки на его горле и без зазрения совести задушил до смерти. — Ты не узнал моего имени, потому что я тебе его не озвучил. И не собираюсь. Он развернулся на пятках и потянул Чонгука за запястье, чтобы тот следовал за ним.

***

На часах было 10 вечера, парни находились в спальне, и по идее в это время они должны были быть ещё на празднике, но нет. Вот они, стояли посреди комнаты, уже переодетые в тёплую пижаму, лицом к лицу друг друга. Ну, не совсем уж лицом к лицу... Чонгук не мог поднять свою голову и посмотреть прямо в глаза Тэхёну, который, в свою очередь, смотрел только лишь на Чонгука и буквально испепелял взглядом. — Ты что наделал, Чон Чонгук?! Чонгук подпрыгнул, испугавшись неожиданно громкого голоса старшего. Мальчик закусил нижнюю губу. Тэхён назвал его Чон Чонгуком. Он же больше не Чон, он Ким, Ким Чонгук, так насколько же сердит был Тэхён, что посмел обращаться к нему по старой фамилии! — Чонгук, я не люблю, когда меня игнорируют. Мне правда не нравится твоё молчание. Ну? Собираешься что-то говорить? Чонгук с ужасом сглотнул. Он открыл рот, но не смог произнести ни звука. Он не знал, что сказать. Вдруг Тэхён резко дёрнул гукину руку, принуждая того поднять взгляд и испуганно посмотреть ему в глаза. — Мне нужен ответ. Сейчас же! — Я-я… Он-он мой бывший. Он… Отлично, это всё. Один лишь факт, что тот парень был бывшим Чонгука, кипятил кровь в венах Тэхёна. — Твой бывший? Прекрасно. Просто замечательно! Хочешь знать заголовки всех завтрашних новостей? «Ким Тэхёну изменяет муж в тот же вечер, когда его назначают президентом компании!». Ты счастлив, что мы будем светиться во всех новостях теперь, Чон? «Чон». Снова. К глазам подступала предательская влага, но Гуки старался держать себя в руках. — Я-я извиняюсь, но он просто пришел и поцело… Нет. Тэхён не хотел слушать это до конца, поэтому беспардонно прервал его на полуслове. — И ты позволил ему поцеловать себя? Чонгук неистово замотал головой. — Нет! Это произошло слишком быстро. Я-я не… — Чонгук! Я попросил тебя дать мне немного времени, Чон Чонгук… Но это не значит, что я разрешаю тебе найти мне замену в считанные дни! Неужели так уж сложно хотя бы подождать меня?! Подождать, пока я разберусь в своих чувствах к тебе?! Это настолько трудно?! С каждым новым словом, криком, взглядом острым, Чонгук был всё ближе к грани срыва. — Н-нет. Х-хён, Кай даже не знает, что я женат. Он просто пришёл туда. Он… И это снова случилось. Тэхён силой сжал руку Чонгука и резво потянул на себя, пока их грудные клетки не были плотно прижаты друг к другу. — То, как легко ты смог целоваться на публике, заставляет меня усомниться в твоей девственности, Чон Чонгук. Гук внезапно напрягся. Похоже, Тэхён только что перешагнул болевой барьер. Если раньше он ещё имел силы сдерживать себя, то когда старший поднял вопрос о его девственности, чувствовал, что уже вот-вот заплачет. — Ч-что ты имеешь в виду? Тэхён оскалил зубы и наклонился ближе, едва касаясь кончиком носа носа Чонгука. — Раз ему удалось так легко поцеловать тебя, значит и в штаны твои залезть для него не проблема. Да? В глазах Чонгука всё помутнело и поплыло. Ещё один миг, и слезы хлынут тут же, наверняка. — Н-не смей, Ким Тэхён. Не смей говорить со мной в таком тоне! — И почему это? Потому что я прав в том, что ты на самом деле не девственник? — Ким Тэхён. Хватит! — Что хватит? Хватит говорить правду? Или хватит напоминать тебе, что ты так-то чей-то муж, поэтому должен знать лучше, как не запятнать мою репутацию?! Что именно мне прекратить?! Скажи мне, Чонгук! - Тэхён рычал, ухмыляясь. — Мне без разницы, как сильно ты зол на меня, Ким Тэхён, но не смей говорить мне подобное! Не обращайся со мной так, будто знаешь меня уже с десяток лет! У тебя нет на это никакого права! Чонгук даже не назвал Тэхёна «хёном». Рыжий криво усмехнулся. — Как хорошо, что я не встретил тебя раньше. А то я вполне мог бы сейчас оказаться на месте твоего бывшего. — Ч-что это значит? - с придыханием спросил Чонгук. Сколько ещё Тэхён собирался оскорблять его? Сколько ещё ему нужно было терпеть всё это? — Чонгук, Чонгук… Если бы я знал тебя ранее, то попался бы на твои уловки, как твой бывший. Твой наивный взгляд, твоя невинная речь, как будто ты даже букашку обидеть не можешь, не смотря на твою нахальность. Ведёшь себя так, словно мало знаешь о плохих вещах. Пользуешься своей чистой и непорочной внешностью, чтобы обводить людей вокруг пальца! И ты пару дней назад сказал, что любишь меня?! Какой из них реальный ты?! Всё, что говорил Тэхён, было полным бредом. Даже его иррациональный разум говорил ему, что все им сказанные слова не имели никакого смысла. И он сам это знал, но ярость застилала глаза, вытесняла из души парня все чувства, оставляя лишь злобу и ненависть, потому ему некогда было заботиться о том, что он только что сказал и сделал почти разбитому парню, стоявшему перед ним. Тэхён стал свидетелем, как его собственный муж целовался с другим парнем на глазах у сотни людей! Как тут не взбеситься?! У Чонгука в горле пересохло. Ему не было чего сказать. Единственное, на что он был сейчас способен — кусать нижнюю губу и внимательно следить за мимикой сердитого Тэхёна. Боже. Как же больно было слышать такие ужасные слова от человека, которого Чонгук любил больше всех на свете. Будто он был сродни какой-то дешёвой шлюхи… — Тэ-Тэхён… Прекрати это всё. Просто прекрати. Чонгук всхлипнул и слабыми пальчиками вцепился в футболку Тэхёна. Тело внезапно охватила слабость, поэтому он склонил голову и положил её на грудь старшего. У него не было ни сил, ни тем более уж желания продолжать этот бессмысленный разговор. Это было уже слишком. — Так ты хочешь, чтобы я по-прежнему называл тебя нетронутым, увидев, с какой лёгкостью твой бывший хахаль целовал тебя? Ты думаешь, я настолько тупой? — Тэхён! Я девственник! Клянусь всем святым, я правда девственник! Слышишь? Девственник! Голос Гуки начал срываться. Он слишком долго держал в себе слёзы. Брюнет поднял глаза и посмотрел на Тэхёна, который по-прежнему смотрел на него с нескрываемым отвращением и ненавистью во взгляде. Теперь Чонгука всего колотило. И тут паренёк почувствовал, как его тело начали толкать назад. Один шаг назад. Два шага. Три. Четыре. Пять. Это был Тэхён. Тэхён толкал его в плечо сильно, грубо, даже слегка больно, и сам же наступал на него, пока Чонгук не упал спиной на матрас. Старший стиснул зубы и процедил: — Докажи. Чонгук не двигался, когда Тэхён залезал на него сверху. Чонгук лежал смирно, когда Тэхён снимал с себя футболку. И когда Тэхён поставил руки по обе стороны от головы Чонгука, мальчик понял, что по щекам бежали слёзы. Тэхён смотрел на него пристально, глубоко в глаза, показывая всю свою серьёзность и решительность. — Докажи, что девственник, и дай мне трахнуть тебя, Чон Чонгук. Слушая это, Чонгук зажмурил глаза. Он не мог поверить, что слова, которые он собирался произнести, на самом деле покинут его собственные губы. — Хорошо. Т-трахай тогда. Нет, он не был настолько отчаянным, чтобы врываться в сердце Тэхёна таким способом. Он просто хотел доказать старшему, что на самом деле являлся девственником. Он не лгал и не притворялся невинным. Ему нужно было доказать Тэхёну, что тот был неправ. Совершенно неправ! Тэхён опустился ниже, начав целовать чонгукову шею, и Чонгук широко распахнул глаза. Он чувствовал, как влажный язык Тэхёна скользил по коже, начиная с шеи, медленно поднимался к уху, и младший непроизвольно начал издавать тихие плачущие звуки. Гуки беспрерывно хныкал под чувственными действиями Тэхёна. — А-ах! Тэ-Тэхён! — Позволь мне оценить, насколько девственен и чист этот зайчик. На пухлых губах Тэхёна отразилась похотливая ухмылка. А затем он вернулся к исследованию чонгукового тела языком.